# Чечня

Ильясаф Годович Азарьев

Посвящаю светлой памяти моим братьям:

Вячеславу и Исраэлю Азарьевым


Когда я слышал слово "Чечня", мне на ум приходила война, беспредельный бандитизм, коррупция, религиозный фанатизм, замешанный на исламском фундаментализме. Эти чувства настолько глубоко укоренились в моем сознании, что я категорически был против проезда отрезка дороги по территории Чечни, ведущую в Дербент. В Дербенте похоронен мой отец; стыдно признаться, что в последнее время я редко посещал его могилу. Я много раз пытался сделать это, но мой раввин каждый раз настойчиво убеждал меня в том, что сейчас этого делать нельзя. "Сложно там, не время для такой поездки", - говорил он мне. "Не переживай, твой отец не осудит тебя, - успокаивал меня раввин, - даже там на небесах главная его цель - твоя безопасность".


Моего брата, Вячеслава, похитили в ночь под Новый год. Когда он не появился на праздничный новогодний ужин, я подумал, что Слава загулял, но когда он не объявился и на следующее утро, всех нас, родных и близких, охватила тревога и страх. Предполагали разное, но никто из нас даже не пытался вслух размышлять, что могло произойти и почему он до сих пор не даёт о себе знать. Только через несколько месяцев мы получили первую весточку от него. Слава находился в Чечне, в Урус-Мартане, в яме размером 5 на 5 метров, глубиной до 7 метров.


Впоследствии он рассказывал, что был очень удивлён, как его похитителям удалось незаметно провести его через огромное количество милицейских постов из Волгограда до Чечни на его же джипе. "Но когда мне в яму бросили парня из Москвы, - вспоминал он, - я больше ничему не удивлялся".


Слава оказался сильным, жизнестойким и очень волевым человеком. Он выстоял в невероятно жестоких условиях жизнедеятельности человека. Ему рубили пальцы, видео отправляли семье, бандиты выдвигали абсолютно запредельные условия его освобождения. "Всё ничего, - с юмором описывал Слава условия своего содержания в плену, - но как я смог выжить, питаясь целый год только вермишелью, для меня до сих пор остаётся загадкой". Но главной загадкой всей этой жуткой истории, всё-таки, было в том, что и до своего похищения и после освобождения самыми близкими друзьями у Славы были чеченцы.


Жизнь в Чечне вращается вокруг семьи. Семья - фундаментальное понятие в чеченском обществе. И для евреев семья является источником вдохновения, точкой опоры и отсчёта, позволяющая нам активно развиваться и успешно реализовывать свой потенциал. Семья даёт нам возможность настойчиво трудиться для того, чтобы создавать новую достойную жизнь. Чеченцы и евреи - гонимые нации, это одно племя свободолюбивых народов. Именно непоколебимая сила семьи позволила чеченцам и евреям выжить в очень непростых условиях существования наших предков в прошлых веках.


Анализируя морально-этическую основу преступления против нашей семьи, я до сих пор не могу найти ответы на вопросы, кто и кем были эти люди, почему они совершили это гнусное преступление, которое потрясло основы и правила жизнедеятельности наших родных и близких. "Единственно, кто не грабил дома депортированных чеченцев,- вспоминали грозненцы после своего возвращения, - были горские евреи". Семья, дом, имущество - это бесценный божий дар, верующие люди не имеют право нарушать законы Всевышнего.


Вскоре после освобождения Славы скончался Исраэль, мы его ласково называли Изя, у него не выдержало сердце. Это он в одиночку неоднократно ездил в Урус-Мортан на переговоры с бандитами. Чуть погодя скончался и Слава, год в яме дал о себе знать. Если мне посчастливится встретиться с Рамзаном Кадыровым, я постараюсь рассказать ему без прикрас как эта история трагически обернулась и для других членов нашей семьи.


Возвращаясь из поездки в Дербент, который произвёл удручающее впечатление, меня убедили заехать в Грозный. Наш водитель утверждал, что Чечня сегодня - самая продвинутая республика на Северном Кавказе. Я согласился и не пожалел об этом. Я увидел Чечню свежим взглядом в абсолютно ином виде; она преобразилась, возродилась из небытия. Деньги, которые выделяются для Чечни, расходуются по назначению, думал я, жадно с нескрываемым интересом и восторгом вглядываясь в великолепные дороги, мечети, отстроенные поселки и целые районы с богатыми домами. Рамзан прошёл через суровые испытания, он взял Чечню, разрушенную войной до основания и превратил свою Родину в процветающую республику, отстроив красавец город Грозный. Он имеет право с чувством собственного достоинства сказать: "Я это сделал!"


Жизнестойкость, способность выходить из горнила суровых испытаний преобразили и чеченский народ. На центральной площади Грозного сновали многочисленные туристы, фотографируясь на фоне мечети "Сердце Чечни" имени Ахмата Кадырова. Это грандиозное и величественное здание, которое необходимо обязательно осмотреть. Меня очень заинтересовал молодой человек, торгующий кофе из машины на площади напротив мечети. Я пристально и долго всматривался в его лицо, видимо желая увидеть в нем что-то прошлое. Но у него был открытый жизнерадостный и доброжелательный взгляд человека, который может позволить себе своим трудом доставить радость обычным клиентам, сделав им значительную скидку. Нам его кофе очень понравился.


Когда сегодня я слышу "Чечня", мне на ум приходит: "Моисей для евреев, Рамзан для чеченцев".