# Воспоминания о будущем

Ильясаф Азарьев

ГЛАВА 32

Господи! Что это было и при чем здесь я? Неужели моя заветная мечта вновь оказалась лишь волшебным миражом, иллюзией, овладевшей моим сознанием, и по не зависящим от меня обстоятельствам не стала действительностью моей жизни? Вот и сейчас, в переломный момент моей судьбы, когда мечта, как в сказке, могла стать реальностью, слепая фортуна снова оказалась неблагосклонна ко мне. Ума не приложу, чего Ты хочешь от меня, зачем, снова и снова, вопреки логике и здравому смыслу испытываешь меня, переписывая опять и опять естественный ход событий и судьбу? Что мне делать - покориться, благодарить или ждать новых ударов рока? По правде говоря, я устал, подавлен, разбит, и терпение на исходе, к тому же совсем один. Но я не теряю надежды на лучшее, потому что знаю, просто уверен в том, что состою под Твоим покровительством. Конечно, классно иметь наставником самого Бога, но сделай одолжение, поставь точку и определись наконец со мной, но только так, чтобы моя судьба не зависела от того, как ты расположишь звезды на небе. Я не хочу знать, какая жизнь меня ожидает в будущем, для чего я родился на свет и как закончу земную жизнь - сохрани эту интригу, мне так даже интересней жить. Но Ты заведенным порядком запиши в книгу жизни ход истории моей жизни, хотя бы на этот год, закрепи эту запись своей печатью, чтобы уже никто, никогда и ни при каких обстоятельствах не пытался ее изменить.

Все мои мысли в последнее время были о Евсюкове, черт бы его побрал. Я непрестанно, и днем и ночью размышлял над тем, как человек, сам того не ведая, оказался на орбите моей судьбы. Как непоправимые, трагические события с далеко идущими последствиями, где я не был непосредственным участником, кардинально изменили весь ход дальнейшей моей жизни. Став составной частью моей судьбы, Евсюков в клочья разорвал мои мечты, наполняющие мое существование желаемым смыслом, фантазиями, что могло произойти когда-то в будущем. Как стечение непредвиденных обстоятельств из простых случайностей превратилось в фатальную, трагическую неизбежность. Какие небесные силы направили темную энергию космоса в подсознание этого человека, отрицательно воздействовав на его мозг, разрушив психику, что и привело его к безрассудному, злому поступку. Кто, Господи, ответит мне на эти злободневные жизненные вопросы?

Да, я уже где-то писал, что время друг и время враг, но на этот раз время играло на моей стороне. Многие из нас знают знаменитую цитату, автором которого является американский ученый и политический деятель Бенджамин Франклин: "Время - деньги". Вот и я, принимая все повороты судьбы как должное, полностью с головой погрузился в бизнес. Спустя всего несколько месяцев после краха моей мечты, я вновь постепенно вступал в игру, которая увлекала и захватывала меня своей непредсказуемостью и интригой. Постепенно я стал забывать о Пронине и его протеже Евсюкове. Было из-за чего, мы подписали контракт, небольшой, правда, всего на 215 тыс. евро, но это было началом моего возвращения в реальный бизнес. Я говорил друзьям и партнерам, что, если мы успешно реализуем этот проект, я устрою грандиозную вечеринку. Этот бизнес не был в стиле "купи-продай", а был технологическим проектом, разработанным нами от начала и до конца, с поставкой оборудования и его монтажом. Появились деньги, небольшие, правда, но заработанные головой, а не руками, что означало, что мозги еще работают, и это было здорово осознать и осмысливать. Вдруг мою идиллию нарушил входящий вызов со скрытым номером на мобильном телефоне.

- Господин, Азарьев? - услышал я мелодичный женский голос, но почему-то этот незнакомый голос взволновал и насторожил меня, я подумал, что опять звонят с налоговой.

- Да, - коротко ответил я, ожидая приглашения в налоговую инспекцию.

- Вас беспокоит помощница Пронина Владимира Васильевича, - я обомлел от изумления. Я, конечно, понимал, что такой человек, как Пронин, не мог надолго оставаться без дела. Острый интерес, вмиг перешедший в жгучее любопытство, охватил меня.

- Слушаю вас, - робко ответил я с плохо скрываемым волнением.

- Соединю Вас с Владимиром Васильевичем?

- Да, конечно, буду очень рад поговорить с ним.

Минута напряженного ожидания, закончилась радостным удивлением вновь услышать бодрый голос человека, некогда давшего мне возможность помечтать.

- Илья, привет, ноги в руки, и чтобы ты завтра был в Сочи.

- Почему в Сочи? Что-то случилось? - я понимал, если бы, не дай Бог, что-либо случилось непредвиденное, у него и без меня было к кому обратиться.

- Я в Олимпстрое, отвечаю за эксплуатацию олимпийских объектов, прилетай, и по возможности скоро, все вопросы обговорим на месте.

Вы, наверное, давно поняли, что меня, вообще, долго уговаривать не надо. Я, как говорится, за любой кипеж, кроме голодовки, и вот я уже в приемной Пронина, за чашкой капучино, терпеливо и с особым волнением ожидаю хозяина кабинета. Капучино уже давно остыл, вообще-то я предпочитаю чай, кофе (эспрессо с добавлением в него подогретого вспененного молока) пить горячими, поэтому, когда секретарша предложила мне новую кофе, я сразу же согласился. Я только собрался сделать глоток ароматного напитка, как в приемную уверенно с широким шагом вошел помолодевший Пронин. Увидев меня, он с живостью воскликнул:

- Ого! Ты появился быстрее, чем я подумал об этом. Ну тогда проходи, - вежливо пропустил меня вперед, а сам, обратившись к секретарше, попросил ее приготовить для себя чай, а мое капучино занести в кабинет.

Небольшой скромный кабинет, минимум мебели, на столе не было даже компьютера, но меня удивил огромный, на всю стену, архитектурный проект строящихся объектов и ключевых сооружений зимних олимпийских игр в Сочи 2014 г. Я сделал скромный комплимент Владимиру Васильеву, сказав ему, как бы так, между прочим, то, что он с тех пор, как мы расстались, стал выглядеть гораздо лучше. Он возгордился услышанным, всем своим видом показывая, что он в полном порядке, затем сказал:

- Илюша, я живу на курорте, а самое главное, завтраки, обеды и ужины готовит мне жена.

- Вам повезло, - сказал я, вспомнив свою размеренную жизнь в семье.

- А теперь к делу, ты где остановился? - спросил он меня между делом, хотя далеко не всегда руководителям высокого ранга интересно, как устроены их подопечные. Удовлетворенный моим ответом, он решительно продолжил: - Я говорил с Боллоевым касательно тебя, мы с ним обсудили возможность участия твоей компании по озеленению территорий спортивных сооружении Олимпиады. Таймураз Казбекович дал принципиальное добро, но прежде хочет лично поговорить с тобой, так что ждем его приглашения.

Пронин, целиком и полностью уверенный в позитивном решении моего вопроса, подошел к висящему на стене масштабному проекту олимпийского комплекса Сочи-2014. Тут же кивком головы пригласил меня следовать за ним.

- Вот эти высотки строит Дерипаска, ты знаком с ним? - неожиданно, с неподдельным интересом спросил меня Пронин.

- Пока нет, возможно, с вашей помощью, если конечно будем работать совместно, то обязательно познакомлюсь.

- Вот там, в самом углу, - показывал он вытянутой правой рукой в сторону отдельно стоящего здания, - должна быть пятизвездочная гостиница, строительство которой возложено на твоего друга Тельмана, а он взял да и скрылся из виду.

- Мой друг, что вы говорите? - с нарочитым удивлением спросил я Пронина, боясь выдать свое смущение.

Я, конечно, знал Тельмана Исмаилова - кумира горских евреев, талантливого бизнесмена, одного из самых первых олигархов России. Именно к нему тянулись сердца молодых горских евреев, его обожали и боготворили. Многие молодые люди мечтали, что когда-нибудь и их имена наряду с легендарным именем Тельман будут на слуху и о них будут говорить и сплетничать на элитных тусовках горских евреев. "Зачем мне это надо, - думал я, настороженно вглядываясь в ожившее лицо Пронина, - сейчас даст еще какое-то непонятное поручение типа "передай Тельману, что мы его с нетерпением ожидаем в Сочи", хотя он был в курсе, что Тельман уже давно был в немилости у властей.

Тельман Исмаилов являлся основателем и совладельцем крупнейшей в России строительной группы "АСТ", которой де-юре принадлежал "Черкизон" - рынок, занимающий в общей сложности почти 50 гектаров московской территории (по другим данным - свыше 70 га). В группу компаний "АСТ" входила 31 фирма. По сообщениям западных СМИ, в начале нулевых на полученные доходы Исмаилов открыл в Турции гостиницу "Мардан Палас", и это стоило бизнесмену 1,4 миллиарда долларов. На территории отеля Исмаилов построил себе дворец стоимостью свыше 50 миллионов долларов. По словам многочисленных работников Управления таможенной инспекции Федеральной таможенной службы РФ, "Черкизон" представлял собой город в городе, со своей системой управления, собственной службой безопасности, разделенной по национальному признаку - с китайскими, вьетнамскими, таджикскими и другими "кварталами". По данным российской таможенной службы, только на территории "Черкизона" проживало не менее 10 тысяч иностранных граждан, так или иначе связанных с этим рынком (эксперты называют цифру постоянно работавших на рынке свыше 100 тысяч человек, преимущественно граждан Китая). А в округе возле рынка большинство квартир были либо куплены торговцами, либо снимались ими.

В начале июня 2009 года председатель правительства РФ В. В. Путин призвал "серьезно усилить борьбу с контрабандой и нелегальным производством и уже в ближайшее время добиться коренного улучшения ситуации". По поводу борьбы с контрабандой Путин сказал, что "борьба вроде бы ведется, но что-то мало результатов. Результат в таких случаях - это посадки в тюрьму. Где посадки?" Владимир Владимирович заявил, что на одном из рынков "до сих пор стоят товары на более чем на 2 миллиардов долларов. До сих пор не уничтожили, и хозяев товаров нет". В конце июня того же года решением префекта Восточного административного округа Москвы Николая Евтихеева деятельность Черкизовского рынка была приостановлена. По официальной версии, на тот момент накопилось множество предписаний Роспотребнадзора об устранении нарушений санитарно-эпидемиологических требований, которые не исполнялись. Кроме того, как отметил Евтихеев, "Черкизон", работавший как мелкооптовый рынок, практически парализовал движение транспорта в районе Измайлова из-за непрекращающегося наплыва машин оптовиков со всей страны. О своей позиции по поводу Черкизовского рынка заявил также Следственный комитет, который вынес представление об устранении выявленных на "Черкизоне" нарушений в адрес главы Москвы Ю.М. Лужкова. Было заявлено, в том числе, и о многочисленных нарушениях миграционного законодательства иностранцами, работающими на Черкизовском рынке, а руководитель Следственного комитета РФ Александр Бастрыкин в одном из своих выступлений прямо сказал, что "этот гадюшник надо закрывать". В июле того же года Черкизовский рынок был официально закрыт. Хотя, как утверждают злые языки, причина закрытия "Черкизона" была совсем в другом, и Пронин, конечно, знал об этом во всех деталях и подробностях. Однажды Тельмана Исмаилова спросили, как ему удалось создать в столице России бизнес-империю горских евреев, на что он скромно, без пафоса ответил: "Это было легко - 50 % прибыли компании, которая исчислялась миллиардами долларов, уходили на взятки, вознаграждения и дорогие подарки, - затем мечтательно улыбаясь - наверное, вспоминал свое бурное прошлое, сказал фразу, которая стала впоследствии крылатым выражением в России: Делиться надо".

"Нужно срочно свернуть тему, - подумал я, - иначе можно на пустом месте оказаться на обочине крупнейшего бизнес-проекта России". Удачная идея, словно волшебная палочка, успешно вывела меня из очередного тупика.

- Знаете, Владимир Васильевич, а я ведь близко знаком с Вайнштоком, первым Президентом корпорации по строительству Олимпийских проектов.

Пронин оживился и с веселым удивлением посмотрел на меня. Он сделал заинтересованный вид, ничего не сказав, вернулся на свое рабочее место, оттуда бросил на меня недоуменный взгляд.

- Интересно, - сказал он, - хочу спросить, каким образом тебе удавалась знакомиться с таким множеством состоятельных людей, владельцев крупного бизнеса. Мы ведь тебя пробивали после нашей встречи в Курске, в сущности ничего необычного мы не увидели.

- Знаете, Владимир Васильевич, - радостно поддержал я этот поворот нашей беседы, - меня часто пробивали, в том числе и компетентные органы. - Однажды, будучи советником волгоградского губернатора я умудрился пригласить к нам в область руководство компании "Тенгизшевройл", - я думал, что этой историей окончательно отвлеку его внимание от Тельмана, и оказался прав, - так вот, - как ни в чем не бывало продолжал я свой рассказ, - директора предприятии нефтегазовой отрасли бомбардировали меня своими звонками, они убедительно просили меня непременно включить их предприятия в программу посещения американцев - времена были, сами понимаете, ничего не работало. Среди них был и Аксенов, управляющий ПО "Баррикады". Это был добрейшей души человек. Мы совместно с Грайфером - президентом "РИТЭК" неоднократно посещали завод "Баррикады", на котором разрабатывали систему гидравлического разрыва пластов для увеличения добычи нефти. Но, несмотря на это, он всегда любезно, чтобы не обидеть меня, требовал от меня паспорт: "Надо, - говорил он, извиняясь, такое требование компетентных органов". В последний раз возвращая мне паспорт, он удовлетворенно произнес: "Чист, как стеклышко". - "Уважаемый Николай Иванович, в среде горских евреев нет предателей и шпионов, - с гордостью сказал я человеку, которого безгранично уважал". Владимир Васильевич, я - любимчик Бога, на протяжении всего моего жизненного пути в большинстве случаев мне встречались добрые, искренние и очень значимые люди, я никогда их не подводил, будьте уверены, я и вас не подведу.

Пронин на короткое время забыл о Тельмане, а я был этому очень рад. "Слава Богу", - подумал я, тем более никто не знал, где находился Тельман Исмаилов. Но спустя минуту, как бы невзначай он задал мне, на первый взгляд, безобидный вопрос:

- А как ты познакомился с Вайнштоком?

"По-моему я не смогу сегодня выйти из этого круга каверзных и наводящих вопросов, -думал я. - Эй, чудак, перед тобой бывший генерал полиции, который только знал, что задавал неудобные вопросы, как бы не сболтнуть лишнего, и в этой ситуации лучшее, что я смогу сделать, - незатейливо закрыть рот". Но вопрос прозвучал, и надо было каким-то образом ответить. Но в эту минуту я вспомнил наш последний разговор с Вайнштоком: "Будешь в Израиле, найди меня" - и новое воспоминание промелькнуло в моей голове.

Мы с Грайфером в Когалыме на встрече с руководством АООТ "Лукойл-Когалымнефтегаз", тогда Семен Михайлович был заместителем Алекперова по социальным вопросам. Затем он становится генеральным директором компании, а спустя некоторое время стал вице-президентом "Лукойла". Затем наступил звездный час в карьере этого мягкого, вежливого и очень эффективного менеджера, он надолго становится президентом ОАО АК "Транснефть". На всех этапах его карьерного роста у нас были дружеские отношения. Общественный деятель Алексей Навальный в ноябре 2010 года обвинил бывшее руководство "Транснефти" в миллиардных хищениях и потребовал привлечь экс-топ-менеджеров к уголовной ответственности (при этом председатель Палаты Сергей Степашин опроверг слова Навального о похищенных 4 млрд долларов США, заявив, что "после устранения нарушений проект был неплохо реализован".

- Знаете, Владимир Васильевич, как я познакомился с Вайнштоком - долгая и нудная история, я лучше расскажу вам историю, как он, сам не подозревая об этом, стал причиной моего разрыва с Алекперовым.

Пронин, не скрывая удивления, недоверчиво, с полуулыбкой на лице глядел на меня, как на пришельца из космоса. Он вытаращил глаза и приоткрыл рот от изумления. Не отрывая своего изучающего взгляда с пары моих глаз, он с напускным равнодушием все же спросил:

- Ты знаком с Алекперовым?

Я молча кивнул ему. Он не удержался от наводящего вопроса:

- И что ты тогда делаешь в моем кабинете?

- Вы пригласили меня, вот я и приехал, - еле сдерживая улыбку, ответил я равнодушно.

- Хорошо, давай рассказывай свою историю, - согласился он, дав мне возможность уйти от новых вопросов.

- В прошлом, - начал я неторопливо свой рассказ, - я был официальным представителем "Лукойла" в Поволжье, у меня был министерский кабинет и чудная секретарша, мой телефон разрывался от звонков. Сказать правду, этот кайф продолжался недолго, все началось с визита к нам в город генерального директора Торгового дома "Лукойл". Он позвонил рано утром и сообщил, что хочет встретиться со мной. Я терпеливо ожидал. Заявился он поздно вечером. Обдав меня тяжелым перегаром, он начал решительный наезд: теперь все поставки ресурсов на Лангепас, Урай и Когалым только через торговый дом. Я резко возразил, думал, как этот алкаш может управлять моими действиями. Мне казалось, что никто и ничто не сможет разорвать наши отношения с Алекперовым.

Пронин с немым удивлением слушал - они могут это делать профессионально. Переведя свой взгляд с его лица на проект, я думал: "Зачем ты ему все это рассказываешь", - но меня невозможно было остановить, мне нужно было выговориться.

- Утром следующего дня я получил звонок из приемной Алекперова, меня приглашали на срочное совещание в Москву. Машины в Домодедово не оказалось, а время поджимало. Я нервничал и суетился, пытался дозвониться до секретаря Алекперова, но все было тщетно. И тут я легко и просто попал на крючок банде грабителей, которые орудовали в то время в Домодедово. Никакого страха, а только отчаяние и злость на самого себя за то, что не смог различить бандита от бизнесмена. "Послушайте, мужики, давайте договоримся, заберите все, что у меня есть, только высадите меня, я действительно тороплюсь на встречу", - пытался я начать хоть какой-то диалог с бандитами. - "Не волнуйся, братишка, мы тебя не грохнем", - успокоил меня один из них и попросил меня раньше времени не суетиться под клиентом. Через несколько минут раздался вой сирен полицейских машин, которые заблокировали нашу машину уже на выезде с аэропорта с трех сторон: спереди, сзади и сбоку. Полковник милиции в громкоговоритель требовал, чтобы мы все вышли из машины с поднятыми руками. Затем всех нас положили лицом к земле и начали надевать наручники. "Кто из них пассажир? - спросил полковник одетого в гражданскую одежду мужчину, - подымите его, я хочу на него посмотреть". Этот диалог между милиционерами привели меня в чувства, и у меня появилась надежда, что я закончу этот день все-таки в хорошем настроении. Полковник внимательно разглядывал меня, затем с негодованием спросил: "Ты что, без головы? Ты что творишь, с кем сел в одну машину? Забери свою сумку и давай до свидания". Моих попутчиков рассадили по машинам и увезли, а я, растерянный, еще долго стоял на обочине и пытался сообразить, что произошло со мной за это короткое время нового дня.

В кабинете Алекперова было много народу, справа от него сидели региональные руководители Лукойла в Краснодаре и Ставрополе, напротив них сидел смуглый мужчина и очень эмоционально о чем-то говорил. Вагит Юсуфович кивнул мне, и я сел рядом с ним. "Израильтянин", - подумал я и не ошибся. Ури, так его звали, рассказывал о преимуществах новых израильских систем орошения, используемых в израильских аграрных проектах, - капельном орошении. Он предлагал нам начать с небольших проектов (5-10 миллионов долларов) и двигать эту систему на обширные территории России. Мои коллеги в один голос заявили, что нет никаких проблем и они, конечно, убедят руководства своих регионов в необходимости этого нововведения. А я, молодой коммунист, говорю, что думаю, и сболтнул такое, что сам до сих пор не пойму, кто тянул меня за язык. "Весьма бесперспективная идея, и мы напрасно тратим на эту затею время, - категорично заявил я и продолжил: - Сегодня реализация израильских сельскохозяйственных технологий в казацких регионах юга России просто невозможно по многим причинам". Я был готов разорвать этого израильтянина с его фантастическими предложениями, из-за которых я чуть не лишился жизни. Воцарилась пауза, все молчали, Вагит Юсуфович вышел из кабинета и предложил нам продолжить нашу деловую беседу.

- Хорошо, а где здесь Вайншток? - спросил заинтересованно Пронин.

- В кабинет Алекперова вошел мужчина и сел напротив меня, он молча слушал нашу дискуссию. Не знаю, то ли дернул меня бес, то ли черт попутал, но мне почему-то показалось, что этот мужчина был Вайншток. Ну кто мог так просто войти в кабинет шефа, думал я, тем более он был очень похож на Вайнштока. Вот я и пошел вразнос, доверив свои мысли чужому человеку. После завершения совещания я спросил секретаря, кто был мужчина, который только что вышел из кабинета шефа. "Кукура - вице-президент "Лукойла" по экономике и финансам", - ответила секретарь. На следующее утро был сложный и жесткий разговор с Алекперовым, после которого дальнейшая моя работа в структуре "Лукойла" была невозможна. На прощание Вагит Юсуфович сказал мне: "Никому никогда ни о ком ничего не рассказывай - ни хорошего, ни плохого". Кто бы мог подумать, что именно израильские инновационные технологии станут основой деятельности нашей израильской компании в России и Средней Азии. Вот почему, Владимир Васильевич, я сегодня здесь в вашем кабинете.

Зазвонил телефон прямой связи, и через несколько минут мы с Прониным были в кабинете Боллоева.

- У вас десять минут, - сказал помощник, открыв дверь в кабинет президента Олимпстроя.

Боллоев и Пронин, отойдя к окну, приватно, на пониженных тонах говорили между собой о чем-то важном. Было явно видно, что разговор серьезный, но все-таки пару фраз я сумел услышать. Как я понял из отдельных реплик, доносящихся отрывисто до меня, речь шла о визите Козака в Сочи.

- Ну что же, - сказал Боллоев, пристально взглянув на меня, - мне достаточно увидеть тебя, думаю, вы найдете общий язык с Владимиром Васильевичем.

На этом наша встреча завершилась. Я только направился к выходу, как Боллоев остановил меня.

- У меня всего один вопрос, почему в аграрном бизнесе такой низкий уровень рентабельности? Даже не так, почему в сельхозпроизводстве возникают масштабные убытки?

Я догадывался, о чем шла речь.

- Господин Боллоев, позвольте рассказать вам короткую историю.

Президент Олимпстроя с удивлением посмотрел на меня, затем перенес свой непонимающий взгляд на Пронина, а тот возьми и скажу ему, что я хороший рассказчик и стоит уделить пару минут внимания моему рассказу. Боллоев кивнул головой.

- Но только, чтобы рассказ был очень коротким, - сказал он недоверчиво.

- У нас на северном Кавказе расположены лучшие пахотные земли, на которых выращиваются зерновые культуры. - Боллоеву понравилось начало моего повествования, я интуитивно почувствовал его интерес. - Один из крупнейших землевладельцев, я не буду называть фамилию, вы, я думаю, знаете его. Так вот, он поручил моей команде сделать производственный и финансовый анализ деятельности хозяйств, входящих в его холдинг. Он с горечью сказал нам, что уже третий год в холдинге масштабные убытки, исчисляемые сотнями миллионов рублей. Через две недели интенсивной работы я доложил президенту холдинга, что основной причиной убытков является банальное воровство со стороны руководителей хозяйств, входящих в холдинг. "Не может быть, - возмущенно сказал он, - там везде сидят мои ближайшие родственники". Короче говоря, на следующий год мы вышли на небольшую, но все же прибыль, но теперь на всех важных направлениях работ трудились приглашенные со стороны специалисты.

- Интересная история, встретимся на следующей неделе, и ты подробнее мне расскажешь об вашем эксперименте.

Прощаясь, Пронин строго-настрого запретил мне распространяться о нашей встрече, а напоследок сказал:

- Через два дня у нас будет Дмитрий Козак - Заместитель Председателя Правительства, он ответственный за проведение Олимпиады в Сочи. Я очень опасаюсь этой встречи, - говорил Пронин с неким волнением, в его лице я заметил легкую тревогу и смятение мыслей, - Козак и Боллоев горячие и вспыльчивые люди, но, что бы ни случилось и как бы все ни закончилось, будь на связи. - И тут же, буквально в минуту прощания, он загадочно спросил: - Ты знаком с Козаком?

- Да, - ответил я и задумался, вспомнив нашу первую встречу с ним.

Это произошло несколько лет назад, в начале июля, в Ростове стояла ужасная жара, но я при полном параде, в темно-синем костюме, модном галстуке и белой рубашке шел на встречу с полномочным представителем Президента РФ в ЮФО. Джеффри Гитомер В своей "Маленькой черной книге о связях" советовал, как познакомиться с нужными людьми. Во-первых, надо найти человека, который в состоянии помочь вам познакомиться. У меня был такой человек - помощник Козака по экономическим вопросам Коваль Юрий. Во-вторых, должен быть неотразимый повод или ценное предложение. Такое предложение также было - это письмо президента американской компании о выделении площадки под строительство предприятий по производству комплекса оборудования для капельного орошения. В итоге ничего не получилось, мое письмо с резолюциями Козака затерялась в длинных коридорах власти Северного Кавказа. Спустя несколько дней в новостях промелькнула информация о том, что Боллоев подал в отставку, и меня, конечно, никто никуда не пригласил. Удивительно, в этот раз я никого не обвинял за то, что страдал, плакал и сокрушался о случившемся. Кто знал, как бы повернулась моя судьба, если бы Козак именно в это время не посетил с инспекцией стройки Олимпиады, если Боллоев адекватно своему статусу отреагировал бы на критические замечания заместителя Председателя Правительства России, если Боллоев, с горяча, не подал бы в отставку. Ничего страшного, уверял я себя, мечтательно улыбаясь, надеюсь, что и в этот раз Господь раздал карты удачно и госпожа удача не обойдет меня стороной. А в сокровенных тайниках моего сознания зарождалась мысль, что Господь по известным только ему соображениям изо дня в день оберегает меня от опасности сиюминутных заманчивых предложений. Он невидим, но всегда рядом и все, что происходит случайно со мной и вокруг меня, это на самом деле подготовка к самому значимому событию в моей жизни, которое и определит главное направление моей деятельности в будущем. Давно известно - все что ни делается - все к лучшему.