# Хороший попутчик

Владимир Михайлович Беккер

Говорят, все дороги ведут в Рим. В Рим или может быть в Париж, я точно не знаю, потому что это у них там, на Западе. У них там и дороги особенные и вообще все по-другому построено. А еще говорят, хороший попутчик скрасит дорогу. Это я точно знаю. И знаю, что в Московском химическом институте все дороги ведут на Собачий проспект. Да, да, на тот самый пятачок в центре института, куда выходят двери шести основных деканатов и куда приходят все студенты со своими горестями и радостями. Именно здесь вы можете найти хорошего попутчика и продолжить вместе с ним дальнейшую дорогу по знаменитым институтским закоулкам. Маленький солидный Бэк выбрал себе в попутчики неорганика Олега Добрякова и они вместе направились в институтскую столовую немного подкрепиться. Вообще - то в столовую можно было добраться по верху, по институтскому двору, но это было прозаично. Гораздо более интересно опуститься в институтские подвалы, плутать по закоулкам, находить каждый раз что - то новое, неведанное. Подвалы скрывали немало тайн. Неопытные первокурсники частенько терялись в этих катакомбах, но проучившись год - два становились профессиональными путешественниками. Друзья шли медленно. Медленно, потому что огромная фигура студента Добрякова очень плохо вписывалась в неуклюжие коридоры институтского подземелья. Ему постоянно приходилось уклоняться от всяческих труб и проводов, свисавших с низкого потолка, и от выступов, внезапно появлявшихся у них на пути. К тому же на каждом шагу встречались разнообразные друзья и просто знакомые, и всех надо было поприветствовать, а иногда и поговорить. Олег Добряков частенько отмахивался и шел вперед, но Маленький Солидный не мог себе этого позволить, и Добряку приходилось останавливаться и ждать, пока Бэк утолит свою словеную жажду. Но вот возле деканата нефтяного факультета Олег Добряков резко остановился: -- Смотри, Бэк, чего это "керосины" так раздухарились? Вон ватага какая собралась! -- Да кто их знает, Олежка, у них же все не как у людей! Одно слово - "мазуты!" Нефтяной факультет в Московском химическом особым уважением не пользовался. Конкурс на него был самый маленький в институте, абитуриенты не качественные, профессорско-преподавательский состав очень слабый, материальная база хворала, но ярких личностей хватало с избытком; просто все институтские разгильдяи и лодыри с основных факультетов потихоньку переводились на нефтехимический и становились там почти что отличниками. -- О! Бэк, да они же нашего Сережку обижают! Сейчас я их всех порву! Теперь и Бэк заметил, что в середине толпы нефтехимиков стоит растерянный мальчик Сережа Гуляев, а толпа напирает на него, размахивая руками и брызжа слюной. -- Господа! Добрые господа "керосины"! Проявляйте, пожалуйста, великодушие! -- Бэк решительно вторгся в самую гущу толпы, чтобы защитить своей грудью деликатного и скромного студента Сережу Гуляева, -- Милосердие превыше всего! Женевская конвенция 1949 года* запрещает посягательство на жизнь и гарантирует физическую неприкосновенность военнопленных. Нефтехимики, смущенные энергичным Бэковским напором немного стихли, а затем были оттеснены в сторону Олегом Добряковым. Подскочила еще пара тройка студентов-союзников; решительный перевес нефтехимиков был укрощен. -- Сережа! За что на тебя обиделись эти добрые люди? Ты что не вовремя выплатил им дань за проход в столовую? -- Да, понимаешь, Бэк! Пошли мы вчера с Эльдаром Гафуровым в "Пивной зал"* возле часового... -- Куда? Куда вы пошли? -- удивленно спросил Олег Добряков, -- в "пивной гадюшник"? Орлы! Нет бы прилично в "Сайгон"* или "Ладью"*... -- Пришли мы, сели чинно, -- Сережа Гуляев совершенно успокоился и продолжал свой рассказ медленно и с подробностями, -- пиво неплохое оказалось; выпили кружечек по шесть, и тут вот эта гирла* подкатила, -- Сережа указал на высокую блондинку, -- она, и с ней двое парней. -- Вон та с хвостиками? -- Бэк с интересом посмотрел на высокую студентку в розовом платье, -- Эффектная девушка, ничего не скажешь! -- Ну вот, мы с Эльдаром пиво пьем, а они философствовать начали; роль женщины в современном обществе, суфражизм, феминизм, гендерные отношения, сфера межполового взаимодействия, прочие всякие термины научные. Но это все цветочки. А потом чува* эта у Эльдара спрашивает: -- "Скажите, пожалуйста, а как вы к этому вопросу относитесь?" -- Так, так! И что же наш философ ответил? -- А то ты нашего Эльдарчика не знаешь. Отпил пивка немного, посмотрел на нее внимательно и говорит: -- "А! Все бабы биляди!" -- Узнаю гусара! Олежка, ты слышал? -- Слышу, слышу! -- Студент Добряков повернулся к вновь загалдевшей толпе нефтехимиков, -- Погодите вы, черти, дайте дослушать версию потерпевшего! Сережа Гуляев остановился, перевел дух. Теперь от его растерянности не осталось и следа. Конечно, нефтехимики своим кавалерийским наскоком немного ошеломили его, но теперь в окружении друзей Сережка ничего не боялся. Он распрямил плечи и продолжил свой рассказ дальше: -- Так самое интересное потом случилось, эта гирла такую пенку выкинула. Она Эльдару плюху закатила; со всего размаха! -- Ну а наш герой что? Не кричал "Я тебя вголую враздену и по Москве вгулять пущу?" Нет, не было такого? -- Бэку понравился поворот истории. -- Нет, Эльдарчик себя тихо повел. Он взял две кружки пива и чуве этой на голову вылил. Тут кипеш страшный поднялся, мусора прибежали, но нас официантка черным ходом увела. -- Ну, это негуманно! Пивной душ жарким летним вечером... нет, право слово, я такой поступок не одобряю. Ну а ты, Сережа? Я надеюсь, ты не обливал ее пивом и не швырялся креветками в бедную девушку? -- Бэк! Ну, ты же меня знаешь! -- Господа! -- Бэк повернулся к нефтехимикам, -- По версии, изложенной подсудимым, он совершенно не виноват в случившейся трагедии, и вы должны отпустить его без всякого выкупа. Разбираться нужно с господином Гафуровым, Сережу Гуляева обвинить не в чем! -- Подождите, подождите! -- закричал, брызжа слюной, высокий упитанный парень в голубой рубашке с галстуком, -- Вы еще не знаете, с кем вы связались! Сейчас придет сам Тимур Азнакаев, он вам покажет, как его девушку обижать! -- Стоп, друзья мои! Причем тут князь Азнакаев? -- Бэк недоуменно посмотрел на упитанного парня и затем повернулся к Сергею Гуляеву, -- Сережа, вы что, князя тоже пивом облили? -- Да потому что вы его девушку пивом облили! -- закричала высокая, худая, нескладная студентка, -- Марина - невеста Тимура Азнакаева. -- Погодите, погодите, я же не знал, что эта девушка невеста Тимура. Что он прямо так и сказал? -- Да! Да! -- снова закричала нескладная студентка, -- он так и сказал: " За то, что мою невесту обидели, всех порежу!" Вот увидите, Тимурчик вам всем морды начистит! -- Фу! Какие грубые слова, мадам! Грустно слышать, как такие грубые слова выходят из столь прелестных уст. Хотя должен сказать, полученные сведения меняют оборот дела. Обидели невесту Тимура Азнакаева!? Это очень нехорошо! Серега! Беги на "собачник", собирай народ! -- Что? Будем воевать с чеченцами? -- Сережа! О чем ты говоришь? Князь наш лучший друг. Нет! Не воевать, пить гулять будем! Тимур Азнакаев женится! Виват невесте князя Тимура! Бэк выкрикнул свою здравицу и искоса посмотрел на эффектную блондинку. Казалось, что она уже не рада была, что развела всю эту историю. Сережа Гуляев убежал в сторону "Собачьего проспекта", крича во все горло и размахивая руками, а в скорости из-за поворота показался и сам князь Азнакаев. Да! Тимур Азнакаев неотразим. Высокий импозантный красавец, широкий в плечах и узкий в талии, с красивым настоящим кавказским лицом; он пользовался у институтских девушек огромным интересом. До нефтехимического факультета Тимур успел побывать уже на нескольких других, а также в московском и ленинградском государственных университетах. И всюду он оставлял за собой толпы плачущих девушек, а также одиноких матерей и младенцев. -- Бек! -- Тимур радостно раскинул руки, -- Салям алейкум, родной! Как твой дом? Все ли твои живы здоровы? -- Ваалейкум салям, дорогой! Живи долго, брат мой*! У меня все в порядке! А как здоровье уважаемого Вахи Хачукаева? Как здоровье большого отца Магомада? -- Дика ду баркалла* Бек! Все живы, здоровы, все у них хорошо, благодарение аллаху! Начинаются традиционные кавказские приветствия. Друзья похлопывают друг друга ладонями по плечам, касаются щек щеками и радостно обнимаются. Азнакаевские сокурсники нефтехимики хотят что-то сказать, но не решаются прервать столь радостную встречу. Наконец объятья заканчиваются, Тимур поворачивается к студенту Добрякову и кричит весело: -- Привет, Добряк! Извини, я тебя сразу и не заметил; какой-то ты маленький сегодня! -- А знаешь, Тимур, я ведь на тебя в обиде, -- Бэк делает серьезное задумчивое лицо и отворачивается от Азнакаева. -- Бек! Скажи мне, что случилось? Ты же знаешь, я умру за тебя, Бек! -- Нет, брат, умирать совсем не надо, живи долго, дорогой! Просто я понять не могу, брат, как же так случилось; ты жениться собрался, а лучшему другу ничего не говоришь. -- Бек! О чем ты! Ничего не понимаю! Ты же сам прекрасно знаешь, невеста в ауле ждет, как только диплом получу, дядя Ваха меня сразу же женит, говорит без диплома будущему главе рода нехорошо жениться. И в тейпе не поймут, и в тухкуме* старики не оценят. -- В каком ауле, какой диплом? Вот друзья твои мне сказали; Тамара, невеста твоя, стоит. Уже по всему институту слух пошел: "Сейчас Тимур Азнакаев придет, за обиду свою мстить будет, невесту его вчера в пивном зале крепко обидели". Эльдар Гафуров, от кровной мести спасаясь, в Азербайджан сбежал... -- Вай, Бек! Как ты меня напугал. Я думал, может ты действительно услышал, что дядя Ваха угрозу свою исполнить захотел, а тут оказывается без меня меня женили! Кто я? Разве цу стеган тейпа а, тухкум а дац?* -- и, повернувшись к побледневшей Тамаре, Тимур закричал, -- Эй, женщина, кто тебе такие слова сказал: невеста, жениться, замуж выходить... -- Погоди, Тимур, все знают, ты будущий глава тейпа, уважаемый человек! А на бедную девушку не кричи зря, она сама ничего не говорила, подружки у нее больно горячие. -- Подружки, подружки! Сама по пивнушкам таскается, а меня женихом называет. Невеста Тимура Азнакаева из дома не выходит, невеста Тимура дома сидит! -- Остынь, дорогой, не кипятись! -- Бэк снова обнимает Тимура и хлопает его по плечам, -- Но угощение тебе придется поставить. Я уже Гуляева послал народ собирать. -- О чем разговор, Бек, конечно угощаю! Тимур Азнакаев уходит вместе с Олегом Добряковым и Маленьким солидным Бэком, а невеселые "керосины" остаются успокаивать плачущую блондинку Тамару. В этот день все дороги вели в знаменитую студенческую пивнушку с гордым названием "Лебеди"* До самого позднего вечера шумела и бурлила "Азнакаевская свадьба". Бывший студент Эльдар Гафуров тоже присутствовал на этой "свадьбе" и произнес тост за чеченского горца Тимура Азнакаева. И еще много тостов было поднято: и за дружбу народов и за студенческое братство и конечно за процветание Московского Химического. *Женевские конвенции 1949 , международные конвенции о защите жертв войны, подписанные 12.8.1949: 1) об улучшении участи раненых и больных в действующих армиях; 2) об улучшении участи раненых, больных и лиц, потерпевших кораблекрушение, из состава вооруженных сил на море; 3) об обращении с военнопленными; 4) о защите гражданского населения во время войны.   *"Пивной зал" - заведение для любителей пива неподалеку от московского часового завода. Студентами химиками котировалось не очень высоко.   *"Ладья", "Сайгон" - очень престижные пивняки. *Гирла - девушка (сленг), образовано от английского girl. *Чува, Чувиха - девушка, женщина (язык музыкантов) *Дика ду баркалла - Спасибо. *Живи долго - традиционное чеченское приветствие. *Тейп, тухкум - родоплеменные объединения чеченского народа. *Цу стеган тейпа а, тухкум а дац - ни рода ни племени (чеченск.). *"Лебеди" - смотри почти любое произведение о похождениях Маленького Солидного Бэка, Михаила Белецкого - Гончарова, Александра Н. Барзеева и их друзей...