- ...Вон летит русский новогодний ужин, - говорит тетушка Памела из Америки, где живет много-много диких гусей. - Яблок к ним и все будет ок. А то уже достали, киллеры цветов! Сюда бы ваших парней с ружьями, бах-бах и в супермаркет не надо! - хохочет она, довольная собственной шуткой.
Да тут вообще много работы русским ребятам: белок видимо-невидимо, почти по головам скачут. Еще косули иногда дорогу перебегают, бурундуки. А ведь мы на окраине четырехмиллионного города...
- Ох, и глупые эти гуси! - Памела едет за рулем своего 'Сатурна' и успевает оглядываться по сторонам. - Из Канады летят сюда на зимовку, а озеро-то замерзает! Нет, чтобы лететь дальше в Аризону - там зима как наше лето. Так нет, им Иллиной подавай! Сегодня днем видела, как к нам в Сэддлбрук бежал кайот. Я ему говорю: давай-давай, ужин тебя уже ждет!
Мы только что познакомились в аэропорту O'Hare города Чикаго. Памела - моя американская хозяйка, а я - делегат программы 'Открытый мир', по условиям которой поселюсь у нее в гостях. С помощью клуба 'Сила дружбы', членом которого является и моя новая знакомая, наряду с другими ста делегатами буду изучать основы американской демократии, присутствовать на выборах Президента США.
Образовательные мероприятия начались в Атланте два дня назад, но основные события ждут нас здесь, в городе Лейк Блафф (Lake Blaff). Так называется один их многочисленных и растянутых на десятки километров жилых микрорайонов Чикаго. Памела живет дальше всех, и времени для общения в пути предостаточно. Беседа, в основном, односторонняя: она говорит, я слушаю. В школе изучала немецкий, а английский лексикон состоит из 'набора туриста': где, когда, что, почем. Про гусей там ничего не было...
Но каким-то чудом догадываюсь, о чем идет речь.
- В Иллинойсе - лед? Правда?! - переспрашиваю лаконично. Ничего не поделаешь, отныне придется вооружаться сестрой таланта. Который год собираюсь на курсы английского языка! Этим летом прямо в моем дворе открыли лингвистический центр, но я нашла тысячу причин снова отложить учебу.
- Да! И снега - по пояс, - рукой показывает Памела. - О, была однажды такая зима, что столько снега намело! Электричество отключилось, а я с детьми в школе сидела, пока нас не раскопали...
Да... американский континент я знаю плохо. Из-за океана кажется, что здесь вечное лето. Наверное, навеяли голливудские фильмы: в Лос-Анджелесе так и есть.
Пришло время рассказать о себе:
- Я работаю в газете, - говорю почти заученно, - живу в Сибири, в очень богатом регионе. У меня есть взрослая дочь. Она занимается связями с общественностью. С мужем развелась три года назад.
- Развод? О, это катастрофа! Что случилось? Деньги? Женщина? Алкоголь?
Вот тема женщин всей земли: экс-хазбенд. И языков знать не обязательно. Тут Памела освобождает меня от необходимости напрягать мозги и начинает рассказывать про своего 'экс'. Они развелись, прожив четверть века, хотя общего было немало - вместе учительствовали при консульствах в разных странах, но дальнейшая жизнь сложилась порознь. Он не общается с детьми, и это самое печальное. У них добрый сын и дочь-красавица, теперь уже пятеро чудных внуков, мог бы встречаться с ними иногда...
Дома у Памелы сразу прошусь в Интернет, где размещены мои альбомы - с видеорядом проще объясняться. Смотрим многочисленные фото дочери, кадры с путешествий. Моя мама в мусульманском платке на время вводит ее в ступор:
- Так и ты - мусульманка? - удивляется она и еще раз переспрашивает на всякий случай: - И платок носишь?
Отрицательно мотаю головой. Ее реакция непонятна. Впрочем, пусть, я имею право быть собой.
К американскому вечеру начинают слипаться глаза, ведь в России сейчас раннее утро. Говорю Памеле, что хочу немного поспать, а потом буду втягиваться в здешний режим. Она тут же уходит, пожелав приятного отдыха. Уже в дверях - учительница со стажем - возвращается к сказанному:
- Да, не говори никогда 'Иллинойс', правильно Ил-ли-ной! Без 'с'...
МУВИСТАР
Утюг - вот что мне нужно утром!
Моя тетушка в ужасе: она никогда не гладит одежду! Лишь сушит в большой сушилке, которую тут же и показывает - одежда из нее выходит вполне приличная. Но это относится к повседневным джинсам и майкам, а мне надо отутюжить любимый костюм до безупречного вида - мы едем в Северо-Западный Университет (Northwestern University) на встречу с профессором Кеннетом Джандой (Dr. Kenneth Janda).
Покопавшись в дебрях кладовки, Памела все же находит и гладильную доску, и утюг. Фен не стала просить, догадалась, что его, скорее всего, нет. Если и найдется, это будет чудесный экземпляр образца семидесятых в виде шлема на голову. Так что, обойдусь без него.
Колдую одной лишь расческой над волосами, надеваю песочный пиджак с юбкой. На лацкан прикрепляю брошь в виде флорентийского цветка - для придания деловому облику немного романтизма.
На месте сбора уже съехались все делегаты нашей группы и их американские опекуны. "Родители", как мы назвали сопровождающих Виктора и Ольгу, помогают с переводом. Выхожу из машины и решительно здороваюсь со всеми за руку, как принято в Штатах. Алан, высокий пожилой мужчина, восклицает:
- Вау, кинозвезда и только! Почему я вас вчера не заметил? В аэропорту?
Моя Памела тут как тут:
- Она после дороги спящей красавицей была! Домой приехали, говорит, посплю один час. А сама в шесть вечера легла и в семь утра проснулась!
- Берегитесь! - продолжает Алан. - Сегодня у меня дома вечеринка, так хочу ангажировать вас! Хотя я, конечно, женат, - улыбается он, подмигивая своей жене Мерилин.
***
Северо-Западный университет оказался солидным городком, где есть даже своя церковь. Все корпуса утопают в желто-красно-зеленой листве. Красивое место! Внутри учебного здания простой и добротный интерьер. Рассаживаемся вокруг п-образного стола.
Профессор часто ссылается на своего коллегу в Атланте, который первым просвещал нас в вопросах общественного устройства США. И делал это задорно. Пионеров трудно оценить по достоинству. Только теперь, когда представление о жизни страны шире, проявляются некоторые слова Рэндала Страна, доктора наук, профессора Университета Эмори:
- Есть штаты, где овец больше, чем людей, например, Монтана. Трудно сказать, кто там победит, - утверждал он, несмотря на прогнозы социологических опросов. - Хотя, республиканцы наделали столько ошибок, что... выставь демократы даже обезьяну кандидатом, добьются успеха.
Доктор социологии Кеннет Джамба придерживается скорее республиканских взглядов. О противниках Обамы говорит, в том числе, и о себе как о расистах. Он за то, чтобы Соединенные Штаты Америки ассоциировались во всем мире как гарант прав человека. Ему не нравится, что в Саудовской Аравии женщины закрывают лицо и не избирают.
- Культура стран - тема деликатная, - замечает относительно моей реплики о праве народов на самоопределение. - Перекосы бывают, да... В Афганистане голливудскую эротику показывали жадные до денег люди, а не политики. В целом, мы за сохранение традиционных устоев. Но если есть дискриминация, то неважно в какой стране - мы будем бороться. У вас коррупция в правоохранительных органах. Дорожная полиция торгует услугами за парковку в неположенном месте. А еще средства информации умалчивают масштабы финансового кризиса...
***
После лекции заезжаем в бахайский храм, шедевр ажурной восточной архитектуры. Впечатлительная прихожанка Майя из Киева встречает как родных. Это в США она приобщилась к модной компилятивной религии.
Здесь вообще народ религиозный, не скажу верующий, не могу утверждать. Считается хорошим тоном быть причисленным к какой-либо церкви. А их великое множество! В разнообразии течений внутри одного лишь христианства Соединенные Штаты вряд ли перегонит какая-нибудь страна в мире.
Потом гуляем вдоль озера Мичиган. Верхушки знаменитых чикагских небоскребов теряются в тумане - к вечеру заметно похолодало. Свинцовые волны набегают на берег совсем как морские во время легкого шторма. Впечатление чего-то великого и грандиозного.
Мичиган - это озеро или море? - рассуждаем уже в гараже у Алана и Мерилин, пробуя закуски, расставленные на укрытом скатертью бильярдном столе. - Как наш Байкал?
Американские друзья про Байкал ничего не знают, все, кроме Памелы.
- Это в Сибири! - говорит она и сразу лезет в сумку, в которой носит англо-русский разговорник и карту России. - За Уралом, на востоке, где-то над Монголией, - она готовилась к нашему приезду!
У Виктора из Якутии при себе оказались открытки с видами российской жемчужины, которые вызывают восторг у обеих сторон. Он дарит их опекунам и замыкает тему:
- Наш Байкал все равно больше, чем их Мичиган. И даже чем все пять великих американских озер - по запасу пресной воды. Ты передай им, пусть приезжают в гости. У меня дом на берегу Малого моря - так называется теплый залив - места хватит всем.
Позже едим лазанью с фаршем, приготовленную Маргарет, и вегетарианскую, творение рук Марлен, симпатичной моложавой брюнетки. Она - в прошлом профессиональная актриса. Говорит, что играла роли второго плана, ничего примечательного, зато дружила с сестрой Кеннеди. Действительно, со старой фотографии смотрят на нас два юных совершенства.
Алан, хозяин дома, подносит мне бокал с красным вином:
- Русские женщины очень красивые! - говорит просто и по-доброму. - Я женился в 50-м году, 51-м родился первый ребенок, через год второй. Когда их стало пятеро, я сказал себе: стоп, Алан, их же надо кормить. Вот так в 55-м году и завязал с сексом. Но, чувствую, рано! - хохочет он, окончательно рассмешив меня.
Попив чаю с пирожными, расходимся по машинам. Максим из Мордовии жалуется:
- Я уже всё рассказал Тому и Салли о себе и не знаю, о чем сегодня говорить...
- Утром надо говорить о планах на день, вечером обсуждать, что было днем, - отвечаю ему, зевая, - можно читать прямо по программе.
Снова вечер, и снова я сонная. Когда только пройдет адаптация во времени?
Едем домой по окольным дорогам, которые Памела называет русскими - колдобин хватает! Зато здесь меньше машин - она вечерами предпочитает за руль не садиться. Тем более, такая возбужденная.
- Понимаешь, я же с ума схожу по вазочкам! - говорит она, кивая на аккуратные пакеты на заднем сидении. - Вот, опять купила две. Дорого! Ручной работы потому что. Просила по 50 баксов, нет, отдали по 60... У них там еще восемь осталось! Если до Рождества не разберут, всем подскажу, что мне подарить.
Про увлечение Памелы керамикой в анкете, присланной организаторами программы, ничего не было. Только про куклы. Я подарила ей русскую и белорусскую. Она им отвела специальное место - в ее коллекции экспонаты расположены по странам происхождения. Самой старой почти сто лет, ее привезла из Германии еще мать моей хозяйки, будучи сама ребенком. Памела состоит в клубе кукольников, выписывает журнал 'Куклы', сама их мастерит.
- Это не дом, а арт-галерея! - говорю, удивляясь ее постоянству в увлечении. Четыре застекленных шкафа в человеческий рост битком набиты разнообразными куклами размером с ладонь. Одна, на мой взгляд, просто выдающая трагическая героиня в пижаме - с ужасом в глазах с растрепанными волосами. За нее предлагали две тысячи долларов наличными! Но с любимыми ради денег не расстаются! Владимир из Нижневартовска преподнес двух хантыйских красавиц: Амелу, которая '...краше березы и луны' и невесту Мати в красной меховой малице. Памела аккуратно записала имена, уточняя у меня, и происхождение новеньких приобретений. Потом сообщит в клуб, где собирается база данных по коллекциям его членов.
Время от времени и я увлекалась: то разведением фиалок, то дизайном интерьеров. Но однажды интерес неизбежно угасал... В итоге оставила коллекционирование, кроме разве что впечатлений.
Памела еще и вышивает. Шьет наволочки из индонезийских платьев - носить их не будет, а в шкафу прятать искусство глупо. Пусть затейливые узоры украшают подушки.
КЭНЦОР
Утром за чаем смотрим репортаж по ТВ о предвыборной кампании Барака Обамы. На улицах городов проводят опрос прохожих. В текст не вникаю, лишь разглядываю лица: много метисов и встречаются очень симпатичные. О чем и сообщаю Памеле.
- Я преподавала в младших классах, - говорит она, согласно кивая, - малыши разные-разные. И черного народу хватало. А тут привели одного ребенка: лицо темное, глаза голубые. Голубые! Сколько видела метисов, голубоглазых не встречала. О, эт-то что-то!
Похоже, Америка действительно привыкла к многоликости. И, в целом, терпима к своей черноте. В центре Чикаго через одного встречаются индусы, тоже не очень белый народ. Про китайцев и не говорю - их в мире везде хватает. В России думалось, что в темнокожем кандидате в Президенты США есть что-то от показной демократии. Здесь так не кажется: Вавилон, да и только!
- Мы от него многого ждем, - говорят наши друзья, все, кроме Алана, он - за Маккейна, - в стране накопились внутренние проблемы, а республиканцы занимались больше внешней политикой. Первым делом нужно решать вопрос о здравоохранении! Это не терпит отлагательства.
Мне Памела еще в день приезда перечислила, чем болеют ее соседи:
- Ооо, кэнцор - в каждом доме... Вот у соседа, например. Через дом живет семья, так их 'господин Альцгеймер' посетил, не выходят на улицу... Много народу болеет, много...
- Что такое кэнцор? - переспрашиваю ее. - И в России есть?
- Ну, кэнцор же! Как не знаешь, это везде! Ммм... от него умирают! Как еще сказать, это когда... - берет грудь двумя руками и показывает, как будто сует ее в томограф.
- А! Кэнцор! - догадываюсь я. - Канцерогены!
Понятно, это рак...
- Жизнь коротка... - продолжает рассуждать Памела, - а кэнцор кругом! Детям сказала: моих денег не увидите! Потрачу при жизни. Хочу в Китай, Японию, Индию. В Италию хочу! Еще в Бразилию и Мексику. В Россию, извини, нет... Надумаешь поехать куда-либо из этого списка, звони! Двухместный номер дешевле, и вместе будет веселее.
За последние четыре года Памела побывала в девяти странах. Вот только что стопнулась - финансовый кризис.
- Надо помогать детям, - говорит без трагедии в голосе, - потерпеть немного, потом все наладится.- Но я не няня! - добавляет тут же. - Подарки внукам купила уже на Рождество, но сидеть с ними не буду.
Маргарет, нашей ближайшей соседке по программе, 75 лет, она в прошлом медсестра. Да и сейчас три раза в неделю ходит в госпиталь ухаживать за больными - так чувствует себя нужной обществу. Муж, бывший пилот, умер год назад от опухоля мозга - так трагически догнали последствия давней аварии.
Две дочери не сходят с языка Маргарет, о внуках она говорит с внутренней улыбкой. Но каждая самостоятельно растит своих детей, проживает свою жизнь. И это, кажется, правильно...
Желание здоровья чувствуется везде: в штате нельзя курить в общественных местах, в том числе, в ресторанах и барах. Более того, и на улице висят таблички, запрещающие курение. Это означает, что в пределах видимости от нее не стоит нарушать закон - чревато высоким штрафом.
Про неправильное американское питание много пишут и говорят. Но тучных людей я встречала редко. В парках то и дело бегают вполне стройные американцы.
Алексея из Самары жизнь в новых условиях устраивает:
- Меня Салли кормит и кормит, а я и так не худой! Говорит, ты в хорошей форме, напоминаешь мне сына... А Том - за спорт, играет в гольф. В гараже у него полно клюшек и шаров. Смотрите, я взял один мячик - подписан. Только покрыт был солидным слоем пыли - видно, давно его не трогали...
ВЫБОР АМЕРИКАНЦЕВ
Как обычно, в восемь часов утра мы в пункте сбора. Светлана воодушевленно описывает жизнь вчерашних гостей Брайана и Джоан, которые некогда эмигрировали из Грузии. Александр был на концерте:
- Дин играет в самодеятельном оркестре,- рассказывает он, - репертуар у них в основном джазовый, было приятно слушать. Только... если честно, играют одни старики, - смущается, - и, вообще, не хватает молодых лиц, замечаете?
Молодежь увидели чуть позже, в добротной библиотеке поселка Oak Park (Дубовая Роща), где расположился избирательный участок. Сегодня день выборов Президента США и нам предоставили возможность наблюдать кульминацию двухлетнего процесса.
На самом деле, как рассказывал профессор Кеннет Джамба, американцы проголосуют еще и за представителей в верхнюю и нижнюю палаты Конгресса США. Подадут голоса за аналогичные кандидатуры в сенаты штатов. Дальше идет семнадцать позиций, среди которых превалируют судебные. Изберут так же прокурора штата, комиссара водных ресурсов, главного налоговика и окружного клерка. Последняя должность - нечто среднее между мэром и председателем избирательной комиссии.
Простым людям зачастую бывает сложно разобраться в испещренных фамилиями и должностями бюллетенях. Тем более, что в четные годы проводятся выборы в федеральные структуры и органы штата, а в нечетные - в местные. Интерес к выборам невелик, но в Штатах нет порога явки: реализуй свое право, если хочешь.
Первым делом намечено посещение штаба демократической партии. Звучит громко, хотя это всего лишь комната в двадцать квадратов. Начальник штаба, симпатичный молодой мужчина в шортах и толстовке, с улыбкой предупреждает: не смотрите, что выгляжу неформально, я здесь самый главный! Сейчас всех построю, у нас строгая дисциплина.
Мы встретились с ним на улице - так тесно было внутри. Существовать комфортно на членские взносы было бы нечестно, считают члены партии.
- За два года мы каждый дом по три раза обошли, - говорит главный демократ поселка. - Иначе нельзя было в этот длительной гонке. Но самое успешное действие - это послание Обамы 'Америка нуждается в переменах'.
Управляющий Дубовым Парком Том Барвин (Tom Barwin) рассказывает, что в семидесятые годы в поселок отовсюду переехали сторонники демократии, чтобы создать этническое многообразие народов. На сегодня здесь проживает 55 тысяч человек, которые говорят на двадцати пяти языках.
- Иногда нас зовут 'Рощей Обамы',- улыбается он.
Дейв, наш друг по клубу 'Сила дружбы', так же живет здесь - по идейным соображениям:
- На моей улице три из десяти семей состоят в смешанных браках, а две вообще нетрадиционной ориентации, - смеется он.
Посещение самого избирательного участка, как и следовало ожидать, оказалось процедурой не волнительной. Люди подходили к работникам комиссии, находили свое имя в списках, регистрировались. А потом за монитором электронно заполняли бюллетень, после распечатывали. Следующим шагом сканировали его и отработанную бумажку бросали в урну. Если все нормально, то ее оттуда вряд ли уже достанут - счет голосов ведется по данным, занесенным в компьютер.
Остается ждать результатов. Я - за Обаму! Может, потому, что он моложе и симпатичнее Маккейна? Хотя мог быть и третий вариант. Об этом позже скажу обаятельной Сьюзан Гаррет (Susan Garrett), сенатору штата Иллиной(с):
- Создалось впечатление, что американцы не скоро изберут президентом страны женщину.
- Даже я разрывалась между Хиллари и Обамой, - делится переживаниями она, - и предпочла мужчину.
Жаль. Показываю это всем своим видом.
- Вам самой нужно баллотироваться, - говорит она мне на прощание.
Это уже проявление женской солидарности!
***
Дейв, патриот своего поселка, проводит нас по улице знаменитого архитектора Франка Ллойда Райта (Frank Lloyd Wright). Выясняю для себя, что прерия-стиль мне очень даже подойдет, если буду строить дом. А вообще здесь такое великолепие, что хочется поселиться на газоне. Дубы, фирменные обитатели поселка, перемежаются с яблонями и платанами, и все горят на солнце золотом увядания.
А вот и японский клен! Ценители природной красоты специально ездят в Страну Восходящего Солнца любоваться его пылающей красотой! Осеннему чуду отводится столько же почтения, сколько цветущей сакуре!
Мне же довелось застать эти малиновые кружева в Америке.
Верно говорят: если счастье суждено, его и на кривой козе не объедешь...
***
Малиновые кружева напомнили мраморные. Их я увидела в Чикагском институте искусства, на третий день пребывания здесь. Бюст девушки в кружевном корсете разве что не колыхалась - в нем была жизнь!
Жаль, что на всех гениев искусства отвели сорок минут. Женщина с глазами трепетной лани, профессор культуры, кажется, за столь короткий отрезок времени так и не решила , кому из художников отдать предпочтение - промолчала...
В тот день было много красивого. Джоан провела экскурсию по Мичиган-авеню и Миллениум-парку. Фонтан с плюющимися лицами студентов вселил во всех задор и веселье. Концертное поле на семь тысяч мест с оригинальными акустическими конструкциями, мосты и рощи, вписанные в самое сердце Чикаго, говорили о смелости и масштабе проекта. Завершающий аккорд чуда-парка - композиция 'Ворота в облака или в небо', - Елена из Атланты засомневалась в точности перевода. Это такая объемная зеркальная капля, под которой для прохода предусмотрена полукруглая арка. В своде арки над головой - отверстие, вероятно, те самые 'ворота'.
Я назвала композицию 'Облако в штанах'. Может и не облако, и не в штанах, но напоминает то, на что их надевают. Застала Алексея П. из Самары за разглядыванием капли снизу вверх.
- На что похоже? - спрашиваю как можно невинно. Интересно же, у меня ли только крамольные ассоциации.
Он молчит секунд пять, потом хохочет:
- Не хулиганьте, Нурия! Без вопроса я бы не догадался.
ИСТОРИЧЕСКИМ УТРОМ
6 ноября газета 'Чикаго Трибьюн' (Chicago Tribune) вышла с портретом Барака Обамы на первой полосе, а на всех остальных - с ночным фоторепортажем с улиц и площадей Чикаго: победил НАШ кандидат, сенатор НАШЕГО штата, житель НАШЕГО города!
И мы радуемся, что находимся в Соединенных Штатах Америки в момент выбора темнокожего Президента, в историческую веху, какой не было, скорее всего, со времен их гражданской войны! С тех пор, как отменили рабство! Последствия события прогнозируют по-разному, но с тем, что оно эпохальное, вряд ли кто поспорит. И надо же, из ста делегатов программы, разъехавшихся по десяти штатам, именно мы оказались в ТОМ месте и в ТОТ час!
Как сказал нам шеф-редактор газеты Керри Лафт (Kerry Luft), выпуск был допечатан тиражом в 250 000 экземпляров и выложен на продажу прямо перед входом в редакцию. Кстати, стоил номер 75 центов. Тут же выстроились впечатляющие очереди! Мы купили по газете, и Том подарил нам по одной. А некоторые брали стопками! Видимо, для коллег, подумала я тогда.
Уже через два дня в теленовостях покажут, что памятный номер перепродается с рук, и ее нынешняя цена достигла тридцати долларов...
Максим из Нижневартовска ликует:
- Ну что, господа журналисты, когда вы будете выпускать газету как 'Чикаго Трибьюн', тогда я вам построю дороги как в Штатах, договорились?
РАШЕН ПАТИ
При встрече сначала обсуждаем, кто как ладит с хозяевами. Владимир и Максим из Нижневартовска живут у Джорджа и Шарлин:
- Так они спрашивают: что Максим за человек, чем занимается в свободное время, - говорит Владимир. - Рассказываю, что очень любит литературу. Вон, возит с собой в электронной книге 160 произведений. Сейчас перечитывает Булгакова...
В это время возвращается с перекура Максим и видит, что американцы смотрят на него почти с почтением и тихонько интересуется: что тут произошло без меня?
- Я ему говорю: все ок, можешь снова укрыться своей книгой и храпеть...
Дальше обмениваемся информацией: как звонить по карточке в Россию, кому удалось вечером 'пошопинговать' и что давали на завтрак. Вегетарианская еда у индусов, обед с текилой в мексиканском кафе, домашний гуляш у Вильяма и Людвины - все уже было и было грешно жаловаться на однообразное меню.
Но мы соскучились по борщу и котлетам!
Сопровождающие предлагают устроить вечер русской кухни, наесться самим и угостить американцев. Все - за! Но инициатива, как известно, на авторов ложится: Виктор приготовит традиционный салат, а Ольга сделает картофельное пюре. Котлеты еще нужно нажарить... неужели мне?! Я года три практически не готовлю, могу испортить впечатление...
Впрочем, что будет, то будет.
***
В этот день мы посещали дом престарелых. Престарелых миллионеров, хочется добавить, и это будет близко к правде. Месячное содержание почти в пятизвездочном отеле обходится постояльцам от 1800 до 4000 долларов. Зато бережный уход персонала, качественное питание в ресторане обеспечено. Хотите жить в отдельном доме на территории заведения? Пожалуйста! Только заплатите сначала его стоимость (после кончины владельца наследникам вернут 90 процентов), а обслуживание обойдется в 100 000 в год. Недешево, правда? Зачем переезжать к престарелым, если за такие деньги у себя дома можно содержать целый штат нянек? - кажется на первый взгляд. Здесь вам гарантировано общество! Нас провели по бильярдным и спортивным залам, показали бассейн с джакузи. Есть библиотека, магазин, место для игры в карты. Везде встречаются аккуратненькие накрашенные бабульки в нарядах и дедульки, божьи одуванчики. В холле стоит солидный рояль - концерты тоже бывают.
- Если у вас всего пара миллионов, и вы переживете их, конечно, никто не выгонит, - убеждает настоятель в гуманности идеи дома.