Все хорошее, как известно, заканчивается быстро, а всякая пакость тянется и тянется, и конца-края ей не видать. Путешествие подошло к концу. Последнее утро в Пекине выдалось неожиданно хмурым, даже дождик пытался моросить. Собирались на вокзал в гробовом молчании. Виталий помогал таскать вещи к лифту, а потом в машину. Александр так и не появился. Катя не находила себе места. Вздрагивала при каждом шорохе, но задавать вопросы Виталию не стала. Не хотела, держалась за свою женскую гордость всеми фибрами душа, аж фибры утомились. Дорога на вокзал заняла не больше 3 минут. Разгрузились из машины - погрузились на носильщика - разгрузились - погрузились в вагон - вышли покурить.
- Ну, что, девчонки, счастливо вам добраться до родного Улан-Батора. Может, бог даст - свидимся.
- А адресочек не оставите или телефончик какой-никакой? - поинтересовалась Катя, неоправданно ёрничая.
- Не нужно это, Катюша. Хотя один телефон я могу оставить. Посчастливится - дозвонитесь, - загадочно проговорил он и протянул кусочек картона, на котором был красивым курсивом написан непонятный номер, начинавшийся с 9. Ни имени, ни фамилии, ничего больше.
- Это где же такие номера? - поинтересовалась Катя
- У нас, - коротко ответил Виталий и улыбнулся, - Пора садиться, красавицы, а то останетесь в Пекине.
Катя беспомощно озиралась, ей казалось, что асфальт стал мягким, и ноги вросли в него по щиколотку. Александра не было нигде. Они сели в вагон, и поезд медленно тронулся. Он стоял возле главного входа. Не бежал, даже не шел. Он стоял, курил сигарету и смотрел на Катю. Она вначале почувствовала взгляд, а только потом увидела его. Но прыгнуть из вагона, как в кино, навстречу любви и счастью, она не смогла. Не смогла или не захотела? "Право выбора всегда остается за мужчиной" - говорила нам бабушка.
Поезд набирал ход, Всё уже было позади. А было ли? Может быть, она и вправду сама придумала сказку, сама изобретательно ее закончила. Катя уставилась в окно. Лариска снова стала сама собой, уже весело что-то трещала про мужиков. Катя не слушала. В руке она все еще держала картонную карточку с телефоном. Чьим? Лариска поставила на стол бутылочку рисовой водочки, баночку кофе, порезала колбаски, открыла грибочки:
- Садись, подруга. Нечего грустить. Вся жизнь впереди - надейся и жди!
- Я не хочу, спасибо.
- Не кисни! На кой фиг он тебе сдался? Старый, грубый, да еще и хромой. Мы в Монголии другого надыбаем. В сто раз лучше. Мы теперь богатые невесты.
Наверное, она искренне пыталась утешить, но не стоило. До сих пор Катя не смогла никого надыбать для души. Только для здоровья. Хотя, по нашей жизни это тоже немаловажно.
Комментарии: С годами боль притупилась, но из сердца не ушла. Саднит до сих пор. Еще несколько лет назад мне казалось, что я вижу его на улице, в метро, в кино, в кафе. Мерещилось. Я старалась забить даже память о нем. Тщетно. Галлюцинации, скажете. Лечиться надо. Возможно. Но зачем? Теперь прошло. Бог даст, свидимся. Однажды ответит кто-нибудь по тому номеру с картонной карточки, которая давно потерялась в вихре лет. Телефон я помню наизусть и иногда звоню. Но мне всегда отвечают только длинные гудки "свободно".