После разговора с Катькой дед позвал меня в свой кабинет. Он сидел за столом, а мне предложил кресло или диванчик на выбор. Конечно, мы частенько бывали у деда в комнате, но в тот раз я была в напряжении, поскольку не знала, что ждать. Кабинет мне показался неожиданно холодным и чопорным.
- Ну-с рассказывай, Алеся, что у нас за тайны такие неимоверные? Которых никто не знает и не догадывается. И зачем надо читать чужие дневники?
Я молчала, хотя прекрасно понимала, что молчаньем делу не поможешь, дед все равно выпытает. Я собралась с духом и выпалила:
- Ничего не знаю, ничего никому не скажу! - "Что это было?" - Я сама удивилась своим словам и осеклась, посмотрев деду в глаза. А глаза у него были лучезарные, прозрачно-голубые и очень добрые. Он не смог сдержать усмешку:
- Ну, прямо партизан на допросе, - сказал он - Мы все очень почтительно относимся к вашим тайнам, деточка, хотя они шиты белыми нитками. Катька втихаря таскает в библиотеке книги о космических полетах и учебники по черчению, а потом по часу весит на телефоне, по секрету во всеуслышанье, обсуждая очередную главу своих звездных путешествий с подругой Светкой. Светка тоже вся такая секретная нафантазирует что-то новое и бежать к нам, закроется с Катькой в комнате, посидят-пообсуждают и идут к бабушке на кухню тень на плетень наводить: "А что вы думаете, Ольга Ивановна о полетах человека в другие галактики?" Бабушка отвечает, что думает, а потом Катька со Светкой плагиатом занимаются. И опять все в секрете. Вот только ты ничего этого не видишь, поскольку любовь у тебя случилась страшно секретная. Как бы кто не узнал, прячешься за учебу, а Мишка тоже по секрету, отпрашивается у меня то в библиотеку, то хвосты подтянуть, с преподавателем позаниматься. Молодцы ребята, хорошая у вас получается конспиративная жизнь. Вокруг все дураки, уважают вашу личность и достоинство. Все тихо-спокойно. Но вдруг находит коса на камень...
Я слушала деда, как завороженная. Ведь и вправду получаемся мы с Катькой - дуры. Но она то дура маленькая, а я? Тем временем дед еще не закончил свое выступление перед провинившейся публикой.
- ...И Катька бежит к деду с жалобой, ее, дескать, бедную, старшая сестра обижает, роется в святая святых - в дневнике. Надо бы этим воспользоваться - очень хочется сапоги новые австрийские за просто так поносить. Не прошел номер с сапогами - к деду бежать, на сестру баллон катить. Но сестра тоже штучка, мало того, что она и вправду полезла чужие секреты узнавать, так она еще и младшенькую за дуру держит. А она, Катя, в отличии от тебя, Алеся, прекрасно все видит и даже то, что так тщательно скрывается. Однако, тебе на ум не приходит, что Катька уже подросла и до сердечных тайн охоча стала. Она просто следит за тобой, поэтому все и знает. Плохо это или нет, я не могу оценить, поскольку и твои поступки, я тоже вправе оценивать. А подумать тебе, старшая, есть над чем.
Я вышла от деда в весьма растрепанных чувствах. Во-первых, я поняла и признала, что моя тайна - это совсем не тайна, глупости какие-то. Во-вторых, мне было немного стыдно, что я не доверяла своим родным, ведь никто не ругал меня, не стыдил. Чего я боялась? Придумала сама себе тайну и упивалась секретиками. Детский сад, да и только. Первым делом я нашла Катьку. Она была не в духе, после разговора с дедом. Видимо, не получила ожидаемый результат. Она читала книжку в гостиной и грызла сухарики. Я села рядом и сказала весьма миролюбиво:
- Ладно, мир. Все всё знают. Давай уж больше не будем прятаться в выдуманных тайнах. Что касается меня, то я обещаю не читать без спроса твои записи. Мир?
- ... Ладно. А тебе понравилось читать то, что я пишу?
- Неплохо написано. Только на мой взгляд...
Я пустилась в критику Катькиного произведения, чем снова вывела сестру из себя. Она терпела, стараясь быть лояльной, но в итоге фыркнула и, захватив книжку, ушла на кухню. Я не последовала за ней. Делать мне было нечего за малой бегать? Я включила телевизор и уселась смотреть. Мама и бабушка уехали с тетей Таней на концерт в консерваторию. Катька вся в обидках. Дед занят в своей комнате. А где, собственно. причина семейных разборок? Где Мишка? Он должен был дать два звонка по телефону уже два часа назад. Я очень удивилась, но что в таком случае делать, я придумать не могла. Искать его в общаге было как-то не удобно. Я решила ждать. В комнату вошел дед. Настало время программы "Время". Он удобно устроился в кресле с чашечкой чая и бутербродами. Я поняла, что тоже не против поужинать и отправилась на кухню.
Мишка нашелся только на следующий день. Он приехал за дедом, как обычно, поднялся к нам поздороваться. Я улучила момент и спросила:
- Что не позвонил-то?
Мишка удивленно на меня посмотрел и ничего не сказал. Дед вышел в коридор, и они уехали. Мама тоже собиралась куда-то. Катька уже ушла в школу. Только бабушка еще спала. Она была знатной соней.
- Мам, ты куда? - спросила я, так просто чтобы поговорить, но мама почему-то засуетилась и начала оправдываться
- Я тут встречусь кое с кем и быстренько вернусь.
- Кое с кем - это с кем? - проявила я заинтересованность
- С тетей Машей. Там "Бурда" у нее новая.
- А почему сказала кое с кем, - не унималась я
- Не цепляйся к словам, Леся, ответила мама и быстренько закрыла за собой дверь.
Но я не собиралась сдаваться. Опять тайны-тайночки. Значит наши тайны всем известны. А ваши? Хотя мне уже было пора собираться на учебу, я отправилась будить бабушку.
- Ба, а куда мама пошла? - Конечно, это был детский ход, но мне он казался единственно верным. Молчанье было мне ответом. Расталкивать бабушку я не стала, это могло привести к нежелательным последствиям. В сердцах я пнула дверь в нашу комнату и отправилась одеваться.
Настроения учиться у меня в тот день не было. С Мишкой было непонятно, с мамой тоже. Наводя макияж, я все пыталась разобраться, кто же больше меня злит в данный момент мама или Мишка. А может быть - бабушка, которая все знает, но спит от греха подальше. Ни к какому решению я не пришла, зато приобрела уверенность, что в универ я сегодня ни ногой. А куда тогда? Подружки все учатся, Мишка... итак ясно, что с ним не ясно. Я решила просто пойти на улицу и в пути уже решить, "куды бечь дальше". "Дальше бечь никуды" и "удивительное - рядом" были две любимые фразочки, которые я использовала как Эллочка-людоедочка свой словарный запас, во всех случаях жизни.
Мишка стоял возле дома, да еще и на дедовской машине, да с букетом роз и скромненькой улыбочкой на губах. "Я, вроде не я, и букета не моя."
- Солнышко проснулось! - приветствовал этот тип, похожий на Мишку только слегка.
- Что с тобой? Почему ты при параде и с цветами? На машине?! Дед прирежет обоих. И вообще, что за прятки-загадки?
- Какие прятки? Ты не вышла вчера. Я три раза по два звонил, пока Катька не подошла к телефону. Пришлось, прекратить названивать. Я ночь не спал, все думал, что же могло случиться, а ты загадки какие-то.
- Так ты звонил, а я...
- Я знаю. Сегодня имел разговор с Леонтием Лаврентьевичем. Одним словом, конспирация накрылась медным тазом. Будьте моей женой, моё солнышко, - с этими словами он протянул мне букет.
Помолвка состоялась по всем правилам. Никто не был против нашего союза. И чего я так боялась признаться родственникам? Правда, Катька все-таки не удержалась от язвочек в мой адрес. Она подняла тост лично за Мишку, которому, бедолаге, она передает меня в здравом уме и трезвой памяти, но с вредностью характера, усугубленной нездоровым любопытством. Никто не стал спорить с вредной девчонкой - наши предки умели уважать мнение младших - а мы с Мишкой тоже промолчали - мы же уже взрослые люди...