Цаплин Александр Евгеньевич: другие произведения.

Гвинея-главные маршруты

Сервер "Заграница": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Помощь]
  • Комментарии: 7, последний от 01/01/2011.
  • © Copyright Цаплин Александр Евгеньевич (alexmakona@gmail.com)
  • Обновлено: 17/02/2009. 28k. Статистика.
  • Впечатления: Африка
  • Иллюстрации: 3 штук.
  • Оценка: 5.64*7  Ваша оценка:


       ГВИНЕЯ - главные маршруты.
       Первая гвинейская экспедиция АО "ТУМАНОВ И К0 (автор этих строк - участник экспедиции уже многие годы работает в Гвинее и обеспечивал экспедицию местной поддержкой) состоялась в январе 1995 года. Еще печатаются новые кино-, фото­материалы, еще не отстоялись суждения об увиденном, еще живы в памяти темы разговоров и стихи, сопровождавшие нас в дороге, но поскорее тороплюсь занести на бумаге впечатления, еще не стершиеся в памяти.
       На трех комфортабельных японских джипах мы вначале пересекли страну с юга на север, от Атлантики до Фута-Джеллона - "водонапорной башни" Западной Африки, откуда растекаются на все четыре стороны великие и не очень африканские реки - Нигер, Сенегал, Гамбия, Бафинг, Фаляме. Базируясь в поселке российских геологов, ознакомились с группой северных золотоносных отводов. Затем в заезде по Лесной и Высокой Гвинее пересекли их в субширотном направлении, охватив наблюдениями Фенарийскую алмазоносную струк­туру с заявленными площадями. Позади - тысячи километров запад­ноафриканского ландшафта, несколько перевалов, множество оживлен­ных городков и деревень с непременным пестрым базаром, десятки осмотренных месторождений.
       Неспокойное наше время торопило, напоминая о себе и здесь, в гвинейской глубинке. Приюты беженцев из Либерии и Сьерра-Леоне вытянулись вдоль автомагистрали на сотни метров однообразны­ми серыми строениями, напоминающими якутские хотоны; рядом сле­довали вести о гибельном землетрясении в Японии и чеченской тра­гедии. В российских телепередачах - кровь, слезы, безумные проб­лемы. В иные времена мы уделили бы должное внимание африканским красотам и экзотике.
       Северный заезд привел нас в междуречье Фалеме-Бафинга, ле­гендарную провинцию БАМБУК-ВАНГАРИ, крупнейший центр средневековой золотодобычи, колыбель древнейших африканских цивилизаций (Гана-Сонгеи-Мали), замешанных на золоте. Сегодня, как и тысячу лет назад, золотой промысел составляет здесь главное занятие населения в сухой сезон. Девятимесячная золотая страда охватывает русла рек и речек, их пойму, террасы и увалы. Африканские боги да опыт поколений - старательская наука искать и мыть - и виртуозное владение инструментом позволяют местным мужчинам, женщинам и детям брать скупые зерна драгоценного металла, струй­ками шлихового золота уходящие в банки и к вездесущим скупщикам взамен насущных франков и центов.
       Наша команда из специалистов разного профиля (золотопромышленника, поисковика, разведчика, горняка, геотехнолога, эко­номиста, охранника) В.И.Туманов, М.Д.Алексеев, Диаките А, А.С. Мальков ; А.А.Котов, С. В. Панчехин, А. Е. Цаплин с общим стажем специальной работы под 200 лет. Каждый делает свое и общее дело: экспертиза наличной техники на участках - обследование старательских разработок - осмотр разре­зов раннее пройденных геологических траншей и шурфов - ознаком­ление с лабораторией и шлихотекой, с цехом обработки и промыв­ки проб - отбор технологических проб - маршруты на рудо - и россыпе- проявления - оценка состояния дорог, связи, безопасности -возможности обеспечения ГСМ и продовольствием на местах. Одним словом, рассмотрение всех слагаемых суммы, называемой подготов­ка опытной добычи.
       Пойменно-русловая и террасовая зона Бафинга, рудопроявление "Параманги", золотоносные долины Камбан, Котамори, Параманги, в той или иной степени, затронутые старательскими и геологи­ческими работами, составляют перспективный рудно-россыпной узел концессии. Ключевыми моментами в освоении их явится технологи­ческая возможность востребовать тончайший металл, решение горно-геологических задач механизированной выемки руды и песков, сезонно избыточно обводненных и промывки в относительно безвод­ный, сухой сезон.
       Мы уезжаем с надеждой на благополучие разведочно-эксплуатационного участка. Намечается трехмесячная программа траншейной заверки, технологических испытаний и исследований, геологичес­кой доразведки, от результатов которой будет зависеть быть или не быть здесь рентабельному промышленному предприятию. На этих работах с 1995 года завязаны специалисты АО "ТУМАНОВ и К0".
       Следующий заезд через Киссидугу - Массенту вывел нас в район давней (с I930 г.) алмазодобычи гвинейских "кланденстенов", сопре­дельный с площадями операций международных горно-промышленных предприятий современного типа (АРЕДОР).
       Поучительна история становления пионера крупномасштабной промышленной алмазодобычи в Гвинее - компании "Аредор", Отправным моментом для описываемой горно-геологической инициативы надо считать принципиальные геологические результаты российских, главным образом якутских, алмазников и геофизиков в отношении коренной и россыпной алмазоности Гвинеи по работам 60-70x годов. Первоочередным объек­том определялся бассейн реки Бауле, район Бананкоро. Стричь ку­поны с открытия - в соответствии с советской практикой - представилось другим.
       Группа австралийских, английских и других компаний, нефтя­ников и финансистов, организовалась после нескольких метаморфоз в алмазодобывающую компанию для эксплуатации месторождения Бау­ле в районе Бананкоро. Пройдя цепь дорогостоящих ошибок (отка­зы, неотходы, переоценки, промахи геометризации, неадекватного опробования, технологических несоответствий) и затратив на гео­логоразведочные работы и эксперименты более 75 млн. долларов, компания вышла на теоретически обоснованную оценку подготавли­ваемых полигонов с использованием методики Сишела Х.С. (оценки содержании, запасов, их надежности, определения представительных проб и блокировки на основе представления слу­чайного роя кристаллов алмаза распределением Пуассона) и эко­номически выгодную их отработку. В свою очередь многолетний опыт Аредора, частично приоткрытый, может служить делу рационального ускоренного подхода к освоению, аналогичных гвинейских алмазопроявлений.
       На соседних же площадях десятки тысяч безвестных поискови­ков вслепую, рискуя, методом дорогих проб и трагических ошибок, руководствуясь чутьем и традициями, по существу, обозначили составляющие региональной радиальной системы ложковых, долинных и депрессионных россыпей. Даже В.И.Туманов, видавший виды ручного циклопического труда на Колыме и Алдане, поражен масштабом деятельности гвинейских старателей. Драматична исто­рия многих "счастливых" находок "кландестенами" крупных кристаллов. Еще не сошла со страниц прессы последняя из них, когда очеред­ная "Звезда Гвинеи" (196 карат) была приобретена перекупщиком за I00 тыс. долларов и потребовались демонстрации племени, что­бы привлечь внимание правительства к стократному надувательству и восстановить справедливость
       Множество старательских выработок и отвалов складываются в связанную систему. Не требуется большого профессионального воображения, чтобы восстановить общую впечатляющую картину россыпной алмазоности Фенарийского свода и весь набор геоморфологических типов местных алмазопроявлений.
       Здесь возможен прицельный выбор участков для геологоразвед­ки и опытно-эксплутационных работ. Заверка боем - излюбленный прием Б.И.Туманова, напрашивается сам собой, и Вадим Иванович экспромтом проговаривает схему вскрыши алмазоносных галечников с учетом местного колорита водного режима Маконы.
       Позднее, на приеме у российского посла в Гвинее и у торг­преда, на встречах и переговорах с российскими пионерами успеш­ного предпринимательства в Западной Африке общим рефреном зву­чали известное "тумановское" клише - "Вместе, быстро, много и кра­сиво!". Росла и уверенность, что, работая бок о бок с известнейшими горно-геологическими зарубежными компаниями, можно достичь со­поставимых результатов на российском оборудовании, по российским технологиям - на отработанных и исповедуемых в АО "ТУМАНОВ и К0" организационных началах.
       Конакри, 6 февраля 1995 г.
      
      
      
      
       Следующая гвинейская экспедиция практически в том же составе состоялась в мае 1995 года. Мы выехали из Конакри в большой мусульманский празд­ник - день Согласия. На улицах и дороге - люди в молитвенных (здесь - белых) и праздничных одеждах; сосредоточенные в своём обращении к Аллаху лица - всегда есть с чем обратиться к богу. В одном из придорожных посёлков - открытие мечети. Сотни мужчин в открытых её галереях славят Аллаха и Мухаммеда; среди них, от­ложив оружие и обувь, но в форме, молятся "навытяжку" военные.
       Экономя время, скоростным, насколько это возможно в такой день, безостановочным автопробегом к Бафингу, притоку Се­негала, мы пересекаем террасированную прибрежную равнину Атлан­тики, полосу столовых гор береговых хребтов, углубляемся в центра­льные гвинейские впадины, переваливаем пограничные гвинейско-малийские водораздельные гряды.
       По контрасту с недавними российскими авто- маршрутами не хватает хвойного фона, прямых, как мачты кораблей, белых и красных стволов, цветущих полей и лугов. Навстречу накатывается кривобокое лиственное мелколесье, среди которого мелькнёт изред­ка, как Гулливер среди лилипутов, сейба, либо проплывает мимо пламенеющая цветущая крона фламбуйи (огненного дерева). И на­чинаешь понимать немцев, насадивших в южной Танзании огромные массивы сосняка, впрочем, как и французов в Гвинее (район Питы).
       Вечером мы отдыхаем в гостеприимном "Баги", вахто­вом посёлке гвинейско-российской горно-геологической компании "СИМ", смотрим московские теленовости, знакомимся с новостройка­ми, новыми материалами и шлихами, первым килограммом попутно, при траншейной разведке, добытого металла.
       Следующим утром на разведуемом полигоне реки Камбан - встреча со старыми знакомыми - "беушками", буровыми станками удар­но-канатного бурения, с помощью которых в Якутии и на Северо-востоке России и Полярном Урале разведаны тысячи тонн благородных металлов, со специалистами своего дела, знакомыми по старым временам,- Николаем Шустовым, Михаилом Дуняшиным, Григо­рием Петровым. Африканские безвалунные разрезы как нельзя лучше подходят для снарядов магаданских станков: скорости и качество отмен­ные. Вряд ли какая-нибудь другая горно-геологическая компания Западной Африки обладает сегодня подобными техническими средства­ми разведки россыпей. Первоочередной полигон выбран, верно, и "де­ло техники, времени и финансирования" по доводке его запасов до кондиции.
       Днями спустя - новый автобросок, на восток страны и снова летит со скоростью 100 - 140 км/час под колёса джипа крас­ная дорога и плывут навстречу африканские ландшафты и гвинейские пейзажи. Для нас, коренных северян, поездки в Африку всегда ожидание чуда и ощущение потерь, притупляющих и оттачивающих ностальгию.
       Пересекаем Нигер на паромной переправе к Канкану. Мес­тный речной лоцман замысловатым зигзагом обходит мели, на кото­рых чёрные рыбаки заводят вброд невод. Река не широка, в Верхоянье не всякая такая имеет собственное имя, но магия великой реки кон­тинента действует, усиливая эмоциональное восприятие малого, как начала бесконечно большого. Стекая с приатлантических высот, Ни­гер углубляется на две тысячи километров вглубь Африки, но, кос­нувшись Сахары у Тумбукту, река круто разворачивается обратно, к Атлантике. Всё по Гейне:

    Земля кругла, какого рожна

    Мутить спокойные воды.

    Объехав вокруг, к началу пути

    Приходят мореходы.

      
       Вечером поселяемся в деревенских "казах", арендованных компанией "СИДЕМ" для российских специалистов.
       Запущенные, мало результативные и дорогие, геолого-поисковые работы "СИДЕМ" в последнее время - с новым соста­вом исполнителей и руководителей - вышли на фартовое направление и первые, практически интересные объекты: коллекция сияющих, чис­той воды, "камушков" лучшее тому подтверждение. Очевидная заслу­га здесь грамотного технолога - обогатителя, архангелогородца Валерия.
       Маршруты по Сибири и другим ранее опоискованным при­токам Мило оставили чувство досады за " недожатые" результаты по золоту.
       Петляя по лесным колеям и дорожным "лазам" в поис­ках разведочных выработок, поражаешься энергии восстановления на­рушенного растительного покрова в Лесной Гвинее. Через несколько месяцев, мы с трудом обнаруживаем капитальные просеки шурфолиний в зарослях трав и кустарников. Не хочешь, но вспомнишь: голые ка­менистые мысы Канина, Таймыра и Северной Земли, два - три жёлтых эдельвейса на гибких стебельках, былинки на ветру, - единственные "высшие растения" на километры щебнистой и моховой тундры; рва­ные следы вездехода словно сегодня, а не двадцать лет назад про­бегавшего здесь; единственно цветочная клумба на "папанинском" мысу - два десятка миллиметровых звёздочек, уместившихся на мо­ховой подушечке размером с рукавицу.
       Начались "манговые" дожди, первые предвестники дождливого сезона: ночами льют короткие яростные ливни, гремят грозы; молнии - божьи автографы - и сполохи далёких разрядов мгновени­ями освещают длинные африканские ночи; речки притаились перед первым бешеным броском паводков на свои берега.
       Возвращаемся на южное республиканское шоссе в Конакри по сквозной долине Мило - Диани, по-уральски, меридиональной эрозионно-структурной депрессии, Это не просто геоморфологи­ческий феномен. О трагических событиях завоевания древних кара­ванных путей от Атлантики в бассейн Нигера напоминают развалины циклопических стен, возведённых воинами местных племён, упорно сопротивлявшихся белым колонизаторам.
       Итоги экспедиции подводились в штаб-квартирах компа­нии, в Конакри. В ближайшее время нашим гвинейским друзьям, российским геологам и предпринимателям, предстоят решающие ис­пытания - обоснование добычных лицензии и получение опоискованных площадей и разведанных объектов в концессию. И это опреде­лит - не напрасны ли были труды и затраты, оправдан ли риск и что сулит перспектива промышленного освоения исхоженных площа­дей и вынянченных полигонов.
       Конакри, 16 июня 1995 г.
      
       Расписание авиакомпании KLM предусматривает при перелете в Конакри суточную остановку в Амстердаме, требуется транзитная виза. Краткость пребывания в какой-то мере компенсируется эффектом первой встречи, Дневной перелет у
    иллюминатора позволил увидеть внизу нечто необычное - плоскую,
    зеленую землю, освоенную без пробелов, аккуратную как рекламный
    стенд, расчерченную автострада­ми, прорезанную бесконечными каналами, оконтуренную китайскими стенами дамб. Реки и озера порой создают впечатление земно­водного, состояния больших участков страны, где островами плавают города. Поистине рукотворная земля и Создатель продолжает на ней стараться.
       На взгляд геолога здесь все просто: трансгрессивная равнина, погружающиеся дельты и дюнные пояса на побережье.
       Впереди по курсу - россыпь разнообразных крылатых профилей (самолетиков), на фоне великолепно обустроенного взлетно-посадочного поля и зда­ния аэропорта с множеством причалов, они кажутся крошечными.
       Скифолд - столичный аэропорт - в буквальном смысле слова
    построен на костях харлемских озерных рыб; бывшее дно озера превратилось в арену взлета и посадок самолетов всех "летающих" в
    (через) Голландию стран. Здесь, наверное, лучшая система обслуживания пассажиров и грузов. Тут не заблудится и ребенок, а об­щение с персоналом не затруднит и глухонемого.
    Перед поездкой в амстердамский центр, вымениваем гульдены. Сов­
    ременный никелевый гульден от своих серебряных и золотых предшественников сохранил символику надежности: нидерландский щит со
    львом, но не ценностное соответствие старым номиналам. Со сдержан­ным юмором меняла встретил шуточное предложение прямого обмена
    на рубль - исторического современника гульдена, павшего, как видимо, до неузнаваемости.
       Такси доставляет нас к площади "Дам", к Королевскому дворцу, нидерландскому "Зимнему". Рядом "Старая" и "Новая" кирхи с устрем­ленными в небо шпилями,
       Далее спешим удовлетворить профессиональный интерес : Амс­тердамский центр обработки алмазов, Музей традиционных голландс­ких ремесел, где одинаково любовно показывают изготовление кломпов, голландских "лаптей", и огранку алмазов.
       "Башня Печали", - помянули мореходов - первооткрывателей Вильяма Баренца, Генри Гудзона, Абеля Тасмана и всех навсегда ушедших в море.
       "Музей восковых фигур мадам Тюссо" - поражающий мастерством моделирования и выбором персонажей незабываемого и ценимого прош­лого и настоящего.
       Наконец, Государственный музей Винсента Ван Гога. Мне кажется, что его брабантские крестьяне отличаются от Вологодских времен моего деда только обувкой, его шахтеры - почти наши горняки, Пейзажи? Но в Голландии всего один единственный пейзаж - плоская рав­нина глубиной в несколько сот метров видимости - с одним, двумя, четырьмя деревьями.
       Я пытаюсь понять хотя бы здесь - откуда у этого трагического художника живописная поэма о цветах. Вездесущая материя в вазах, синих и медных, в горшках,- в натюрмортах, на вересковых пустошах и болотах, в садах и пашнях, на кустах и деревьях, в овраге и пар­ковой лужайке, больничном дворике и ночном кафе. Цветы из Брабанта, Сен-Реми, Арля и Овера - розы, тюльпаны, подсолнухи, ирисы и чертополох.
       Наше время на "культурную программу" истекло. И начинаешь ощущать горечь от несостоявшихся встреч, которых, увы, не было. Их много:
       Рембрантовские дома, площадь, памятник, музей; картины художника, унесшего тайну золотистой палитры;
       Домики Петра I в Амстердаме и Зандеме;
       Рыбный и "блошиный" рынки столицы;
       - Харлемский к Алсмирский гиацинтово-тюльпанные архипелаги;
       Гаага, старая столица Голландии;
       Знаменитые дамбы, мосты, каналы.
       Осталось впечатление, что в Амстердаме каналов больше, чем в Венеции, а мостов - чем в Санкт-Петербурге; что несравненен этот город по концентрации художественных и исторических ценностей хоть на душу, хоть на квадратный километр.
       Нидерланды были некогда признанной мировой торговой, морской,
    колониальной державой. Они остаются и в наше время мировым экспортером ( и не только тюльпанов, сыров и селедки, рисландских легенд и староголландской живописи, но и продукции высоких технологий) ограненных алмазов, миссионером новой экологии("природную среду создают, а не просто сохраняют"), исполнителем проектов века (таких как "Дельта-проект", освоение Слохренского газового месторождения, развитие с нуля Роттердамского торгового порта , культуртрегером с истоками от Эразма Роттердамского и Баруха Спинозы успешным соискателем нобелевских премий по всем номинациям.
       И улетая, мы увозим нечто большое, чем традиционные трогательные символы Нидерландов - модели ветряков и кораблей, кломпы и тюль­паны.
       К о н а к р и : За бортом 36,6 ®С, как подмышкой. Трапп ве­дет в "парное отделение". Горячий воздух, кажется, плавит легкие, Экваториальная жара выжимает капли, струйки пота при каждом дви­жении и усилии. Конакрийскую штаб-квартиру развертываем на одной из вилл близь Супер-Бобо. На время одна из небольших комнат (бла­годаря спасительным кондиционерам ) превращается в постоянно действующий холодильник, убежище где можно думать, отдыхать, спать и работать. Озябшие москиты, вялые как ленивцы, впадают в равнодушие, забывая о нашей крови насущной.
       Начинался еще один гвинейский маршрут.
       Восточногвинейские маршруты (с непосредственным участием наших - российских - специалистов, работающих в Гвинее долгие годы) проводились с конца 1993 года. Вначале удалось пролететь над Лесной Гвинеей с русским экипажем, с вывершиванием Нигера и посадкой в Канкане, а затем трижды - с постоянными спутниками - выполняя тысячекило­метровые маршрутные автозаезды. Задачей был выбор алмазоносной площади под оформление лицензии российско-гвинейского СП (ранее "Комипрест", "ПРОКОМ"; теперь - " Финпрод") и, если это, возможно, требовалось обозначить основные объекты. Главным ограничением на выбор подходящей территории была уже состоявшаяся плотная разборка: многие интересные площади были застолблены и защищены уже выданными лицензиями и концессиями.
       Отправной точкой для маршрутов была Массента - один из не­больших гвинейских городков, населенный вольными старателями с более чем полувековой традицией алмазодобычи и вездесущими тор­говцами экваториальных товаров и услуг. Городок в окружении со­пок, увенчанных пальмами, скалами и останцовыми фигурами скал.
       Избранная площадь - восточный фланг Фенарийского свода и одноименной кольцевой структуры - ограничивает с запада сквозную меридиональную эрозионно-тектоническую депрессию Мило - Диони. Скалистая полукилометровой высоты стена, с широкими выступами и плавными заливами в плане ниже переходит в крутой валунно-глыбовый откос - зону современных и древних циклопических камнепадов. Еще ниже, словно крепостной ров опоясывают возвышенность речные долины Лойи, Кайи, сопряженные цепочкой сквозных седловин. Нагор­ная седловина истоков Бауле и ее притоков (Булемба) опоясана замкнутой краевой лентой пластового траппового плато. Ложково-склоновые веера временных и блуждающих водотоков, концентрирующие шлихосборы различных минералов, интегрируется в пойменно-русловой зоне р. Булимбы. Ее долина прорывает - в северо-западном углу отвода - погранич­ное плато структуры. Сверху открывается хаос старательских копу­шей; словно саперный батальон медведей прошелся по алмазной рав­нине.
       Берем контрольные пробы, выискиваем проезжие дороги, пеше­ходные тропы, броды, перелазы, выбираем подходящие смотровые пло­щадки для фото- и киносъемок, И в каждом временном поселке, в каждой встрече с "кландестенами" - перекрестные расспросы, беседы с отсадчиками, проводниками, сопровождающим окружным горным инспек­тором. Короткие остановки перекусить; только здесь оцениваешь цену холодной чистой воды, прелесть короткого дорожного отдыха.
       Фенерийские алмазы - гордость и надежда Высокой Гвинеи. Под бинокуляром, на черном бархате концентрата отсадки, в ладонях старателей, в гнездах поясов перекупщиков, из сейфов золотоскупочных контор - сияющие фетиши и символы этой земли прекрасны. То чистой воды, как застывшая роса, то вобравшие синеву местного неба, то оранжевые брызги африканских рассветов, либо заимствую­щие желтизну у своего драгоценного собрата, золота - они высоко ценятся во всем мире,
       Хотелось бы сказать похвальное слово гвинейским отсадчикам и главному инструменту поискового опробования отсадкой. Им служит деревянный квадратный ящичек 0,6 Х 0,6 м, высотой 0,1 м с полу­тора - двухмиллиметровой сеткой вместо дна. Вещь простая как ло­ток и в своем роде столь же эффективная. Красота работы мастера ручной отсадки не уступает зрелищу промывки классным сибирским промывальщиком. Время обработки проб на концентрат и шлих одина­ково, У якутских, уральских и архангелогородских поисковиков нет ничего сравнимого, а жаль. Наши шейкера, джиги и все такое не позволяют работать с такой скоростью, вседоступностью и про­изводительностью.
       Собранная фактура, дешифрирование, а, главное, логика прогнозно-геоморфологических построений, - позволяет оконтурить россыпные объекты: "L", "А" и "В", охватывающие 90% прежних отработок, пред­положительно определить их морфогенетический тип, оценить масштаб ресурсов.
       Пора оглядеться. Неисчерпаемый мир растений, только что бывший досадной помехой поисковику, радует глаз географа. И ра­зом начинаешь понимать необходимость приставки "лесная" к Восточ­ной Гвинее. Сомкнутые многоярусные (4- 5 этажные) влажные тропи­ческие вечнозеленые леса - возможно древнейшие на Земле, словно ожившая тропическая палеогеновая палеоботаническая действительность - рядом! Птерокарпусы (сандаловое и красное дерево), сейбы, кайи, древовидные папоротники, разнообразные пальмы - более тысяч видов де­ревьев, тысячи видов кустарников, лиан, десятки тысяч других не­знакомых. Углубившись в эти джунгли, в сумрак сомкнутых крон, в плотную тень, с редкими "окнами", незнакомыми запахами, смутно ощущаешь себя в каком-то другом давно потерянном мире. Как много общего в геологии и рельефе удаленных регионов России и Африки; как ма­ло аналогии в ошеломляющем многообразии живой природы!
       Как в доброй старой Африке неизбежны контрасты и курьезы. Вот навстречу шествует матрона, представляющая собой нас­тоящую россыпь золотых украшений; а на обочине изможденные ни­щенки - ведь здесь каждый пятый просящий.
       Несколько местных джентльменов приносят разнообразные кристаллы и каждому назначают пятикратную стоимость. Говорим, имея в виду "джентльменов"
       - Ну и экземпляры!
       Со слов переводчика они относят эту характеристику к това­ру, и как иллюзионисты из волшебного ящика, начинают выкладывать пакетики с драгоценностями из всех складок одежды, гнезд в рем­нях и поясах и из ниоткуда.
       Привыкаешь к вечерним свечам в гостинице, деревенским кост­рам и уличным керосинкам; привыкаешь к неожиданно обсыхаемым кранам и душу; вечернему профилактическому "джин-тонику" и пользо­ванию минеральной воды для умывания, бритья, чистки зубов, при­готовления кофе и чая, но не африканской неторопливости и многозначительности. Слово "да", например, здесь может означать "нет", "завтра" - "через неделю", "в восемь утра" - "в девять вечера", "тысяча долларов" - "две их тысячи".
       Кратковременная эпоха строительства социализма в Гвинее в порядке компенсации за советскую "помощь", останется у местного населения в памяти надолго. Финал стандартный: плановая и общественная бесхозяйственность, разделение на "массы" и "гегемонов", равенство в нищете для масс, волюнтаризм гегемонов в политике, администрирование в экономике, ничейность земель и многое другое - по определению из сферы "изма". В скольких же деревушках и свалках ржавеют наши комбайны, не срезавшие ни колоска, и трактора - детям на потеху? А вот и стайка знаменитых МИГов, созданных для высоких полетов, а здесь прорастать слоновой травой, вроде местных железных дорог с рас­тущими между шпал деревьями.
       Чудны дела наши и в области утраченных возможностей - откры­тые и разведанные советскими геологами месторождения мирового класса бокситов, алмазов, золота сданы "без боя" и компенсаций иностранным компаниям.
       Остались позади тысячи километров и лиц, маршрутных и дорожных эпизодов. Не волнуют уже ни и фото, ни кадры киносъемки, но только не вызванные по-памяти "картинки для одного, смертного": панорамы понятого рельефа Восточной Гвинеи, лесной и алмазоносной; красная броня латеритных полей; синие туманы и голубые тени меж­горных депрессий; зеленая лесная лава глубоких речных долин; даль­ние дороги, закинутые за горизонт и перевальные, мечущиеся из стороны в сторону.
       Но есть и одна на всех: серебристая россыпь звезд во всем великолепии их блеска на ночном африканском небе.
      
      
       А Цаплин
       Конакри- Прага- Москва 1993-2005год
      
  • Комментарии: 7, последний от 01/01/2011.
  • © Copyright Цаплин Александр Евгеньевич (alexmakona@gmail.com)
  • Обновлено: 17/02/2009. 28k. Статистика.
  • Впечатления: Африка
  • Оценка: 5.64*7  Ваша оценка:

    Связаться с программистом сайта
    "Заграница"
    Путевые заметки
    Это наша кнопка