Просто садишься за рояль. В зале громко молчащая тишина. За окном ночь, небо, в котором как изюм воткнуты звезды. Еще не касаешься клавиш, но чувствуешь кожей в воздухе вибрации скрытых миров, затаившихся в запахе старых нот, старой обивки, в отсутствующей публике. Холодная гладь клавиш. Настраиваешь палец к звуку, звук к сердцу и уносишься. Позволяешь телу расслабиться, отпускаешь пальцы и проникаешь в трепещущие миры. Ум и легкие наполняет чистая горная свежесть, кристальный холод поджаривает сердце, на клавиатуре что-то пылает - твои пальцы, твоя музыка, или ты сам?
Твоя страсть не ограничена ни жизнью звезд за окном, ни самим окном. Ты проникаешь в каждую молекулу пространства и осознаешь, что всегда нею был.
Сидя на нелепом стуле с разными подпорками в полутемном зале, сражаешься за сокровенное, за тайное сопричастие к Вселенной.
В том дивном пребывании среди самого божественного тебя охватывает дикий ужас: ты совсем один, одиночка за роялем... Ты полон густой синевы, а пальцам не хватает клавиш, ты полон мыслей и вопросов, а тебе не хватает слов их воспроизвести.
Обрываешь музыкальный сон. Руки как-то безжизненно сползают на колени. Сидишь в холодной пустоте. В безумной болезненной тишине тонешь в собственной беспомощности перед дыханием Вечного. Сидишь, думаешь. Думаешь, сочиняешь молитвы, плюешься, в конце концов проклинаешь судьбу и сходишь со сцены. Смотришь себе на себя сидящего за роялем. Замечаешь женский силуэт возле рояля со скрипкой, извивающийся в ритм своей собственной музыки. Приглушая биение сердца, вслушиваешься во все уши, чтоб узнать личность того существа. С удивлением открываешь, что Ее пассажи идеально дополняют твои, продолжают начатое тобой, открывая новые смелые пространства. Тебя пронизывает током. Казалось бы ты знал все о музыке, о себе...
Возвращаешься на сцену, за новый рояль, новые клавиши, с каким-то новым сердцем. До ранней зари.