Аннотация: "When you in trouble - go into your dance"
Ночное танго
Не хотите ли станцевать со мной рассказ? Это недолго, всего полстраницы.
Вам нравиться эта музыка? Правда? Должно быть внутренняя, ведь здесь никого кроме нас нет. Так Вы не против? Тогда я кладу руку на плечо, подбородок выше, спина прямая. Ловите ритм, слушайте музыку. Раз, два, три, четыре....
Его руки жадно скользили по моей талии. Ах, понимал бы он по-русски, я бы ему сказала... Но ведь все равно не поймет. Я еще раз взглянула на его плечи, руки, сверкавшие в темноте белки глаз. Нет, все не то. То есть все на месте - руки-ноги-голова. И даже душа, наверное, если разобраться. Но не оно. Музыка дозвенела.
Спасибо, шепчу я, опуская руки. Отохожу на два шага, но меня уже перехватывает другой партнер. Какой же это грустный и бесконечный танец - танго. Но я люблю танцевать, это единственное, что спасает в бездушном мегаполисе. Дарит на мгновение чувство защищенности и мнимого комфорта. Вот, вроде бы я танцую и не страшно и ничего, что я одна и танцую с пустотой. Пустота с каждым танцем меняется. Неизменной только остается моя грусть.
У меня маргаритовский возраст. Около тридцати. У меня есть квартира и нелюбимый муж. Нет детей и его. Все как у Булгаковской Маргариты. Вот только я не летаю. Я танцую. Иногда до полного одурения. До двух-трех ночи. До стоптанных ног и полного опустошения. Иногда мне кажется, что я уже умерла. И танцую скорее автоматически, по привычке. Каждый раз, вглядываясь в пустые белки глаз. Чувствуя обнимающую меня пустоту.
Когда же я успела стать танцующим фантомом? Ведь всегда обожала смех, компании, походы, друзей, гостей. Мыть посуду после вечеринок и обсуждать кавалеров, ходить по магазинам в поисках свадебного наряда для подруги, гулять с чужой собакой, кормить соседского кота, дарить игрушки подружкиным детям, читать им вслух смешные сказки.
Теперь я полюбила грустные песни. Тишину. Отсутствие людей. Присутствие мыслей. Внутреннее спокойствие. Красное вино и догорающее вечернее небо за окном. Полюбила читать по ночам и танцевать танго.
Вы никогда не танцевали танго? Обязательно попробуйте. Это не сложно. Чувствуйте партнера. Рука на плече. Спина прямая. Не опускайте головы! Пять, шесть, семь, восемь...
Salsa & the City
В последнее время мое настроение постоянно падало, как температура за окном - все ниже и ниже нуля. Да и пейзаж тоже не прибавлял оптимизма. Однажды мне даже показалось что я ослепла. Открываешь утром дверь выходя на улицу а там все такое же как вчера - белое, пустое и неподвижное, как записанный на подкорке последний кадр который видел пока был зрячий. Такой визуальный кошмар. Вытащила меня из начинающейся сезонной депрессии моя жизнерадостная подруга Люся.
Однажды она возникла на пороге моей комнаты с очень решительным видом и произнесла примерно следующее: Ну вот что. Хватит сидеть уткнувшись в компьютер! Идем на латино-американские танцы сегодня.
-Куда? О нет, подумала я. Эта душная, как пар от сырого мяса музыка, этот примитивный половой акт в танце - ни за что!
-Но я не умею танцевать латиноамериканские танцы, вяло отбивалась я.
-Не вопрос, научим - ответила Лу и мы отправились.
Сначала был урок и было скучновато. Раз, два, три, поворот....и.т.д Но зато у моего инструктора были такие огромные оливковые глаза (кажется он испанец или итальянец?) и он так впился в меня взглядом, что я сразу забыла что идет после раз и в какую сторону поворот. Но, как говорится в сальсе, глаза не видят ноги делают. Дальше больше. Через пару часов подтянулись загорелые ребята из кубинской группы и как грянули свою Ламамбу, вскрикивая Ая-яй-яй через каждые две минуты, что все, танцующие, не танцующие и интересующиеся вроде меня, посыпали на танцпол как горох, движимые общим негласным инстинктом - Танцуют все!
Первые два танца я мялась возле барной стойки и лишь притопывала ногами как от мороза. Но тут ко мне подошел мой испанский итальянец и не успела я промямлить: "Но я не ...", как он уже выдернув меня за руку из толпы как редиску из грядки потащил в центр зала. Дальше произошло нечто, что у меня до сих пор в голове не укладываться...
Тут нужно перевести дыхание, потому что дальше все будет, как говорится, очень hot. Мне вдруг, с первого же движения открылось все о латиноамериканских танцах. Секрет сальсы, как и секрет жизни в общем-то очень прост, главное - это хороший партнер. Если он профессионал, то ты будешь чувствовать себя звездой балета, если нет - коровой на льду. Мужчина во время сальсы не суетится, он только легонько подталкивает партнершу или раскручивает ее поддерживая за пальчик, ну и иногда, резко, без предупреждения опрокидывает на пол ( неподготовленным и не гибким это грозит переломом позвоночника как минимум)
Ну так вот, я бы никогда в жизни не подумала, что могу так танцевать! Ощущение было что это почти полуфинал чемпионата Европы по латиноамерикнским танцам. Он с такой скоростью начал меня крутить, вертеть и подметать пол моими волосами, что скоро я вообще перестала понимать где пол где потолок, все слилось в один разноцветный блик. Только помню, что я все время смеялась, не то от страха, не то от изумления. Когда музыка кончилась, он галантно усадил меня на колено и поцеловал. И это было совершенно естественным продолжением такого танца. Я вам больше скажу - это было даже лучше чем секс, потому, что это была страсть в чистом виде! Я хотела было ему сказать, что после такого танца не то что целовать, он на мне жениться должен, но он уже плавно подхватил другую девушку, а я так и стояла с открытым ртом, дожидаясь пока эмоциональное, астральное и все другие тела, вернуться обратно в физическое.
Подобное безобразие с выбросом адреналина продолжалось до двух часов ночи примерно. Я натанцевалась совершенно до упаду и только придя домой вспомнила, что никогда раньше не танцевала латиноамериканских танцев и улыбнулась.
Я всегда мечтала летать. Не на самолете, парашюте или дельтаплане, ни во сне, ни на яву, а только в балете. В детстве невозможность этого и моя природная "не балетность" мучили так сильно, что я часто плакала от собственного несовершенства, оттого, что никогда-никогда не буду стоять сцене, и софиты не будут слепить глаза.
В тот день меня разбудил телефонный звонок. Учтивая старуха-англичанка, балетный агент, проблеяла в трубке, что сегодня Александр S может наконец-то дать мне интервью. Какой Александр, зачем? Зачем вы вообще разбудили меня?! Я знать ничего не хочу про вашего танцовщика, чуть не сказала я ей, но, вовремя вспомнив, кто я и где, только покорно ответила - да, я прийду.
И пришла в тот же день на служебный вход Королевской оперы, опоздав минут на десять. За стеклянной дверью, как в приемном покое больницы меня уже послушно ожидал Александр какой-то там. Очередной балетный гений и его английская старуха-агентша (ох уж эти балетные старухи, впрочем, они заслуживают отдельного рассказа) Но когда я увидела его покорно опущенные плечи и синеглазый испуг во взгляде, (как будто его привели не на интервью, а на укол к медсестре), то немного смягчилась. Да он же совсем еще ребенок, подумала я.
Подозрительная охрана Королевской оперы долго не желала меня пускать и я, размахивая пропуском, билась как бабочка о стекло. Наконец дверь открылась, и я устремилась к английской агентше с извинениями. Потом обернулась к юному танцору и сказала по-русски:
- Привет, ты любишь давать интервью?
Он удивленно вскинул брови (наверное, ему обещали серьезного английского критика) и неуверенно ответил
-Не-а.
-Я тоже их терпеть не могу, вздохнула я непритворно. Пристаешь к человеку, лезешь к нему в душу, а зачем это все, к чему?
Но тут нашу старуху сменила не менее безобразная молодуха (что у них тут в Англии с генофондом, в самом деле?), которая повела нас за собой по лабиринтам Королевской оперы в специально отведенную для интервью комнату.
Оборачиваясь и шутя на ходу, я словесно "разминала материал" пытаясь разговорить и разогреть его до нужного, непринужденного состояния. Но, кажется Александр, как и я, был теплым от природы и не нуждался в этом. Уже на втором повороте мы смеялись вовсю над амбициозным Z и другими балетными персонажами.
В лифте нас обступили галдящие дети из королевской балетной школы. Какая-то девочка с красными волосами поднялась на цыпочки и поцеловала героя моего интервью в губы. Я отвела глаза и почувствовала себя среди всего этого радостного гвалта абсолютно лишней. Хотелось тихо растаять в воздухе и остаться навеки "призраком балета" Ковент-Гардена. Тогда можно было бы просто обожать балет, а не писать бесконечные статьи о нем. Но растворятся в пространстве, я еще пока не научилась, а, потому подкинув повыше как мячик, упавшее настроение бодро улыбнулась и вышла из лифта. На фоне этих нимфеток-конфеток кто угодно почувствует себя черепахой Тортилой. Как там, хочешь чувствовать себя молодой и стройной, держись поближе к старым и толстым?
Не комплексуй, сказала я себе и, стараясь, как юноша впереди, ставить ноги в третью позицию вошла в комнату для интервью, обставленную уютными голубыми диванчиками.
Разглядывая его серенькую футболку, непонятного цвета трико и стоптанные балетки я размышляла, о чем же его все-таки спрашивать? Ведь я даже не видела, как он танцует! В Интернете я нашла только стандартное - родился, учился, награждался. Придется импровизировать....
Он устроился на диване напротив меня и я, заглядывая в его ясные голубые глаза под светлой челкой, старалась развлечь его как могла, отчаянно шутила, сама же первая смеялась своим несмешным шуткам и в целом молола полную ерунду. Хотя внутри меня уже начинала звенеть на одной струне тихая мелодия: - Он просто совершенен, так искренен и прост, так чист и доверчив, и что ему Гекуба?...
Мое кривляние, как ни странно возымело действие. Он расслабился, устроился с ногами на диване и тоже начал шутить, рассказывать всякие байки из балетной жизни. Постепенно мы уже почти перебивали друг друга восклицаниями: а помнишь, а вот еще ....
...Про меня в Вашингтоне написали, что у меня аура Джеймса Дина. Это кто? А я не голубой, а на конкурсе в Париже,...а Цискаридзе...
Я хотела ответить на все по порядку: что Джеймс Дин это был такой американский секс-символ, я заметила еще в лифте, что он не голубой, что Париж наверняка был покорен, а Цискаридзе все равно гораздо старше и вообще отдыхает....
Но тут мы заметили, что пролетело уже больше сорока минут и ему пора. Как маленький балетный солдат, всегда в строю. Как там, у Андерсена - оловянный солдат и балерина? Он был, наверное, и тем и другим.
Расставшись по приятельски, мы весело помахали друг другу на прощанье и, в общем, здесь должна была бы стоять точка в моем рассказе об одном из многих интервью, но черт меня дернул пойти, все-таки посмотреть, как он танцует, и тогда я совсем пропала, а потому здесь будет стоять только,
Надо сказать, к своему позору, что я никогда не видела "Баядерки" и потому на спектакль пришла со смешанным чувством стыда и любопытства. Место мне, как журналисту не английскому досталось только стоячее, и поэтому пришлось все четыре часа простоять как жирафе, вытянув шею. Я нетерпеливо высматривала появление на сцене своего нового знакомого. Как вдруг, возникнув из-за кулис, он сразу же взлетел над сценой в прыжке так высоко, что я просто обомлела, запылала и не поверила, что это он. Какая стать! Какая победная улыбка, царственный поворот головы, гибкий взмах рук, выворотность ног, "он ставит ногу как розу в вазу" (Бродский) Откуда все взялось? Неужели это он, тот заморыш в серой майке и стоптанных балетках, запинающийся и повторяющий после каждой второй фразы - нет, этого не пишите?! Этот канареечный принц в желтом тюрбане с грацией леопарда и прыжками антилопы (выражаясь языком индийской сказки, которая разворачивалась на сцене) От него же глаз не оторвать, даже если он возникает всего на мгновение в глубине третьей кулисы. Ни-че-го себе!
Нет, конечно, актерское мастерство еще требует доработки - эти нахмуренные бровки, стиснутые губки, марионеточные движения "рукою делая жест, словно прося взаймы" (Бродский) Но как же чисто и легко он отталкивается от сцены, совершенно, кажется, наплевав на все законы земного тяготения. На вершине пируэта он словно застывает на пару секунд в абсолютной по своей красоте невесомости. И мое сердце автоматически взлетает вместе с ним, как мячик, который он держит на ладони, подбрасывая еще выше.
Помните в детстве? Если долго бежать по полю и хорошенько оттолкнуться от земли, то непременно взлетишь, растворясь в синем воздухе.
Он смог! Здесь и сейчас, прямо на глазах "изумленной публики".
Вот сейчас, он, улыбнувшись, поцелует руку своей сюжетной невесты, и уже через две минуты не сбив дыхания, сиганет метра на два в высоту. Может у него пружинки в балетках или на сцене какое-то прорезиненное отталкивающее покрытие? Или он не подчиняется законам притяжения? И просто умеет летать, с беспечной легкостью и счастливой улыбкой воплотив мою детскую мечту о невесомости, свободе над человеческим телом и законами физики?
Но вот занавес закрылся, а мой рот так и остался открытым. Я почувствовала почти досаду. Ну почему же он не сказал сразу? Почему промолчал тогда! Я бы...верните мне эту комнату с голубыми диванами... я все перепутала.. я переспрошу... как же он так умеет?! Это настоящий секрет, это перевернет все в танце, так не бывает, думала я грустно и радостно улыбаясь, пока не заметила, что рассуждаю вслух, что на меня оборачиваются старухи в бриллиантах, в фойе, и что уже прозвенел третий звонок.
Как сомнамбула я вернулась в зал. Занавес поднялся, а взгляд так и остался в тумане моих мыслей, из которого медленно, как во сне, потекла белая патока райских дев-гурий, плавно взмахивающих руками-крыльями в такт завораживающей музыки. Самый красивый массовый гипноз из всех мною виденных - это несомненно акт теней в Баядерке. После премьеры уже, я прочитала в Гардиане у английского собрата по перу - "Когда истинные поклонники балета умирают, в награду они попадают в акт теней из третьего действия Баядерки"
И вот, среди всего этого курино-гурийного царства появляется мой желторотый принц Солор - легкий, растерянный, запутавшийся в собственных миражах, "в страшную воронку втянутый, обольщенный и обманутый" (Цветаева) Когда же он упал на диван в конце третьего действия и от сознания, что все это был лишь сон у него беззвучно затряслись плечи, мне показалось, что это не он, а я лежу на этом диване и плачу от невозможного каждый вечер.
Ты с ума сошла, только и твердила я себе в следующем антракте. Так не бывает! Да ты хоть понимаешь разницу между сценой и залом, между балетом и жизнью? Как можно даже соотносить себя с этим крошкой-принцем? Он же невесомый эльф, а ты неподвижная корова. Я знаю, грустно зазвенел в ответ тихий голос. Пусть, но моя душа... она там... , взмывает ввысь с каждым его новым прыжком. Да, но ты посмотри на себя, это все равно, что если бы кадушка с квашеной капустой влюбилась в соловья! Я знаю, повторил тот же печальный голос. Но ведь только это и делает меня живой, наполняя невесомостью и волшебной легкостью мои слова, сны и мысли. Я умею танцевать в тексте, точно так же как и он на сцене. Ведь нет никаких разных искусств, есть одна общая абсолютная невесомость, из которой все и возникает: взгляды и жесты, мысли и чувства, движения души и слов. Все это та же бесконечная невесомость, в которую мы когда-нибудь вернемся...
Когда на следующий день я случайно встретила моего юного танцовщика за кулисами, я шепнула ему за два шага до его выхода на сцену лишь то, что я была вчера на спектакле.
- Ты видела? - вспыхнул он, обернувшись, совершенно по-детски.
- Видела, - ответила я строго и потом серьезно добавила, - Послушай, но ведь ты же не танцуешь...
- Да?... и на его радостно-моцартовское выражение лица мгновенно набежала тень.
- Ты летаешь!
И он, выпархивая на сцену, наградил меня такой солнечной улыбкой, что на несколько секунд я действительно ослепла и лишь через какое-то время, улыбаясь ему в ответ в полной темноте, нащупала дверь, ведущую в зрительный зал.
Теперь я точно знала, что тоже умею летать - нужно только попробовать уловить это чувство, истоки которого повсюду. Тогда легкая волна восхищения подхватит и понесет наверх, туда, где твоя обыкновенность соприкоснется на мгновение с бесконечной, абсолютной невесомостью.