# Как мы продали танк

Александр Сергеевич Черевков

Как мы продали танк.

В первый же наш выходной день на армейском полигоне мы фактически остались без присмотра. Майора Карпухина срочно вызвали в штаб военного Закавказского округа в Тбилиси на присвоение ему очередного воинского звания. Подполковника политического отдела Батумского гарнизона.

Оставшиеся на армейском полигоне офицеры, уехали на выходные дни развлекаться с девочками в Тбилиси и в Рустави.

На армейском полигоне остались только два дежурных офицера и одна рота дежурного караула армейского полигона. Эти солдаты несли караульную службу и к роте строителей никакого отношения не имели. Ко мне тем более никто не относился, был свободным. Мы с земляками тоже решили немного расслабиться в выходной день, как наши офицеры. Сели на автомобиль ГАЗ-66 и поехали в посёлок Бьюик Касик за водкой, там водки не было.

Тогда отправились в Гардабани. Чтобы нам дважды ни ездить в магазин гастроном, водки взяли несколько бутылок. С таким количеством водки появляться на армейском полигоне было опасно.

Поэтому мы на своём автомобиле ни стали заезжать на армейский полигон. Мы решили кого-нибудь из солдат высадить из своего автомобиля вблизи армейского полигона, чтобы он прошёл к нашим блиндажам и сказал друзьям, что мы водки закупили для всех. Встретимся в указанном нами месте за холмами.

С нами был Алборошвили Гиви, ему до демобилизации оставалось всего три месяца. Такого "деда" за мелкое нарушение армейского устава не имели право наказать и посадить в гауптвахту. Тем более что на армейском полигоне гауптвахты не было. Так что мы высадили Алборошвили Гиви за ближайшим курганом возле армейского полигона, а сами отъехали подальше в условленное место нашей встречи вдали от армейского полигона.

Там сразу стали накрывать "поляну" с выпивкой и закуской, чтобы зря не терять время. Так как мы все-таки были солдаты. Нас могли искать офицеры, которые остались дежурить до приезда других офицеров.

Время на гулянку у нас было ограничено. Когда мы уже накрыли "поляну" с выпивкой и закуской, то, вдруг, из-за ближайшего кургана, в нашу сторону выполз танк Т-34. Конечно, мы сразу запаниковали. Думали, что Алборошвили Гиви заложил нас и нам придётся отвечать за устроенную нами пьянку вовремя службы в советской армии. Куда-то удирать было бесполезно. От такого танка далеко не удерёшь. Смысла нет никакого. Нас всех все равно знали хорошо. От наказания нам всем никуда не деться.

- Вот и мы! - закричал Гиви, выбираясь из танкового люка. - Целый ящик закуски привезли.

- Вы бы с платформой ракету буран угнали. - пришлось указать мне на пример Алборошвили Гиви. - Мы от страха чуть в штаны не наложили. Нам надо подальше отсюда уехать, чтобы нас никто из офицеров по-настоящему не поймал с такой техникой.

- На армейском полигоне никакого транспорта не было, чтобы добраться до вас. - стал оправ-дываться перед нами, Алборошвили Гиви. - Вот мы уговорили лейтенанта обкатать танк после ремонта. У нас все законно получилось.

Солдаты стали спорить о выходках моего друга и земляка по Беслану. Одни солдаты говорили, что такой поступок Гиви во вред ему самому. Ведь у него в этом году дембель. Нельзя так рисковать. Вместо дембеля можно попасть в дисбат. Другие считали, что это всего лишь безопасное развлечение. Танк никто не украл. Погуляем на природе и вернём танк обратно.

Большинство наших друзей поддержали меня, что нам здесь никак нельзя устраивать поляну пьянки. Так как нас могут свободно засечь из рейдового армейского патруля по ближайшим курганам. Мы тут же собрали все свои закуски и выпивки.

Затем сели в автомобиль ГАЗ-66 и на танк Т-34. Ближайшим местом нашей пьянки выбрали горы в сторону Азербайджана, куда точно никто из армейского полигона к нам не мог выбраться. Слишком далеко ехать.

Мы расположились в расщелине между гор возле небольшой речки, которой не было даже на армейской карте. Может быть потому, что эта речка заканчивалась всего через пятьсот метров от своего истока. Вода реки просачивалась в землю и дальше больше нигде не появлялась. Такие реки с сухим руслом встречал на Северном Кавказе.

Мы однажды поехали с отцом рыбачить на реку Кума, которая протекает по Ставропольскому краю. Свой автомобиль драндулет оставили у знакомых, а сами надули резиновую лодку и поплыли вниз по течению реки Кума ловить рыбу. Проплыли мы километра два вниз по реке.

Вдруг, река Кума быстро стала мелеть и вскоре вообще кончилась. Но метров через пятьсот было видно продолжение реки Кума.

Мы с отцом вытащили из воды свою надувную лодку. Дальше, почти пятьсот метров, мы тащили лодку по суше, чтобы затем обратно плыть по реке Кума, которая в пути нашего странствия дважды исчезала под землёй. Тогда река Кума была загадкой для меня. Но рыбы в реке Кума было много. В тот раз мы с отцом вернулись домой на драндулете с огромным уловом разнообразной речной рыбы.

Неизвестная река в горах Азербайджана исчезала под землёй совсем близко от нашего пикника. Но нас, это не очень-то расстраивало. Место здесь было прекрасное и располагало нас на хороший отдых.

К тому же здесь было много кустов со спелыми плодами кизила и боярышника, которые были нам дополнением к нашей полевой закуски.

Так что мы расположились в расщелине как у себя в горах в Северной Осетии, где часто гуляли по выходным дням.

Мы так увлеклись своей пьянкой, что сразу не заметили, как вокруг нас расположилось огромное стадо баранов. Мы как-то даже не подумали, что здесь высоко в горах Азербайджана может встретиться нам стадо баранов, которых почему-то заинтересовал именно наш танк Т-34. Стадо баранов расположилось плотным кольцом вокруг нашего танка.

Мы не знали, как выбраться из окружения этого стада. Тем более что чабан этого стада, одетый в огромную чёрную бурку, расположился прямо между гусениц нашего танка и с миром никуда не хотел уходить.

Можно было подумать, что чабан хозяин этого огромного стада баранов и нашего танка, а мы всего лишь случайные гости в горах.

- Давайте продадим ему наш танк. - шутя, предложил Гиви. - Никуда от нас танк не денется.

- Почему не продать? - согласился танкист. - Если лейтенант кинется танка, скажем, что танк заглох в горах вовремя обкатки после ремонта.

Мы так и решили, что предложим танк чабану. Но вот у нас была не большая загвоздка. Дело в том, что чабан был из Азербайджана. Никто из нас, азербайджанского языка не знал. Мы ни знали, как с ним поговорить. К тому же чабан спал под своей огромной буркой. Мусульман вовремя отдыха беспокоить никак нельзя.

Мало того, вокруг чабана лежали огромные собаки, кавказские овчарки, которые зорко охра-няли хозяина и близко не подпускали нас к своему хозяину.

Поэтому мы не знали, как начать наши переговоры с чабаном, который вообще мог не понять нашего языка.

- Уважаемые солдаты! - вдруг, неожиданно для нас, на чистом русском языке, обратился к нам чабан. - Моим овцам и собакам понравилась железная машина. Вы не могли бы мне продать эту чудесную машину? У меня денег много.

- Да! Конечно! - стали соглашаться мы. - Мы с удовольствием продадим вам хорошую железную машину.

- Сколько стоит железная машина? - поинтересовался чабан. - Назовите мне свою цену за технику.

- Кунак! Мы не на рынке. - сказал танкист, чабану. - Железная машина дорогая. Хорошему человеку не жалко продать за ту цену, которую даст кунак. Железная машина заменит тебе дом и собаку на охрану овец.

- Хорошо! Согласен. - по-деловому, сказал чабан. - Отдам вам сбережения, которые имеются у меня.

Чабан по цокал своим шершавым языком и сразу откуда-то из-за холма выполз старый об-лезлый ишак. На ишаке висела какая-то истёртая старая сумка из кожи. Чабан снял кожаную сумку с ишака и передал танкисту. Мы заглянули в кожаную сумку чабана. Там были несколько пачек денег, перевязанных верёвочками. Мы ни стали считать полученные от чабана деньги.

Даже на глаз можно было определить, что в этой кожаной сумке, примерно, пять тысяч рублей. По тем временам это была огромная сумма денег. На такую сумму денег можно было купить автомобиль "Волга" или построить двухкомнатную кооперативную квартиру. За такую сумму денег и срок заключения могли дать такой же, как сумма денег. Поэтому у нас пьянка сразу прошла. Мы поняли, что тут нам пахнет сроком, а не шутками.

- В такие игры не могу играть. - сказал своим друзьям, когда мы отошли от чабана, чтобы посоветоваться. - Нас могут посадить за такую авантюру лет на пять в дисциплинарный батальон. Не хочу садиться в зону из-за денег.

- Тоже пас. - поддержал меня, Алборошвили Гиви. - У меня дембель на носу. Мне не нужно заключение вместо гражданки.

- Думаю, что все того же мнения. - поддержал нас танкист. - Но пошутить нам сейчас с танком не грешно. За шутку срок нам не дадут. Давайте сумку с деньгами спрячу в танке. Через пару дней мы приедем за танком. Вернём чабану деньги. Чабан все равно не догадается, как проникнуть в наш танк. Потайное место у меня в танке давно имеется.

- Если чабан окажется бывшим танкистом, то тебе, и нам, срока тюрьмы не миновать. - сказал танкисту. - Надо в голове иметь мозги, а не холодец.

- У меня в танке горючего осталось лишь до армейского полигона хватит. - сказал танкист. - Не будет же бывший танкист заправляться у нас на армейском полигоне. Давайте рискнём. Свои деньги в танке чабан все равно не найдёт.

- Тебе виднее. - согласился Гиви. - Моей фамилии с авантюризмом больше не вспоминай.

В общем-то, мы все согласились с таким розыгрышем. Оставалось лишь как-то отвлечь чабана от танка, чтобы танкист мог проникнуть в свой танк и там спрятать кожаную сумку с деньгами. Однако чабан поставил свою бурку под стволом нашего танка.

Вокруг танка рассадил своих собак, кавказских овчарок, которые надёжно охраняли не только огромное стадо овец, а также своего бронированного коня в числе советского танка. Добраться нам до танка нельзя.

- Аксакал! Мы согласны продать свою железную машину тебе. - обратился танкист к чабану. - Разреши в последний раз проникнуть в железную машину, чтобы мог забрать свои личные вещи. Они тебе не нужны.

- Пожалуйста! Ты можешь забрать свои личные вещи. - согласился чабан, отзывая своих собак от танка.

Танкист сзади танка вместе с кожаной сумкой, набитой деньгами взобрался на башню танка. Через верхний люк на башне танка проник во внутрь танка совсем незаметно для чабана. Минут через десять танкист выбрался из своего танка в сторону чабана. Танкист показал чабану, что кроме своих личных вещей больше ничего из танка он не взял.

Мы тут же все забрались в свой автомобиль ГАЗ-66. Уехали обратно к себе в армейский полигон. Успели почти к ужину под самый вечер. Вроде никто из дежурных офицеров на полигоне не обратил внимания на отсутствие танка.

В воскресный день солдаты полигона высыпались после пьянки почти до самого обеда. Когда мы сильно проголодались, то в разброд пришли в полевую столовую кушать очередную овсянку с тушёнкой говядины и перловый суп, приготовленный все на той же тушёнкой говядины. Ничего другого у нас в полевых условиях не было.

Хорошо, что рядом с нами было озеро Джандаргель, которое иногда кормило нас своей рыбой и водоплавающими птицами. Воскресный день прошёл у нас благополучно. Всю вторую половину дня мы загорали на берегу дикого озера. После ужина немного погоняли футбольный мяч. Спать легли пораньше.

Так как в понедельник у нас в шесть часов утра общий подъем. Армейские строители начнут строить армейские домики. Остальные солдаты будут нести свою обычную армейскую службу. У меня работы с наглядной агитацией полным-полно на всю службу на этом полигоне. В шесть часов утра армейский горн сыграл общий подъем.

После водной процедуры солдаты выстроились на большом плацу для дальнейшего развода на завтрак, а затем по своим службам на весь рабочий день. Перед нами на плац вышел под-полковник Карпухин.

Мы, хотели, было поздравить Карпухина с повышением воинского звания. Но подполковник Карпухин был злой на вид. Солдаты понимали, что сейчас на полигоне за что-то будет общий разгон.

- Куда делся единственный на полигоне танк? - заорал на нас подполковник Карпухин. - Наверно, пропили танк в моё отсутствие? Лейтенант Абдурахманов! Выйти из строя! Доложите! Куда делся танк с полигона в ваше дежурство?

- Танкист сержант Магомедов Сулейман обкатывал танк после ремонта. - стал докладывать лейтенант Абдурахманов. - Горючее в танке закончилось. Танк остался вблизи армейского полигона. Сейчас мы доставим горючее к танку. Так через час будет на армейском полигоне. Танк находится в потайном месте под надёжной охраной. Танк вернём.

- Через час чтобы танк был на месте! - приказал подполковник Карпухин. - Иначе, вас под трибунал отдам.

Танкист сержант Магомедов Сулейман после завтрака собрал нас возле автомобиля ГАЗ-66. Уговорил съездить вместе с ним к танку. Посмотреть на то событие, которое произошло вместе с нашим танком и с чабаном со стадом овец за двое суток.

Мы вначале отказывались от поездки с полигона, боялись гнева подполковника Карпухина. Сержант Магомедов Сулейман пошёл к подполковнику Карпухину, уговорил его отпустить нас к танку.

Так как там якобы нужна танкисту помощь от нас возле танка. Нужен мелкий ремонт и физическая сила. На моё личное удивление, только что грозный подполковник Карпухин легко согласился с сержантом Сулейманом Магомедовым. Мы девять человек поехали на автомобиле ГАЗ-66 в сторону ущелья к нашему танку. Хотелось своими глазами посмотреть на розыгрыш, который мы устроили с чабаном и со своим танком. Будет нам, что смешного вспоминать на гражданке.

Когда через двадцать минут мы приехали к ущелью в горах, где находился наш танк, то увидели довольно странную и печальную картину. Вокруг танка расположилось огромное стадо овец, которые за время нашего отсутствия съели вокруг всю возможную растительность до самой земли. Как когда-то овцы "сожрали Англию".

Когда англичане сделали ставку своей экономики на разведении овец и едва не загубили свой остров. Овцы нанесли Англии огромный ущерб потравой огромных пастбищ, на которых долгое время ничего не росло. Понадобилось много лет англичанам, чтобы сократить поголовье овец в своей стране и постепенно восстановить растительность на своих полях. Иначе всё могло превратиться в пустыню.

Вот так и здесь в горах Азербайджана. Прошло всего чуть больше суток, а вреда от овец, на несколько месяцев. Когда от первых осенних дождей станет пробиваться первая трава на этом пастбище. Сейчас овцы даже гусеницы у танка лижут. Так как в щели между гусеницами танка видна трава.

Собаки тоже бедные все изголодались в охране танка, который никуда не двигается. Стоит как вкопанный на одном месте. Чабана тоже жалко. Наверно голодный и от танка за прошедшие сутки не отошёл не на один шаг. Даже вид у чабана, какой-то жалкий и весь измученный.

- Вы что мне продали? - жалобно обратился к нам чабан, как только увидел нас. - эту безмозглую железную машину хлестал кнутом. Уговаривал, как человека. Молился на неё как на святую, а она хоть бы сдвинулась. За сутки ни одного метра не сдвинулась. Оставлять её тоже жалко. Огромных денег машина стоит. Верните, пожалуйста, деньги.

- Аксакал! Ты извини нас. Мы просто пошутили. - жалобно, сказал танкист, чабану. - сейчас тебе верну все деньги. Танк мы заберём обратно. Ты все равно не сможешь пользоваться танком без нашего обслуживания. Извини нас...

Сержант Магомедов Сулейман забрался через люк на башне внутрь танка, чтобы из тайника достать кожаную сумку с деньгами чабана. Танкист долго капался в своём тайнике. Все не появлялся наверху. Мы стали думать, что с ним что-то случилось.

Может быть, ударился головой об танк? Хотели, было забраться в танк, чтобы узнать, что там с танкистом произошло. Вдруг, танкист, сержант Магомедов Сулейман, высунулся из люка башни с испуганным видом.

- Кожаной сумки с деньгами нет. - перепуганным голосом, сказал Магомедов Сулейман. - все обыскал.

- Ты хоть соображаешь, что говоришь? - дрожащим голосом, спросил, танкиста. - Нас всех пересажают!

- Может быть, ты вообще деньги туда не клал? - подозрительно, спросил Алборошвили Гиви. - Присвоил себе чужие деньги. Ты отсюда живым не уйдёшь. Если не вернёшь хозяину его деньги. Так что лучше сам поищи деньги в танке.

Танкист обратно нырнул в люк башни танка и вновь пропадал в танке минут десять. Если не больше. Когда танкист опять появился на башне танка и заявил нам, что кожаной сумки с деньгами в танке нет.

Мы были готовы разорвать танкиста на куски. Никто из нас не хотел садиться в тюрьму. Танкист был перепуган до смерти из-за отсутствия кожаной сумки с деньгами. Но разорвать танкиста на куски у нас почти не было шансов.

Танкист мог в любое мгновение скрыться под надёжными бронями своего танка. Тогда уже ни танкисту, а нам было уготовано быть разорванными на куски гусеницами танка Т-34. Вполне возможно, что так бы случилось с нами и с танкистом, если бы в ту самую опасную минуту нашей жизни, на выручку к нам не пришёл сам старый чабан. Вовремя нашего истерического положения.

Старый чабан, внимательно следил за нашими действиями, из-под своей чёрной бурки, сидя под стволом танка Т-34.

- Зачем так нервничать? - удивлённо, сказал чабан, когда страсти между нами накалились до придела. - Какие-то там мелкие пять тысяч бумажных рублей никогда не должны испортить настоящую дружбу между молодыми джигитами.

Старый чабан по цокал языком. Из-за огромной серой скалы вышел старый ишак с кожаной сумкой, в которой были потерянные деньги в размере пять тысяч рублей. Мы все были обескуражены таким фокусом.

Никто из нас не мог понять, как этот старый чабан смог разгадать нашу тайну и проникнуть в танк за кожаной сумкой с деньгами. Тем временем старый чабан приказал на азербайджанском языке своим собакам отогнать отару овец от танка.

Когда отара овец была на безопасном месте от танка, то старый чабан, кряхтя, забрался во внутрь танка. Затем старый чабан завёл танк и поехал на танке в ту сторону, откуда вышел старый ишак с деньгами в кожаной сумке.

Мы были сильно удивлены случившимся с нашим танком. Никак не могли прийти в себя из-за происходящего рядом с нами в ущелье.

- Ты куда мой танк угнал? - опомнился танкист Сулейман Магомедов, побежал следом за своим танком.

Мы тоже побежали следом за танком Т-34, который скрылся в стороне огромной скалы рядом с безымянной речкой. Когда мы выскочили следом за танком к безымянной речки, то уви-дели перед собой странную картину.

Прямо на поляне возле безымянной речки была постелена огромная скатерть, на которой было много разной закуски и выпивки.

Рядом со скатертью угощения стоял большой мангал со свежими шашлыками. Мы удивлённо протирали глаза и не верили тому, что после такого стресса мы рядом с поляной угощения. Нам никак не хотелось поверить в то, что нас кто-то так ловко разыграл с танком и с деньгами, которые едва не пропали. Мы не знали, как сейчас себя вести.

- Джигиты! Приглашаю вас в гости к своему юбилею, а также к другой знаменательной дате. - сказал нам, старый чабан, выбираясь из танка. - Старый танкист Абдурахманов Абдурахман-оглы приглашает вас к свежему шашлыку.

- Моя знаменательная дата без меня не обойдётся. - вдруг, услышали мы, голос подполковника Карпухина, который вышел из-за холма в нашу сторону. - Так что вам на этой поляне придётся поделиться со мной шашлыком и водкой. Иначе отправлю вас всех в Батуми на гауптвахту за нарушение армейского уставного порядка.

Следом за подполковником Карпухиным к нам подошёл лейтенант Абдурахманов, который хитро улыбался. Ухмылялся и танкист сержант Магомедов Сулейман. Выходит, что они четверо были в сговоре и разыграли всех остальных солдат. Мы все никак не могли поверить в розыгрыш. Ведь Алборошвили Гиви не был участником в сговоре с азербайджанцами и с подполковником Карпухиным.

Поменять место нашей субботней пьянки предложил лично. У меня тоже не было сговора с перечисленными товарищами. Продать танк предложил Алборошвили Гиви, а ни сам танкист. Но, тогда как быть с деньгами. Ведь деньги были настоящие! Как мог чабан рисковать такой суммой денег?

- Деньги! Это всего лишь "кукла". - сказал лейтенант Абдурахманов. - Мы к этому торжеству готовились заранее. Мой отец работает фотографом в Акстафе. Вот они с моим дедушкой Абдурахманом-оглы решили устроить этот юбилейный розыгрыш. Двадцатипятилетний юбилей династии танкистов в нашем роду.

Тут как раз повышение майора Карпухина подоспело вовремя. Так что мы объединили наш общий розыгрыш. Вы оказались отличными артистами нашего совместного розыгрыша. Сами вы подтолкнули нас к дальнейшим событиям.

Все остальное дело техники. Жизнь театр, а мы в ней артисты. Забыл, кто сказал эти умные слова. Однако, это сущая правда.

- Мы удачно клюнули на вашу удочку. - согласился. - Но тогда причём тут сержант Магомедов Сулейман?

- Притом, что Магомедов Сулейман продолжение нашей танковой династии. - смеясь, ответил старый чабан, Абдурахманов Абдурахман-оглы. У нас в роду принято мужчинам брать фамилию по имени отца или по имени деда. Один мой внук взял фамилию Абдурахманов по имени своего отца, который в своё время получил моё имя от деда. Другой мой внук взял фамилию по имени моего сына Магомеда. Так в нашем роду появились сразу две фамилии.

Конечно, шутка удалась на славу, как двойной праздник, устроенный в честь юбилея династии танкистов, а также в связи с повышением майора Карпухина в подполковники по политической службе. Теперь подполковнику Карпухину предстояло отправляться в Батуми. На получение утверждения своего повышения на месте и на смену кабинета. По всей вероятности, мне тоже придётся уехать вместе с подполковником Карпухиным в Батуми. Мне предстояло быть рядом с замполитом, так как был закреплён за подполковником Карпухиным. Без него не мог оставаться на армейском полигоне рядом с озером Джандаргель. Хотя мне не очень-то хотелось уезжать с этого места. Здесь было намного спокойнее, чем в Батуми в военной части. Надзора со стороны офицеров за мной фактически не было. Дисциплина была ни такая строгая, как в нашей военной части. Чёрное море нам хорошо заменило дикое озеро Джандаргель с холодной водой, а также с дарами природы, которыми мы пользовались вовремя службы на полигоне. Отдых, рыбалка и охота у дикого озера.