# Неожиданное знакомство

Александр Сергеевич Черевков

Неожиданное знакомство.

Поблагодарил директора цирка и отправился пешком в гостиницу "Россия" на Красную площадь. Мне интересно идти по вечерней Москве, залитой светом неоновых реклам и фонарей. Никогда не был в таком гигантском городе, как Москва. Самые крупные города Кавказа - Тбилиси, Баку, Ереван, где бывал вовремя своей службы в армии, выглядели значительно меньше Москвы. С каменными громадами зданий и площадей.

Шёл в указанном мне направлении, натыкаясь на прохожих и на столбы фонарей. Так добрался до Красной площади, которая поразила меня великолепием храмов и размером. Особое впечатление на меня произвёл храм Василия Блаженного.

Рядом с ним памятник "Минин и Пожарский". Подсвеченные снизу прожекторами, памятник и храм. Выглядели на площади как величественный макет. Много читал про главную площадь России. Но читать и видеть, это, ни одно и, то же. Совершенно другое ощущение красоты и пространства, в котором оказался сегодня.

По-своему для себя увидел Москву. В гостинице "Россия" меня приняли с особым вниманием. Прочитали письмо директора цирка. Проверили запись на бронирование. Затем дали заполнить карточку с подозрительными вопросами: - "Какими языками владеешь?", "Где был за границей?", "По какой статье привлекался?" так далее. Просто ерунда какая-то.

- Не знаю, как вам отвечать на глупые вопросы в анкете? - растерянно, обратился, к админи-стратору.

- Вы, что, с гор спустились что ли? - спросила меня, блондинка в очках. - Такого пустяка не знать в анкете.

- Действительно живу в горах Кавказа. - огрызнулся на вопрос. - Но там таких глупых вопросов никто не задаёт. Так что мне писать в этой графе, которая мне совершенно не знакома? Объясните. Не понимаю ничего.

Администратор взяла у меня заполненную карточку и паспорт, внимательно сверила, словно поступал к ним не на жительство в гостиницу на одну ночь, а на постоянное заключение. Напротив, подозрительных вопросов поставила прочерк и отдала мне в руки паспорт с ключами от места моего проживания. На брелоке ключей была какая-то странная зашифровка "Ю/10/111". Можно подумать, что это зашифрованный ключ.

- Извините, пожалуйста! - стараясь быть культурным, спросил, администратора. - Что это тут на брелоке?..

- Ну, ты, парень, действительно с гор спустился. - посмотрев на меня поверх очков, ответила блондинка. - Южная сторона. Десятый этаж. Сто одиннадцатый номер. Вот лифт. В нем и езжай на свой этаж с номером "Ю/10/111".

- Нет, уж! Лучше пешком пойду наверх. - глупо, отказался. - У нас в горах этих лифтов нет. Всюду ноги.

Все присутствующие захихикали и пальцами закрутили у себя на висках, пытаясь там что-то открыть для себя. Ухмыльнулся этому и стал брать высоту. Конечно, мне приходилось много раз подниматься на вершины Кавказа до трёх тысяч метров над уровнем океана. Но вот выше пятого этажа не поднимался.

Совершил глупость не только в своём решении подниматься без лифта, но и в том, что начал совершать восхождение на десятый этаж в темпе.

Так как на подъёме шестого этажа у меня стали болеть ноги ниже колен. К восьмому этажу моё дыхание спёрло. Совершенно измученный и вспотевший, буквально вполз на свой десятый этаж, который оказался таким длинным, что понял о глупости своего восхождения к этажу. Мне оставалось только найти свой номер комнаты в гостинице и завалиться спать.

- Что это с вами случилось? - растерянно, спросила меня дежурная по этажу. - Вам, доктора надо вызвать?

- Нет! - категорически, отказался. - Никого не надо. Вы покажите направление, где мой номер находится?

Дежурная в страхе посмотрела на мой брелок и указала направление моего движения в номер. Кивком головы поблагодарил даму за услугу. Тяжело перебирая окаменевшими ногами, медленно двинулся к намеченной цели. Расстояние по длинному коридору преодолел через час. Здание было настолько огромное, что подумывал заночевать в пути, как, вдруг, увидел на двери множество единиц.

Даже за свою учёбу в школе не имел столько неудов, сколько мне поставили в этой гостинице. У меня все плыло перед глазами от усталости и пота. Поэтому мне померещилось, что на двери номера единиц значительно больше, чем было на моем брелоке.

Протёр рукавом глаза и пересчитал все единицы на двери и на своём брелоке от ключей. Все было правильно. Количество единиц совпадало. Решительно вставил ключ в дверную скважину и повернул.

Но дверь не поддалась. Попытался вторично открыть, но все было бесполезно. Стал лихорадочно крутить ключ во все стороны, но дверь не поддавалась. Идти обратно к дежурной, у меня не было сил. Дама осталась где-то далеко за поворотом длинного коридора.

Здесь один у двери. Измученный многочисленными попытками проникнуть в номер, опустился на ковровую дорожку и задремал. Прошло какое-то время. Сквозь дремоту услышал звон ключей в замочной скважине.

Открыл глаза и увидел, как горничная открывает мой номер. Буквально вполз следом за ней в свой номер. Женщина сурово посмотрела на мой брелок и брезгливо показала пальцем на заправленную кровать у окна.

- Вот, иносранцы, нажрутся нашей водки, как свиньи. Попасть в свой номер не могут. - пробурчала горничная уходя из номера, когда заменила постель на другой кровати. - Ну, совсем русскую водку пить не умеют.

Горничная ушла. Удивлённо посмотрел по всем сторонам, но никакого иносранца в номере не увидел. Возможно, что горничная меня спутала с иностранцем. Так как был одет совершенно ни так, как одевались москвичи по сезону.

На мне было лёгкое пальто джерси серого цвета, лаковые чёрные туфли и костюм серого цвета из тонкой лавсановой ткани.

В общем, сам выглядел серой личностью в прямом и переносном смысле. Потому, что в это время москвичи ходили уже в зимней одежде. Был одет так, словно от берега Чёрного моря с пляжа вернулся. Купить себе одежду в магазинах Москвы не мог. Здесь все дорого.

Немного придя в себя от подъёма, оглядел номер. В нем были две кровати. Два бельевых шкафа. Две тумбочки, похожие на холодильник. Большой стол. У стола четыре стула. Малень-кий телевизор "Рекорд".

Все это стояло тут на большом красном ковре. На потолке большая четырёх рожковая люстра с позолотой. Освоившись, решил привести себя в порядок и лечь спать.

Разобрал свой чешский кожаный портфель с бельём и решил туалетные принадлежности положить в свою тумбочку.

Однако тумбочка действительно была холодильником, в которой находились различные продукты и напитки в шкаликах. Никогда ещё не жил в гостиницах и поэтому подумал, что кто-то забыл свои продукты в этом номере.

На всякий случай заглянул в соседний холодильник. В нем лежало то же самое. Получается, что это все входит в стоимость номера. Значит это все тут моё. Можно пользоваться продуктами, которые находятся в мине-холодильнике.

Помывшись в ванной, обратно вернулся к своему холодильнику и принялся кушать в нем все то, что мне понравилось на первый взгляд. В шкаликах - водка, коньяк и ликёр. Ни стал это пить, но все шкалики положил в свой портфель между одеждой, чтобы шкалики не разбились в дороге. Затем принялся съедать все оставшиеся продукты. Утоляя свой голод за день.

После сытного ужина меня потянуло ко сну. Убрал за собой объедки со стола и лёг спать. Вовремя глубокого сна, почувствовал, что кто-то внимательно разглядывает меня. открыл глаза.

В номере было темно. Слабый свет уличного фонаря едва пробивался в номер сквозь при-крытую занавеску. Огляделся кругом. Никого не было видно. Хотел было закрыть глаза, как, вдруг, услышал сквозь мёртвую тишину в номере чьё-то дыхание. Сел на кровать и тут же стал вглядываться в темноту. Все также никого не было видно.

Обратно собрался лечь спать, как, неожиданно для себя, увидел в темноте блеск глаз и улыбку белых, как снег зубов. Так машинально нажал на кнопку настольной лампы и обалдел от неожиданного зрелища.

Прямо напротив меня сидел огромный негр. С большими накаченными мышцами. Мне никогда не доводилось видеть негров. Тем более такого большого и сильного, как негр в гостинице. В темноте он больше был похож на огромную обезьяну, чем на чёрного человека.

- Джон! - протягивая свою огромную лапу, представился негр и стал мне что-то говорить на своём языке.

- А-ле-к-са-н-др! - чуть ли не по буквам, выдавил своё имя, моя рука утонула в клещах чёрного гиганта.

Тут же отдёрнул свою руку обратно. Мы внимательно смотрели друг на друга. Джон, что-то начал мне рассказывать про себя. Из его разговора, кроме слова спорт, ничего не понял. В страхе разглядывая его.

- Водка! - неожиданно, сказал Джон по-русски и достал из своей сумки бутылку водки. - Пить водка будем.

- Хорошо! Будем пить водку. - согласился, тут же пошёл мыть бокалы, которые стояли на столе у графина.

Когда вернулся обратно из ванной, то на столе была шикарная закуска. Такого никогда ни ел. Кусочками нарезана копчёная ветчина. Маленькие баночки с консервами. Бутылки с разными напитками. Разных форм шоколадки.

Завёрнутые булочки. Все выглядело ярко и пестро, словно попал на карнавал или выставку продуктов, где-то в странах Латинской Америки. Даже бутылка русской водки выглядела иначе.

- Мир! Дружба! Америка! Русия! - все то, что мог сказать Джон по-русски, поднимая бокал с русской водкой.

Ни единого слова не знал на его языке. Поэтому кивал головой и поддакивал Джону. Мы выпили по бокалу водки. Джон стал кашлять и задыхаться после выпитой водки, запивая её каким-то напитком из своих бутылок. Джон налил мне напиток в бокал. Попробовал и тут же едва не выплюнул обратно в бокал, то была сода с солью.

Такую гадость мама давала мне тогда, когда у меня болело горло. Сейчас был вполне здо-ров и не нуждался в таком лекарстве. Закуска Джона, мне понравилась больше. Усиленно нажимал на ветчину и на консервы в банках.

После хорошей закуски налил в бокалы водки. Джон уже был хмельной. Махнув рукой, как заправский мужик с русской деревни, Джон с лёгкостью опрокинул в себя второй бокал и уже не запивая водку своим напитком, принялся закусывать на мой манер. Под следующий бокал водки Джон достал из своей сумки все запасы закуски, которые в своём большинстве были дружно съедены.

Совершенно ничего не знаю о генах человека. Но так думаю, что с рождения в человеке за-ложено что-то в генах. Тому может служить порода. Возможно, что в генах русской породы человека давно заложена стойкость против водки. Так до встречи с Джоном мог посчитать на пальцах, сколько раз выпил водки за свою прошедшую жизнь. Не очень-то любил выпивать.

Но, несмотря на такую мощь Джона, он после первого бокала был пьян. После второго бокала - сильно пьян. Когда мы с ним на равных осушили одну бутылку водки, Джон готов. Он не мог ни есть и ни пить. Настолько пьян, что валялся на полу, как тряпка.

У меня, наоборот, пьянка быстро прошла от одной только мысли за то, что споил американца. Теперь мне, возможно, грозит пожизненное заключение, как минимум, а то и вовсе расстрел за пьянку с капиталистом.

Надо было мне принимать какие-то экстренные меры. В гостинице была ночь. Все спали. Возможно, что и дежурные по этажам спали. Но чем могут нам помочь дежурные от перепоя? Лишь вызвать милицию.

- Джон! Душ! - сообразил. - Пойдём в душ, тебе легче будет. Джон! Быстрее пойдём в душ. Голову мыть.

Не знаю, понял меня Джон? Возможно, что душ звучит одинаково на всех языках. Однако, Джон пополз на четырёх мослах в сторону душа. Прямо в своём спортивном трико Джон завалился в ванную. Стал усиленно поливать на него из душа холодной водой и себя освежил холодной водой. Мне стало легче. После двухчасового душа Джон, постепенно, стал приходить в себя.

Переодевшись в сухую одежду, Джон сидел на своей кровати. Ругал себя на своём языке, стукая кулаком по голове. Сидел напротив и молчал. Когда солнце своими лучами добралось до храма Василия Блаженного, стал собираться в дорогу. Очень тщательно побрился. Почистил зубы белым порошком. Сполоснул рот зубным эликсиром. Надел свежую одежду. По-прощался с Джоном. Пошёл к двери с ключами. Джон так и остался сидеть на своей кровати.

- А-ле-к-са-н-др! - также по буквам, как ночью, окликнул меня в стельку пьяный Джон. - Презент! Презент!

Джон показывал мне на стол, заваленный не распакованной закуской, оставшейся с ночной пьянки. Совсем не мог понять, какой ему презент-брезент нужен от меня. Английский язык не знаю. Пожал плечами и стал ему объяснять, что ничего от него не понимаю, что он от меня хочет. Тогда Джон взял мою сумку и сгрёб в неё все то, что было в упаковке на столе. После этого понял, что презент на его языке обозначает подарок, а не ткань.

Естественно, что не мог уйти от него и не оставить Джону что-то на память. Но у меня не было ничего ценного в сумке. Один только свёрток с чеканкой и картина, которые привёз на выставку. Мне все равно не суждено было выставлять свои художественные работы. А так у Джона память будет в Америке. Развернул свёрток и отдал Джону написанную на холсте картину, с видом на вершину горы Казбек из посёлка Казбеги в Грузии. Джон растерянно осмотрел карти-ну. Отрицательно покачал головой.

- Ноу! Ноу! - запротестовал Джон, отказываясь от моего подарка. - Кон-тро-бан-да! Ноу! Ноу! Турма! Ноу!

- Это ни контрабанда. - стал объяснять Джону на словах по-русски и жестами. - Это рисовал. Писал картину вершины горы Казбек на Кавказе. Картина совсем новая. Понимаешь, тебе дарю картину. Презент!

После слова "презент" Джон успокоился и показал мне, чтобы оставил на картине свой автограф. У меня не было с собой ничего такого, чем бы можно было ему подписать. Тогда Джон достал из своей сумки шариковую ручку и подал мне её. На лицевой стороне картины оставил свой автограф и дату.

На другой стороне картины написал свой домашний адрес. Затем написал, что это мой подарок Джону Кэйду. Так он назвал себя. Джон Кэйд оставил мне шариковую авторучку на долгую память. Мы с ним обнялись на прощание, как старые друзья, перед нашим расставанием. Тут же вышел из номера и спустился на лифте.

Вышел из гостиницы "Россия", когда утро было в полном разгаре. У меня сильно болела голова и тошнило. Это напоминало мне о ночной пьянке. Надо было хорошо на воздухе прогуляться до цирка на Цветном бульваре. Знал это направление и через Красную площадь медленно отправился прямо в цирк. Когда пришёл в цирк и предъявил у служебного входа своё удостоверение, которое мне выписали вчера в "Союзгосцирке", то меня пропустили в цирк без всяких вопросов.

Тут же прошёл на манеж. Никого из аттракциона "Человек-невидимка" там не было. Манеж был покрыт льдом и на нем катались артисты цирка на льду. Сел в зале и стал смотреть на репетицию артистов цирка на льду, которые выходили по очереди.

- Кого ждёшь? Тебя, как зовут? - спросил меня, блондин с огромными мышцами, силовой жонглёр на льду.

- Александр! - ответил, парню. - Ты не знаешь, когда будет работать аттракцион "Человек-невидимка"?

- Меня зовут, Владимир Маргослепенко. - представил себя парень. - Ты зря сегодня пришёл. В понедельник в цирке выходной. Все отдыхают. Это мы готовим новую программу, вот и работаем тут по выходным дням. Вчера в управлении "Союзгосцирка" должен был быть выходной. Но отправляли, срочно, новую группу на гастроли за границу. Поэтому Белоусов использовал момент работы в "Союзгосцирке" для устройства тебя на работу. Сегодня ты можешь свободно пойти в "Союзгосцирк" прямо к управляющему Бардиани. Он понятливый человек. Сразу устроит тебя в гостиницу или даст деньги на съем квартиры. Если хочешь, то ты можешь с нами жить на квартире у Шуралея. Он старший осветитель цирка, мой друг. За квартиру деньги не надо. Ты принеси ему в коллекцию любую бутылку с напитком, которого у него нет дома. Дальше, живи у Шуралея сколько захочешь. У него огромный барский дом под снос. Все дела у тебя тут быстро наладятся.

- Откуда знаю, какую бутылку надо? - спросил Володю Маргослепенко. - Такие пойдут, а какие нет?

Достал шкалики из своего портфеля. Показал Володе. Он внимательно посмотрел на их этикетки. По выражению лица было видно, что такой набор бутылок подходит ему.

- Где ты взял сувенирный набор шкаликов? - поинтересовался Володя. - Это же дефицит!

В подробной форме рассказал Володе про своё проживание в гостинице "Россия". О своей ночной пьянке с Джоном Кэйдом, которого едва не отправил на тот свет, а после отхаживал до утра от русской пьянки.

- Ты, с самим Джоном Кэйдом пил всю ночь! - возмутился Маргослепенко Володя. - И не взял у него автограф с рекламой?! Да как теперь с тобой разговаривать. По всему белому свету мотаюсь и не могу с ним встретиться, ты с Джоном Кэйдом в одном номере живёшь, водку с ним пьёшь и не мог автограф получить...

- Обожди, минутку! - остановил, Володю Маргослепенко. - Объясни мне, кто этот такой есть Джон Кэйд?

- Ты не знаешь, кто такой Джон Кэйд? - удивлённо, спросил Маргослепенко Володя. - Какой же ты тогда культурист? Если ты не знаешь Джона Кэйда! Это один из лучших культуристов мира. Ты что, с гор спустился?

- Да! С гор спустился! - разозлился на него. - Никакой ни культурист и про Джона Кэйда ничего не знаю. Всё!

Тут же взял свои вещи и направился к выходу из цирка. Маргослепенко Володя догнал меня у выхода.

- Извини, старик! Погорячился. - остановил меня, Маргослепенко Володя. - Не знал, что ты впервые в Москве. Сходи в "Союзгосцирк" за деньгами и приходи сюда. Будешь жить со мной у Шуралея и ходить в Лужники качать банки, которые тебе ещё пригодятся вовремя работы в цирке. Вещи свои ты можешь оставить здесь в цирке, их никто не тронет. Мы сегодня до обеда репетируем в цирке. Успеешь везде побывать.

Оставил свои вещи в зале цирка. Налегке отправился пешком в управление "Союзгосцирк" за деньгами. Дорогу между старым цирком на "Цветном бульваре" и "Союзгосцирком" запомнил хорошо с первого раза, поэтому добрался до конторы быстро.

- Ты где это пропадал? - спросил меня, Отар Александрович Белоусов, как только вошёл в контору. - Директор цирка, Минаев, звонил мне утром домой. Сказал, что ты придёшь в "Союзгосцирк" за своими деньгами.

- Думал, что вы в цирке и отправился туда. - ответил ему. - Меня оттуда направили к вам в контору. Отар Александрович, не буду жить в гостинице. У меня уже есть место снимать квартиру среди друзей цирка.

- Вот и прекрасно! - обрадовался Отар Белоусов. - Так меньше забот будет в бухгалтерии "Союзгосцирк". Получив деньги из кассы "Союзгосцирк" отправился гулять по Москве. После репетиций новых трюков в аттракционе "Человек-невидимка", весь коллектив должен был уехать на гастроли в Пермь. Ассистенты и артисты цирка говорили мне, что даже жители Москвы, работающие в цирке, бывает, что годами не появляются в Москве, находясь в постоянных гастролях в Советском Союзе и за границей. Поэтому мне сейчас хотелось лучше посмотреть Москву.