# Поездка в Голландию. (шестой день)

Александр Сергеевич Черевков

Мне интересно было узнать, что медные монеты в Голландии ценятся больше, чем "серебряные".

Поездка в Голландию. (шестой день)

Шестой день. Я едва не проспал "шведский стол" в ресторане гостиницы. Проснулся в девятом часу утра. Быстро привел себя в нормальный вид после долгого сна и сразу на лифте отправился на первый этаж. Когда я зашел в ресторан, то Азимов в полном одиночестве заканчивал набивать себе брюхо халявой. Я показал ему жест приветствия. Затем взял пластиковый поднос и пошел выбирать себе блюдо к этому завтраку. Я уже привык к такому изобилию продуктов. Поэтому ни стал искать по всей длине витрин и полок ресторана. Взял себе кусок жареной говядины с кровью, жареной картошки, немного ржаного хлеба и две чашечки черного кофе. На все остальное я уже не мог смотреть. Ни какое здоровье не может выдержать этой бесконечной обжираловки. Сколько еще можно издеваться над своим организмом, чтобы так много объедаться? После командировки в королевство Голландия, мне надо обязательно устроить себе разгрузку, сесть на диету или усиленно покачать мышцы. Иначе, от такой жирной и калорийной пищи, я просто ожирею и мне будет тяжело передвигаться. Моему характеру и темпераменту никак не подходит такой образ жирной жизни.

После завтрака в ресторане гостиницы обратно поднялся к себе в номер. Нужно было мне разобраться со своими вещами. Ведь сегодня фактически последний день в этой гостинице. После ужина в ресторане будет не до сборов. Придем в гостиницу только забрать вещи и сразу отправимся в аэропорт "Схипхол". Так что надо сейчас все упаковывать. Затем сходить в магазин купить что-нибудь для семьи на эти двести пятьдесят гульденов. Не вести же мне их к себе домой. Эти гульдены в Советском Союзе такие же "деревянные" как наши рубли в королевстве Голландия. Поэтому надо поспешить с покупкой. Сегодня тут последний день. Я выложил все свое имущество на огромную раздвижную кровать и обалдел. На огромной кровати едва умещалось то, что мне предстояло тащить за тысячи километров к себе домой в Республику Таджикистан. Одних только банок с пивом было столько, что они едва могли уместиться в двух кейсах. Куда мне класть все остальное? Рук у меня тоже не десять, чтобы переносить этот груз с места на место в пути следования. Около часа мне понадобилось, чтобы разобраться со своими вещами. В большой кейс я положил только баночки с пивом и в промежутки между ними поставил треугольные шоколадные конфеты с орехом фундук. Всякие напитки из мини-дара холодильника я положил обратно. Так как обычные напитки в алюминиевых баночках для меня уже не представляли ни какого интереса. Представляю, какие будут глаза у местной уборщицы, которая каждый день заполняет мой мини-бар холодильник. Как она поступит, когда она увидит мини-бар заполненный напитками? Куда она денет то, что должна положить сегодня в мой мини-бар холодильник? Наверно, положит не комплект себе в корзину, а емкость заполнит комплектом продуктов по норме? В прочим, это уже не мое дело. Мне бы разобраться с тем, что сейчас лежит у меня на кровати. Куда это все положить? Один кейс заполнен пивом. Второй кейс с рекламой и документами. Придется рекламу сократить до минимума. Возьму самую основную, которая связана с подписанием моего контракта с фирмой "Хантер Даглас". Всю остальную рекламу оставлю здесь в номере. Может быть, кому-то она пригодиться в бизнесе?

- К тебе можно войти? - неожиданно, услышал я, голос Азимова у двери. - Я к тебе звоню, а ты на звонок не отвечаешь. Дотронулся до двери. Дверь открыта. Извини меня, что я так, самовольно вошел в твой номер.

- Ничего страшного. - ответил я. - В моем номере голых телок нет и быть не может. Я давно женатый мужик.

- Я вот по какому вопросу. - сказал Азимов. - Парни из города Кандалакша сказали мне, что тут рядом с нашей гостиницей есть восточный квартал с магазинами, как у нас в Средней Азии. Пойдем мы сходим туда.

- Зачем?! - удивленно, спросил я. - Своих родственников ты там не найдешь. Деньги на покупку кончились.

- У меня есть кой-какие сувениры из Таджикистана. - объяснил мне, Азимов. - Может быть, они у меня это купят или поменяют на что-то по бартеру. Не везти же мне все это обратно к себе домой в город Душанбе.

- Пойдем. Сходим. - согласился я. - Но я думаю, что им ничего от тебя не надо. Здесь рынок перенасыщен.

Я оставил все как есть у себя на кровати. Одел на себя куртку. Положил в карман костюма документы и гульдены. Замкнул дверь в своем номере и сразу следом за Азимовым пошел к скоростному лифту гостиницы. Мне никак не хотелось с Азимовым болтаться по городу Роттердам. У меня своих проблем было достаточно. Но Азимов такой зануда. После будет Юрию Филимоновичу говорить, что я постоянно сбегал от него.

Восточный квартал города Роттердам оказался всего лишь в квартале от нашей гостиницы через улицу. Это я понял сразу сам. Без посторонней помощи. Так как в первый же день приезда в город Роттердам, я обратил внимание, когда выглянул в окно своего номера, что над старинными домами времен викингов торчит современный исламский минарет. Я еще удивился, что исконно католическое королевство Голландия имеет современный исламский минарет. Конечно, тогда я не думал, что здесь в городе Роттердам имеется Восточный квартал, со всеми доступными нормами ислама и с минаретом в центре Восточного квартала.

Мы ни стали болтаться по всему Восточному кварталу. Сразу вошли в первый попавшийся магазин, который был украшен рекламой и товарами в восточном стиле. Тут было все то, что когда-то я видел в магазинах Средней Азии и Кавказа. На персидских коврах красовались чеканки, кинжалы и клинки из дамасской стали. С потолков свисали лампады еще со времен захвата восточных стран войсками Александра Македонского. Прилавки и витрины, завалены украшениями из серебра и золота. На подиумах стоят изящные кувшины, в которых, с большим удовольствием, поселился бы самый уважаемый джин из всех джинов Востока.

Азимов сразу обалдел от этого зрелища и ничего не мог сказать подошедшему к нам парню в национальной одежде. Парень пытался заговорить с нами на своем языке. По разговору я понял, что он наверно турок. Так как азербайджанский язык сильно похож на турецкий. Когда-то в детстве я немного понимал этот язык, но с годами совсем забыл его. В этом случае Азимову сильно повезло, так как он знал узбекский язык, который относится к группе тюркских языков. Поэтому многие слова тюркских языков очень похожи по разговору.

Вскоре Азимов и этот парень из магазина перешли на таджикский язык(фарси). Оказалось, что этот парень совсем не турок. Просто он работает в магазине хозяина-турка и от него научился говорить на турецком языке. Сам же он по национальности перс, родом из Ирана. Живет Фазил, так зовут парня, с пяти лет в королевстве Голландия вместе со своими родителями после исламского переворота(революции) в Иране.

Азимов и Фазил долго беседовали на языке фарси. Но о цели прихода Азимова так и не поговорили. Наверно, против этой роскоши в магазине Азимов не решился предложить Фазилу то, что привез с собой из Республики Таджикистан. Я понял, что у них разговор может затянуться надолго. Поэтому показал Азимову на часы. Азимов кивнул мне головой, что понял и попрощавшись с Фазилом, вышел следом за мной на улицу.

- Ты извини меня, что я прервал твою беседу с парнем. - стал говорить я, Азимову. - Но сегодня у нас последний день. Тебе надо разобраться со своими вещами. Мне нужно идти в магазин за покупками для семьи.

- Да, конечно, ты прав. - согласился Азимов. - Я тут разговорился с парней из Ирана. Словно друга встретил.

Азимов перешел улицу в сторону гостиницы. Я направился в сторону торгового центра. Хорошо, что в этот день в королевстве Голландия работают все магазины. Иначе бы мне пришлось возвращаться домой без покупок. Надо только выбрать что-то существенное. Такое, что может пригодиться жене и моим детям в городе Душанбе. Вот я уже и детей своих стал разделять по городам и странам. Интересно бы мне было точно знать. Сколько незаконнорожденных детей у меня по белому свету. Ведь те девушки(женщины) с которыми я переспал в молодости были такими же глупыми и наивными в те молодые годы нашей жизни. Никто из нас не думал об последствии. Мы просто хотели познать страсть между различными полами и вкус любви. Мы даже не задумывались о последствиях нашей половой близости. Никто из нас не предполагал, что от первой половой связи могут появиться дети. Большинство моих партнерш по сексу были глупыми девственницами, которые не думали о замужестве. Им было все равно с кем переспать, только бы стать скорее женщиной и таким образом повзрослеть в лице своих подруг, которые уже перешагнули порог своего детства.

Я ни стал заходить в сам торговый центр. Вошел в обычный магазин одежды, в котором, на мой взгляд, были относительно дешевые товары. В начале я купил сыновьям и дочери кроссовки. Затем взял жене самое лучшее платье. На оставшиеся гульдены купил всем троим детям спортивные костюмы. В кармане у меня осталась разная мелочь из этих покупок. Я подумал, что не стоит вести эту мелочь к себе домой в Республику Таджикистан. Лучше всего купить разную жвачку для своих детей. Самому тоже стоит побаловаться жвачкой. В тряпочном магазине, конечно, не продают жвачку. Надо зайти в продуктовый магазин тут рядом. Не большой продуктовый магазин был на углу здания торгового центра. Я подошел к прилавку и показал продавщице магазина, что мне нужно жвачку. Затем я высыпал содержимое всех карманов на прилавок магазина. Продавщица удивленно посмотрела на кучу мелочи и на всякий случай поинтересовалась. Какие тут именно жвачки я хочу приобрести. Мне было все равно, какие будут жвачки. Ведь там я и без того ничего не знал о жвачках. Поэтому я показал рукой над жвачкой. Продавщица удивленно пожала плечами и ушла от прилавка с тележкой за товаром. Вскоре она вернулась обратно. У нее на подносе была целая горка жвачки. Всякое я мог ожидать в магазинах королевства Голландия, но чтобы так дешево стоила жвачка, я никак не ожидал. Жвачки разных видов было столько много, что мне стоило бы иметь еще один большой кейс, чтобы в кейсе поместить всю купленную жвачку. Сверху этой кучи жвачки лежал набор зажигалок. Я стал продавщицы объяснять, что у меня больше нет денег, чтобы оплатить набор зажигалок. Даже вывернул пустые карманы, чтобы она поняла, что я совсем нищий гражданин Советского Союза. Продавщица и ее напарница по магазину так визжали от восторга моей демонстрации пустых карманов, что на их визг выскочил откуда-то из глубины магазина мужчина лет сорока, с большим пистолетом в руках. Но когда он увидел радостные лица продавщиц, то пистолет спрятал в кобуру у пояса и подошел к прилавку. Продавщицы стали мужчине что-то объяснять на своем языке. Не прошло и минуты, как тут уже все трое смеялись над моим поступком.

- Это есть презент. - пытаясь сказать по-русски, объяснил мне мужчина и положил сверху еще блок сигарет.

Я ни стал объяснять мужчине, что зажигалки и сигареты мне совсем не нужны. Ведь я вообще не курю. Мне оставалось только кланяться и благодарить за подарок. В это время продавщицы упаковали в целлофановый пакет все купленные мной жвачки и блок сигарет с зажигалками. Я поклонился им в последний раз. Поблагодарил продавщиц и мужчину на своем русском языке за подарки. Тут же я поспешил выйти с кучей своих сумок на заснеженную улицу. Мне еще предстояло все это тащить минут двадцать до своей гостиницы. Голова была с мыслями о том, как теперь справлюсь с таким грузом до самого дома в городе Душанбе.

От торгового центра до своей гостиницы я добрался только через час. Всю дорогу мне приходилось останавливаться, чтобы отдохнуть от целлофановых сумок, которые своей тяжестью сильно натирали мне руки. Хорошо, что в гостинице двери открывались сами. Иначе бы мне трудно было открыть эту большую дверь. Я и так с трудом вошел во внутрь гостиницы. Едва протиснулся с пакетами в огромную дверь фойе гостиницы и тут же прямо у автомата с пивом поставил свою ношу. Не спрашивая разрешения у администратора гостиницы я привычно нажал на кнопку аппарата и янтарная струя живительного напитка наполнила кружку. С жажды опорожнив две кружки пива подряд, я поблагодарил администратора за прекрасное пиво. Затем обратно взял свои пакеты и направился к лифту. Как только дверь лифта открылась, то я просто побросал свои пакеты вовнутрь лифта и зашел туда сам. В этот момент мне так хотелось, чтобы поездка в лифте была долгой или лифт поломался в пути. Тогда у меня было бы время на отдых перед ходьбой до моего номера в этой гостинице. Но никакого чуда не произошло и скоростной лифт через несколько секунд остановился на пятом этаже гостиницы. Мне пришлось выкидывать свои пакеты из лифта и затем тащить в свой номер. Около часа я лежал в ванной после посещения магазинов. Все никак не мог прийти в себя от тяжелых пакетов. Я проклял то время, когда решил сходить за покупками. Нужно было жене купить одну дорогую вещь и детям жвачку. Тогда не пришлось бы мучаться с такими тяжелыми вещами. Как я теперь буду это все таскать. Ведь у меня даже денег нет, чтобы нанять носильщика. Наши "деревянные" рубли никому не нужны.

До самого вечера я занимался сортировкой и упаковкой своего груза. Два кейса набитые до предела я стя-нул туго веревками, которую подобрал около мусорного бака, когда тащил свои пакеты из торгового центра. Купленную одежду и рекламу втиснул в два целлофановых пакета. Затем оба пакета связал крест на крест между собой остатками подобранной веревки. Таким образом, у меня получилось три тяжелых груза, которые все же удобнее было перетаскивать с места на место, чем многочисленные пакеты и сумки. Конечно у меня еще был риск перед самолетом. Если меня в аэропорту "Сипхол" города Амстердам или в аэропорту "Шереметьево" города Москва, заставят показать содержимое моих упаковок, то я уже не в силах буду собрать все обратно в такую же упаковку. Ведь мне обратно понадобится несколько часов на упаковку. Разве мне кто-то разрешит проделать такую операцию в таком месте, как аэропорт, где каждое движение рассчитано на секунды. Меня не будет ждать ни один самолет. Тогда мне придется бросить половину своего груза.

Со своими сборами в дорогу я едва не прозевал выход на прощальный торжественный ужин в ресторане. Хорошо, что Азимов догадался по пути зайти за мной. Мы тут же оба спустились вниз. Возле тротуара сто-ял огромный белый лимузин. Точно такой, какой я видел у Бориса Березовского на ВДНХ в павильоне "Потребкооперации". На таком же лимузине меня отправил Отто Йохемс из валютного ресторана в городе Москва в аэропорт "Домодедова", когда мы втроем с Людмилой Кузнецовой отмечали заключение своего контракта.

За рулем белого лимузина сидела жена, Мелиса Баарс, генерального директора фирмы "Хантер Даглас". Мы с ней познакомились еще в первый день нашей встречи в офисе фирмы "Хантер Даглас". Вполне возможно, что она там работает или в тот день она просто заехала по делам к мужу в офис. Через переводчика Йост ван Бейкеренга мы узнали, что Мелис Баарс специально посадил за руль лимузина свою жену, что-бы в месте с нами напиться по-русски водки. Завтра все равно выходной день в королевстве Голландия, так что у него будет время прийти в себя после пьянки до рабочего дня. На это я сказал Мелису Баарсу, что если он будет пить вместе с нами по-русски, то ему и недели не хватит приходить в себя после пьянки. Так как по русскому обычаю после пьянки будет похмелье, которое продолжается очередной пьянкой и так до тех пор, пока уже здоровье человека позволяет пить или он отправляется после пьянки на тот свет к своим предкам.

- Мелис Баарс говорит, что такое ему не под силу. - перевел Йост ван Бейкеринг восклицания Мелис Баарса. - Он будет с вами пить на половину по-русски. Так как на большую пьянку нет здоровья. Жить хочется.

Кроме Мелиса Баарса с женой Бетти и Йост ван Бейкеринга, в белом лимузине сидели генеральный директор по экспорту Роберт Клавер, ассистент директора по экспорту Питер ван Реес и Ян Дирк Вайбур с молодой женой Мари. Нам можно было ни ехать в ресторан, так как за первым сидением в лимузине были два больших сидения друг к другу, на которых свободно разместились большинство из присутствующих в лимузине. Между этими двумя сидениями был столик заполненный различными спиртными напитками и закуской. Мелис Баарс сразу взял на себя роль тамады и предложил нам всем выпить за нашу удачную встречу.

- Тогда зачем нам ехать в ресторан? - удивленно, поинтересовался я. - Если все тут есть к нашей пьянки.

- В ресторане нас ждет сюрприз, а также русские парни из города Кандалакша. - ответил мне, Мелис Баарс.

Мы не спели поднять бокалы с вином в честь нашей удачной встречи, как лимузин остановился на перекрестке дорог и к нам подошли полицейские в прозрачных плащах с капюшонами. В это время на смену вчерашнему снегу шел проливной дождь. Мелис Баарс стал смеяться над полицейскими и показывать им средний палец. Видимо у Мелиса Баарс были с полицейскими старые счеты или он их знал хорошо. В это самое время полицейские с целлофановыми перчатками на руках достали упакованный небольшой продолговатый пакет. Тут же на глазах у всех вскрыли пакет и достали из него какой-то прибор с белой трубкой. Доли трубку от прибора Бетти, которая была за рулем белого лимузина. Бетти подула в трубку. Полицейский посмотрели на прибор и трубку, но там видимо все осталось без изменения. Полицейские разрешили нам ехать да-льше. На прощание Мелис Баарс стал улюлюкать в сторону полицейских, но они остались на месте с каменным лицом. Словно ничего особенного не произошло рядом с ними на перекрестке двух дорог в этот вечер.

В это самое время на другой стороне дороги другая группа полицейских высаживал из автомобиля парней. Видимо эти парни были пьяны или нарушили какие-то правила движения принятые в королевстве Голландия. Мелис Баарс пояснил нам, что этих парней ждет большой штраф и лишение водительских прав на два года. Такие вот строгие правила дорожного движения в королевстве Голландия. Поэтому он на сегодняш-ний вечер за руль лимузина посадил свою жену Бетти, которая вообще не пьет спиртного и только будет его сопровождать. Сегодня он может расслабиться с выпивкой спиртных напитков и полицейские не достанут его.

Через пол часа езды мы оказались где-то за городом в стороне от трассы и шумных улиц города Роттердам. Мы проехали вдоль канала и остановились возле одноэтажного здания с вывеской на английском языке. Я с большим трудом перевел для себя эту надпись на русский язык. Оказалось, что это ресторан "Оператив". Мы тут же шумной толпой вошли в здание этого ресторана, где нас уже ждали парни и города Кандалакша. Вся компания прошла к бару у входа в зал ресторана. Нас всех пригласили сесть на круглы стулья вдоль стойки бара. Над стойкой бара торчали бутылки вниз горлышком. Словно дойную корову бармен подергал вниз, как сиськи коровы, бутылки со спиртными напитками и налил в большие бокалы грамм по пятьдесят водки. Все парни из Советского Союза удивленно посмотрели на почти пустые бокалы и не стали их трогать. В это самое время какая-то экзотическая птица черного цвета, с яркожелтым длинным клювом, на фламандском языке учила парня играть в аппарат на деньги. Даже без знания фламандского языка было понятно, что эта птица пытается навязать парню правила игры. Так как парень спорил с этой птицей в то время, как эта птица своим длинным клювом указывала парню на клавиши, которые он должен нажимать. Это было так забавно смотреть, что мы увлеченно наблюдали с интересом за спором парня и этой птицы.

Я вспомнил про угощения, которые дали мне вчера ряженые у торгового центра в день святого Павла. Мне захотелось хоть чем-то отблагодарить такую талантливую птицу. Я достал из кармана несколько конфет и через прутья клетки положил их возле птицы, которая тут же отвлеклась от игры и настороженно посмотрела на мои угощения в виде разноцветных фигурок. Изучив конфеты на вид, затем птица попробовала их клювом. Видимо угощение ей пришлось не по вкусу, так как птица стала выбрасывать клювом и лапами мое угощение за пределы своей клетки. В это самое время птица что-то страстно говорила в мою сторону.

- Она что говорит? - спросил я, Ян Дирк Вайбура, который сидел рядом со мной. - Наверно она ругает меня?

- Птица говорит, что она тут не ожидала от тебя такой гадости. - перевел мне, Ян Дирк Вайбур, птичий говор.

- Скажи ей, что я уже извиняюсь и следующий раз буду внимательнее к ней. - попросил я, Ян Дирк Вайбура.

Ян Дирк Вайбур перевел мою просьбу птице, отчего она подняла такой скандал, что надо было принимать какие-то меры, чтобы успокоить эту скандальную птицу. В это время бармен за прилавком прикрыл рот рукой и промяукал словно огромный черный кот, который лежал рядом с барменом на прилавке бара между бокалами. Естественно, что птица прекратила ругаться и настороженно посмотрела в сторону черного кота. Вдруг, птица вся взъерошилась. Приняла устрашающий вид громко залаяла. Ну, прямо, как настоящая собака. Черный кот тут же встал на дыбы. Стал яростно фыркать. Но толком не понял откуда идет опасность. Тут же кинулся удирать. Едва не разбил бокалы, которые заранее успел придержать руками бармен у стойки.

- Вы чего не пьете водку? - удивленно спросил нас, Мелис Баарс, который отлучался куда-то в ресторане.

- Мы не видим закуски. - объяснил я за всех. - Кроме того, у русских не принято пить такими малыми дозами.

- Закуска будет за столом. - стараясь исправить нашу не опытность, сказал Мелис Баарс. - У нас называют такое начало "оператив", как и само название этого ресторана. Вначале чуть-чуть пьют без закуски за стойкой бара. Затем переходят во внутрь зала ресторана к накрытому столу, где уже пью и едят, что тут закажут. Ян Дирк Выйбур, который переводил разговор между мной и Мелис Баарсом, показал бармену пальцем, чтобы он добавил в наши бокалы спиртные напитки. Когда бокалы были заполнены на половину, то мы все разом подняли свои бокалы и не сговариваясь опрокинули содержимое бокалов в себя, занюхивая рукавами. Видимо никто из местных жителей не ожидал такого. Они несколько секунд с открытыми ртами смотрели на нас. Возможно они ожидали, что мы вскоре рухнем на пол после такого количества выпитой водки. Но мы выстояли, лишь посетовали на то, что с закуской было бы лучше пить водку. Да и водки было для нас мало. Нас тут же пригласили за стол. Вероятно хозяева этого ужина боялись, что мы тут опьянеем еще до стола. Но мы только начинали русскую пьянку с голландским оперативчиком. У нас впереди был еще целый вечер пьянки по-русски и по голландски. Поэтому мы в первую очередь за столом принялись кушать жирную пищу, чтобы не опьянеть раньше хозяев и таким образом не опозорить русскую пьянку перед этими голландцами.