# Странные явления

Александр Сергеевич Черевков

Странные явления.

После того, как мои родители решили перебраться жить из старинного каменного дома, расположенного на левом берегу речки Белка, ближе к школе в Гудермесе. Произошло ряд непредска-зуемых событий в моей жизни и в жизни моих родителей.

Мне трудно объяснить всё происшедшее на уровне моего детского мышления. В те годы мой разум ещё не созрел к понятию происшедшего.

Когда городской исполком Гудермеса решил построить посёлок между вокзалом "Гудермес" и Чёртовой горой, у которой иногда происходили разные никем не объяснимые события, в городской исполком и в горком партии пришли старики, которые были против строительства посёлка у подножия Чёртовой горы. Но никто не послушал стариков и посёлок стали строить.

Мне вообще неизвестно за какие деньги строили данный посёлок. После войны в Гудермесе в каждой семье были вдовы или инвалиды войны, которые в виду своего тяжёлого положения не могли обеспечить себя и принести налог в городской бюджет. Однако посёлок строили и в этом посёлке построили дома инвалидам войны. Мой отец был инвалид войны второй группы.

Наши старики из Старого хутора, в частности дедушка Гурей и бабушка Маня, а также парализованная бабушка Нюся, которая жила с нами, были против переезда моих родителей в новый дом в посёлок у подножия Чёртовой горы. Но мои родители ни стали слушать наших стариков, мы поселились в новый дом в конце апреля 1953 года. В это день в посёлке была плохая погода с дождём.

Дальше пошли непредсказуемые события. 5 марта 1953 года в возрасте 74 года умер Сталин, вождь пролетариата. Весь Советский Союз был в трауре несколько дней. 8-го марта 1953 года, через три дня после смерти вождя, был женский праздник и день рождения бабушки Нюси. Эти события отмечали в кругу семьи при закрытых дверях. Ведь вся страна всё ещё находилась в трауре.

Как раз в этот праздничный и траурный день произошло сильное землетрясение, эпицентр которого находился под нашим домом. Словно Всевышний наказал нас за кощунство, что мы справляли в день траура сразу два праздника, это женский день 8-го марта и день рождения бабушки Нюси. Наш дом сильно трясло. Все выскочили из дома, а меня в нём забыли. Мне пришлось со страха орать словно резаному. Родители тут же вернулись за мной целым и невредимым.

Буквально на следующий день в самой середине нашего посёлка прорвало нефтепровод, о существовании которого раньше никто ничего ни знал. Фонтан нефти был настолько огромный, что его было видно из Старого хутора в центре Гудермеса. Залило нефтью половину посёлка. Немного досталось нашему дому. Между посёлком и речкой Белка появилась нефтяное болото.

В тот год было жаркое лето. Непонятно куда делось нефтяное болото. Но за лето на месте болота появилась огромная корка с трещинами, буграми и норками. В этих норках стали жить насекомые, птицы, грызуны и разные мелкие животные, которых раньше не было на этом месте. Причём никто из них не боялся людей. Подпускали к себе людей на расстоянии вытянутой руки человека.

Перед самой школой в первый класс решил покорить Чёртову гору, на которую не поднимались даже взрослые люди. Про эту гору ходили всякие плохие слухи, хотя саму возвышенность трудно назвать горой. Просто очень большой холм покрытый густой травой, которую даже травоядные животные почему-то не кушали. Значит было что-то такое, что отпугивало животных и людей от горы.

Мой поход на Чёртову гору закончился тем, что вернулся домой в целости и сохранности. Чего нельзя было сказать о моей новой школьной форме, в которой ещё в школу не ходил. От моей школьной формы на мне были огрызки грязного белья, которое нельзя было восстановить и отстирать. Здесь нет ничего фантастического. Просто неудачно кубарем свалился с горы прямо в лужу.

Хорошо, что мама была классная швея-моделистка. К утру сшила мне новую школьную форму, в которой мы пошли на мою первую школьную линейку. Но эта школьная форма на мне долго не продержалась. В этот день после первого урока уговорил своих одноклассников сходить по ме-стам моих бывших приключений. Вернулись к вечеру по домам в грязной рванной школьной форме.

Мой первый учебный год в школе в первом классе без приключений не обошёлся. Почти каждый день со мной что-то происходило. За мои приключения родители наказывали меня регулярно. Ничего не помогало моему воспитанию. Всё повторялось каждый день. Мои родители и наши многочисленные родственники работали. Водить меня за руку в школу и обратно некому. Ходил сам.

Мои первые школьные каникулы летом тоже не прошли без приключений. Когда родители и родственники сплавили меня на лето из Гудермеса в посёлок железнодорожной станции Червлёная-Узловая в семью к Морозову Александру Кузьмичу.

Младшему брату моей мамы. Все надеялись, что три месяца этого лета отдохнут от моих приключений. Но меня вернули домой через месяц.

- Ты больше в школу в Гудермесе ты не пойдёшь. - сказал мне отец, когда вечером увидел меня дома. - Пока тебя не было дома, то мы сделали ремонт нашего дома после землетрясения. Дом продали семье чеченцев, которые вернулись к себе на родину из Казахстана. Мы должны до сентября переехать в Избербаш в Дагестане. Там нам обещали дать жильё, а мне работу.

Вообще-то мне было всё известно от моих родителей про Избербаш. Там тоже жили наши многочисленные родственники по линии моих родителей. Там было Каспийское море. Но мне ехать туда совсем не хотелось.

Гудермес был моей Родиной. С первого своего шага и с первого побега из дома за приключениями здесь знал всё. В этом городе и в Старом хуторе у меня много друзей.

Наш переезд в Избербаш был разбит на несколько этапов. В первую очередь отвезли на самодельной каталке парализованную бабушку Нюся к родственникам в Старый хутор. Где она родилась в хате-мазанке по окна вросшая в землю. Там же она дважды выходила замуж, мужья Фисюков Иван и Морозов Кузьмич, от которых родила троих мальчиков и троих девочек. Все живы.

Затем отец стал перевозить частями наше имущество на своём трофейном немецком мотоцикле с коляской марки "BMW". Расстояние между городами почти двести километров через Махачкалу. Уезжал отец рано утром с полным баком бензина в мотоцикле. Канистру бензина брал с собой. Почти целую неделю ездил туда-сюда. Один раз отец ночевал у наших родственников в Махачка-ле.

Пока отец перевозил наши вещи в Избербаш мама до последнего дня до нашего переезда работала в столовой возле железнодорожного вокзала "Гудермес". Мне пришлось все рабочие дни быть рядом с мамой у неё на работе в столовой, а выходные дни сидеть дома под присмотром родителей. Они беспокоились, что на меня нет никакой надежды, что у меня не будет приключений.

В последний день в нашем доме собрались родственники-свидетели со стороны продавца и по-купателя. В присутствии свидетелей с обеих сторон подписали заранее подготовленные в исполком документы о купле-продажи дома. Гарантом с нашей стороны был Гурей Выприцкий, дядя моей мамы. Он обязался переслать деньги за дом через сбербанк по нашему новому адресу.

Мы с мамой в этот же день уехали поездом в Избербаш. Отец уехал на своём мотоцикле. Так как нам сразу не могли дать квартиру в Избербаше моему отцу, как инвалиду второй группы отечественной войны. Поэтому временно сняли квартиру в центре Избербаша. Там же возле площади железнодорожного вокзала отцу дали работу в фотоателье, где он работал один на весь город.

- Ну, что, сынок! Надеюсь, что здесь будем жить без приключений? - грозно спросил отец у меня.

Мне нечего было сказать отцу. Потому, что без приключений жить было скучно. В первый же день, когда мы пошли в гости домой к Стрельниковым, старому другу отца, во время знакомства подрался с Вовкой и Витькой Стрельниковых. Нас с трудом растащили. Пацаны бы мои ровесники. Но они первые начали мне угрожать. Думали, что их боюсь. Мне пришлось защищаться от них.

На следующий день пошёл знакомиться с морем. Ничего о море ни знал. Воздух и вода в море холодные. На мне трусы и майка. Искупался и простыл до такой степени, что вместо занятий в школе на долго попал в больницу. В это время мама была беременная и не могла одновременно работать швеёй, заниматься своим домом. За мной в больнице смотрела тётя Галя, сестра отца.

Квартиру нам дали в Новом городке перед родами моей мамы в мае 1955 года, когда родились близнецы Сергей и Юра. Вместе с нами в трёхкомнатной коммунальной квартире жили аварцы Абдуллазизовы. У них тоже трое сынов старший Абдулл мой ровесник, а также младшие два брата. Несмотря на то, что нам было тесно. Мы никогда не сорились, а жили дружно как одна семья.

Всё было хорошо. Подружился со всем двором с мальчишками и с девчонками. Почти все были мои одноклассники. Но у меня и здесь не обошлось без приключений в начале на море, где несколько раз чуть не утонул, пока научился плавать. Затем возле дома, когда гонял кнутом волчок на дороге меня сбил мотоцикл. Меня надолго положили в больницу и запретили учиться в школе.

Все пять лет, когда мы жили в Избербаше и там же в Новом городке, было много разных природных событий. 1954 год - проливные дожди и подъем воды в море на такой уровень, что пресные заливы, отгороженные от моря каменными грядами, утонули в море и пресные заливы сравнялись с солёной водой. За один год изменилась флора и фауна рядом с Избербашем.

1955 год - Май месяц, вскоре после рождения наших близнецов произошло нашествие саранчи. Рано утром, когда мама пеленала близнецов, всё внимание было посвящено малышам, моё внимание отвлёк шум за окном на улице. Там что-то сильно шуршало и сыпалось на стёкла нашего окна. Это шум никак не был похож на шум проливного дождя или песка во время пыльной бури.

- Мама, посмотри сколько много кузнечиков. - сказал маме, когда увидел, что шуршит за окном.

- Здесь не кузнечики, а саранча. - с испугом сказала мама, плотно закрывая окна по всей коммунальной квартире. - Теперь всюду будет беда. Эти твари съедят всю зелень в городе и на полях.

Прошло всего несколько минут, как всюду появилась саранча. Серо-зелёные бескрылые кузнечики облепили всё, что росло в городе. В одно мгновение деревья и кусты теряли свою листву превращались в голые огрызки стволов.

Всё городское население встало на борьбу с насекомыми. Саранчу травили химикатами, били хлопушками для мух, давили колёсами машин и катков.

Когда у саранчи появились крылья, то она сама покинула город. Кузнечики улетели в сторону моря. Однако саранча не перелётная птица, далеко летать не может. Все насекомые, который полетели в сторону моря, вскоре попадали в морскую воду. В тот же день море стало бурлить от многочисленных рыб, которые ели саранчу, упавшую в море. Там же в море появилось много птиц.

Не успел природа прийти в себя от полчища прожорливой саранчи, как в прикаспийскую низменность пришла засуха. На территории Избербаша и Нового городка нет рек и озёр.

Между двумя населёнными пунктами за железнодорожной магистраль ближе к морю имеется чёрная лужа, в середине которой из недр земли булькает чёрная маслянистая гряз, это озокерит лечебная грязь. Жара была такая, что даже лужа озокерита высохла до почвы земли и превратилась в огромный резиновый пласт, на котором вскоре появились глубокие трещины. Всюду погибала природа.

Трагедия о чёрные лужи озокерита дошла до учёных Махачкалы и Москвы. Приехали и прилетели с экспедицией многочисленные учёные вместе с передвижной лабораторией. Изучали засохший озокерит. Через два дня при пятидесятиградусной жаре экспедиция уехала. На следующий день из Махачкалы прибыли три самосвала. Местные бульдозеры и экскаваторы сняли пластами высохший озокерит до морского песка. Всю чёрную массу увезли на самосвалах в Махачкалу.

Засуха была настолько сильной, что даже мы пацаны заметили это без учёных. Нашим спасением от жары всё лето было море, в котором находились с утра до вечера. Во время прошлогоднего наводнения от проливных дождей море и пресные заливы сравнялись в одну водяную гладь. При засухе уровень моря упал. Каменная гряда отделила пресные заливы от морской воды.

В конце лета и в начале сентября жара полностью закончилась. Ночью из грозовых туч пролился холодный дождь. В течении суток природа ожила. Начался перелёт птиц с севера на юг. Большинство птиц гнездились всё лето на прикаспийских лиманах, которые не смогли уничтожить полчища саранчи и ужасная засуха. Теперь птица поднялась на крыло и летела на зимовку в южные страны.

Перелётных птиц много, что слабо видно солнце, как во время затемнения, которое было в этом году. Причём птицы летели над городом чаще ночью против не сильного ветра. Очевидно, им так легче планировать против потока воздуха.

В таком полёте во время планирования можно отдыхать. Днём перелётных меньше. Наверно днём. Они кормились и отдыхали перед полётом ночью.

В нашем городе было много рыбаков и охотников. Так как в прикаспийской низменности в море много рыбы, а в природе много разнообразной дичи. Каждый год во время перелёта птиц охотники устраивали добычу пернатых, не выходя из города. Между двумя населёнными пунктами быль пустырь размером в три километра. Со стороны Избербаша и со стороны Нового городка в звёздное небо направлялись лучи прожекторов. Птицы ночью летели на свет. Так начиналась ноч-ная охота.

В этот год перелётных птиц было на много больше, чем в прошлые годы. Видимо птицы откормились саранчой и рыбой, которые в этом году были в изобилии. Даже самые неудачные охотники имели много подбитой пернатой дичи. Вдруг, на головы охотников и на головы горожан, посыпались какие-то пёстрые полосатые жучки. В отличии от саранчи, эти жучки ни ели растительность.

На следующий день ни только наш город, но даже весь Советский Союз знали, что со стороны Ирана и Турции американцы запустили воздушные шары, заполненные колорадскими жуками, которые поедают корневые плоды разных растительных культур.

Особенно любят картошку. Как бороться с колорадским жуком никто ни знал. Все винили охотников за стрельбу по зондам с жуками.

1956 году сразу с новогоднего праздника началось резкое похолодание. Даже во время летних каникул не было жарко, как в обычный год до засухи. В сентябре выпал первый снег, чего не было раньше никогда. В октябре на земле появился лёд. Никто из местных жителей никогда не видел лёд под ногами. Но, мы, пацаны сразу стали изготовлять коньки, чтобы кататься по этому льду.

Зима была хуже засухи. На всём Каспийском море никогда не было льда. Поэтому вся каспийская флотилия была деревянной. В этот год был такой холод, что лёд заморозил всё море и раздавил всю каспийскую деревянную флотилию. Лёд угрожал нефтяным промыслам, особенном эстакадам, которые сверху были деревянными. Надо было как-то бороться с такой стихией.

На высотках прибрежных городов установили артиллерию. С аэродромов подняли военные самолёты бомбардировщики. Всю зиму с 1956 по 1957 год самолёты и артиллерия бомбили лёд. Всё было как на войне. Почти круглые сутки каждый день бомбили каспийский лёд. Люди не пострадали. Сильно пострадала природа. Когда лёд окончательно растаял, то беда проявилась сама.

Море было необычно тихое, словно убитая после зимней артиллерийской и авиационной воен-ной канонады. Полный штиль без ветерка и без волн. На всей водной глади огрызки бывшей каспийской деревянной флотилии. Рядом, куда видит глаз, в море трупы рыбы и морских животных. Подранки заполнили пресные заливы. Раненые рыбы и тюлени как бы пришли за помощь к людям.

В 1958 учебном году мы закончили учёбу в начальных классах и нас перевели из четвёртого класса в пятый класс старших классов. Каждый из нас по-своему закончил четвёртый класс. Как мы все ожидали круглым отличником был Сулимов Вовка.

С четвёрками и пятёрками закончил учёбу в начальных классах Григорищенко Сашка. На одни тройки начальные классы закончил Витька Журавлёв. Все остальные ученики по-разному закончили свою учёбу в начальных классах.

У меня с учёбой была большая проблема. После затемнения лёгких и после того, как меня сбил мотоцикл почти весь учебный год пролежал в больнице. Мария Фёдоровна наш классный учитель, почти каждый день приходила до меня в больницу и домой, когда у меня дома был постельный режим. Она помогала мне учиться по школьной программе. Помогали мне с учёбой и мои друзья.

Однако меня хотели оставить на второй год в четвёртом классе и даже исключить из школы за мою агитацию целого класса отправиться в горы на поиски удивительной пещеры из-за чего была паника в целом городе за время поиска нас в горах, откуда мы сами выбрались в целости и в сохранности. За эти наши "подвиги" хотели оштрафовать родителей, но, после сами передумали.

Однако об исключении меня из школы стоял вопрос в городском исполкоме и на педсовете в школе. В эти дни, совсем не в свою защиту, а просто так из-за собственного интереса, мной был написан огромный рассказ о наших приключениях в таинственной пещере, а также о родителях.

Мой рассказ был опубликован в нашей местной газете, а после в Махачкала в республиканской газета. Наши родители и горожане, которые искали нас выглядели как герои, а мы в пещере были как несмышлёные детки, которые изучали неизвестную нам природу.

Так что после такого рассказа сняли вопрос с повестки дня о моём исключении из школы. Кроме того, у меня по рисованию и по сочинению на русском языке были одни пятёрки. При таких оценках никого не наказывают. В этот год с начала летних каникул мы пацаны были под домашним арестом сроком на один месяц. После наших приключений летом прошлого года, когда мы искали таинственную пещеру в горах, а весь город искал нас, пионерские лагеря отказались принимать нас на отдых на летние каникулы.

За нами на один месяц испытательного срока закрепили милиционера, который был рядом с нашей группой днём во дворе нашего места жительства и на море в километре от жилья.

В конце рабочего дня милиционер передавал нас под присмотр наших родителей. В это время у нас в Новом городке, а может быть во всём Избербаше только в семье Сулимовых был телевизор. Этот телевизор привёз из Москвы отец Вовки Сулимова. Вовка поставил телевизор на подоконник окна. Мы расселись во дворе перед телевизором на свои домашние стулья чтобы смотреть кино.

Вдруг, в небе над нашими головами, стало что-то сверкать словно искры о электрические сварки. Был вечер с субботы на воскресенье, то есть, выходные дни, все взрослые дома. Ближайшее производство военный завод "Дагэнерго" далеко за территорией Нового городка закрыт под охраной на выходные дни. Даже в рабочие дни вечером оттуда не видно искры от электрической сварки.

- Может быть это замкнули высоковольтные провода? - подумал в слух Григорищенко Сашка.

- Откуда ты видел, чтобы так долго было замыкание проводов. - усмехнулся Журавлёв Витька. - Обычное замыкание длится всего несколько секунд, а это сверкает над нами, наверно, минут пять.

В этот момент на смену непонятных искр в небе появились яркие разноцветные полосы и волны сильно похожие на северное сияние. Однако, где север и где мы. Между севером и югом тысячи километров. Красочное сияние увеличивалось на всё небо над нами. Посмотреть на эту красоту вышли все жители Нового городка от младенца до старика. Смотрели, задрав головы вверх.

Когда сияние охватило всё небо над нами. Вдруг над нами появился огромный круг, из которого исходило это сияние. Точнее над нами было несколько огромных дисков в одном круге. Каждый диск вращался в противоположную сторону в отношении внешнего круга и у каждого диска было сияние своего цвета. Так продолжалось несколько минут. Вдруг, всё мгновенно исчезло над нами.

Над нашими головами обратно было обычное звёздное небо без посторонних признаков. Мы ещё долго стояли, задрав головы вверх. Думали, что повторится такое прекрасное чудо. Больше никаких чудес не повторилось. Мы опустили головы и молча разошлись по своим домам. Словно ничего чудного не произошло в летнем небе над нашим Новым городком и над нашими головами.

Больше никто и никогда не вспоминал о событиях того вечера над нашими головами. Всё то, что видел целый город словно стёрли с нашей памяти. На следующий год наша семья переехала жить на Кубань. Точнее в горы в посёлок Курджиново у речки Лаба. Затем годы и время навсегда разлучили меня с моим детством, в котором было много приключений опасных и очень интересных.

После интересных событий вечером в Новом городке, через двадцать лет спустя, меня отправили из военного завода "ПЗХО" в Перми в командировку на военный завод "Дагдизель" в Каспийске и на военный завод "Дагэнерго" в Избербаш-Новый городок. Конечно, мне было интересно побывать в городе моего детства. Где были самые интересные события и приключения в жизни.

К моему удивлению, почти все мои друзья-одноклассники жили там же в Новом городке. Словно ничего не менялось за эти прожитые годы. Вот сами мои друзья сильно во всём изменились. Каждому из нас было за тридцать лет. У каждого была своя семья и свои дети. Вот только мечты нашего детства не у всех совпали с их желанием. Почти у каждого всё получилось, наоборот.

Сулимов Вовка (Сулим), который мечтал закончить школу с золотой медалью, с его слов, закончил школу в медвытрезвителе. Целый год лечился от алкоголизма. Никакого образования не имеет. Работает слесарем на военном заводе "Дагэнерго" в Новом городке в подчинении у Журавлёва Витьки (Журавля), который после окончания института работает главным инженером.

- Вы знаете, что Сашка Григорищенко (Пузан) стал учёным-спелеологом. - вспомнил, вдруг, Аб-дуллазизов Абдулл при нашей встрече. - Он даже книгу написал о наших приключениях в пещере.

- Книгу не читал. Но его лекцию об изучении пещеры слушал по телевизору. - вспомнил Витька.

- Пузан! Какой он хитрый! - возмутился Сулим. - Мы думали, что его схватил паралич после того, как мы якобы хотели его съесть, если заблудимся в пещере. Мы не бросили его умирать в пещере. Таскали его с собой по всем лабиринтам на носилках. В то время как он "изучал" тайны пещеры...

- Вы помните то сияние в вечернем небе летом 1958 года? - вспомнил, вдруг, Алимов Султан.

- Почему-то тогда мы все об этом забыли. - сказал Журавлёв Витька. - Лишь десятилетия спустя смотрел по телевизору документальный фильм про НЛО. Сразу вспомнил тот вечер, когда над нами было нечто такое инопланетное, чего мы больше никогда не увидели. Это был НЛО... Мы долго вспоминали наше прекрасное детство, наполненное разными приключениями. Было далеко за полночь, когда мы разошлись по местам своего проживания. Больше мы, друзья-одноклассники, никогда не встречались. Но память о нашем детстве осталась с нами навсегда...