# Из истории о российских геологах-переселенцах

Владимир Иосифович Гольдшмидт

Владимир Гольдшмидт

Из истории о российских геологах-переселенцах


Неоднократное сравнение в Торе человека с деревом (конечно, в позитивном смысле, а не в смысле "дуб стоеросовый"), дало основание еврейским мудрецам признать, что проведение аналогии между человеком и деревом правомерно. При этом: тот уподобляется дереву без корней, кто не помнит своей истории. Это широко известное и нередко используемое на практике (многочисленные мемуары, автобиографические очерки, серия ЖЗЛ и пр. и пр.) изречение нашло свое отражение, как в недавно появившихся, так и более ранних "исторических" в своей основе биографических публикациях о геологах.

В конце 2014 года в Болгарии в издательстве "Русский Академический Союз в Болгарии", София, вышла книга на русском языке о геологах-переселенцах из России (в более широком временном и пространственном понимании), под названием "Геологи российского зарубежья: судьбы и вклад в мировую науку" (рис. 1) - редакторы-составители профессор, геолог Платон Чумаченко (Болгария) и геолог-палеонтолог Ольга Дитл (Германия). Эта книга, рассчитанная на людей, интересующихся историей науки, является научно-библиографическим сборником, созданным при поддержке двух научных обществ: "Geological Non-profit Limited, London (заказчик издания), и "Русский Академический Союз в Болгарии".


Рис. 1


В сборе материалов для сборника помимо указанных редакторов принимали участие многие специалисты геологического профиля, главным образом из Австралии, Болгарии Великобритании, Польши, Румынии, Сербии, Франции, Чехии, Словакии и др. В книгу (478 с., 611 ил.) включены сведения более, чем о 600 специалистах разных геологических направлений (в том числе более 400 кратких биографий), переселенцев разных национальностей из Российской Империи, Советского Союза и Российской Федерации за последние два столетия (1800 - 2012 г.г.). Книга рассказывает о нелегких судьбах людей-переселенцев разных поколений и их вкладе в геологию тех стран, куда они переехали и где работали, и в геологическую науку в целом. Конечно, учитывая такой неподъемный труд, редакторы-составители и их добровольные помощники, не смогли охватить всех российских геологов-переселенцев, что не умаляет ценность этой уникальной книги. Так, например, по Израилю представлены биографии только 22 геологов, в то время как их здесь значительно больше.

Сбор информации осуществлялся методом поиска сведений имеющихся в Интернете, краткого анкетирования, материалов, присланных людьми, знакомыми с фигурантами, на основании которых составители писали биографии.

В книгу, содержащую более 1500 имен, включены все те, кто, так или иначе, имеет (имел) отношение к геологии: геологи, палеонтологи, геофизики, вулканологи, космогеологи, геохимики, специалисты по информативно-математическим моделям в геологии, нефтяники и т.п., объединенные под общим названием "геологи", причем, как сегодня живущие, так и уже ушедшие из жизни. При этом, не учитывалось, был ли их вклад только в науку или только в геолого-разведочную или добывающую промышленность. Как пишет редактор книги, ее основной инициатор, профессор-геолог Платон Чумаченко: "Но кто же такие геологи? Чем обязано человечество этим мужественным и бескорыстным людям?.....сегодняшняя цивилизация обязана этим людям очень многим. Это геологи создали сырьевую базу для развития цивилизации, сделали возможной сегодняшнюю жизнь....". Академик князь Никита Д. Лобанов-Ростовский, геолог, экономист, имея в виду геологов выходцев из России XIX -XXI столетий в этой же книге пишет: они "отдали свой опыт, свои знания и свой талант всему культурному человечеству".

Один из рецензентов полагает, что: "Эту книгу должен прочитать каждый человек русской культуры. Более волнующего документа истории человеческих судеб мне читать не приходилось". Таким образом, основные критерии для включения биографии в книгу, кратко сводились к следующему:

1) геолог или его предки имеют советское или российское происхождение;

2) живёт постоянно или преимущественно за рубежом;

3) работает или работал в геологии за рубежом. Мне представляется, что сквозь призму биографий просвечивает эпоха. Мне представляется, что сквозь призму биографий просвечивает эпоха. Конечно, учитывая такой неподъемный труд, редакторы-составители и их добровольные помощники, не смогли охватить всех российских геологов-переселенцев, что не умаляет ценность этой уникальной книги. Так, например, по Израилю представлены биографии только 22 геологов, в то время как их здесь значительно больше.

Русскоязычные геологи Израиля внесли весомый вклад в дело дальнейшего изучения геологии Израиля, безусловно, с учетом предыдущих исследований.    Не умаляя роли местных научных кадров, можно с уверенностью сказать, что значительный прогресс и заметное оживление в изучении земной коры региона совпали по времени с эмиграцией в Израиль специалистов из бывшего СССР. Кстати, это относится не только к геологии, но и к другим отраслям науки и техники Израиля.

С 1992 г. по 2004 г. работая в государственном Геофизическом институте Израиля (GII), совместно с руководителем проекта профессором М. Рыбаковым (последние годы с доктором Е. Гиттерманом) мы занимались полевыми наблюдениями, обработкой и интерпретацией гравитационных и магнитных полей, составлением сводных карт геофизических полей страны с целью изучения глубинного строения земной коры этого сложного (в тектоническом смысле) региона, а также окружающих территорий, в том числе, прилегающей акватории Средиземного моря.

Важность составления этих карт, в частности, гравитационного и магнитного полей, была осознана и ранее учёными Израиля. Поэтому в ней активно участвовали также виднейшие геофизики и геологи учёные, коренные израильтяне, которые уже давно занимались аналогичными работами и являются соавторами этих карт. При подготовке карт и их последующем содержательном анализе мы также сотрудничали с коллегами из Геологического института Иордании и Шхемского университета Палестинской автономии.

Появление этих карт было встречено с интересом в научных геолого-геофизических кругах Израиля (и не только), для многих геофизические карты стали наглядными пособиями и использовались в дальнейших работах.

Создание сводных карт геофизических полей страны позволило начать изучение глубинного строения земной коры. Кстати, редакторы известного научного журнала "Leading Edge", в котором публиковались наши исследования, отметили в своём резюме, что примененные нами процессы моделирования глубинных структур земной коры, их концепция и методология могут рекомендоваться для использования повсюду в мире. Аналогичными исследованиями занимались профессора Б. Хесин (Беэр-Шевский университет) и Л. Эпельбаум (Тель-Авивский университет).

Необходимо также отметить работы ряда других русскоязычных геологов-переселенцев. Доктор Ю. Заславский изучал сейсмическую опасность проектируемых сооружений по всей территории Израиля, определив сейсмический риск для 30 городов. Профессор Л. Красильщиков разработал проекты рационального использования ливневых вод рек Израиля, кондиционных гидрогеологических карт месторождений подземных вод и др.

Кандидат наук Е. Вапник, совместно с геофизиками, изучал уникальный комплекс пород "формации Хатрурим", образованный под влиянием глубинных флюидных термальных и геохимических эманаций и др.

Кандидат наук Ю. Галант занимается изучением физических свойств пород и минералов. Кандидат наук Ю. Кац работает в палеонтологическом отделе Зоологического музея Тель-Авивского университета, совместно с геофизиками (проф. Л. Эпельбаум) проводил геолого-тектонические исследования и пр.

Мой вклад в работу за рубежом (в Израиле) приведен в сборнике, включающем более 40 статей и рефератов докладов на английском языке, опубликованных в различных израильских и зарубежных журналах в основном группой авторов Геофизического института Израиля (GII), одним из которых был и я (рис., рис. 2, 3, 4).


Рис. 2


Рис. 3


Рис. 4


Популярное изложение профессиональных проблем по геологии Израиля и Леванта изложены мной также на русском языке, в статьях, опубликованных в израильских газетах "Новости недели", "Вести", "Мост" и др., а также на многих сайтах в Интернете; в основном, это: "Заметки по еврейской истории", "Электронный научный семинар", "Lib.ru" и др.

Выход в свет "болгарской" книги, в которую включена и моя творческая биография, всколыхнул во мне некоторые воспоминания о встречах с коллегами по профессии и, частично, небольшие истории о моей творческой судьбе.

В 1950 г., после службы в армии, учебы в 4-ой Отдельной Учебной Авиаэскадрилье (рис. 5 )


Рис. 5


и после окончания Индустриального техникума, я поступил на геофизическое отделение геологического факультета АГМИ (Алма-атинский Горно-Металлургический, позднее, Политехнический, институт, рис. 6), которое окончил в 1955 г., получив специальность горного инженера-геофизика.


Рис. 6


Собственно, отделение геофизики в АГМИ было открыто только за год до этого, в 1949 г. Заведующим кафедрой геофизики, которую он затем возглавлял в течение 30 лет, в 1950 г. был избран кандидат наук Анатолий Афанасьевич Непомнящих. Родом он был из крестьян Тюменской  губернии, в юности  член  коммуны, учился в Свердловском горном институте, а затем там же в аспирантуре.  В конце 60-х Анатолий Афанасьевич защитил докторскую диссертацию и стал  первым в Казахстане  профессором-геофизиком (рис. 7).


Рис. 7


На фотографии: справа - профессор Анатолий Афанасьевич Непомнящих, руководитель моей "альма-матер", слева автор этой заметки (Алма-Ата, 1984 г., возле здания ПГО "Казгеофизика").


Упоминанием о его крестьянском происхождении я просто хотел оттенить тот факт, что женился он еще в Свердловске на еврейке, Фейге  Соломоновне, она была тоже геофизиком (геофизичкой). Их старший сын Игорь Анатольевич, 1941 г. рождения, также как и родители, стал геофизиком, в последующем, кандидатом  геолого-минералогических наук, а еще позднее, не оставляя геофизику, стал видным православным религиозным деятелем (крещен в 1983 г., с этого же года прихожанин Свято-Никольского храма, в религиозных кругах его называли православным мыслителем). Он много лет работал СНС (старший научный сотрудник) в Алма-Ате, в КазВИРГе (Казахский филиал Всесоюзного института разведочной геофизики) в отделе автоматизированных систем обработки геофизических данных (АСОГД), которым я заведовал. Так получилось, что я учился под руководством его отца, а он работал под моим руководством, такая своеобразная замкнутая профессиональная цепочка. Игорь Анатольевич был человеком способным, но своеобразным, сложным в общении, как вообще, многие люди, не обделенные талантом. Тем не менее, несмотря на некоторые разногласия, нередкие между людьми творческих профессий, мы проработали вместе немало лет, у нас были совместные интересы и публикации.

После моего отъезда в 1991 г. на ПМЖ в Израиль, мы не поддерживали связь, и я, в общем-то, не следил за его научной деятельностью. И вот, неожиданно через 17 лет, в начале 2008 г., я получил от него по Email письмо, которое привожу ниже:


"Глубокоуважаемый Владимир Иосифович! Поздравляю Вас с Новым Годом! Желаю здоровья, свершения планов. Я решил написать Вам и поблагодарить Вас за то, что по Вашей инициативе я освоил новые математические методы. Я и раньше был хорошо подготовлен в математике, но в духе моего отца, который был слишком рьяным детерминистом. Но благодаря Вам я освоил методы многомерной статистики и распознавания образов, что тогда сразу ввело меня в современную ситуацию в методах анализа геофизических данных. Я немало сделал в этой области.... Я изобрел на базе метода главных компонент метод сингулярных разложений для решения линейных систем. Первые публикации в Алма-Ате были в 1971 году, в Москве в 1976. Но этот метод в начале 70-х годов опубликовал американский математик Голуб. Этот метод был альтернативой метода регуляризации Тихонова. Меня даже показывали Тихонову - вот из глухомани какие бывают. Собственно, метод главных компонент я первый применил в геологии и геофизике. Публикации в Киеве в 1970 и 1972... Также я первый предложил (опубликовано в 1976) то, что потом спустя 20 лет было предложено американцами и названо мерой когерентности, которая сыграла большую роль в анализе динамических параметров сейсмических данных. Мне же реализовать это в программах удалось в двухмерном варианте в начале 90-х годов, в трехмерном - лишь в 2006 г. Результаты очень хорошие... Cейчас работаю в институте сейсмологии, занимаюсь сейсмической томографией. Есть хорошие результаты, в Интернете не встречал... Еще раз Вам спасибо за Вашу инициативу во введении меня в гущу геофизических проблем". С уважением, Игорь Непомнящих. 03.01.2008.


Я привел здесь это, по сути, профессиональное письмо (как-бы отчет о проделанной работе) для того, чтобы показать, как видится через много лет, сквозь "историческую" призму, творческий уровень наших работ в те годы и насколько они современны и сейчас. В 2012 г. в Алма-Ате была опубликована книга профессора Ивана Тимофеевича Пака "Из истории развития информатики в Казахстане", охватывающая период с 50-х годов прошлого века почти до наших дней (рис. 8). В декабре 2013 г. в социальной сети "Facebook" было опубликовано интервью с И. Т. Паком почти под тем же названием. Книга, обсуждается, она продолжает вызывать интерес научной общественности, связанной с этой проблематикой.


Рис. 8


В ней имеется глава под названием: "Информатика в основе исследовательской работы в геологии Казахстана....". Цитата из книги: "Министерство геологии Казахстана, его многочисленные основные и региональные подразделения, пожалуй, самые наукоемкие "клиенты" прикладной вычислительной математики и пользователи вычислительной техники....". В этой главе приводятся некоторые сведения и о КазВИРГе. В институте я был научным руководителем этого направления с самого начала становления и развития программно-математического обеспечения геолого-геофизической отрасли в Казахстане. Сведения о вкладе КазВИРГа в эту проблему, в объеме, достаточном для исторического экскурса можно почерпнуть из учебного пособия: "Элементы прикладной геофизической кибернетики и информатики". Учебное пособие. Киев, 1989, автор Гольдшмидт В.И. (рис. 9).


Рис. 9


В те годы, в становлении программно-математического обеспечения (ПМО) процессов компьютерной обработки и интерпретации геофизических наблюдений, с определенной степенью условности, хронологически и содержательно, можно было выделить три основных этапа: решение частных задач на основе автономных программ (первое поколение ПМО); решение комплексных задач, на основе методных систем автоматизированной обработки и, частично, интерпретации (второе поколение ПМО); решение комплексных задач, на основе автоматизированных систем обработки и интерпретации с развитыми системными средствами (СУБД) и банками данных (третье поколение ПМО).

Такие исследования и их алгоритмически-программная реализация проводились в КазВИРГе, в основном, в отделе автоматизированных систем обработки геофизических данных (АСОГД), которым я руководил с 1966 по 1990 г. г.

Отдел включал в себя пять подразделений: лабораторию автоматизации грави- -магнитных исследований (завлаб - геофизик, кандидат наук Ю.И. Кузьмин), лабораторию автоматизированного прогнозирования геологических исследований (завлаб - геолог, кандидат наук Д.Н. Беляшов), лабораторию автоматизации аэрогеофизических исследований (завлаб - геофизик, доктор наук, проф. Коваль Л.А.), лабораторию автоматизации сбора, обработки и анализа геохимических данных (завлаб - геофизик, Г.В. Антонов) и вычислительный центр (ВЦ). Штат отдела достигал 120 человек.

В геофизике, в качестве основной парадигмы и приоритетного направления в создании четвертого поколения ПМО, выдвигалась геофизическая кибернетика и информатика (см. рис. 8), под которой понимались методы получения и переработки геофизической информации в полевых и лабораторных условиях, принятие решений для управления геофизическими и геологоразведочными работами (ГРР), сокращения сроков их проведения, повышения их качества и результативности. Имелось в виду концептуально единое ПМО геофизики, когда информация и программы всех систем взаимодоступны.

Геофизическая кибернетика и информатика, в ее прикладном значении, сводилась к компьютизированным регистрации, сбору, накоплению, передаче и обработке информационных геофизических потоков в полевых и стационарных условиях, их методной и комплексной интерпретации, получению параметров для выбора стратегии геофизических исследований и управления ГРР. Ее сущностью полагались системный подход, формализация и оптимизация на всех этапах получения и переработки информации, подразумевающие соответствующие организационную структуру, вычислительную базу и критериальную основу принятия решений.

В связи с указанной стратегической целью в КазВИРГе разрабатывался целый ряд автоматизированных систем и устройств.

1. Интегрированная автоматизированная система обработки и комплексной интерпретации материалов рудной геофизики, предназначенная для сбора, хранения и манипулирования большими массивами данных, построения формально-математических моделей геологических объектов (АСОМ-РГ) - (рис. 10).


Рис. 10


2. Система автоматизированной обработки и интерпретации комплексных аэрогеофизических наблюдений, предназначенная для обработки надземных измерений (АСОМ-АГС/ЕС, ранее АСОМ-АМ), (рис. 11).


Рис. 11


3. Информационно-вычислительная автоматизированная система, предназначенная для обработки геолого-геофизических и геохимических данных при решении геологических задач на различных стадиях геологоразведочных работ (АСОД-ПРОГНОЗ) - (рис. 12).


Рис. 12


4. Система СМАГ - ЕС (лаборатория скважинных исследований) обеспечивавшая обработку данных каротажа, скважинной магниторазведки и др., построение моделей аномальных объектов по этим данным, а также наземной магнито-и гравиразведки для оценки запасов и качества оруденения на железорудных объектах.

5. "Устройство для обработки материалов литохимических съемок" (авторское свидетельство N 450081), и "Способ определения координат точек фотометрирования и устройство для его осуществления", совместно с участием лаборатории скважинных исследований (авторское свидетельство N 1074827), зарегистрированные и запатентованные в Госреестре Союза ССР (пример, рис. 13)


Рис. 13


Внедренные в производство разработки института, сопровождаемые опубликованными методическими рекомендациями по их применению, сыграли важную роль в обеспечении отрасли современной на тот момент программно-математической базой, официально включенной в отраслевой фонд алгоритмов и программ Министерства Геологии (ОФАП, Москва). Эти сведения, в значительно более подробном и специализированном виде, были приведены мной, в указанном выше учебном пособии (рис. 9) и в книгах "Справочники геофизика": "Магниторазведка" (рис. 14) и "Гравиразведка" (Москва, изд. "Недра", 1990).


Рис. 14


Перечисленные исследования и разработки были направлены на создание качественно нового уровня процесса автоматизации геофизических исследований, соответственно, и эффективности геологоразведочных работ в целом. Такова краткая история становления ПМО геофизики в КазВИРГе (Казахстан).

Поскольку мое основное направление в геофизике - гравиметрия и магнитометрия, то в "исторической" связи нельзя не вспомнить, изданный на русском языке Российской Академией Наук (РАН), в 1998 году в Москве, под редакцией Генерального директора (в те годы) Объединенного Института Физики Земли академика Владимира Николаевича Страхова, сборник: "Российская прикладная геофизика ХХ века в биографиях" (рис. 15).


Рис. 15


Сборник был посвящен творческим биографиям, научным достижениям и основным публикациям ученых - гравиметристов и магнитологов СССР, которые внесли заметный вклад в развитие теории и практики гравиметрии и магнитометрии и здравствовали на момент ее издания. В этом сборнике, в отличие от указанной выше "болгарской" книги о геологах 2014 года, приведены значительно более подробные биографии 53 ученых-геофизиков из бывшего СССР. Некоторые из них остались в России, часть уехала в зарубежье

и работает в настоящее время в разных странах мира (в основном в США и Германии), автор этой статьи стал израильтянином. Творческие судьбы ученых, чьи биографии включены в сборник, в различных странах сложились по-разному. Это зависело от многих объективных (например, отношения в той или иной стране к эмигрантам, наличия рабочих мест вообще и их соответствия специализации претендента, в частности) и субъективных (творческого потенциала, знания языка страны, умения "себя преподнести", возраста, состояния здоровья и др.) причин. Тем не менее, например, один из них с 1989 года - профессор-исследователь Калифорнийского Университета (США), другой с 1993 года - профессор факультета геологии и геофизики Университета штата Юта (США), третий - в 1994 году был приглашен в Потсдамский институт прикладной геодезии (Германия) и др.. Автор настоящей заметки с 1992 по 2004 год являлся профессором-геофизиком-исследователем и, затем - консультантом в отделе геофизических проектов и в отделе сейсмологии Государственного Геофизического института Израиля. В 70-80-ые годы прошлого столетия под научным влиянием академика В.Н.Страхова находилась группа крупных ученых-геофизиков СССР, неформально организованная в ежегодно созываемые Всесоюзные семинары и школы по вопросам геологической интерпретации гравитационного и магнитного полей. Заседания, проводившиеся, примерно, один-два раза в год, в разных городах Союза, имели огромное значение для ознакомления широкого круга специалистов

с новыми алгоритмическими и компьютерными идеями и технологиями, на них обсуждались будущие кандидатские и докторские диссертации, завязывались новые профессиональные отношения и дружеские связи, очень часто зарождались новые идеи. Попасть на эти семинары и школы, на эти престижные мероприятия, число участников которых зачастую превышало сотню человек в качестве лекторов или докладчиков было очень престижно и лестно.

Об этих творческих встречах, об их атмосфере, остались самые светлые и теплые воспоминания. Постоянными участниками, лекторами и докладчиками выступали крупнейшие (по выражению академика В.Н.Страхова) специалисты в области теории и практики интерпретации потенциальных полей.


Рис. 16


На этой уже "исторической" фотографии (рис. 16), которой более 40 лет, сделанной на одном из заседаний Всесоюзного семинара, проходившем в 70-е годы прошлого века можно увидеть ведущих специалистов, ученых-гравиметристов и магнитологов тех лет (многих из которых уже нет в живых), которые внесли весомый вклад в развитие теории и практики интерпретации потенциальных полей, биографии которых (в том числе, и более молодых) впоследствии, были включены в указанный выше сборник о геофизиках.

Необходимо отметить, что многие из них, были постоянными активными участниками упомянутых семинаров "Вопросы теории и практики геологической интерпретации гравитационных и магнитных аномалий" и Всесоюзных школ с тем же названием. На этой фотографии: я - в первом ("сидячем") ряду, второй справа, упомянутый выше И. А. Непомнящих стоит за мной (мы еще совсем молодые!).

События, судьбы и пути людские иногда так пересекаются во времени и пространстве, что кажется - это не случайность, а некая предписанная сверху, закономерность, связь времен. Это особенно заметно на "Святой Земле".

Пароход "Академик Николай Страхов" (рис. 17), принадлежащий Геологическому институту Российской Академии Наук - РАН, являясь научно-исследовательским судном (НИС), провел в конце прошлого века в Восточном Средиземноморье морские научные рейсы: Круизы NN 5 и 10. Академик Николай Михайлович Страхов, имя которого присвоено этому пароходу, был широко известным российским учёным, внесшим огромный вклад в общую геологию, и в теорию литологии и геохимии осадочных пород.


Его упомянутый выше сын, бывший многие годы генеральным директором Объединённого Института Физики Земли РАН в Москве, академик Владимир Николаевич Страхов, являлся выдающимся учёным по теории, методам и практике математической геофизики.

В 70-80-ые годы мы были с ним в достаточно тесном научном контакте (рис. рис.18, 19).

.


Рис. 18


Рис. 19


В 1982 во всесоюзном академическом журнале "Физика Земли" была опубликована наша совместная статья "Состояние и перспективы развития в СССР теории интерпретации гравитационных и магнитных аномалий" (В.Н.Страхов, В.И. Гольдшмидт, Т.В.Калинина, В.И. Старостенко), которая в последующем вышла на английском языке.

Мне показался знаменательным тот факт, что судьбы двух крупнейших советско-российских учёных с мировыми именами, академиков, отца - Николая Михайловича (пусть и в названии парохода) и сына - Владимира Николаевича Страховых, хотя и опосредовано, но пересеклись с Израилем, коснулись его геологической истории, геофизических исследований и участвующих в этом процессе людей, в том числе и тех, кто имеет отношение как к российской (советской), так и к израильской геологической науке и практике. В заключение замечу, что в упомянутых выше книгах, как в недавно увидевших свет (2012, 2014 г.г.), так и в опубликованных ранее (1998 г. и др.), посвященных биографиям геологов, помещена наряду с другими, творческая биография автора этой статьи.

Точно так же, как она имеется в ряде других зарубежных научных справочниках[ на русском и английском языках.

И, если я не привожу их здесь полностью, то только в силу своей врожденной скромности.