# Арабески 2. Голден

Эла Белькервель

ГОЛДЕН


Марша опаздывала в Университет, но решила свернуть с прямого шоссе на Тель-Авив и проехать мимо дома, по проселочной, между арабскими полями с одной, и еврейскими плантациями с другой стороны, дороге. Проезд был столь узким, что машины тормозили, разъезжаясь на встречных полосах. Миновав неприятный, на скорую руку сляпанный, поворот, Марша до конца утопила педаль тормоза.

Машина взвыла и замерла метрах в пяти от огромного золотистого пса, мрачно лежавшего на дороге.


Из опыта прошлой жизни Марша помнила, что бродячие собаки любят отогреваться на теплых люках городской канализации. Но стояла жаркая израильская осень и странная собака не повела ухом даже когда машина с визгом затормозила. Марша подумала, съехала на обочину, медленно вышла из машины и, не делая резких движений, пошла к собаке.


Когда женщина была совсем близко, собака тяжело поднялась и неловкой трусцой отбежала в сторону. Это был большой золотистый пес, похожий на помесь голден ретривера с водолазом или даже кавказской овчаркой. (Откуда, собственно, в Израиле взяться кавказской овчарке?) Пес был массивнее обычного голдена, светлая шерсть на животе и боках выпачкана дорожной грязью, на шее выделялся солидный ошейник. Взгляд у собаки был отчаянный и, хоть было заметно, что пес знавал лучшие времена, Марша догадалась: собаке просто не хотелось жить.


По дороге домой Марша составляла план действий. В план не вписывалась очевидная реакция Лаки, кенаанского пастушьего пса, беспощадно захватившего в доме ключевые позиции. Но жизнь в Израиле научила Маршу простой истине: с неприятностями надо бороться по мере их поступления. Побросав в багажник кульки, минеральную воду и мешок с сухим кормом, она вернулась к развилке.


Пса на месте уже не было. Он трусил по дороге, сильно припадая на правую ногу.Не доезжая метров двадцати до арабского хутора, Марша остановила машину и, не глядя на собаку, разложила на обочине кулек с сухим собачьим кормом и неподалеку другой, организовав в нем глубокую лужицу с питьевой водой. Отошла к машине.


Пес остановился, принюхался и направился прямо к пакету с едой. Он грыз питательные шарики, искоса взглядывая на Маршу. Ей стало казаться, что она встречала эту собаку прежде.


Пес услыхал первым, что на хуторе началось неприятное оживление. Арабские подростки заметили собаку, рядом большую поселенческую машину с оранжевым бантом и женщину, стоящую на дороге. Намечался экшн. Пес заворчал и быстрее задвигал челюстями. Марша соображала, что делать?


Как принято нынче говорить, по жизни, она не любила подростков. Даже в родном поселении у нее бывали столкновения с еврейскими мальчишками из восточных семей. Причина была та же: жестокое обращение с животными. Для Марши инциденты кончились скандалами и подмоченной в результате репутацией. Но, по крайней мере, обе стороны остались живы. Связываться же с молодыми арабами ей, натурально, не хотелось.


Шум на хуторе (по-арабски: хырбэ) усилился, собака занервничала. Отчетливый мальчишеский голос прокричал на иврите: " Беги , поймай собаку!" Иврит был рассчитан на Маршу и означал единственное: убирайся по добру, по здорову. Она понимала, что к такому крупному псу никто из арабов не посмеет приблизиться. Но боялась, что подростки окружат их и забросают камнями. Пес не зря хромал на правую ногу, а глаза его глядели затравленными колючими треугольниками.


Крики с хырбэ нарастали, там явно собирались с силами. Тогда Марша распахнула дверь пикапа, пригнулась и шепнула на иврите коротенькое : "Бо! (Ко мне)".Пес перестал жевать, развернулся, внимательно посмотрел на женщину и пошел прямо к машине с каким-то особым пониманием и обреченностью. Видя, что добыча ускользает, на хырбэ истошно завопили.


У поселенки сдали нервы и она совершила ошибку.. Не дожидаясь, пока пес сам прыгнет в машину, Марша шагнула вперед и протянула руку к ошейнику. Собака резко отскочила, низко и громко рыкнула на Маршу, и уже через несколько мгновений оказалась в недосягаемости, на дальнем конце арабского поля под раскидистым плодовым деревом.


Марша ехала в Тель-Авив расстроенная. "Бабьё - есть бабьё, - думала она. - Нервы сдают, совсем никудышная стала". Единственное, что утешало ее : арабам никогда не удастся взять этого пса насильно.Ни догнать себя, ни поймать он не позволит никому.

Из справочника "Собаки". (СП " РАМО" Москва, 1992)


Кавказская овчарка...зарекомендовала себя, как великолепная сторожевая собака. Понятливая, гордая, преданная хозяину, недоверчивая, с посторонними ведет себя неприветливо, может укусить. Голова крупная, уши висячие. Шерсть полудлинная.