# Эхо войны и политические дрязги

Мирон, Перельман Амусья

Правительство, вначале оборонявшееся под градом обвинений, перешло в, своего рода, политическое контрнаступление. Какая, мол, там критика мелочей, когда речь должна идти о вопросах куда более фундаментальных, об изменении структуры управления государством.

Слушай, мой милый,    Труды роковые кончены.    Немец уж рельсы кладёт.    Мёртвые в землю зарыты,    Живые...    Некрасов       Прошло два месяца с окончания интенсивных военных действий против Хизболлы, 2ой ливанской войны. Итоги её определённо не являются той победой, на которую мог рассчитывать Израиль, имея в виду соотношение сил и длительность столкновения. Причины непобеды, жертвы среди военнослужащих и мирного населения, требуют объяснения, а разрушения на Севере Израиля влекут за собой дорогостоящие восстановительные работы. Печально, что итоги войны позволяют Хизболле с определённым успехом трактовать происшедшее как победу. Сожаление вызывает и то, что ряд стран, отнюдь не только арабских, рассматривают разрушения в Ливане как следствие необоснованного, "непропорционального" ответа Израиля "третьей стороне конфликта", по сути, к нему как будто непричастной.    Естественно было ожидать наряду с восстановительными работами и анализом всего происшедшего - в первую очередь, анализом политики, приведшей к неудовлетворительным для страны результатам. И действительно, не было недостатка критических материалов в СМИ на тему о войне. Вследствие сопротивления премьер-министра была вместо государственной комиссии по расследованию упущений власти создана правительственная комиссия Винограда. Это далеко не одно и то же, но по нашему мнению, это всё-таки лучше, чем ничего!    С ходом времени произошла, однако, некоторая метамарфоза. Правительство, вначале оборонявшееся под градом обвинений, перешло в, своего рода, политическое контрнаступление. Какая, мол, там критика мелочей, когда речь должна идти о вопросах куда более фундаментальных, об изменении структуры управления государством. При этом явно подразумевают вести этот процесс под личным руководством существующей власти, избегающей тем самым множества справедливых упрёков и необходимости уходить в отставку. Последнюю возможность уже практически не обсуждают в свете различных угроз стране, в частности ядерного вооружения Ирана и т.д. Таким образом, все недостатки и упущения в недавней войне сваливают на существующую - и очень давно - структуру государства, и тем сути подменяют личную ответственность руководства - системной, общей, то есть - ничьей. Именно опасность такого развития событий и побудила нас написать эту заметку.    Мы вообще противники популистского объяснения государственных и военных неудач дефектами или полной "гнилостью" политической системы. Во всяком случае, торопливая, революционного типа, замена её новой, обычно заканчивается плохо для страны и её народа, но - отнюдь не всегда для виновных в провалах "гнилой" системы. Наша осторожность в оценке "гнилости" основывается на замечательной формулировке А. А. Зиновьева: "Всё старое и отжившее должно быть уничтожено в зародыше", т. е. едва родившись!    Израиль столкнулся сейчас в Ливане с войной нового типа, победу в которой не удалось достичь ни России (в Чечне), ни США (в Ираке). "Слабость силы" и её ограниченность в сегодняшнем мире отчётливо проявляется в определённом процветании мелких политических шантажистов, вроде Ким Чен Ира в Северной Корее, и террористических групп и "движений" типа ХАМАСа, ФАТХа и Хизбаллы на Ближнем Востоке. Само существование современного терроризма есть иллюстрация трудностей применения силы в борьбе с ним, хотя очевидно, что без решающего её применения победа в борьбе с террором невозможна. Учитывая особенности такой борьбы и сложность возникшей сейчас в Ливане ситуации, трудно определить сегодня её результаты в двоичной системе: "победа - поражение".    Ошибки и промахи руководства страны, как военного, так и гражданского, несомненны. Как и то, что цепь отступлений Израиля, политика уступок вместо энергичного и сокрушительного отпора, начатая ословскими соглашениями, стоят у истока непобеды во 2ой ливанской войны. Однако ни один шаг "стратегии умиротворения" - ни соглашения Осло, ни бегство из Ливана в 2000 г., ни популяризация "женевской инициативы", ни уход из Газы в 2005 г. не получили должной негативной оценки со стороны нынешнего правительства.    Правительство не признало просто скандальный для современной эпохи факт - полное отсутствие со стороны Израиля разъяснительной кампании в СМИ и Интернете во время войны и после неё: защитой интересов Израиля на важнейшем - пропагандистском фронте занимались только любители! Не потребовало оно прилюдно, через мировые организации, и компенсации или контрибуции от Ливана. Ведь за ущерб, нанесённый Хизбаллой, должен напрямую отвечать "приютивший" её Ливан.    Более того, правительство Израиля, и в первую очередь премьер-министр, несут не только прямую ответственность за изгнание евреев из Газы, не только за погром в Амоне, но и за формирование того политического курса, который получил официальное название "консолидации", а по-простому - "скукоживания" или пошагового урезания еврейского государства. Как тут не вспомнить воистину бессмертное, райкинское: ""Урезать - так урезать",- как сказал японский феодал, делая себе харакири". Отметим, что именно этот политический курс харакири, диктуемая им терпимость к наглости врагов, вдохновил нападение Хизбаллы на Израиль, и до сих пор не только не препятствует, но и фактически поощряет ракетные обстрелы юга страны.    Нелишне напомнить, что "курс харакири" привёл его сторонников к власти потому, что шароновская сдача Газы, планы дальнейшего отступления в обмен на химеру международно-признанных границ, были инспирированы левой элитой Израиля и контролируемыми ею СМИ. Стоит напомнить, что всего за неделю до начала войны газета "Гаарец" рекламировала Хизбаллу как организацию, хоть и сильно вооружённую, но ответственную и сдержанную. На поводу подобной дезинформации плелись и многие отнюдь не "левые", но в чём-то недовольные другими кандидатами. Идеи "урезания", как пути к миру, живы и процветают, о чём свидетельствует сказнное на днях министром А. Дихтером: "Сирия не заключит с Израилем мирного соглашения, не получив Голаны". Воистину, желая наказать, Б-г лишает разума...    Для тех, кто с харакири Израиля не согласен, сотрудничество с правительством урезания должно быть невозможно. Нам представляется, что сами ожесточённые дебаты вокруг необходимости системных перемен, при которых их инициатором или со-инициатором выступает премьер-министр, снимают с него значительнейшую долю ответственности за непобеду и предоставляют руководству страны явно незаслуженную поддержку. Происходящее пробуждает в нас ощущение картины коллаборационизма, в самом неприглядном значении этого слова.    Переключение общественного внимания с проблем восстановления Севера, укрепления армии и её переподготовки к новым, неизбежным вспышкам анти-террористической войны на проблемы реформ системы крайне опасно. Тем более прискорбно, что переключение происходит, в том числе, и на проблемы по существу важные, но все же не судьбоносные, типа узаконивания института гражданских браков. Возможно, вскоре, в центр внимания поставят и вопрос о праве ездить в субботу по религиозным районам, о работе некошерных магазинов и и о прочей шинуёвине, явно провалившейся на недавних выборах, но могущей отвлечь внимание народа от реальных проблем.    Мы определённо считаем, что трудности Израиля связаны не с "гнилостью" его политической системы, а с засильем в ней "левых" интеллектуалов. Торопливая смена системы правления с парламентской на президентскую, опасная сама по себе, в таких условиях приведёт к высшей власти Переса, Ольмерта или Переца с широкими полномочиями, что будет похлеще любой парламентской республики. Мы не думаем, что мечтой гражданина должна стать ситуация, когда любое правительство спокойно доживает свой выборный срок, к концу которого, однако, при подобных президентах, площадь Израиля сократится вдвое или втрое. Вообще, следует помнить, что президентами были не только Рузвельт или де Голль (стоит иметь в виду, однако, его роль в исламизации Франции), но и, к примеру, Сомоса.    Быстрая смена правительств подчас вредна и опасна, затрудняет проведение реформ, однако она препятствует произволу власти. Да и в условиях быстрой смены правительств Нетаниягу, к примеру, сумел, тем не менее, провести важные экономические преобразования, что позволило Израилю добиться во 2ой ливанской войне сносного результата и не стоять сейчас с протянутой за подаянием рукой.    Уместно напомнить, что Израиль уже проводил на себе испытания президентской системы правления: именно таково было, в некоторые моменты, положение, когда во главе его стояли Бен-Гурион, Барак и Шарон. И если первый расширял страну, то два последних, каждый в меру своих существенно разных сил, преуспели лишь в её свертывании. Сомнительно, чтобы усилия по торопливому введёнию президентской системы правления дадут что-либо кроме узаконивания власти непобедителей и сторонников урезания государства Израиль.    Вообще, роль политической системы и регламентирующих её действия письменных документов, нередко преувеличивают. Достаточно сравнить выборные системы и тексты Конституций СССР и США: разница не столько в словах и должностях с их взаимными зависимостями, сколько в осознании наличия (или отсутствия) выгоды, материальной и духовной, для каждого гражданина от следования закону, от использования власти и от подчинения ей. Такое осознание достигают не просто и не быстро и именуют общественным согласием. При его наличии граждане, даже расходясь в оценке данного президента, судьи и т.д., будут едины в позитивной оценке своего государства и в итоге будут ставить его интересы выше собственных.    Отсутствие консенсуса не заменить не очень нужными или, во всяком случае, не первостепенной важности реформами, борьба за проведение которых в данный момент поможет кому-то получить министерский пост, а кому-то - уйти от очевидной ответственности за провалы - свои и своих подчинённых.       Иерусалим    14.10.06. <