# Французское путешествие с малышом. Часть 7

Катерина Александровна Андреева

Седьмая часть французского рассказа.

- 75-долларовый омлет

- давайте спорить о вкусе устриц

- пристанище гея-журналиста

Часть 7-я. Маршрут: Мон-Сен-Мишель - устрицы в Канкале - ночлег в деревне Ланже.


Позавтракать сходили в кафе напротив гостиницы, где пекли замечательные плюшки с изюмом и варили отличный кофе. Теперь настало время более подробно исследовать Мон-Сен-Мишель.


Утром наилучшие виды открываются с плотины в устье реки Куэнон, находящейся прямо за околицей деревни, по левой стороне дороги. Пропустить нереально: туда активно стекаются бородатые дядьки с тяжелыми штативами, и обвешанные камерами по самое "немогу". Недавно начался отлив, и многочисленные чайки, бакланы и цапли, привлеченные открывшимся дном запруды, массово катались на волнах, вопя: "Yee-haaa!" Ну ладно, не вопя, но выглядело именно так :)


Пока супруг искал наиболее удачные ракурсы, и как всегда по доброте душевной откликался на просьбы "дяденька, сфотографируйте нас пожалуйста!", я развлекала всю честную компанию чтением наиболее интересных фактов из путеводителя.


Оказывается, во Франции Мон-Сен-Мишель уступает в популярности только Эйфелевой башне и Версалю, и ежегодно посещается около двумя миллионами туристов. В конце 19-го века остров связали с материком при помощи дамбы, которая в результате нарушила отлаженный природой приливоотливный режим, и участки бухты вокруг скалы стали заполняться песком и илом. Чтобы вернуть Мон-Сен-Мишелю его прежний, овеянный легендами, облик, в устье реки Куэнон ведется строительство новой дамбы, призванной задерживать попадание ила в реку во время прилива, и способствовать его выносу в Ла-Манш во время отлива.


Во время нашего посещения всё еще была доступна парковка прямо рядом с аббатством, открытая только во время отлива. Часы приливов-отливов можно проверить вот по этому расписанию >>


Как только вода спадает, на стоянки выгоняют вот такие грузовики, которые счищают лишнюю воду и наносной ил:


Но с апреля 2012 года всё изменилось. В связи с новым строительством, посещение Мон-Сен-Мишеля тоже проходит по-новому. Обо всех подробностях, и как теперь попадают к скале, будь то на машинах, велосипедах, или пешком, можно узнать здесь >>


Вообще, "спасение Горы" - очень популярная тема во Франции. Еще Виктор Гюго писал, что "Мон-Сен-Мишель для Франции - то же, что пирамиды для Египта". Так что же привлекает огромное количество туристов и паломников в Мон-Сен-Мишель? Наверное, смесь истории, мифов и природной красоты места, ведь по преданию библейское сражение Архангела Михаила с Сатаной в образе дракона завершилось именно здесь. В начале 13-го века, всего за 17 лет - срок невероятный для того времени - на вершине скалы было воздвигнуто аббатство Ла-Мервей (в переводе - "чудо"), которое считается ныне общепризнанным образцом средневековой готики.


Сегодняшний облик горы - результат многократных перепланировок, разрушений, разгула стихий, пожаров, человеческих заблуждений и подвигов. Это культовое сооружение имеет и огромное светское значение. Здесь не только молились, но и сражались, и замышляли заговоры. Около 1420 года, в разгар Столетней войны, сам настоятель хотел сдать аббатство осаждавшим остров англичанам. Однако 119 рыцарям, защищавшим крепость, все равно удалось её отстоять. С тех пор, благодарные французы называют святого Михаила своим небесным покровителем.


После получасового утреннего променада, мы уже были у подножия скалы. Зрелище на редкость впечатляющее даже для современного человека, что уж говорить о предках. Через массивные кованые ворота вышли на единственную улицу средневекового городка, постоянные жители которого (прописано 42 человека) заняты, в основном, в туристической сфере: держат гостиницы, рестораны, сувенирные лавки. Большинство туристов запутывается в них, и нам представился шанс обогнать эту многоголосую, разноязычную толпу. Однако, с коляской в горку, а кое-где еще и по довольно крутым ступеням, ходить было не с руки, поэтому решили разделиться. Муж с заснувшим ребенком остались за столиком подвернувшегося кафе, а я полезла наверх, фотографируя по пути интересности.


L'Echauguette de la Pilette - малая ступенчатая башня на западной стене аббатства:


Два раза в лунные сутки (через 24 часа 50 минут) в бухте наблюдаются приливы и отливы, самые сильные на побережье Европы и вторые по амплитуде (после залива Фанди) на всём земном шаре. Бывает, вода отходит от Сен-Мишеля на 18 км, и распространяется до 20 км вглубь побережья. Пески вокруг скалы опасные, серые и вязкие, вечно пропитанные морской водой и могут засосать, как болотная трясина. Каждый год, несмотря на предупреждения и знаки "Осторожно: зыбучие пески!", в них гибнет по несколько туристов за лето.


Песок бухты больше похож на ил, становится плотным когда высыхает, но смешиваясь с водой, превращается в вязкую глинистую массу. Дно во множестве изборождено руслами речушек и ручьев - и именно они, по-видимому, и представляют реальную опасность. Потоки воды легко разжижают песок, и в руслах даже небольших ручейков могут образоваться те коварные зыбуны, в которые рискует угодить излишне самонадеянный путешественник.


Раньше, до строительства дамбы, посещение Мон-Сен-Мишеля (вернее, подход к нему) было настолько опасным, что перед отправлением туда люди писали завещания. В настоящее время скала становится настоящим островом только дважды в году, во время весеннего и осеннего равноденствия, когда приливы особенно сильные, - вода "накрывает" шоссе.


Бытующее сравнение скорости прилива на Мон-Сен-Мишель со скоростью скачущей галопом лошади преувеличивает скорость прилива. Максимально возможная скорость прилива здесь - 6 км/ч, однако при попутном ветре на отдельных участках может достигать 20-30 км/час.


В Мон-Сен-Мишеле можно попробовать всё, чем гордится регион: свежайших устриц, мидий в соусе из белого вина, раков, морских гребешков, улиток с домашним майонезом, фуа-гра и карамель из соленого сливочного масла, гречишные блины. Но самое знаменитое блюдо - это омлет, да не простой, а от "мамаши Пуляр" (La Mere Poulard). Ресторан расположен прямо на главной улице, а его стены пестрят фотографиями знаменитых посетителей: короли и королевы всех мастей, последний император Японии, Эрнест Хемингуэй и Ив Сен-Лоран.


Для гигантских омлетов яйца долго, вручную, взбивают венчиком в медной миске, после чего выпекают в сковородке с длинной ручкой в очаге, на дровах. Результат больше походит на пышный пирог-суфле, нежели на привычный омлет. Он может быть сладким или соленым, причем начинку (сыр, ветчину, грибы) подают отдельно. Говорят, мамаша Пуляр придумала готовить именно омлеты, для того чтобы успеть накормить всех желающих в промежутке между отливами и приливами.


Цены совершенно недемократичные: 25 евро за 100 грамм, а минимальная порция составляет 300 грамм. В результате, за 75 евро вы получаете "базовый" омлет, правда с половиной лобстера-гриль и картошкой с трюфельным маслом. Вот такой "фастфуд" для богатеньких буратинок.


Обойдя аббатство по кругу, я вышла прямо на мужа и проснувшуюся дочку, которые уютно устроились в очередном ресторанчике в ожидании сидра. Ну а что еще нужно пить, путешествуя по Нормандии? Конечно же сидр, кальвадос, и поммо.


Пока вся остальная Франция упивалась вином, шампанским и коньяком, жители Нормандии и Бретани испокон веков предпочитали сидр всем остальным алкогольным напиткам. Впрочем, в этом нет ничего удивительного. В отличие от регионов с более теплым и мягким климатом, виноградники здесь росли плохо. Зато менее прихотливые яблочки всегда водились в изобилии. Однако для производства сидра и кальвадоса можно использовать только 48 сортов. Это не обычные столовые, а специально выведенные мелкие яблочки, чрезвычайно богатые танинами. Среди них различают четыре категории, условно называемые горькими, горько-сладкими, сладкими и кислыми.


Яблоки собирают с конца августа до середины ноября. Раньше для производства алкоголя использовали падалицу, но с введением в Нормандии системы апеллясьонов (фр. Appellation d'origine contrôlée - контроль подлинности происхождения), яблоки стали собирать только с деревьев. В крупных хозяйствах используют специальную машину, которая обхватывает ствол металлическими лапами и трясет его. Собранные яблоки моются в потоке воды, который несет их в накопитель. Там их еще раз ополаскивают родниковой водой, сушат и затем отправляют под пресс. Обычно из одной тонны яблок получают 650 литров сока. Яблочное сусло бродит около пяти недель, и в результате получается сидр - легкий шипучий напиток крепостью 4-6%.


Далее у сидра две дороги - к столу в виде прохладительного напитка или на кальвадос. Сидр очень популярен во Франции, во многих семьях он нередко служит дешевой заменой шампанскому к праздничному столу. Для того чтобы стать кальвадосом, ему надо проделать еще немалый путь. В разных регионах Нормандии и у разных производителей сидр проходит как одинарную, так и двойную дистилляцию. Затем, получившийся из сидра дистиллят (70%) должен провести не менее двух лет в дубовых бочках, теряя градус и объём (так называемая "доля ангелов"). Затем молодой кальвадос переливают в бочки небольших размеров, обеспечивая тем самым большую площадь соприкосновения с дубом. Всего же выдержка кальвадоса может достигать и 12, и 25, и даже 50 лет.


И наконец, последняя, самая деликатная и таинственная операция в производстве кальвадоса - это ассамбляж, то есть смешивание спиртов разных яблок. Именно в ней и заключены "секреты фирмы" всех ведущих производителей, таких как P'ere Magloire, Boulard, Lecompte. Процентное содержание спиртов - собственность компании, поэтому купажи разных производителей обладают фирменной индивидуальностью и имеют узнаваемый стиль.


Кстати, возраст кальвадоса - яблочного (или грушевого) бренди, определяется по самому молодому из участвующих в ассамбляже спиртов.


А вот если к кальвадосу добавить неферментированный сок, который получен из яблок для сидра, получится ещё один типично нормандский напиток - поммо. Обычно смешивают в пропорции двух частей сока к одной части кальвадоса двух или более лет выдержки. Крепость выходит 16-18%. Охлаждённый до 8-10╟С поммо считается замечательным лёгким аперитивом.


Путешествуя за рулем, яблочную 40-градовку пить, естественно, не стали, а вот сидр пошел на ура - отлично освежает и приносит хорошее настроение с каждой каплей.


Окинув прощальным взглядом удивительно фотогеничный облик Мон-Сен-Мишеля, мы взяли курс вдоль побережья на запад. До свидания, Нормандия, ... и добро пожаловать в Бретань!


Материковую часть суши напротив скалы занимали километры полей-польдеров, отвоеванных человеком у моря, где разводят овец породы La Grévine. У них удивительная судьба: овечки проходят начальную кулинарную обработку ещё при жизни, потому как вольно пасутся на солончаках. Ягнята "гревин" готовы к употреблению по достижении трех-шестимесячного возраста. Французские рестораны так и пишут в своих меню: l'agneau de pré-salé, то бишь "ягнятина с соленых полей". Благодаря высокому содержанию соли и йода, мясо имеет ярко выраженный вкус и считается деликатесом.


По обочинам дороги тянулись нескончаемые маковые поля, а местные жители активно торговали самодельным сидром. Повысить градус позитива и порадовать себя, вернее свои вкусовые рецепторы, мы решили устрицами. Для этих целей как нельзя лучше подходил Канкаль, расположившийся всего в каких-то 50 км от МСМ, на так называемом "Изумрудном берегу". Cancale называют "устричной столицей" провинции Бретань, ведь из 5 тысяч жителей городка более половины заняты разведением и продажей устриц, а остальные - обслуживанием всех тех, кто приезжает сюда вволю полакомиться этим изысканным блюдом.


"Давайте спорить о вкусе устриц и кокосовых орехов с теми, кто их ел, до хрипоты, до драки, воспринимая вкус еды на слух, цвет на зуб, вонь на глаз, представляя себе фильм по названию, живопись по фамилии, страну по "Клубу кинопутешествий", остроту мнений по хрестоматии...

Прошу к столу - вскипело!" (М. М. Жванецкий).


Оставив машину прямо на набережной на платной стоянке, мы отправились в сторону устричных плантаций, которые отлично просматривались с высоты бетонного парапета, да и отлив сыграл на руку.


После средневекового затишья, мода на устрицы возродилась в Европе с лёгкой руки Людовика XIV Короля-Солнце. А к середине 19-го века запасы устриц истощились, и во Франции был издан указ, предписывающий собирать их только в те месяцы, в названии которых содержится буква "р", и ни в коем случае не трогать с мая по август. По другой версии - устрицы летом озабочены продолжением рода, а из-за любовных мытарств они сильно теряют во вкусе. Но так как положения эти меры не спасли, то следующим указом был разрешен импорт устриц Crassostrea angulata из Португалии. Последствия были огромны: понаехавшие эмигрантки сумели прижиться и колонизировать южное побережье Атлантики, полностью вытеснив исконную жительницу этих мест, плоскую устрицу Ostrea edulis, которой наслаждались Людовик сотоварищи.


В конце 1960-х местные устричные фермеры оказались на грани банкротства - эпидемии погубили их плантации. Пришлось французам опять обращаться к заграничной помощи, то бишь завозить к себе молодь устриц японских, Crassostrea gigas, похожих на португальские, но более крупных, а главное, устойчивых к вирусу.


Ныне эксплуатируемая вогнутая устрица ("крёз" от фр. "creuse" - вогнутый), по виду очень напоминающая сжатые каменные кулачки, сейчас практически полностью вытеснила производство плоских устриц из большинства устричных регионов Франции. Настоящая легендарная европейская устрица Ostrea edulis выжила в... Хорватии, поэтому эксклюзивные французские устричные хозяйства закупали устриц-производителей после эпидемии именно там.


Общая площадь устричных плантаций Канкаля - 400 га, а перемещаются по ним в основном на тракторах.


Сегодня в Канкале выращиванием молоди не занимаются вовсе, поскольку оказалось, что гораздо выгоднее покупать моллюсков в возрасте от 1 до 6 месяцев на специализированной ферме на юге Атлантического побережья Франции, где условия для этой стадии культивации максимально благоприятны. В Канкале завезенных моллюсков помещают в специальные мешки из металлической сетки, называемые "пошами" (от фр. poche - карман), размещаемых на столбиках на высоте 25-30 см над уровнем дна, и в которых они недоступны для хищников: чаек, морских звезд, улиток, крабов, и некоторых видов рыб.


Окажись устрицы лежащими в толще ила, они погибли бы от недостатка кислорода, да и питаться, фильтруя воду, им было бы затруднительно. А так, условия идеальны, и за день Crassostrea gigas, фильтруя до 7 литров воды, достаточно быстро прибавляет в весе.

Раз в месяц поши с устрицами переворачивают, чтобы моллюски не вросли снизу в металлическую сетку. Взрослая, 4-летняя устрица, весящая 100 и более граммов, становится пригодной к подаче на стол только после того, как металлический мешок с ней будет многократно перевернут, и 10 раз вскрыт и рассортирован.


Часть устриц вовсе не прибавит в весе, и лишь немногие дорастут до пищевой кондиции. Новая сортировка разделит моллюсков, и позволит продолжить разведение. В конце концов, устрицы попадут на последнюю сортировку, во время которой они будут разложены по корзинам в соответствии с размером.


Одна из главных характеристик устрицы - это её размер. Для вогнутых устриц ╧ 5 - ╧ 4 - ╧ 3 - ╧ 2 - ╧ 1 - ╧ 0 - ╧ 00, где ╧ 5 - самый маленький, а ╧ 00 - самый крупный. Наиболее востребованный в Европе размер - ╧ 3 (от 80 до 100 гр).


На самом мысе мы приметили небольшой, палаточный рынок, где устрицами торговали жены рыбаков. Цены стартовали от трех евро за дюжину, плюс 50 евроцентов за лимон. Судя по некоторым отчетам, которые я просматривала до поездки, должны были брать еще "opening fee" за открытие устриц (если вы собираетесь есть тут же), но на деле мы с этим не столкнулись. Затем, торговка раскладывает устрицы на специальную тарелку с углублениями, вручая вам со словами: "Скорлупки - a la mer, тарелку и пластиковый нож - верните мне".


- Как так "a la mer"? - "Моментально. В море." (c)


И действительно, стоило только разместиться на том самом парапете, и взглянуть вниз, как стало понятно, что имела в виду женщина. Всё дно было усыпано тысячами-мильонов скорлупок, скидываемых сюда, наверное, не одним поколением туристов. Лежит там теперь и наш вклад. Нда, "проникновенье наше по планете особенно приятно вдалеке" :)


Гурманы и ценители устриц могут полакомиться в Канкале и редкими плоскими. Самая удивительная их разновидность именуется "конское копыто", pied de cheval. Их собирают в естественной природной среде, на фермах не выращивают. В среднем, одно "копыто" стоит столько же, сколько дюжина "японских потомков".


Кстати, на счет "писка" устрицы во время её съедения - намутил воду Антон Палыч Чехов в своем грустном-прегрустном рассказе "Устрицы".


"- Папа, устрицы постные или скоромные? - спрашиваю я.


- Их едят живыми... - говорит отец. - Они в раковинах, как черепахи, но... из двух половинок.


Вкусный запах мгновенно перестает щекотать мое тело, и иллюзия пропадает... Теперь я всё понимаю!


- Какая гадость, - шепчу я, - какая гадость!


Так вот что значит устрицы! Я воображаю себе животное, похожее на лягушку. Лягушка сидит в раковине, глядит оттуда большими блестящими глазами и играет своими отвратительными челюстями. Я представляю себе, как приносят с рынка это животное в раковине, с клешнями, блестящими глазами и со склизкой кожей... Дети все прячутся, а кухарка, брезгливо морщась, берет животное за клешню, кладет его на тарелку и несет в столовую. Взрослые берут его и едят... едят живьем, с глазами, с зубами, с лапками! А оно пищит и старается укусить за губу..."


Вот так-то - "...дети прячутся, а оно пищит". Но, к счастью, всё это литературные преувеличения. Мы съели не одну дюжину, и хоть бы одна, собака, пискнула :) На самом деле, устриц есть полезно - их мясо по питательной ценности превосходит мясо таких рыб, как сазан и судак. Оно содержит до 14% белка, 2% жира, витамины группы В, С, D, фосфор, железо, кобальт, кальций, магний, йод.


Главное, чтобы устрицы были только одной свежести, первой :)


Но одними устрицами сыт не будешь, можно сказать, наоборот - они пробудили в нас зверский аппетит. По рекомендациям выбрали ресторан "Chez Victor" - уютное заведение с направленностью в морепродукты, да и идти было недалеко. Не долго думая, взяли "set menu" по 15 евро на человека, куда входил гаспачо или говяжий суп с шафраном на выбор, лосось с травками или в белом соусе, да поллитра домашнего розового вина. Всё очень просто и вкусно.


Этот ресторан явно пользовался популярностью, особенно среди семей с детьми. А какие навороченные коляски были "припаркованы" у входа: на одной ножке с четырьмя велосипедными колесами, трансформеры, для двойняшек, тройняшек, и даже для тех, у кого еще в дополнение к малышам есть собака - у тех отдельная приступочка. Чувствовали себя как приехавшие на "Жигулях" на гонки среди "Ламборгини" :)


На этом дневной план по достопримечательностям был выполнен, и всё, что оставалось сделать - это доехать до деревушки Langeais в долине Луары (300 км от Канкаля), где у нас было забронировано жилье. По второстепенным дорогам вышли на Rennes, долгое время остававшийся самым маленьким городом в мире с полноценным метро (пальму первенства отобрал Лозаннский метрополитен). А затем, по связкам шоссе с пометками "A" добрались и до самого Ланже. Около деревни полно круговых развязок; ориентироваться удобно по надписям "centreville" (в центр). Полученные при переписке с хозяином гостиницы четкие инструкции позволили в считанные минуты оказаться на месте.


(кликабельно)


Отель "Le Clos Rabelais" держит британский гей-журналист Шон, очень компанейский и веселый товарищ с забавным чувством юмора. Шутки-прибаутки сыпались из него как из рога изобилия - и на свой счет, и на счет детей, и по поводу королевской семьи, и про русских, и про американцев (американские паспорта, протянутые для регистрации, взял за уголок двумя пальцами, смешно зажав нос при этом). В общем, неординарная персона с широким кругозором. Как известно, кругозор некоторых людей - это круг с нулевым радиусом, который они называют точкой зрения. Но в случае с Шоном, который несомненно имел на всё своё, зачастую оригинальное мнение, образование всё ж таки было видно за версту. А то, что шуточки, порой, выскакивали на грани фола, так может за то и во Францию сослали, от греха...


За 55 евро Шон поселил нас в отдельный домик на своей территории, где к приезду уже было всё подготовлено: кроватка для малыша, мини-кухня с чайными принадлежностями (- а вдруг вам ночью захочется чая?!), масса полотенец, бутылочек с гелями-шампунями в ванной. Довершали картину два огромных плюшевых медведа британской фирмы "Paddington".


- Специально для baby, - заметил Шон. - Наши, настоящие.


Оставив нам бутылочку игристого "Vouvray", он пригласил с утра на завтрак, который божился сделать сам в лучших традициях B&B, и напевая себе под нос что-то веселое, удалился.


Продолжение следует...


Катерина Андреева.


www.andreev.org