# Баклайон

Александр Георгиевич Асмолов

Писатели детективного жанра всегда начинают раскручивать нечто значимое и, даже, захватывающее из абсолютно неприметных мелочей. Одарил ли их Создатель каким-то особым чутьем или фантазией для читателя, не важно. Они будут вместе с автором, шаг за шагом, продвигаться в темноте разрозненных фактов и деталей, пока не перевернут последней страницы. В этом детектив сродни выступлению фокусника. Все могут догадываются, чем закончится действо, но главное-то не в том, что убит очень богатый человек или на сцене распилена хорошенькая ассистентка. Вопрос в другом - как это сделано: кто убийца или где двойное дно. В финале маэстро откроет секрет, скромно продемонстрировав свое превосходство перед читателем или зрителем. Правда, всегда найдется умник, который после того, как закроет книгу или выйдет из зала, громко крикнет, что обо всем догадался еще в середине действия. Скорее всего, он соврет. Зная, что убийца садовник или то, как ассистентка поджимает ноги в ящике, который рассекает циркулярная пила, никто не затаит дыхания. Будет скучно. Закон жанра подразумевает непременный секрет, и чем он запутаннее, тоньше и неожиданнее, тем интереснее.

Наша жизнь чем-то похожа на такую игру, только ее сюрпризы относятся непосредственно к нам, и мы переживаем их очень остро. Как в горе, так и в радости. Будучи на Бохоле, что расположен в южной части Филиппин, мы с Лу решили побывать в самой старой церкви архипелага. Отправляясь на ее поиски, мы и не подозревали, что откроем для себя гораздо большее.

Поискав информацию в Интернете, я разочаровался. На нескольких десятках сайтов туристических агентств была публикована одна и ту же фраза. А церковь необычная, только год начала строительства чего стоит. 1717. Правда, и добраться до нее нелегко. Эта дама преклонного возраста укрылась на острове, чье название произошло от местного словечка "бохо" - дыра. Речь идет о пещерах, коих тут великое множество. Впрочем, не будем отвлекаться.


Бохол не самый большой остров Филиппин, но в столице Тагбиларан есть и аэропорт и морской порт местного значения, а до соседнего острова Панглао можно добраться по современному автомобильному мосту. Вот где рай для дайверов. Даже с моста можно разглядеть насколько интересен пролив, разделяющий острова. Прозрачная вода и диковинный рельеф дна так и манят понырять. Все пляжи усыпаны удивительно белым песком. Говорят, его экспортируют в другие страны. Поначалу, одолевают сомнения, но, вспомнив удивительно красивый пляж на Канарах около Санта Круз, который абсолютно не похож на своих островных собратьев, начинаешь верить. Это к слову, а вот церковь Святого Августина на Панглао необычная. Признаться, первое впечатление вызвало улыбку. Белый трех арочный фасад с колоннами и большими круглыми часами над входом, очень напоминал дом культуры в стране Советов. Колокольня справа прямая, как столб, зато козырек по периметру купола очень похож на детскую панамку. Скорее всего, церковь не раз перестраивали потому, так как, неподалеку есть ещё одна колокольня. Она явно старше, восьмиугольная в основании, из темного камня и трех ярусная.

Когда мы возвращались по мосту с Панглао на Бохол, мне припомнилось, что на Бохоле более тридцати церквей, и все активно работают. В который раз отмечаю, насколько сильны позиции католической веры у филиппинцев. Южнее, на Минданао, есть большие мусульманские общины, а тут сплошь католики. Прежде, частенько замечал, что, проходя рядом с церковью, островитяне искренне крестятся. На службы стекается немало прихожан, среди которых, буквально все возраста и народности. Оказалось, жители Бохола считаются самыми набожными среди филиппинцев.

Особо следует сказать о кафедральном соборе Сан Хосе в Тагбиларане. Полтора века назад, центром острова считался Баклайон, а это местечко было ничем не примечательно. Его облюбовали монахи ордена Иезуитов. Скорее всего, не случайно - бухта здесь лучшая на острове. Прошло немного времени и независимый приход в неизвестном ранее Табиларане стал процветать. Правда, вскоре монахов изгнали, церковь перестроили. Долгое время, боковые стены заменяли арки, потому, что места прихожанам не хватало. Позже, было еще несколько реконструкций, и сегодня кафедральный собор выглядит монументально, а вот неподалеку есть часовня Святого Таинства (если я правильно перевел) и открыта она круглые сутки. Перед фасадом собора современная статуя Сан Хосе, а вот внутри, изваяние покровителя, явно восемнадцатого века. Алтарь более современный. Это наслоение стилей и времен говорит о бережном отношении к своей истории. Пятиярусная колокольня справа от собора выглядит печально, но народу вокруг много.

Выехав из Тагбиларана по прибрежному шоссе на север, через полчаса оказываемся в городке со странным названием Лун. Забавно, но в переводе с английского Loon звучит, как гагара или деревенщина, мужлан, а то и псих. Мы не стали фантазировать на эту тему, но городок и впрямь ничего из себя не представляет, одно - двухэтажные домишки, сотня лавчонок и магазинчиков, пара школ, да небольшой парк, но нас ожидал сюрприз. Церковь Божьей Матери считается самой большой на Бохоле. Выглядит очень старой, без украшений и статуй. Скорее напоминает добротное укрепление, разве что симметричные восьмигранные колокольни, как двое близнецов по бокам от входа. А вот дорога выложенная светлыми плитами среди зеленого травяного ковра к кованным воротам церкви впечатляет. Настоящая дорога к храму. Место выбрано очень удачно - ровный пятачок на возвышенности. К старому городу, расположенному внизу у берега, ведет большая каменная лестница в четыре пролета. 174 ступеньки. Внутри церкви Божьей Матери великолепный алтарь во всю ширину с жизнеописанием Девы Марии, по бокам, между колон, доски с библейскими текстами. Можно долго ходить в тишине и рассматривать детали, главное не попасть на время службы.

Далее, свободное от машин шоссе вдоль береговой полосы бесконечных пляжей и аккуратных домиков ведет к городку Калапи. Население около трех тысяч жителей. Вообще-то, северная часть Бохола нам больше понравилась своей ухоженностью и чистотой. Название Калапи происходит от вида пальмы, хотя есть и созвучное блюдо из черепахи, запеченной в собственном панцире. Хотя, навряд ли покровитель городка Сан Висенте Ферреру, проживший в смирении и служении богу, одобрил бы упоминание блюдо из черепахи рядом со своим именем. Почти полтора века церковь, заложенная испанскими монахами, то перестраивалась, то разрушалась, пока перед Второй мировой войной была воздвигнута в неоготическом стиле. В шестидесятые ее еще раз реставрировали. Нам она показалась самой нарядной. Трехъярусный белоснежный фасад, портик в готическом стиле, большие арочные окна и две голубые колокольни по бокам превращают церковь в некое облако на пригорке. Интерьер просто воздушный - коричневые скамейки вдоль всего зала, высоченные не расписанные потолки, скромный бледно-голубой алтарь и очень много света. Захотелось послушать, как проходит служба при свечах, но не получилось. Говорят, что сюда привезли уникальный колокол из одной из разрушенных церквей Себу. Его имя связано с Иоанном Крестителем, которое очень почитается на Бохоле.

Хетафе - самый северный городок острова. Неподалеку в море десяток маленьких островов и рифы, что делает места привлекательными для туристов, но не для судов. Интересно, что первоначально город назывался Амбакон, но был переименован и поныне носит имя одного из пригородов Мадрида. Кстати, испанский футбольный клуб Хетафе гораздо известнее в Европе, чем городок на Бахоле. А зря. Еще один сюрприз поджидал нас в виде церкви Святого Младенца. Ее современный облик абсолютно не похож ни на одну из тридцати двух церквей острова. Нежно-персиковый треугольный фасад с красной пирамидальной крышей по центру над колокольней. В нише над входом статуя Богоматери. По бокам большие тенистые навесы. Глядя на Santo Niño, испытываешь какое-то радостное чувство. Не то, чтобы хотелось приплясывать, но настроение поднимается. Никакой помпезности или аскетизма. Интерьер тоже очень скромны.

Ехать по шоссе вдоль южного берега Бахола хочется очень медленно. Таких белоснежных пляжей мы не видели нигде. Все рекламы с пальмами и закатами над белом песком снимают здесь. Не случайно испанцы, англичане и американцы так яростно завоевывали эти острова. Все тут необычно. Церковь городке с названием Дуэро тоже стала сюрпризом. Портик с четырьмя квадратными колоннами и пирамидальная крыша с огромным барельефом на библейскую тему. Современная колокольня слева, явно недавно ремонтировалась, но крест на вершине так и остался покосившимся в сторону. Перед фасадом среди зелени беседка. Интерьер с резьбой по дереву выглядит очень интересно, но явно реставрировался. Очевидно, не случайно городок носит тоже имя, что и бурная река в северной Испании. Тайфуны тут не редкость.

Особое место занимает церковь Непорочного Зачатия Девы Марии (если я правильно перевел) в Баклайоне. Они считается самой старой на Филиппинах. После подписания кровного союза между испанцами и островитянами в 1595 году, двое миссионеров Хуан де Торрес и Габриэль Санчес пытались построить здесь хотя бы маленькую церковь из бамбука и соломы. Однако из-за постоянной угрозы нападения, они вынуждены были уйти в центр Бохола, в городок со странным названием для русского человека - Лобок. Так же называется и река в том районе. До сих пор не умолкают споры о том, когда же началось строительство первой церкви в Баклайоне. Основная гипотеза гласит, что это было в 1717 году.

Внешний вид здания мрачноватый - серый камень, покрытый темной плесенью. Портик в три простых арки, узкие окна, треугольная крыша. Справа трехъярусная колокольня еще более удручающего вида. Неподалеку расположен старый женский монастырь. Когда-то в самой церкви держали пленников, тех, кто не особо радел католической вере. Сюрпризом стал интерьер. Войдя внутрь, мы ощутили удивительную легкость. Это, как говорят у нас - намоленное место. Захотелось сесть на старые деревянные скамейки и помолчать, впитывая какую-то благодать. На душе стало спокойно и хорошо. Осматриваемся по сторонам. Старые каменные стены покрыты зеленым налетом. Скрипучая винтовая лесенка на деревянную кафедру. Потрясающий алтарь резного дерева, статуя Спасителя и девы Марии из кости, вышитые золотой нитью старинные ткани, свисающие люстры с завитушками. Очень необычный пол - деревянные квадраты из темного и светлого дерева. Похоже, им три сотни лет. Тяжелые прямоугольные колонны с зеленоватой плесенью подпирают незатейливый свод.

Более всего поражает свет внутри церкви. Большие яркие витражи из старого толстого цветного стекла, кое где прикрыты ставнями. Из круглых окон сверху льется яркий белый свет. Почему-то их сочетание действует успокаивающе, даже убаюкивает. Поблуждав немного в переплетении этих лучей, сажусь на скамейку и прикрываю глаза. Пока Лу занята съемкой, наслаждаюсь покоем. В голове начинают звучат строки, которые позже так и легли на бумагу.


За скрипучей, замшелой калиткой

Серый дворик с безликой стеной,

Весь потертою вымощен плиткой,

И ступенька за дверью резной.


В старом храме иконы и ладан,

У распятья дрожит огонек,

На холстах сцены рая и ада,

И латиницей несколько строк.


Тишина да негромкое эхо

Сторожат меж скамеек покой.

Чуждый мир и язык не помеха,

Толстых стен лишь касаюсь рукой.


Витражи шепчут радужным светом,

В окна хлещет расплавленный зной.

Светлых душ, что живут по заветам,

Здесь обитель. И храм здесь благой.


Баклайон, Бахол, Филиппины 2010.