# Двадцать пятое

Александр Георгиевич Асмолов

На лестничной площадке у лифта было оживленно. Веселая компания с лыжами, санками и надувными пампушками буквально вывалилась из небольшой кабинки. Едва проскользнув между закрывающимися дверками внутрь лифта, натолкнулся на серьезный женский взгляд. Единственная молодая женщина изучающе смотрела в упор. Стало неловко.

─ Я прокачусь с вами до шестого... ─ неуверенно промямлил я, нажав кнопку с номером шесть рядом с подсвеченной десяткой.

Она не ответила, но не стала демонстративно кутаться в большой воротник белой меховой куртки, чтобы отстраниться от незнакомца.

─ Ничего, что я без билета? ─ неожиданно для себя самого ляпнул я первое, что пришло в голову. И тут же мне показалось, что там прозвучало:

─ Я не контроллер, ─ но лицо незнакомки не выражало никаких эмоций.

─ Оформлять не будем?

Она промолчала, и мне пришлось продолжать самому.

─ Ну... Сегодня же праздник.

─ Какой же? ─ строго подведенные брови чуть приподнялись.

─ Двадцать пятое... Татьянин День.

Чувственные губы едва тронула улыбка.

─ Наверное вы были отличницей в институте и ночные бдения в студенческом общежитии обошли стороной?

─ Я жила у тётушки на Воробьевых горах неподалёку от МГУ.

─ Света из университета, ─ промелькнула в меня в голове старая студенческая дразнилка.

─ У меня другое имя...

Это было сказано снисходительно. Эдаким вежливым отказом в знакомстве, что лишь подзадорило меня.

─ А как же гадания и просьбы к заступнице Татьяне от грешной души перед экзаменом?

Она лишь чуть притронулась щекой к мягкому воротнику своей куртки, словно давала понять, что в заступниках не нуждалась.

─ Вы же неверующий...

─ Ну, да... Вырос в стране атеистов и пионеров... Но любил послушать орган в храме.

─ Католик?

─ Нет, просто попал однажды на службу и это произвело впечатление. А однажды...

Я осёкся, вдруг поймав себя на мысли, что хотел рассказать одну интересную историю из своей непутёвой жизни, но незнакомка с интересом смотрела на меня, ожидая продолжения. И тут "Остапа понесло"...

─ У нас у группе был Игорь, который однажды в горячем споре едва не выкрикнул мне в лицо, что безбожникам не место в науке. Ну, я за словом в карман никогда не заглядывал, и ляпнул, что готов хоть завтра креститься, да не у кого...

Моя слушательница заинтересовалась, ожидая продолжения.

─ Игорь оказался Изей, и выложил, что у него родственники в Иерусалиме, и могут организовать нам поездку к границе с Иорданией по той самой реке... Где Христа крестили... Мы как раз летнюю сессию сдали и готовы были рискнуть.

Заинтригованный взгляд незнакомки не отпускал меня.

─ Через пару недель мы уже были на Святой земле. Вместе с билетами у наглецов было согласие от какого-то местного батюшки, что он готов нас крестить в Иордане... Теперь я бы и не подумал о том, что такое возможно, но заступница Татьяна помогла.

Незнакомка улыбнулась и укоризненно покачала головой.

─ Да, правда... Фотки остались... Вот те крест! - неожиданно выпалил я как самый веский аргумент.

─ Ты же не носишь крестик.

Это было правдой, но как она узнала? Я стал оправдываться.

─ Надевал перед экзаменами... На собеседование... Когда невесте делал предложение в храме... Когда деда отпевали...

У неё неожиданно заблестели глаза, словно я чем-то обидел незнакомку, и мне стало не по себе.

─ Мы втроем поехали - я, Колька и Серега... В одной комнате общаги студгородка пять лет прожили. Сдружились...

Она внимательно смотрела мне в глаза, будто хотела всё там увидеть.

─ У того места на берегу Иордана, где Иоан Христа крестил. Что-то вроде монастыре или гостиницы для паломников. Стена длинная метра два высотой, вся в мозаике... Библейские истории разные... Хотя мне запомнилось одно изображение Христа в японском понимании... Это было так неожиданно после наших икон... Но тогда я понял одно, что он один во всех своих святых ликах... для каждого.

Её глаза опять отчего-то заблестели, я а, как на духу, признался.

─ Правда, со мной конфуз лучился во время крещения... Стоим мы втроем на бережку небольшой речушки... Метром двадцать шириной... берега поросли какими-то кустами, невысокими деревьями... Дно илистое и сомы огромные у берега плавают. Ручные просто...

Незнакомка чуть улыбнулась моим мальчишеским восторгам, но не прерывала.

─ И вот захожу я в воду в такой длинной белой рубахе по колено. Батюшка какую-то молитву читает. Чудно всё. А сомы у самых ног вьются, что котята ласковые. Завел меня батюшка поглубже. Так, по грудь примерно, и спрашивает

─ Веришь, отрок в пришествие Христа?

А я возьми и ляпни...

─ А что должен?

Он обиделся, да как макнёт меня с головой. Здоровенный такой детина. Я в его ручищах, как щенок мокрый... Трижды... И все приговаривает что-то, а я не слышу под водой. Вытащит меня, чтобы вдохнул и опять макает...

Незнакомка наконец улыбнулась.

─ Тот крестик у меня в шкатулке лежит... Серебряный... На простой ниточке... Берегу... Иногда надеваю... Если на душе тяжело... Правда...

Она понимающе кивнула...

─ Выходите? ─ на меня вопросительно смотрел соседский паренёк с санками.

─ Шестой? ─ я недоверчиво оглянулся.

В лифте никого не было, но мне показалось, что запах знакомых духов там остался.