# Игра под названием жизнь

Александр Георгиевич Асмолов

Мягкий аромат кофе, смешанный с соленым запахом океана медленно проникал в сонное сознание. Шум прибоя и веселые голоса купающихся на пляже заставил приоткрыть глаза. Лиза оглянулась. Иван сидел в плетёном кресле с маленькой чашкой в руках. Он услышал, что она проснулась и, наклонившись, нежно поцеловал в щеку.

- Привет, соня. Кофе хочешь?

- Потом. А который час?

- Скоро пять

- Я так все на свете просплю

Лиза приподнялась на локте и посмотрела с лоджии вниз. Длинный пляж был заполнен разомлевшими на солнце телами. Детвора копошилась в песке, кто-то плавал среди неторопливых волн, а под длинными рядами разноцветных зонтиков расположились более степенные отдыхающие. Был самый разгар дня. Лишь прохладный ветерок и близость воды спасали от жары. Хотя многие в это время предпочитают дремать в прохладе кондиционера, но те, кто приехал покупаться, ни на миг не покидают пляж.

- Хорошо, что у нас такой тент, а то бы я уже обгорела

- За пару дней привыкнем. Там есть защитный крем. Принести?

- Да. И если не трудно, захвати мне сок

Иван вернулся с высоким стаканом. Было видно, как по его тонким запотелым стенкам стекают капельки, оставляя нервный след.

- Мм. Какая прелесть. Умираю, хочу пить

- Что это с вами, девушка

- И он ещё спрашивает. Мне кажется, я похожа на того волка из мультика, когда он на свадьбе погулял. Вот буду лежать и стонать

- Еще соку принести?

Лиза молча посмотрела на Ивана. Похоже, она спрашивала себя, как долго он сможет быть таким предупредительным и нежным. Так часто она слышала от подруг, что мужчины быстро меняются в отношении к своим женщинам, стоит им только почувствовать, что период ухаживания пройден. Впрочем, и в отношениях среди её многочисленной родни супруги обычно поддерживают ровные взаимоотношения, порой переходящие в привычную перепалку. Почему так быстро романтический период сменяется обыденной жизнью, где все происходит по привычке. Работа, семейный ужин, редкие встречи с друзьями или родственниками. Она как-то была свидетелем семейной ссоры своей тетки с мужем. Они наперебой обвиняли друг друга, и спрашивали, куда девалась та юная ласковая девушка и тот обходительный принц. Действительно, куда? Оба они давно превратились в супругов без возраста и особенностей, каких полно на улице. Как называется тот песок жизни, что безжалостно поглощает пылкие чувства и поступки, заметая все ровным слоем безразличия, оставляя лысеющих и толстеющих супругов наедине с собой. Странно, только одинокие люди старательно поддерживают свой имидж, следят за внешностью и одеждой, ходят в театры и читают книги. Неужели семейное счастье состоит только в заботе о детях и привычке к супругу. Возможно, поэтому её тетушки так ревностно берегут загородный дом, доставшийся в наследство от деда. Все выходные и праздники их семьи собираются под его огромной крышей, и это наполняет душевным теплом каждого.

- Ты мне иногда напоминаешь шахматиста, который не смог выиграть свою партию, и теперь пытается найти правильное решение -

Иван протянул Лизе ещё один стакан с соком, настороженно вглядываясь в её задумчивые глаза.

- Слушай, а это, правда?

- Что именно?

- Ну, про Антонио, про Валороссо?

- Ты думаешь, я тебе морочу голову

- Не то чтобы очень, но звучит, как средневековый роман

- Ты права. Если в это не верить, то выглядит как старое кино

- Ванечка, я не хотела тебя обидеть.

- Пей свой сок, но береги горло

- А ты меня познакомишь с Антонио

- О, девушка, да вы азартны

- Вовсе нет, но ты меня так заинтриговал

- Не знаю. Посмотрим. Давай-ка я тебя кремом намажу

Лиза демонстративно откинула легкую простынь, закрывавшую стройное тело. После ванной она так и не надела купальник, и теперь, засмущавшись, мельком оглянулась. Убедившись, что посторонним эта картина недоступна, она прикрыла глаза и медленно откинулась на спинку плетенного шезлонга.

Было приятно ощущать нежные прикосновения сильных рук. Сначала робко, а потом всё смелее они покрывали её тело приятным кремом. Она едва вздрогнула, когда руки остановились, а теплые мягкие губы коснулись её груди. Язык щекотал маленький упругий сосок, который непослушно торчал в сторону и не поддавался ни каким ласкам. Руки осторожно прошли по загорелому животу и спустились к бедрам. Медленными кругами они приближались к холмику, покрытому светлыми едва заметными завитушками.

- Эй, я там не загораю.

- И это заметно.

Было видно, что мышцы ног недавно были отлично тренированы. Сейчас их очертания стали более плавными, но чувствовалось, что за ними тщательно следят.

- Я помню, ты рассказывала, как занималась гимнастикой, а сейчас бегаешь по утрам или это велосипед.

- Нет, нам фирма оплачивает абонемент на корты. Правда, я не столько играю в теннис, сколько бегаю за мячиком.

- И результат просто отличный. Переворачиваемся.

Иван с удовольствием касался упругой кожи, растирая крем. Потом стал всё сильнее массировать мышцы спины. Лиза расслабилась, и мягкие волны стали прокатываться сверху вниз, меняя то способ воздействия, то форму движения.

- Как приятно. Я даже не помню, чтобы кто-то мне так массаж делал -

- А я никому и не разрешаю -

- Тогда я назначаю тебя личным массажистом -

- С удовольствием, моя госпожа -

Волны похлопывания, пощипывания, надавливания стали прокатываться от упругой попки до самых пяток и обратно. Лиза с наслаждением прислушивалась к прикосновениям, и казалась, видела их с закрытыми глазами. Сильные пальцы теребили разогретые мышцы, заставляя их отзываться на каждое движение. Закончилось всё нежным поглаживанием и шутливым хлопком по попке. Иван накрыл её полотенцем, и строгим тоном приказал:

- Пять минут лежать

- Если скажешь, что ты не профессиональный массажист-соблазнитель, я тебе не поверю

- Просто я немного знаком с этим

- Понятно, понятно ...

- В спортивной школе был курс массажа, вот что-то запомнилось

- Слушай, а руки сильно устают?

- Зависит от мышц

- Я бы, наверное, не смогла. А уж старику какому-нибудь тем более

- Ну, это как для врача - есть пациент, а не человек

Лиза поймала себя на мысли, что ей было бы не приятно, чтобы Иван кому-нибудь делал массаж. Эта мысль насторожила её, она всё сильнее привязывалась к Ивану. Не потому, что он был плохим человеком. Нет. Скорее всего, у неё ещё не было столь серьёзных отношений ни с кем, и появляющееся чувство зависимости, какой-то несвободы было непривычно. Она всегда была очень самостоятельным человеком, и привыкла сама принимать решения. Теперь же все чаще она стала соизмерять их с Иваном. Он не был для неё парнем с дискотеки, с которым можно поболтать по телефону в свободное время, сходить в кино или отказаться. Он становился её частью, заполняя собой её внутренний мир. Возможно, именно это и тревожило её, хотя ей нравилось чувствовать его рядом, ощущать его заботу, слушать его, или, даже, просто знать, что он рядом.

Её мысли прервались. Это Иван присел на корточки около шезлонга и ласково гладил её волосы. Он приблизился к её уху и заурчал, как котенок. В этой шутке было столько нежности, что она обняла его и тихо поцеловала в знак благодарности.

- Спасибо, милый. Мне так хорошо сегодня, но я какая-то сонная. То ли перелет еще сказывается, то ли твой Валороссо так действует на меня -

- Это поправимо. Давай зайдем в какой-нибудь бар -

- Думаешь? -

- Уверен -

Иван подхватил её на руки, и понес в комнату, прижимая к себе. Полотенце начало сползать, и Лиза успела поймать лишь его край, прикрывая бедра.

- Я бы пошел с тобой именно так, но, боюсь, нам не дадут прохода -

- А ты отпустишь меня? - Лиза обняла его за шею и заглянула в глаза

- Никогда -

- Не отпускай меня, пожалуйста -

Их долгий поцелуй посредине комнаты далеко-далеко от заснеженной России надолго остался в памяти. Оба потом так и не смогли объяснить себе этого. Он не был страстным или очень нежным, он был удивительно искренним, доверчивым. Так почему-то бывает в нашей жизни, что однажды мы решаемся открыть избраннику свой мир, мы верим, что именно ему это можно сделать. Трудно сказать, на чем основывается эта вера, скорее, мы просто хотим сделать это. И дай Бог, чтобы эта вера была взаимной.

- Как ты думаешь, что мне одеть?

- Черные шаровары, тюрбан и чадру.

- Ну, я серьезно.

- Там жарко.

- Мы собираемся в бар или нет.

- Лиза, на Тенерифе не ходят в костюмах и галстуках. Если захочешь надеть вечернее платье, то это только ночью, да и то - ресторан соответствующий нужно найти.

Уже через пять минут серебристая "AUDI" бесшумно покатилась по узкой дорожке между плотно припаркованными машинами на стоянке отеля. Солнце пригревало, но изнуряющей жары не было. Они плавно влились в неторопливый поток машин, скользящий по миниатюрным улочкам. Хотя Рождество уже прошло, то и дело попадались поздравительные плакаты и украшения. Многочисленные кафе и ресторанчики были увешаны новогодними игрушками и ленточками.

- Никогда не встречала Новый год без снега.

- И в шортах.

- Слушай, так завтра - Новый год.

- Завтра.

- А где мы будем его встречать?

- Можно выбрать ресторан, но лучше - на улице. Рождество они встречают дома, а Новый год - огромной толпой на улице. Будет маскарад, танцы, стрельба, будет шумно и весело.

- Здорово. Хочу.

- А ещё рекламка предлагает рыбацкую деревню, рыцарский замок, ресторан на вулкане, яхту в океане, с туземцами у костра...

- Заверните все, пожалуйста.

- Отдельно или в один пакет.

- Отдельно. Я потом буду доставать по одному, чтобы хватило до следующего Нового года.

- Мне нравиться ваша скромность, девушка.

Машины медленно двигались по крохотному городу, останавливаясь на многочисленных светофорах. Это позволяло Ивану то и дело оборачиваться к спутнице на переднем сиденье. Её милое лицо то и дело озарялось очаровательной улыбкой. Она умела быть счастливой. Есть люди, обладающие таким беспричинным и заразительным смехом, что рядом невозможно оставаться равнодушным. Попадаются пессимисты, постоянное брюзжание которых угнетает даже кактусы на подоконниках. Лиза же была из той немногочисленной касты, чьи лица отмечены Создателем счастливым знаком. Это не было связано с национальностью или возрастом. Глядя на её счастливую улыбку, прохожие провожали её взглядом, жадно впитывая ощущение радости и любви, в которой она пребывала. Так в Индии существует примета - встретив физически красивого и здорового человека, можно прикоснуться к нему, чтобы взять частичку его здоровья себе. Наверное подобное желание возникало у тех, кто видел сейчас счастливое лицо Лизы. Её руки лежали на дверце кабриолета и кожаном сиденье, как бы открывая объятья навстречу ветру, который нашептывал о предстоящем празднике в загадочной стране, таящей сладкие сказки востока, авантюризм джентльменов удачи и легенды древней Африки.

- Если бы я был жрецом в древнем храме, я бы избрал тебя символом любви, вознес на трон и поклонялся бы как божеству.

- Куда же делся шахматист?

- Он остался в гостинице решать свою задачку.

- Бедненький.

- Напротив, ему не нужна суета. Он живет только своей игрой.

- И тебе его нисколечко не жалко.

- Ладно, давай вернемся и возьмем его с собой. Правда, у нас машина только на двоих.

- А я сейчас в баре выпью шампанского и как разгуляюсь... Куда ты денешь эту девицу. В шкаф запрешь?

- Простите великодушно, а она на столе будет танцевать?

- И не только на столе.

- Тогда оставим их вдвоём с шахматистом, им будет, о чем поговорить.

- Ванечка, не отвлекайся. Мне кажется, они прямо под колеса прыгают.

- Не бойся, "ТТ-шка" сидит очень низко, с такими животами они не проскочат под неё.

Развеселая компания, не глядя по сторонам, переходила улицу, направляясь к входу маленького ресторана. Они обнимались с веселыми выкриками, приветствовали прохожих и водителей, пританцовывали на ходу, от чего по тучным телесам катились подрагивающие волны. Водители терпеливо стояли, пропуская их и не выражая ни малейшего недовольства. Было видно, как один из компании подбежал в глубине зала к автомату с караоке, и уже через мгновенье не очень дружный хор вовсю распевал популярную песенку.

- Похоже, немцы. Дома они себе такое вряд ли позволят, а тут отрываются по полной программе.

- А ты ворчун, оказывается.

- Извини. Я ща тоже как спою.

- Было бы здорово.

- Я пошутил.

- Нет, нет, нет. Обещал, так пой.

- Лиз, да я не умею. Что ты...

- Неужели ты в состоянии отказать девушке в такой малости.

- Нет, можешь просить что хочешь. Только я боюсь, что ты разочаруешься во мне.

- А ты не разочаровывай.

Иван лихо припарковал машину задним ходом в узкий просвет между автомашин, стоящих у ресторанчика. Места было так мало, что дверцы невозможно было открыть. Он выпрыгнул из кабриолета и, подхватив Лизу на руки, понес её в ресторан. Позади кто-то робко зааплодировал. Лиза не оборачиваясь, приветливо помахала рукой. Это привлекло внимание к молодой паре, и уже под аплодисменты Иван внес смущенную Лизу в прохладный зал небольшого ресторана. Они шутливо раскланялись, и сели за маленький столик на двоих недалеко от круглой сцены, где, обнявшись, хор разгоряченных "слонят" отплясывал в такт веселой песенки. Чернокожий официант в форме, чем-то напоминавшей Санта Клауса, зажег настольную лампу и предложил меню.

- Я надеюсь, твой испанский не даст нам умереть с голоду - пошутил Иван, открывая солидную папку меню в кожаном переплете.

- А ты пока выбирай себе песню, есть диски караоке и на русском - Лиза показала на толстый вкладыш со списком - тут написано, что можно попросить официанта и он поставит выбранную песню в очередь.

Они обсуждали впечатления о своих коктейлях, когда сцена опустела, и кто-то объявил по-английски номер их столика. В динамиках зазвучали дежурные аплодисменты. Девчушка в короткой юбчонке, очень отдаленно напоминающую нашу снегурочку, потащила Ивана на сцену. Вручив ему микрофон, она показала на экран, где появились первые строчки текста. Иван повернулся к нему спиной, и, глядя только на Лизу, запел старинный русский романс. Шум в зале затих. Видно было, что многих тронула лиричная мелодия, и то, как Иван держится на сцене. Уже после первого куплета Лиза подошла к Ивану и подхватила вторым голосом. Обнявшись, они стояли у микрофона и так душевно пели, что в зале воцарилась полная тишина. Когда же прозвучал последний аккорд, их наградили долгими аплодисментами.

- Я даже не представляла, что ты знаешь этот романс. И поешь здорово.

- А ещё я крестиком вышивать могу.

- Нет, правда, очень здорово. Ладно, я в музыкалку ходила, а ты то как. Все спортсмен, да спортсмен...

- Не все спортсмены тупые, Лиза.

- Ты меня удивил. Честно. А вообще, спасибо, мне очень понравилось.

В это время к их столику подошел официант. Одной рукой он поправил невидимую складку на скатерти, в другой держал поднос, на котором красовалось ведерко со льдом, откуда выглядывало горлышко бутылки, обернутое темной фольгой. Поклонившись Ивану, он заговорил с Лизой по-испански, всем своим видом показывая, что ему приятно говорить с иностранкой на своём родном языке. Лиза вопросительно посмотрела на Ивана.

- Он говорит, что ты так поразил одного господина, что тот просит принять от него в подарок бутылку шампанского. И спрашивает, откуда мы.

- Ну, я думаю, что господина поразила ты. Я просто рядом стоял. А шампанское мы примем при условии, если он его с нами выпьет.

Официант отправился в другой конец зала с ответом, и скоро вернулся со стулом в руках.

- Это господин Виторио из Палермо. Он приносит свои извинения, если побеспокоил нас, но ему очень понравилась наша песня - растерянно перевела Лиза.

- Скажи ему, что нам приятна столь высокая оценка, тем более что Италия всегда славилась лучшими голосами. Предлагаю тост за наше знакомство.

Пока официант наполнял бокалы, мужчины обменялись рукопожатиями и назвали свои имена. Виторио галантно поцеловал руку Лизы и почти не сводил с неё глаз.

- Жаль, что он не говорит по-английски. Теперь одна надежда на тебя. Переведи ему, что у тебя сегодня было предчувствие встречи, и ты даже хотела надеть вечернее платье. А я, к сожалению, тебя отговорил.

- Предчувствия, положим, не было, а вот руку мне в такой легкомысленной футболке ещё никто не целовал.

- Это поправимо. Но ты переведи, порадуй нашего гостя.

- Кстати, ты зря иронизируешь. Он спрашивает, если у нас ещё нет планов на счет сегодняшнего вечера, то он ждет нас на яхте "Афродита" в вечерних костюмах.

- Ну, это ты решаешь. Я готов тебя сопровождать. Только вот, скажи ему, что смокинга у меня нет.

- Он говорит, что строгого этикета не будет, достаточно прийти не в шортах или купальных костюмах. После десяти вечера будет прогулка по океану часа на два-три. Слушай, а ты это серьезно?

- Отказаться всегда можно. Переведи ему, что если мы на "Афродиту" до десяти не придем, то у нас задержали важные дела.

- Ну, ты и дипломат.

- Или аферист.

Ослепительная улыбка Лизы могла очаровать кого угодно, и у Виторио было немало поводов для комплиментов. Ах, молодость, ты так богата случайностями, нужно только смелее смотреть в твои лукавые глаза, где мелькают искорки неожиданных встреч и разлук. Выбирая их, мы верим в то, что сами вершим свою судьбу, не задумываясь над тем, у кого в руках колода карт в удивительной игре под названием жизнь.