# Хэй!

Александр Георгиевич Асмолов

Ночные огни Манилы трудно спутать с иллюминацией Давао или Себу. Примкнувшие к столице Кесон-Сити, Калукан, Пасиг и прочие города, образовали огромную конурбацию*** на берегу Манильского залива, которая, словно гигантский маяк, издалека видна снующим в ночи яхтам и самолетам. После недолгого пребывания в Большой Маниле вы без труда узнаете по цепочкам ярких огней променад набережной, контуры средневековых стен форта Бонифаско, подсвеченный кафедральный собор, темный изгиб реки Пасинг, где ютятся бесчисленные лачуги бедняков, крикливые рекламы отелей в районе Эрмит или не спящие по ночам небоскребы делового Макати. Все перемешано, как на восточном базаре, где главенствует традиция, а не здравый смысл. Ночная Манила завораживает, словно нескончаемый фейерверк в кромешной темноте. Переводя взгляд с одного яркого островка на другой, зритель теряется в дебрях разнообразных стилей и форм. С тайной горестью он осознает, что даже краешек этого пышного пирога мудрено надкусить за то время, что отпущено ему судьбой в этой удивительной стране, лежащей в нескольких сотнях километров от экватора.

Неуемная жажда приключений выманит любого из его уютного отеля на просторы ночной Манилы. Дышащая тропическим зноем и дразнящая соблазнами, столица Филиппин под покровом темноты становится центром неизведанных наслаждений. Они на каждом шагу. Экзотические запахи всевозможных ресторанов и кафе, полуобнаженные тела у дверей клубов и дансингов, пестрящие этикетками брустверы баров, отгораживают посетителей от всего трезвого мира. Все так доступно, только выбирай. Но когда организм устанет от кокосового пива, пальмового вина или местного рома, насытится хрустящей корочкой жаренного поросенка и блюдами из всевозможных обитателей морских глубин, а затуманенное сознание потеряется в догадках на шоу трансвеститов, вернуть к жизни обессиленных путешественников сможет только представление национальной танцевальной группы. Об этом знают все экскурсоводы и умело используют последний шанс, чтобы не потерять своих туристов, изможденных собственными открытиями неизведанной страны.

Опровергая утверждения преподавателей народного танца в современных университетах культуры Урюпинска и Гадюкино, которые вдалбливают свои слушателям, что национальные танцы аборигенов тропических стран медлительны и плавны из-за жаркого климата, филиппинские народные танцы поражают своим темпераментом. Что там гопак или кадриль, ча-ча-ча или джайв, даже виртуозные ирландские танцы блекнут перед экспрессией и дерзостью филиппинцев. Веками этот перекресток морских путей накапливал в себе черты сумасшедшей джиги, знойного хабанера и арабского танца живота. Конечно, для разномастных туристов все танцевальные группы столичных ресторанов готовят современную программу, скорее напоминающую меню Макдональдс, простенькие блюда которого востребованы в любой стране. Достаточно только откинуться на спинку кресла и помолчать.

На небольшой сцене ресторанчика под незамысловатую мелодию инструмента, напоминающего ксилофон, пары каких-то щипковых и барабана десяток невысоких стройных танцоров работает весь вечер. Это не концерт, а, скорее, действо с участием посетителей, потому что, добрая половина номеров заканчивается тем, что нарядные артисты вытаскивают на сцену подвыпившего клиента и раскручивают его на танец. Смельчаку быстро надевают венок, ожерелье из ярких цветов или вручают пару больших вееров. Новоиспеченный "народный" исполнитель босиком, как и все на сцене, под дружные аплодисменты и одобрительные возгласы зрителей и участников группы начинает разучивать пару движений. По мере их освоения, ритм танца возрастает, и вот уже пот катится градом по сосредоточенному лицу "солиста". Вокруг него увивается хоровод всей труппы, создавая иллюзию легкости и самого танца, и его изучения.

Это так подкупает зрителей, что на следующий танец уже отбоя нет от желающих. Ведущий выбирает кого-то покрупнее, и его уводят за кулисы. Благо, в ресторанах нет жестких требований к одежде, и через минуту богатырь появляется на сцене в одной юбчонке из длинной травы. Среди гибких стройных островитян его грузная фигура с большим животом, волосатой грудью и толстыми ногами с огромными голыми пятками выглядит уморительно. Кто-то даже включает видеокамеру. Публика аплодирует, но новичку не дают расслабиться. Его берут за руки красотки из труппы, облаченные в такие же легкие одежды, и начинают плавные движения бедрами. Это так эротично, что "солист" пытается повторять. Танцоры делают вид, что в восторге от нового коллеги, а публика ликует абсолютно искренне. Через пару минут живот, напоминающий инструмент главного калибра сводного оркестра японских барабанщиков, начинает совершать такие замысловатые движения, что резинка пышной юбчонки из травы не выдерживает. Дальнейшее событие сразило бы наповал всех зрителей, но помощь рядом. Молниеносные движения ловких рук танцовщиц успевают спасти положение. Впрочем, "солист" так увлечен сладострастным движением изящных, едва прикрытых травинкам бедер, увивающихся около него шоколадных тел, что не замечает подвоха. Коварная публика, в надежде, что резинка все-таки капитулирует, неистово подбадривает и без того запыхавшегося мамонтенка в юбчонке.

Ритм ускоряется. На авансцену откуда-то выскальзывает босоногая красотка с такими соблазнительными формами, что скорее похожа на стриптизершу из Лас-Вегаса, чем островитянку. Ее костюмчик из длинной травы не в силах скрыть то, что так неистово рвется наружу. Со всех сторон сверкают фотовспышки. Наверное хореограф труппы слегка отступил от национальных канонов, смело трактуя некоторые движения, и у соблазнительницы получается просто завораживающий танец живота. Мужская половина зрителей напрягается и застывает на месте, напоминая тигра в зарослях, готового к прыжку. Они даже не замечают тумаков от своих спутниц, которые ревностно пытаются охранять собственность. Но куда там... Труднее всего приходится "солисту". Перед ним на расстоянии вытянутой руки плещется море соблазна, не просто обдавая брызгами, а накрывая волнами с головой. Бедолага бросает в бой последние резервы и начинает так стараться, что о коварной резинке на юбчонке задумываются все окружающие. Положение спасает соблазнительница. Звучит короткое "Хэй", и в эффектном па она обрывает танец, следом останавливается музыка и вся труппа. Только длинные травинки непослушных юбчонок еще колеблются, обнажая шоколадные бедра, да слышно тяжелое дыхание "солиста" и сопение "тигров", так и не покинувших засаду.

Чтобы дать зрителям отдохнуть и обсудить увиденное, на сцену выпускают толстенького танцора с деревянным мечом. Его одежда из какой-то тонкой полупрозрачной ткани и забавная шапочка, возможно, и символизирует местного война, но в глазах приезжих все выглядит нелепо. Должно быть, это самый солидный из танцевальной труппы или, даже, ее руководитель, но его облик никак не сочетается с образом война. Заметно, что вояка на сцене старается придать значимость своим коротким шажкам и плавным движениям деревянной палочки в пухлой ручонке. Впрочем, внимание зрителей сосредоточено на вернувшемуся к столу недавнему "солисту". Он герой вечера. Над ним подшучивают, показывая экраны мобильных телефонов, где запечатлены захватывающие моменты дебюта с островитянками.

Очевидно, реакция зрителей так предсказуема, что следующий номер на сцене вновь заставляет притихнуть посетителей ресторанчика. На этот раз действо напоминает девчонок со скакалкой во дворе. Только вместо вращающейся веревки юноши, разбившись подвое, постукивают о пол парами бамбуковых шестов, на третий счет сводя их вместе. Ритм чем-то напоминает хит Меркури конца семидесятых годов. Девчушки, а иначе невысоких стройных танцовщиц трудно назвать, переступают босиком, не давая себя задеть бамбуковыми шестами. Едва зритель понял смысл происходящего, темп ускоряется. Появляется еще одна пара бамбуковых шестов, а перешагивание перерастает в танец. Участники разбиваются на пары и с визгом выскакивают на середину сцены, высоко подбрасывая коленки. Вниз никто не смотрит. Под босыми ступнями, словно кнуты, щелкают бамбуковые жерди. Лица танцоров обращены друг к другу. Музыки нет, только ускоряющийся ритм ударов и девичий визг. Гид поясняет, что это тиниклинг, и так кричит птица с похожим названием. Наверное, она должна быть похожа на цаплю.

Тем временем, пары бамбуковых шестов развернули перпендикулярно, так, что в центре они образуют квадрат с полметра шириной. Танцорам приходится нелегко. Теперь, словно двери метро, под ними схлопываются жерди, движущиеся в разных направлениях. Но ни одного взгляда вниз, все на слух. По выражению лиц и блеску в глазах видно, что танцоров охватывает кураж. Темп опять ускоряется. Словно барабаны рокочут удары бамбуковых шестов. Девушки и парни в упор смотрят друг на друга. Дерзко. Вызывающе. Кто кого перетанцует. Среди зрителей воцаряется тишина. Они не могут оторваться от этих мелькающих коленок и ступней. Когда же наступит предел?

Короткое звонкое "Хэй!" заставляет умолкнуть бамбуковые барабаны.


Мне припомнился этот зычный возглас много лет спустя, когда мы с Лу ехали на вечерний прием губернатора Себу. В машине журчал кондиционер и негромкая музыка, а водитель что-то мурлыкал себе под нос. Неожиданно зазвучала мелодия, очень напоминавшая тот танец в ресторане. Я стал прислушиваться. Когда же в финале грянуло звонкое "Хэй", а наш водитель легонько стукнул по рулю и синхронно выкрикнул "Хэй", сомнения рассеялись. Это был несомненно знак - что-то должно произойти этим вечером.


Надо сказать, что филиппинцы удивительно мелодичный народ. У многих хорошие голоса, и поют они постоянно. По радио и телевиденью гораздо чаще звучат перепевки хитов, чем сами оригиналы. Очень много баров с караоке, а на пляжах они хором распевают популярные некогда песни от Мадонны до Леди Гага. После смерти Майкла Джексона сайт любительского видео YouTube.com был забит копиями клипа, снятого в тюрьме Себу на один из хитов короля поп музыки. Полторы тысячи зэков в оранжевых комбинезонах с огромной буквой "Р" на спине синхронно копировали движения Джексона под руководством его хореографа. Причем, это было не первое тюремное видео. Один из клипов на свой хит, снятый ранее в том же исправительном заведении, сам Майкл посмотрел и сразу же одобрил. Еще раньше в той же тюрьме был снят клип на популярную некогда песню из фильма "Миллионер из трущоб". Такое возможно только в Себу.

Здесь, в конце каждого января, проводятся танцевальные фестивали, цель которых не столько участие мастеров, сколько танцы на улицах, когда случайные пары обязаны познакомиться с тем, чтобы в будущем они, может быть, смогли бы продлить свои отношения. Скорее всего, эта традиция зародилась после принятия христианства на атолле. Подавляющее большинство филиппинцев католики, и развестись им практически невозможно. Только очень богатые люди могут покинуть пределы страны, чтобы где-то за рубежом получить развод. Внебрачные связи и дети не редкость. Многочисленные войны и тяжелый физический труд, как и в России, существенно исказили баланс мужского и женского населения. Уже после двадцати девушкам все сложнее выйти замуж. Возможно, поэтому, так призывно выглядят движения бортпроводниц местной авиакомпании, которые в танце демонстрируют правила обращения со спасательным жилетом и кислородной маской в салоне, едва вы подниметесь на борт лайнера чтобы полететь на Филиппины...


Мои размышления прервал офицер, проверяющий документы у водителя. Цепкий взгляд скользнул по нашим лицам и пригласительным. Через минуту мы шли по красной ковровой дорожке, раскатанной от высокой литой ограды до старинного особняка в глубине ухоженной территории, возвышающегося на десятка два ступенек. По обе стороны дорожки стояли стройные артисты в ярких национальных нарядах. Надо сказать, что Себу сама история. Здесь впервые Магеллан высадился на берег, здесь самая старая улица Филиппин, здесь возведен первый испанский форт и резиденция первого епископа, да и сам Себу - первый город будущего государства и его первая столица. Расположенный в сердце 7107 островов, он впитал в себя все его богатое наследие и бережно хранит.

Именно поэтому гостям губернаторского дворца был предложен в тот вечер восхитительный концерт с участием нескольких танцевальных ансамблей, фольклорного хора и певицы, покорившей автора этих строк. Душевность и неподдельная грусть ее голоса была так созвучна русскому романсу, что тут же родилась идея совместного диска. Впрочем, мы говорим о танце. Его голос понятен каждому. Создатель лишил неразумные народы общего языка, дабы те не посягали на божественное, но танец остался. Древние греки говорили о трех великих удовольствиях смертных - сон, любовь и танец. Сумасбродный Нерон, заподозрив бунт, велел вывести на площади вечного города три тысячи танцоров, и те оказались сильнее армии. Язык жестов индийского танца настолько богат, что современники изучают его в университетах востока. Даже наша повседневная жизнь полна устоявшимися терминами: народные танцы, спортивные, латиноамериканские, современные, бальные, классические, ритуальные, уличные, эротические, "грязные", танцы на льду, танцы со звездами...

Пока я рассказывал Лу о танце "пожирателей огня", который видел в ресторанчике у вулкана Таал, где участники феерического действа то глотали горящие факелы, то извергали огонь, то ходили по углям, во дворце началось представление. Прежде всего поразили костюмы. Каждый танец исполнялся босиком в таких ярких и не похожих друг на друга одеждах, что глаза разбегались. Одни танцевали под музыку, другие - под аккомпанемент хлопков в ладоши, но большинство в таком темпе, что коллективы постоянно меняли друг друга, дабы успокоить дыхание. И финальное "Хэй" раскатисто звучало под сводами губернаторской резиденции.

Инсценированные рассказы о борьбе добра со злом, сельские сценки на тему урожая, лукавые истории девушек, заманивающих женихов, настолько азартны, что многие зрители отбивают такт, барабаня пальцами по столу. Кому-то не хватало привычных дробных стуков каблучков - ведь филиппинцы обычно танцуют босиком. Запомнились мужские танцы со стаканом воды на голове и скорлупой кокосового ореха. Выступления детей в любых странах подкупают своей искренностью, но в этой, отнюдь небогатой стране, к детям особое отношение. Оно проявилось и в танце, пропитанном такой любовью, что слезы наворачивались на глазах. Меняются костюмы и рисунок движений, но переводчик не нужен, а звонкое "Хэй" на последнем аккорде еще долго звучит в памяти.

В одном из танцев собраны все участники концерта. Они явно обращаются к губернатору Себу. Элегантная улыбчивая Гвенделин Гарсия просто сияет. После каждого десятка тактов раздается оглушительное "Себу!". Смысл понятен без переводчика, и можно только позавидовать единству этой небольшой страны, разбросанной на тысячах островов в океане.

Неизменным успехом пользовался у зрителей тиниклинг. Под нарастающий темп ударов бамбуковых шестов танцовщики продемонстрировали такую потрясающую технику, что после звучного "Хэй" в финале никто из гостей не решился выйти в центр, чтобы попробовать повторить увиденное. А далее произошло неожиданное - в зале погас свет, и в темпе вальса его заполнили танцовщики со свечами. Ни одежды, ни лиц не было видно. Вереницы огоньков двигались очень плавно, то пересекаясь, то растекаясь по залу. Чем-то это напоминало метель, закружившую поблескивающие в косых лучах уличного фонаря крупные снежинки. Огоньки еще покружились, да так и растворились за пределами зала, не показав тех, кто незримо двигался с ними в темноте. Признаться, это было так неожиданно, и так непохоже на все увиденное ранее, что зрители еще долго хранили молчание, словно ожидая знакомое звонкое "Хэй".

Мне показалось, что Филиппины именно такие. Каждый остров особенный, в чем-то уникальный, непредсказуемый. И это их объединяет. Дай Бог, они сохранят это богатство, бережно хранимое предками.


Было за полночь, когда мы прощались после замечательного приема. Улыбчивая Гвенделин и неутомимая вице-консул Арми выслушивали слова благодарности и отвечали что-то приятное. Расставаться не хотелось, и все строили какие-то планы на будущее. Сжимая маленькие ладошки очаровательного губернатора, я ничего не стал говорить о книге, чувствуя, что непременно напишу. Впечатлений было много, и они до сих пор волнуют меня.

Усталые артисты в ярких костюмах, как и в первый раз, стояли вдоль красной ковровой дорожки, желая гостям доброй ночи. Некоторые из них были уже знакомы. Когда мы поравнялись с круглолицей девушкой, Лу сжала мой локоть. Я тоже узнал ту, что так виртуозно отплясывала тиниклинг. Очевидно, уловив наши восторженные взгляды, девушка застенчиво улыбнулась в ответ. Не знаю, насколько это было прилично, но, неожиданно для себя, я громко выкрикнул "Хэй". Не сговариваясь, окружавшие нас артисты ответили тем же. Это навсегда осталось в памяти, словно пароль в тот удивительный вечер, который начался и закончился для меня звонким и радостным "Хэй".


*** Конурба́ция (от лат. con - вместе и urbs - город) - городская агломерация полицентрического типа, имеющая в качестве ядер несколько более или менее одинаковых по размеру и значимости городов или городских территорий при отсутствии явно доминирующего центра.