# Константиново

Александр Георгиевич Асмолов

Осень чиркнула огнивом

По опушке у реки,

И откликнулись игриво

По верхушкам огоньки.


Клен зарделся, как парнишка,

В баню к бабам угодив,

Старый дуб, махнувши лишку,

Злато рассыпал для див.


Стайкой стройною березки

Хороводили вокруг,

К их ногам стелил дорожки

Все еще зеленый луг.


Мне приснился сегодня Есенин в Константиновом рыжем лесу, где сентябрь постучался в сени, словно вспомнил свою красу. Оба молча бродили меж сосен, размышляя о чем-то своем, не заметив, что нынче осень в Рождество вдруг взяла заем. Русский лес много лет неухожен, пришлых рать гомонит у казны, предков путь позабыт и заброшен, и Сварога слова не слышны. Сквозь туман у болотца за просекой померещились нам голоса, и Сергей подмигнул - "Ну-ка, спросим-ка, отчего в декабре чудеса". Я едва поспевал за обоими, а они напрямки. Разошлись... Кто быстрей, как мальчишки, заспорили. Так втроем мы на луг ворвались. Там лесная братва хороводила - леший, филин, Морозко, шишок, а Яга с водяным уж повздорила из-за пары волшебных сапог. Каляда и Щедрец балагурили, Корочун сам на стол накрывал. Мы глаза с перепугу зажмурили - Кот-баюн на баяне играл.

"Что ж вы, братцы, про нас позабыли-то?" - грустный Лель очень тихо спросил. "Все тропинки давно заметелило. Дожидаться вас нет больше сил". Тут Кощей передернул костяшками - "Мы решили Купалу позвать. И пустился он во все тяжкие, но собрал здесь всю русскую рать. О русалках Перун позаботился - чтоб не мерзли девчонки средь льда и Мороз в декабре не банкротился - перенес в Анкару холода".

Мы обнялись без слов. Даже всхлипнули. Русский дух единит нас пока.

Я проснулся. Темно. Ставни скрипнули, и к перу потянулась рука.