# Последнее утро уходящего года

Александр Георгиевич Асмолов

- Иван, ты должен мне всё объяснить. И не говори, что ничего не произошло. Я чувствую.

- Ты права. Но только не сейчас.

- Нет, сейчас. Иначе я никуда не пойду.

Весёлая компания ещё под впечатлением ночной прогулки по океану неторопясь двигалась по причалу. Было жаль расставаться с романтическим настроением, и все невольно замедляли шаг. Никто не обратил особого внимания на молодую пару, остановившуюся у края причала, чтобы ещё раз посмотреть на океан.

- Лиза, поверь мне. Сейчас важно другое. Мы должны запомнить всех, кто идет рядом. Внешность, походка, манеры. Это будет козырь в нашей игре. Я еще не знаю где и как, но нам это очень пригодится. Сейчас нельзя терять ни секунды. Соберись и запоминай. Все, что сможешь. Будет даже лучше, если мы привлечем к себе внимание.

Уже через пару секунд они начали догонять друг друга, выкрикивая известные всем с детства слова - пиастры, Сильвер, Смоллетт. Постепенно вся компания втянулась в эту игру, и еще долго не расставалась, договариваясь о встрече на завтра, чтобы продолжить такое приятное знакомство. Рассевшись по машинам, они медленно выезжали со стоянки и еще какое-то время катились рядом, перемигиваясь фарами и выкрикивая в открытые окна смешные фразы.

- Хорошо, что на абордаж не стали брать.

- Ты обещал объяснить.

- Конечно. Мы немного покатаемся.

Их кабриолет свернул в сторону и начал искать выезд из городка на автобан. Уже через несколько минут стало заметно, что за ними, не отставая, следует черный "BMW".

- К сожалению, я не ошибся. Нас теперь не отпустят.

- Что же произошло?

- От меня требуют информацию, намекая, что ты заложник её достоверности.

- Кино про мафию?

- Почти.

- Иван, я не успокоюсь, пока не пойму в чем дело.

- Деньги. Причем большие.

- Но ты то тут при чем?

- Пристегнись, попробую оторваться.

"AUDI" по-кошачьи мягко прижалась к асфальту, набирая скорость. Несмотря на позднее время машин еще было достаточно. Выскочив на автобан, они увеличили скорость, и, прячась за машины, попытались ускользнуть от преследовавшей их машины.

- Осторожно, мы разобьёмся.

- Все хорошо. Не волнуйся.

- Тут скорость до 110.

- Да, ты права, полиция нам ни к чему.

- А может им все рассказать.

- Да мне нечего им сказать.

Машины рывками передвигались в потоке, меняя полосу, резко уходя в противоположную сторону на развязках, прячась в туннелях и эстакадах, но расстояние между ними практически не менялось. Водитель преследовавшей "BMW" хорошо ориентировался даже ночью и разгадывал все маневры "AUDI".

- Впереди заправка. Мы скатимся к ней и выйдем с другой стороны. Когда я скажу, ложись на сиденье, чтобы тебя не было видно сзади.

Как только их машина, заехав за здание, на мгновенье скрылась из вида преследователей, Лиза спряталась. Вернувшись на автобан, Иван поехал ровно. Уже через минуту он увидел в зеркало заднего вида, как сидевший рядом с водителем пассажир звонит по телефону.

- Сейчас я поищу отель. И пусть нам повезет со свободным номером. Возьми деньги у меня в правом кармане. Приготовься быстро выскочить по моей команде. Забронируй любой номер на неделю и жди у входа. Следи за дорогой в обратную сторону, я вернусь минут через двадцать. Если все будет хорошо, я мигну три раза фарами. Как увидишь, подходи к тому месту, где сейчас выскочишь. Я развернусь, и когда буду подъезжать, дам еще три коротких. Постарайся заскочить в машину как можно быстрее. Если тебя заметят, все будет напрасно. И главное, если через полчаса я не просигналю, тебе нужно будет прятаться неделю. Только потом можно будет вернуться в наш отель, забрать документы и улететь в Москву. И ничего не бойся, я тебя люблю.

- Я тебя тоже.

Им повезло. Перед небольшим отелем на шоссе была аварийная зона, на которой стояла машина. Иван рывком поставил "AUDI" перед идущей машиной в правом ряду. Быстро набрав запас дистанции, он притормозил за припаркованной у отеля машиной. Не открывая дверцы, Лиза выпрыгнула из кабриолета, и спряталась. Иван вернул машину в правый ряд еще до того, как преследовавший их "BMW" увидел его. Следя за временем и расстоянием, Иван погонялся с преследователями, и, развернувшись на развязке, вернулся к намеченному маршруту. Через двадцать минут, подав условный сигнал, он таким же маневром подкатил к всё еще припаркованной машине. Не дожидаясь, пока "AUDI" остановиться, Лиза через борт запрыгнула в открытый кабриолет.

- Только не садись пока. Как ты?

- Всё нормально. Номер одноместный, но с видом на море.

- Это радует.

- И долго мне так сидеть.

- Сейчас заедем на нашу первую заправку, и освободим тебя.

Она пряталась на переднем сиденье до того момента, как Иван заехал на заправку, где, якобы, оставил Лизу раньше. Выиграв неожиданным рывком секунд десять, он неторопясь объехал здание, поднимая верх кабриолета. Главное, нужно было закрыть обзор сиденья от следовавшей сзади машины, когда Лиза села в полный рост. Дальше можно было не торопиться. Отработав, механизм щелкнул, зафиксировав положение складной крыши, и "AUDI" опять набрала скорость.

- Думаешь, они не догадались?

- Главное, чтобы они не успели проверить эту заправку, пока мы катались. Отсюда можно позвонить, отослать E-mail или встретиться с кем-нибудь. Я надеюсь, что у них не так много свободных машин, чтобы успеть побывать везде.

- А ты не преувеличиваешь. Что у них тут международная база.

- Сто миллионов это хороший уровень.

- Ты хочешь сказать, что у нас в машине сто миллионов?

- Нет, это только в кино такую наличку возят в чемоданах. В реальности такой суммой никогда не рискуют. Возможно, когда не было надежной системы электронных платежей, тяжелые чемоданы с бумагой приходилось таскать с собой. Теперь достаточно постучать по клавишам, и сумма появится на счете в банке за тысячи километров.

- Ты хочешь сказать, что деньги не перевозят?

- Такие - нет, а инкассация магазинов совсем другой уровень.

- И теперь не грабят банки?

- Грабежи были и будут. Самое сложное при этом - деньги перевести и легализовать, чтобы потом спокойно пользоваться. Как правило, это наиболее сложная часть подобной операции. Она не столь зрелищна для кино, поэтому всегда пропускается. Специалисты не настаивают, зрители довольны.

- Но ведь угоняют же самолеты и машины с деньгами в другие страны.

- Ты думаешь, там им дают раствориться бесследно? Там тоже есть сыскари, и своих бандитов не меньше. Кто же их отпустит? А ты представляешь, как бегать в чужой стране с чемоданом в сто килограмм.

- Что деньги такие тяжелые?

- Мелкие - очень.

- А крупные?

- А там другие законы, как в физике. Есть область явлений, где справедливы законы классической кинематики, а в других надо применять теорию относительности. Иначе масса увеличится до таких размеров, что придавит не только исследователя.

- Вань, я ты что, банки грабишь?

- Похож?

- Вообще-то не очень. А жаль.

- А что, ты бы пошла со мной брать банк?

- Ну, если миллиончиков десять, то - да.

- Я всегда знал, что ты скромная.

Ночные дороги почти опустели, и машина уже не совершала рискованных маневров. Всем своим видом показывая, что возвращаются в отель, они уже не напрягали преследователей, и те спокойно следовали за ними.

- А кто обещал всё рассказать? Я ведь хорошо себя вела?

- Ты просто умница.

- Тогда рассказывай.

- Ты опять права. Возможно, они уже побывали у нас в номере, и нам нужно будет думать прежде, чем говорить.

- Ты еще скажи, что они видео камеры установили.

- Ну, тут я их могу понять.

- А как же отпуск? Завтра - Новый год. Может, куда-нибудь уедем?

- Думаю, что нас теперь не отпустят. А Новый год уже сегодня, и нам нужно подумать, как его встретить.

- Тогда рассказывай.

- Скорее всего, эта канитель связана с тем, что - я трейдер. Впрочем, без ликбеза мне не обойтись. Ты знаешь, что биржа, это инструмент торговли ценными бумагами и обязательствами на будущее. С акциями все понятно. Фьючерсы - это обязательства что-то купить по фиксированной цене через определенное время. Трейдеры, к коим я себя отношу, отслеживают рынок, делают прогноз, и действуют в соответствии с ним. Кто угадывает колебания стоимости, тот получает деньги, и - наоборот. Это как игра в карты.

- Так ты - шулер.

- Нет. Биржа живет за счет налога на каждую сделку. Не зависимо от её результата. Она выступает гарантом. Ежедневно владельцы биржи получают миллионы баксов и своего не отдадут. Тут все четко, и любому шулеру надают по рукам. Есть даже компьютерные программы, которые ведут базы по итогом торгов, работают на основе сложнейших алгоритмов, учитывающих тысячи переменных. Но пока нет программ, типа "Мелиссы" которая обыграла Каспарова. Есть удачливые трейдеры, которые чаче выигрывают, чем проигрывают.

- Так ты - везунчик.

- Можно сказать и так, но некоторые считают, что это - дар Божий.

- Значит, ты - талант.

- Не совсем. На дипломной практике я предложил, на мой взгляд, очень простую вещь. Заключить договора на бирже с противоположными вилками. Половина - в минус, половина - в плюс от текущей цены. Это означает, что если сегодня баррель стоит пятьдесят баксов, то через пол года я обязуюсь один раз продать по такой же цене и один раз купить. Независимо от рыночной цены через пол года в сумме я буду иметь свои пятьдесят баксов. Я даже не подозревал, что об этом никто не подумал раньше. Благодаря моему руководителю, эта идея дошла до одного из хозяев "Юкоса". Он и мечтать не мог, чтобы продавать нефть каждый день по такой высокой цене почти без затран. Для реализации этой идеи нужно только иметь много денег, чтобы каждый день заключать контракты. А заинтересовать она могла только крупного продавца, поскольку для обычного игрока на бирже она бессмысленна, т.к. прибыли не может принести. Они долго меня проверяли, потом вкатали в этот проект такую сумму, что Виторио и не мечтал. Зато потом ежедневно деньги возвращались, за исключением биржевого налога, но главное - для себя они зафиксировали очень высокую цену.

- А если покупатель откажется платить высокую цену?

- А он "кровью подписался". Биржа его найдет везде.

- И ты вот все это сделал?

- Нет, конечно. Реализовывали идею серьезные люди. Одно место на бирже несколько миллионов стоит. Депозит можно внести только "чистыми" деньгами, которые в банке отлежались. Тут главное - масштаб.

- А тебе что-то перепало?

- Конфетку дали.

- Ну, хорошо. А что ты теперь задумал?

- Есть понятие инвестиционного портфеля, т.е. набор различных ценных бумаг, которые не только сохраняют свою стоимость, но и приносят прибыль. Задача трейдера эту прибыль приносить. Но тут есть противоречие, деньги уходят из своего бизнеса и процент не столь высок, каким может быть, например в алюминиевой или золотодобывающей области. Я тебя не утомил?

- Нет, пока все понятно.

- Идея проста. Заключаем фьючерсы на продажу алюминия по высокой цене через год. Сейчас все спокойно и пока мы проигрываем. Покупаем акции убыточных алюминиевых компаний в Африке. Сначала банкротим их и цена на алюминий повышается. Заключаем фьючерсы на продажу по средней цене. Потом поднимаем новые фабрики и цена выравнивается. Мы выигрываем по итогам обоих фьючерсов, и через год возвращаем не только затраты на них, но и кредиты на реконструкцию. - И что, никто до этого не смог догадаться?

- Смог бы, если бы имел такие заводы и такие свободные средства как в России. Вопрос в масштабе. А так они почти даром получают новые мощности с низкой себестоимостью, сохраняют инвестиции и как монополисты диктуют цены.

- А Виторио тут причем?

- Очевидно, он купил часть информации, но не уверен, какие акции брать. Результат по фьючерсам ждать долго, да и такой прибыли они не принесут. А вот вырвать из-под носа недорогие акции убыточных алюминиевых предприятий сегодня, это - шанс. В течение дня через подставных лих можно скупить достаточное количество акций. Уже через неделю, когда аналитики сообразят, их цена подскочит в несколько раз. Его прикидки в семь-восемь процентов просто смешны. Представляешь, сто процентов чистой прибыли при таком масштабе.

- И что ты знаешь эти убыточные предприятия?

- Не поверишь, я сам удивился, как все это просто. Комбинация лежит на виду, но все зациклились на нефти. Франция, по сути, бросила свои старые фабрики в средней Африке. А там запасов немеренно. Гораздо больше, чем у нас. Мне понадобилось пять минут, чтобы Дерибаско это объяснить.

- Ты прямо с ним говорил?

- Ну не сразу. Аудиенции не так просто добиться, но на это есть дальнобойная артиллерия. Мой шеф вхож в высокие сферы.

- Если ты знаешь секретную информацию, почему тебя отпустили. Вдруг ты её продашь или потеряешь.

- Это не единственный мой проект. Есть перекрестная страховка.

- А при чем тут Новый год?

- У нас конец финансового года совпадает с Рождественскими распродажами. В это время доллар всегда падает в цене. Для операций на бирже средства можно покупать дешевле. Разница в рубль на покупке одного доллара в таком масштабе дорогого стоит, да и весь мир сейчас расслабился. Самое время.

- Какой ты умный...

- Записываем.

- А как нам быть с Виторио?

- Пока не знаю. Он слишком нагло намекает на твою безопасность. Хотя действует не решительно. Мне показалось, что это аферист средней руки, и на яхте он просил денег у своих гостей на сделку. Пока достаточной суммы нет, и мы ему ни к чему. Поэтому он только "пасет" нас.

- Честно говоря, мне неспокойно. Неужели нельзя попросить защиты у полиции.

- Для полиции у нас аргументов нет. Я не могу рисковать тобой, смерть таких как мы для них стоит очень дёшево. Ещё есть время до полудня.

"AUDI" сопровождаемая "BMW" бесшумно припарковалась у отеля, который, притих, ожидая безумств Новогодней ночи. Наверное, он сравнивал в тишине уходящий год со всеми, прожитыми ранее. Он нехотя вдохнул, принимая двоих влюбленных под свою крышу. Обнявшись, они вошли в свой номер, где уже пробивался под шторами робкий свет последнего утра уходящего года.