# Сказка о голубой ленте

Александр Георгиевич Асмолов

Время - самое загадочное, что есть в мире. Никто не знает, откуда оно появляется и куда исчезает. Взрослые только придумали календари и разные виды часов, чтобы они показывали время. Наивреднейшие из них - будильники. Они выбирают такие неподходящие моменты, чтобы прерывать интересные сны и выгонять бедных детей из теплых постелей в темное холодное утро. Надеюсь, что сейчас у нас есть достаточно времени в запасе, и мы можем открыть книгу на той самой странице, где медвежонок Меня избежал плена в черном колодце и опять встретился с магистром.

Языки пламени неожиданно вспыхнувшего с новой силой костра, казалось, ластились к черной фигуре загадочного человека. Они лизали его сапоги и длинные полы плаща, не нанося никакого вреда, потом скользили вверх, как бы создавая огненную оболочку вокруг. Обладатель черного плаща не горел, а скрывался за горячими языками пламени. Очевидно, он имел какую-то властью над огнем, и тот служил ему, ограждая от всего окружающего. Все произошло так стремительно, что медвежонок даже не успел заметить, как это случилось. От неожиданности он плеснул горячим чаем из кружки на свою лапу. Чтобы не обжечься, Меня вскочил, пытаясь стряхнуть с себя дымящийся напиток. Один из языков пламени, обвивавшийся вокруг черного плаща, метнулся в сторону медвежонка. Он лишь заметил остриё яркого луча, которое подобно стреле было направлено в его сердце. Стало так страшно, что захотелось закрыть глаза и позвать на помощь маму, но времени на это не было. Нужно было защищаться. Меня плеснул остатками горячего чая навстречу летящей опасности. Но жидкость лишь с шипением обратилось в облачко пара. В следующий миг огненная стрела попала в кружку. И тут произошло неожиданное. Начищенная до блеска поверхность подобно зеркалу отразила луч, и он полетел обратно к магистру. Ударившись о невидимую преграду около черного плаща, луч развернулся в сторону медвежонка. При этом к нему присоединилось еще несколько языков пламени, окружавших магистра. Этот удар был намного сильнее первого, но он опять угодил в кружку. При этом медвежонок отлетел на шаг назад, а луч метнулся обратно. Отразившись от магистра, луч опять усилился новыми языками пламени, и направился в сторону медвежонка. Впрочем, это был уже не луч, а сноп яркого света побольше любой кружки. И несдобровать бы Мене от встречи с ним, да только в нескольких сантиметрах от него поток энергии, подобный молнии, столкнулся с круглым предметом, начищенным до зеркального блеска.

Это старуха метнула крышку от медного котелка, в котором готовился чай. Как послушный солнечный зайчик, сноп ослепительного света отразился в сторону. Правда, в этот раз он встретился с зеркальной поверхностью под другим углом и отлетел в стенку шалаша, который вспыхнул в одно мгновенье. Сила этой молнии была так велика, что, несмотря на ливень, шалаш сгорел в секунду, а потоки воды устремились на костер и погасили его. Вместе с последними языками пламени исчез и магистр.

Всё произошло так стремительно, что медвежонок и старуха лишь переглянулись, чтобы удостовериться, что это им не померещилось. И только дымящиеся головешки от шалаша, да черное пятно на месте костра подтверждали их сомнения.

- С тобой не соскучишься, милок.

- Да я это, лапу обжог.

- Скажи спасибо, что в живых остался.

- И кружка Ваша...

- Оставь. Нам нужно сматываться. Он сейчас сюда кого-нибудь пришлет.

- Кого?

- Да слуг у него хватает.

- А как же Ваш шалаш.

- Новый сделаю. Пойдем.

- Может, кастрюльку возьмем. Правда, от крышки ничего не осталось.

- Идем же.

И старуха заторопилась прочь, увлекая за собой медвежонка. Меня с сожалением оглядывался на остатки былого пристанища старухи. Он еще не понимал до конца происходящее, но бросать добро, даже чужое, ему было жалко. Медведица Тамара всегда учила его бережно относиться к любым вещам, особенно - к жилищу. Что бы как-то загладить свою вину за потерянный дом старухи, он промямлил:

- А ловко Вы его крышкой...

- Это ты мне лучше скажи, кто тебя научил с его огнем так управляться.

- Никто меня не учил. Оно само...

- Меня, ты либо хитрец, каких свет не видывал, либо я ничего не понимаю.

- Я тоже ничего не понимаю.

- А почему магистр исчез? Он что, дождя испугался? Что-то я его прежде с

зонтиком ни разу не видела.

- Почем я знаю. Я и мужика то этого в плаще первый раз вижу.

- Да кто ты такой, чтобы магистра мужиком обзывать?

От неожиданности они остановились и посмотрели вверх, откуда была сказана последняя фраза. На ветке сидел огромный ворон. Перья, лапы, клюв, маленькие глазки - все было черного цвета. Он слегка наклонил голову набок, и посмотрел на Меню. Взгляд был неприятный, буравящий, от него захотелось отвернуться и уйти. Но стоило только медвежонку повернуться, как ворон громко каркнул, и огромная ель упала рядом. С жалобным скрипом и хрустом ломая мощные ветви, совершенно здоровый ствол примял кусты, перегораживая дорогу. Еще раз каркнул ворон, и с таким же стоном повалилась еще одна ель позади них. Меня посмотрел на старуху. Её изрытое морщинами лицо, было сосредоточенным и строгим, рука пыталась что-то нащупать под одеждой. Дождь не переставал идти, но видимых причин для падения таких огромных деревьев не было.

- Я их отвлеку, а ты постарайся пролезть под ветвями и скрыться.

- А как же Вы?

- За меня не беспокойся. С этим дровосеком я справлюсь

Прошептала старуха, подхватив медвежонка и отскакивая с ним в сторону. Это было проделано очень ловко и вовремя. Еще одна ель рухнула как раз на то место, где они только что стояли.

- Нет, так нечестно.

- Браво, малыш! В обличии Веды мне было бы удобнее, ну да не в это время.

Еще раз каркнул ворон, и пара огромных деревьев рухнула на них, вернее туда, где они стояли еще мгновение назад. Старуха как бы выманивала на себя удар, задерживаясь на одном месте, но потом ловко уклонялась.

- Так Вас зовут Веда?

- О, ты мне напоминаешь одного рыцаря, который предпочитал знакомиться с

принцессами в подобных ситуациях.

Сразу две высоченные ели полетели на их головы. Неведомая сила выворачивала огромные деревья с корнем и швыряла в двух несчастных, едва успевавших уворачиваться от каких ударов.

- А как звали принцессу?

- А так и звали.

Старуха увернулась еще от одного падающего дерева, и подтолкнула медвежонка под кучу придавленных и сломанных кустов. Ему ничего не оставалось, как пробираться вперед. Меня слышал треск ломающихся веток и гулкие удары падающих стволов. Замысел старухи удался - маленький медвежонок сумел незаметно пробраться под завалами деревьев и скрыться в чаще. Отбежав немного, Меня спрятался в кустах и стал прислушиваться. Он чувствовал себя предателем, бежавшим с поля боя, где остался друг. Пусть едва знакомый, но уже успевший трижды выручить его из беды.

- Так, значит, её зовут Веда - подумал медвежонок - О чем же она ведает, чего я не знаю. Жаль, что я в ней так долго врага видел и подозревал в чем-то. Оказалось все наоборот. Как же ей помочь теперь.

Меня стал осторожно карабкаться на дерево, чтобы разглядеть сверху, что там происходит. Он забрался на большую ветку и затаился. Впереди высилась целая куча поваленных деревьев. Черный ворон кружил над ней, и, время от времени громко каркал. Повинуясь этому неприятному приказу, какая-то черная сила выворачивала с корнем огромные ели и швыряла их в кучу. Уже не было видно сухонького тщедушного тела старухи, но ворон не улетал, значит, она была еще там.

Внизу послышалась какая-то возня. Меня неохотно оторвался от происходящего впереди, и пригляделся. Десятки черных лоснящихся длинных тел сплошным потоком двигались внизу. Это были водяные крысы. Их удлинённые тела с острыми мордочками направлялись к куче только что поваленных деревьев. Меня обернулся. Со стороны заводи двигалась целая армия этих неприятных грызунов. Они ползли молча, обгоняя друг друга, будто неведомая сила подгоняла их.

- Вот бы дождь пошел сильнее -

Прошептал медвежонок, и дождь действительно припустил. Но крыс это не остановило. Они переплывали образовавшиеся на пути лужи и с удивительным упорством двигались туда, где еще падали огромные ели. Уже и с другой стороны можно было разглядеть мокрые лоснящиеся спины. Их становилось все больше.

- Уходи, Веда. Улетай оттуда -

В отчаянье прошептал Меня. И тут же увидел, как из зеленой кучи поваленных и сломанных деревьев вверх взмыла маленькая фигурка. Она вращалась, как юла, раскинув руки в стороны. В одной развевалась яркая голубая лента. Постепенно длинна её увеличивалась, и по спирали окружала всю фигурку. Это было красиво. Сквозь проливной дождь, вворачиваясь, как винт, обернутая лентой, словно вымпелом, Веда взмывала в небо. Ворон, было, кинулся наперерез, да не успел. Водяные крысы остановились, задрав головы. Их бегающие глазки следили за полетом маленькой фигурки с голубой лентой.

Внезапно сверкнула молния. Зигзаг с острыми ломанными углами прочертил пол неба и попал точно в голубую цель. Маленькая фигурка дернулась в сторону от удара, а лента вспыхнула. Дождь не мог погасить огонь, и факел стремительно полетел вниз. Нужно было спасать Веду. Меня бросился вниз, на спины водяных крыс. Раскидывая ударами лап накинувшихся на него грызунов, медвежонок огромными прыжками бросился в ту сторону, куда падала маленькая фигурка, охваченная пламенем. Но расстояние было слишком большим, чтобы он успел добежать, да и крыс на его пути становилось все больше и больше.

- Эх, не успеть мне -

Промелькнуло у него в голове. Крысы кусались и царапались, пытаясь задержать медвежонка. Они цеплялись за его густую шерсть, мертвой хваткой, но это не могло его остановить. Вскоре уже целый клубок катился между деревьев. Медвежонок рычал от злобы и боли, отрывая с клочьями своей шерсти вцепившихся грызунов. Он готов был сражаться насмерть, но силы были слишком неравными.

- Братья лесные, большие и маленькие, помогите друга спасти -

Уже во весь голос зарычал на бегу медвежонок. Он забыл про волшебство и заклинания, он верил только в дружбу, которая никогда не подведет. Мы тоже, порой, забываем о этой великой силе, и когда что-то необычное происходит, спешим назвать случившееся чудом. Хотя на самом деле это любящие и преданные сердца выручают нас из большой беды, не задумываясь и не считаясь с потерями. На этом и стоит белый свет.

Медвежонку не видно было из-за деревьев и суматохи боя, как прочертила дождливый небосвод вторая молния. Она не блестела яркими вспышками и не гремела грозно громом. Это орел по имени Гордый сорвался с верхушки Высокой скалы и камнем полетел вниз, набирая скорость. Он успел поймать мощными когтями падающее тело сухонькой старушки у самой земли, где его ожидали сотни голодных водяных крыс. Сделав крутой вираж, орел взмыл вверх, не выпуская свою ношу. Ему даже удалось сбить огонь с остатков голубой ленты, развивавшейся как вымпел. Черный ворон попытался, было, помешать ему, но удар острым клювом и парой сильных крыльев обратил его в бегство. Очень скоро Веда в обличье старухи лежала в гнезде на самой верхушке Высокой скалы, а орел с орлицей, раскинув крылья, укрыли её от всех черных сил.

Медвежонок всего этого не знал. Тяжело дыша, он отбивался он наседавших на него врагов, но отступать и не думал.

- Сдавайся, косолапый. Магистр пощадит тебя, если попросишь -

Лиса Лизка сидела на пригорке, укрываясь от дождя под кроной большого дерева. Подобно командиру, она не ввязывалась в драку, а только следила за ней.

- Никто тебе не поможет. Не надейся. А старухи твоей больше нет -

- Доберусь я до тебя, рыжая -

Рычал в ответ разъяренный медвежонок. Силы его были на исходе. Лапы скользили на мокрой траве, а полчища водяных крыс все прибывали. Неожиданно дождь перестал, и только крупные капли с веток звонко шлепались в лужи. Крысы исчезли.

- Меня, ты звал меня?

Медвежонок обернулся. Зайчонок по имени Тришка стоял в нескольких метрах от него.

- Ты откуда, друг?

- Да, слышу, ты зовешь, вот и прибежал.

- Здорово. Я так рад тебя видеть.

- А что это ты весь исцарапан и в крови?

- Правда?

- Да вот, посмотри сам.

И Тришка показал лапой на лужицу перед медвежонком. Когда Меня нагнулся, чтобы взглянуть на своё отражение, он себя не сразу узнал. Следы укусов, глубоких царапин и светлые пятна от вырванной клочьями шерсти были повсюду на его теле. Морда распухла как после неудачного похода за пчелиным медом.

- Да, уж... - только и успел озадаченно протянуть Меня.

- Как отражение, немым и неподвижным,

Ты здесь останешься навеки в забытье,

Отныне будешь ты героем книжным,

А если повезёт - как изваяние в литье.

Только и успел услышать уже знакомый шепот над своим потрепанным ухом медвежонок. Несомненно, он узнал неприятный властный голос магистра, да уж ни двинуться с места, ни пошевелить лапой, он уже не мог. Все тело окаменело, и даже глаза застыли. Ничто не напоминало в нем живого существа. Мнимый Тришка тут же обернулся хитрой лисой.

- Ну вот, герой, ты нашел себе достойное место среди лесного народа. Если кто и найдет

тебя здесь, то вряд ли поможет избавиться от этого сильного заклинания.

Прощай.

Вильнув своим пушистым рыжим хвостом, Лизка, как ни в чем не бывало, неторопливо отправилась по своим хитрым делам.

Знаю, дружок, что ты ни за что не согласишься с таким поворотом событий, и потребуешь немедленно продолжения истории, чтобы добро победило зло. И это правильно. Только всему своё время. Закрывай книжку, пора засыпать. Кстати, а ты никогда не задумывался, почему изображения животных в книжках всегда неподвижны. Ведь книжки со сказками всегда о волшебстве, а картинки - нет. Странно. Впрочем, давай подумаем об этом в другой раз, когда придет время узнать, что же было дальше в сказке о голубой ленте.