# Моё

Александр Георгиевич Асмолов

Зима уже не первый раз в этом году попыталась установить свои порядки, но снега не получилось. Серые облака лишь добавили грусти к серым зданиям и безлюдным серым тротуарам. Субботнее утро в Москве только в районе вокзалов и у входа в метро напоминают столицу. Стоит свернуть в соседний переулок, и ты окажешься в безлюдном месте. Большой город отдыхает от недельной суеты, выдохнув в пятницу вечером за свои пределы миллионы человеческих и автомобильных пылинок. Только по главным артериям ещё текут потоки любопытных школьников, зевак и покупателей, но в основном, город затих и даже не дышит. Возможно, только к вечеру он встрепенется праздной волной развлечений, засверкает огнями реклам и нагловатым светом фар блестящих дорогих авто. Сейчас же он долго будет дремать, добродушно прислушиваясь к утренним прогулкам "собачников" и жаждущих похудеть. Большой и молчаливый организм тоже устает от полчищ интервентов, осаждающих его всю неделю. Ещё затемно огненные реки машин и электричек начинают стекаться со всех окрестностей, заполняя светлячками фар все его прожилки. Безропотно терпеливый гигант принимает в свои недра миллионы ног и колес. Они весь день топчут его тротуары и мостовые, и вечером откатываются обратно, оставляя следы.

Хитрая осень воспользовалась этой суетой и задержалась дольше обычного среди серых стен и неровных улиц. В повседневной суете никто и не обратил на это внимания. Занятые своими важными и бесконечными делами москвичи и гости столицы лишь изредка поглядывали в окна и мельком замечали это. Дворники давно убрали опавшие листья, а те немногие, что еще цеплялись за свои ветки, напоминали, что это еще не зима. А осень не докучала дождями, поэтому её никто и не торопил. Незаметно пришедший ноябрь был сухим и безветренным. Он улегся на крыши домов, растекся по бульварам и паркам, и тихо нежился в маленьких уютных двориках богатых домов, которые на японский манер из нескольких кустиков, невысоких деревьев да пары серых валунов изображали законченную композицию. Осень прочно овладела городом и не собиралась сдавать позиции своей студеной сестрице. Особенно в это тихое субботнее утро ни у кого не было желания услышать завывание метели или дать засыпать себя мокрому снегу. Наверное потому, что еще не стерлись в памяти тихие летние дни, когда Москва замирает, покинутая жаждущими развлечений отпускниками и дачниками, оставляя натруженные тротуары бесчисленных улиц, переулков и проспектов в мнимом уединении, создаваемом густой зеленью деревьев.

Теперь же, когда осень смазала границы, удалив с глаз пелену листвы и затянув облаками небо, никто не задирает голову вверх на синее небо, и не замечает бегущее время по солнцу. Серое утро в безлюдном городе кажется вечным. От этого хочется идти неторопясь, прислушиваться к звуку своих шагов и думать, что все окружающее принадлежит тебе. Невольно превращаешься в сказочника, завладевшего огромным городом, вернее - целой страной. И можно часами блуждать по центру безжизненной столицы, которая становится сказочным королевством. Это осень решила поделиться с тобой своими владениями. То ли ей захотелось прихвастнуть перед бродягой, то ли она почувствовала родственную душу. Трудно сказать, почему. Но вдруг она расщедрилась, и открылась совсем не яркой броской красотой бабьего лета или буйством огненных красок листопада, а совершенно тихой, скрытой, и потому - удивительно нежной, трогательной своей чертой. Возможно, с годами больше начинаешь ценить покой и утонченность. Одиночество тяготит, но ненавязчивое, неброское общение привлекает. Открыв для себя безмолвного собеседника, можно с упоением предаться утренней прогулке, шагая без какой-то определенной цели по незнакомому маршруту. Ах, осень, почему я раньше не видел всего этого. Может быть, просто пришло время.

Постепенно в воздухе появляется приятный аромат кофе. Вот и дверь с названием какого-то кафе. Приглушенная музыка, мягкий свет, несколько маленьких столиков на двоих, но главное - такой густой аромат, что устоять просто невозможно. Наверное, я первый посетитель. У стойки две девчушки что-то оживленно обсуждают. Сажусь в уголке у окна. Заботливые руки зажигают передо мной на столике маленькую свечку. Заказываю коньяк и кофе. Господи, до чего становиться уютно. Согретый моими руками в бокале задышал коньяк. Его аромат мягко вытесняет собой осень, принося тепло. Укоряю себя за такую легкомысленную неверность, и, извиняясь, говорю, что мой сверстник только дополняет осень своими удивительными чертами. Маленький глоток надолго отвлекает мои мысли, и я прислушиваюсь, как он растекается по всему телу, щедро отдавая мягкое тепло и аромат. Этот янтарный напиток для меня. Прости, осень, мы так долго искали встречи. Не уходи, посиди рядом. Кто знает, что нужно человеку для счастья. Может ли кто-то выразить это в числах? Так редко вдруг ощущаешь себя счастливым. От какой-то мысли или взгляда, просто так, неосознанно. Но вдруг, бывает, нахлынет что-то, и хочется обняться, закрыть глаза и прошептать - Господи, как хорошо. Наверное, я смог бы перечислить пару десятков городов в разных странах, где мне нравились подобные кафешки, но нигде так не замирало сердце. Нигде я не ощущал такой душевной теплоты. Возможно, это время делает нас сентиментальными. Но я знаю, что мне не хочется уезжать из этой страны. Я здесь родился и здесь хочу жить. Это мой город и моя осень. Дай я тебя поцелую.