# Всю ночь напролёт

Александр Георгиевич Асмолов

Ночная прохлада медленно заполняла городок. В отличие от северных стран, где в это время жизнь замирает, на юге она наоборот только просыпалась от послеобеденной дрёмы. Открывались многочисленные магазины, целые районы которых растянулись вдоль прибрежной линии. Торговля здесь всегда шла бойко, а в последние дни перед праздниками она разворачивалась во всей своей красе. И хотя наступающий Новый год не считался здесь самым большим событием, но смешение различных наций и религий радушно принимало его как повод к веселью и возможностью поторговаться. Туристы, привыкшие к фиксированным ценам в своих супермаркетах, только осваивали непростую для них игру с ценами. Множество арабов, индусов, китайцев, малазийцев зазывали прохожих в свои магазинчики, манящими разноцветными огнями и украшениями, отдаленно напоминающими наши северные ёлки. Впитавшие с детства искусство торговаться, они с легкостью убеждали любого заглянувшего к ним из любопытства туриста, что именно для него, и только сегодня будет сделана невиданная скидка на уникальную вещь. Мастерство заключалось в том, что еще пару минут назад не подозревавший о своем желании купить что-то прохожий, уходил с покупкой, причем оба оставались довольны собой. Освобождение торговли на Канарских островах от налогов делало их Меккой для всех приезжих. У кого не возникнет желания купить за смешную цену, поблёскивающую в ловких руках вещицу.

- Я не представляла, что в такое время здесь открыто столько магазинов.

- Можем остановиться

- Нет, нет. Заглянем сюда завтра.

Лиза с восторгом разглядывала яркие вывески бесконечной чередой мелькавшие по сторонам заполненных прохожими улиц. Она ещё не в полной мере чувствовала себя частью этого праздника. Ей хотелось одновременно быть везде, всё увидеть и всё потрогать, но приглашение на прогулку по ночному океану было ещё заманчивее. Раньше она была пару раз с родителями в Анапе, и теперь томилась в ожидании.

- Мы не опоздаем?

- Не волнуйся, успеем.

- А как мы найдем эту яхту?

- Доедем до причала и спросим. Кто обещал быть переводчиком?

- Ты знаешь, местные так быстро говорят, что я половину не понимаю. И потом они используют странные обороты, которых я не знаю вообще. Правда, я поняла, что они очень доброжелательно относятся к тем, кто пытается говорить на испанском. В ресторане я так волновалась, что сказала официанту все наоборот. Он долго соображал, что я ему сказала, а потом переспросил меня именно так, как надо было спросить. Мне было так стыдно, а он заметил это и стал говорить медленнее нормальными фразами. Так я все понимаю.

- Конечно, проще говорить не с носителями языка, они не используют сложных времен и словарик у них поменьше. Но сейчас тебе самое время попрактиковаться. Особенно у обслуги, такого сленга в России не услышишь. А вот и какой-то матросик, давай его попытаем про "Афродиту".

- Он говорит, что яхта стоит в конце второго причала, а машину поставить лучше здесь.

- Умница.

- Что бы ты делал без меня?

- Меня бы тут просто не было.

Запах водорослей и канатов, поскрипывание дерева, всплески волн о корпуса судов, приглушенный свет и музыка из кают создавали впечатление другого мира, пропитанного морской романтикой.

- Как здорово. Слушай, никогда столько катеров не видела. Красота.

- Дай-ка мне руку, не споткнись.

- А мы правильно идем?

- Думаю, что мы пришли.

Они остановились у большой белоснежной яхты, на корму которой был перекинут трап. Откуда-то появился улыбчивый чернокожий с планшетом в руке. Он нашел их в списке приглашенных и проводил на борт. На просторной палубе прогуливались и сидели в креслах человек двадцать. Одежда была свободной и легкой, но то, как она сидела, подсказывало, что это не самые дешевые модели.

- Вань, если эта штука будет качаться, я на каблуках не выдержу.

- Я тебе свои отдам.

- Да ладно тебе...

- Не переживай раньше времени.

Широко улыбаясь, к ним подошел Виторио. Как и при знакомстве в ресторане он был просто и очень элегантно одет. Бережно поцеловав руку Лизе, он долго не отпускал её, что-то объясняя. Потом поздоровался с Иваном и показал, где столик с напитками.

- Мне так нравиться. Никогда не плавала на такой яхте. Он обещал мне дать порулить.

- Надеюсь, она застрахована.

- Перестань. Мы же вместе будем. Ты, пожалуйста, никуда не уходи.

- Только сгоняю на камбуз.

- Зачем?

- Я шалю. Пойдем на разведку вон в тот уголок.

Умело сервированный стол подкупал своим разнообразием и доступностью. Белоснежная скатерть, уставленная большими красивыми тарелками, слегка шевелила бахромой, очень напоминая свою сестру самобранку. Приглушенный синеватый свет над столом заставлял посуду фосфоресцировать, отчего казалось, что это большая ночная бабочка ненадолго присела на борт, и вот-вот улетит. Азарт охотника заставлял ускорять шаг, но вблизи витали такие ароматы, что новичок терялся в своих желаниях. На помощь ему из темноты появлялся темнокожий официант, вернее - только его белые перчатки и улыбка.

- Из всех названий, что он предлагает, я знаю только слово рыба.

- Самое время узнать подробности.

- Это мне напоминает наши сказки. Гусь, фаршированный уткой, та - рябчиком, а он - куропаткой.

- Тогда подожди немного и скажи - да. А сэр предпочитает виски.

Они остановились у борта. Яхта бесшумно покидала порт. Прибрежные огни удалялись, а бусинки огней, зигзагами бегущие вверх, обозначали новые районы, где отели только строились. Звездное небо над островом посередине закрывало темное пятно, это в глубине возвышался давно дремавший вулкан Тейдэ. Его невидимые очертания только угадывались в ночи, придавая еще большую загадочность. Почти неслышно поднялся большой парус, его наполнил ночной бриз, и яхта слегка накренилась. Едва уловимый ранее звук работавшей где-то в недрах яхты машины и легкая вибрация исчезли совсем. Все огни кроме навигационных погасли, музыка стихла. Шум набегавшей волны, поскрипывание мачты, шорох парусины из темноты завораживали. За спиной послышался приятный баритон Виторио. Штанины его брюк были слегка закатаны. Он попыхивал трубкой, окутывая себя удивительно ароматным дымком. Позади него стоял негр с огромной плетеной корзиной. Лиза обернулась к Ивану:

- Он предлагает разуться, чтобы почувствовать себя моряком.

- Это здорово. Давай я тебе помогу.

Нагретая за день палуба еще хранила тепло и была очень гладкой. Малейшие движения корпуса чувствовались ступнями. Это создавало иллюзию, что под ногами находится большое сильное животное, которое, повинуясь воле своих всадников, несет их навстречу приключениям. Виторио так же незаметно исчез, как и появился. Его ненавязчивая манера общения создавала для гостей атмосферу полной свободы.

- Ой, смотри, там впереди огни - показывала Лиза рукой.

- Наверное, это соседний остров. Их семь или восемь.

На абсолютно темном фоне океана все огни становились не только ярче, но и значимее. Хотелось вглядываться в них, чтобы понять, что скрывается за маленькой точкой жизни. Звезды над головой казались ярче и ближе. Их сочетания отличались от привычных северных рисунков.

- Давай сядем в кресла, так будет удобнее.

Мягкие кожаные подушки приняли их стройные тела в свои объятья, позволяя откинуть голову. Раскачиваясь вместе с яхтой, звезды постепенно приближались, заполняя сознание мыслями о вечном и прекрасном. Что таиться в их безмолвных замысловатых рисунках, почему они так манят своим загадочным мерцанием, какие тайны скрывают. Подобно огню они притягивают взгляды, заставляя смотреть все глубже. Но живой огонь быстро погибает, так и не дав разгадать свою тайну, а звезды вечно хранят её, оставаясь недоступными. Приблизившийся матрос тихо заговорил с Лизой.

- Виторио приглашает нас на капитанский мостик.

- Свистать всех наверх. К абордажу приготовиться.

- Пойдем, я сгораю от любопытства.

Рубка располагалась наверху, так что Лизе пришлось подобрать своё вечернее платье, чтобы подняться по крутым ступенькам. Зеленоватый свет приборов, приглушенные переговоры по радио, короткие строгие команды создавали деловую строгую атмосферу, заставлявшую вошедших внутренне подтянуться. Виторио быстро поднялся с одного из двух кресел, стоящих посредине. Широким жестом хозяина он пригласил Ивана занять одно из них, а сам, взяв Лизу под руку, подвел её к штурвалу. Очевидно, судно двигалось на автопилоте по заданному курсу, но Виторио сделал знак штурману у радара, и тот отключил автоматику. Подсказывая Лизе вполголоса нужные действия, он стоял рядом. По-мужски широко поставив ноги, девушка положила руки на штурвал. Мягко спадающие золотистые кудряшки не могли скрыть прямую спину и вытянутую шею. Мужчины невольно залюбовались стройной сильной фигурой, слегка скрываемой изящным платьем. Наверное такой могла быть предводительница лихих флибустьеров, бороздивших эти воды во времена Колумба. Повинуясь плавным движениям девичьих рук, яхта легла в красивый большой поворот. Было слышно, как заскрипела мачта, меняя своё положение. Поймав ветер, опавший было парус, хлопком натянулся, и судно уверенно легло на новый курс. Мужчины одобряюще зааплодировали, а Лиза обернулась к Ивану с такой счастливой улыбкой, что ему захотелось юнгой быстро вскарабкаться по вантам на клотик и заорать что-нибудь во весь голос.

- Виторио приглашает нас в салон отметить моё морское крещение.

- И я вот, тоже вот с вами?

- Ну, перестань. Доставь мне удовольствие...

Лиза взяла Ивана под руку, прижимаясь всем телом и увлекая за собой. Он чувствовал, как бьется её сердце.

Салон располагался на корме у самой ватерлинии. Огромные иллюминаторы полукругом открывали панораму на океан, и волны, казалось, вот-вот плеснут внутрь. Посредине пол был сделан из стекла. Очевидно, днем можно было наблюдать за рыбами и всем, что происходит под днищем, но сейчас это окно зияло пугающей темнотой. Лиза даже обошла его по краешку и села в кресло, подобрав ноги. Виторио заметив это, с улыбкой включил что-то, и внизу вспыхнули прожектора. Пока официант быстро расставлял все необходимое на прозрачном столике, он с кем-то говорил по внутреннему телефону. Они едва успели поднять пару тостов за нового морского волка, как в ярком свете под днищем стал появляться причудливый морской пейзаж. Яхта замедлила ход и вышла на мелководье. Прямо под ногами проплывали холмы, глубокие впадины и песчаные поляны. Их любопытные обитатели, шевеля плавниками, клешнями и щупальцами появлялись в свете прожекторов, вращая глазищами. Зрелище было настолько завораживающим, что все притихли, отодвинув бокалы в сторону.

- И во всем этом мы купались? - испуганно протянула Лиза.

- Они только ночью на охоту выходят.

- Нет, я теперь только в ванной буду купаться.

Лиза, прижав к груди руки, с таким восторгом и опаской смотрела вниз, что можно было поверить в искренность её слов.

- Смотри, корабль.

Останки затонувшего галеона медленно проплывали под ногами. Он лежал на боку, и огромная пробоина зияла в носовой части корпуса. Весь покрытый ракушками и водорослями, он сохранил своё название. "Santa Maria" отчетливо проступала на полуистлевшей обшивке. Из пробоины на свет выглядывали огромные рыбины. На дне, рябом с корпусом были разбросаны останки корабельных снастей, пушки, ядра, обломок мачты. Когда же молодые люди увидели огромный кованный сундук, наполовину занесенный песком и илом, откинутая крышка которого дала возможность засиять под лучами прожекторов целой россыпи старинных золотых монет, украшений, золотой посуды и прочих ценностей, они переглянулись. Виторио хохотал над ними, хлопая в ладоши. Едва сдерживаясь, он пытался что-то сказать. Лиза рассмеялась вслед за ним.

- Мы с тобой, наивные, попались. Эта площадка специально для туристов. Как-то снимали кино в этих местах, а потом решили не убирать декорации, и продали права туристической фирме. Теперь сюда продают билеты. Можно посмотреть с катера, можно даже понырять и взять на память пару луидоров.

В знак примирения, оны выпили за то чтобы найти настоящий клад. Виторио извинился перед Лизой и неожиданно спросил Ивана, могут ли они поговорить по-английски. Он объяснил, что говорил с Лизой по-испански из вежливости, но дела всегда обсуждает на английском.

- Какое же у Вас ко мне дело?

- Пустяковое. Мне нужна Ваша рекомендация.

- В области туристического бизнеса?

- Не совсем. Я знаю, что вы консультируете одну крупную инвестиционную компанию по вопросам размещения акций на Нью-Йоркской бирже. Завтра последний день работы перед выходными, и мне хотелось бы спокойно встретить Новый год. Я хочу приобрести в течение дня указанные Вами акции на сто миллионов долларов, и надеюсь получить их через неделю обратно с прибылью в семь-восемь процентов. В этом случае Ваши комиссионные составят пятьсот тысяч. Сто из них Вы получите сразу. Я могу выписать чек на Ваше имя или перевести сумму на указанный счет. Не торопитесь с ответом, у нас есть время до открытия биржи. Я жду Вашего звонка до завтрашнего полудня. На этой карточке мой личный телефон.

Виторио заговорил с Лизой, которая настороженно молчала, пытаясь понять, о чем идет речь. Лица мужчин оставались спокойными, но нарочито вежливый тон капитана заставил её с мольбой взглянуть на Ивана. Неторопясь он налил что-то в бокал и с улыбкой произнес:

- Виторио любезно предлагает нам понырять за сокровищами затонувшего корабля. Ты раньше погружалась с аквалангом?

- Нет, но мне кажется, ты что-то не договариваешь.

- Не беспокойся Лиза, все хорошо.

Взволнованная девушка быстро заговорила с капитаном. Он кивнул и, улыбаясь, посмотрел на Ивана. Прозвучал тост за пиастры, которые ждут их на морском дне. Через несколько минут они уже были на палубе, где веселая компания праздновала успешное возвращение в порт. Последовала забавная церемония поиска своей обуви и прощальные тосты. Все были в приподнятом романтическом настроении от ночной прогулки и благодарили капитана. Он торжественно прощался с каждым, стоя у трапа. Когда подошла очередь Лизы, он надолго задержал её руку и громко сказал по-английски, что будет думать о ней всю ночь напролёт.