# Сказка о молчании

Александр Георгиевич Асмолов

Голубоглазая и бледная метель

Всю ночь вокруг избы крутилась.

Пыталась вырвать двери из петель,

И ставнями стучала, когда злилась.


Сквозь щели норовила проскользнуть,

От неудачи так протяжно выла.

В трубу, забравшись, силилась лизнуть,

Огонь в печи. Но, зашипев, остыла.


Слезой по дымоходу тихо растеклась,

Соединившись напоследок с пеплом.

Судьба её лишь здесь пересеклась,

С мечтой о самом искреннем и светлом.


Она давно влюбилась в стройный клён,

Но лишь зимой к ногам его стелилась.

Пытаясь защитить со всех сторон,

От дровосеков. И сугробами гордилась.


Весна всегда её соперницей была,

И клён листвой резною украшала.

Его, неверного, теплом своим брала,

Ковром зелёным вечно окружала.


Он быстро забывал, что были холода,

И как метель его от стужи защищала,

Как нежно она ластилась тогда,

И взглядом ему верность обещала.


Она хотела клён в объятья заключить,

Шептать слова любви. Открыться.

Науку страсти пылкой вместе изучить,

Но её счастью не дано было случиться.


Давным-давно она метелью не была,

Росою утренней она родилась летом.

Красоткой кроткой средь лугов слыла,

Дружила с поэтическим рассветом.


Июльский гром был её нежностью пленён,

И сразу предложил ей обручиться.

К её мольбам был равнодушен он,

А за отказ решил над нею поглумиться.


Изрёк проклятье над росою гром,

И в этот миг красотка испарилась.

Лишь эхо разнесло известие кругом,

Что непослушная в метель оборотилась.


С тех пор она лишь ветреной была,

Навеки голоса лишенная, скулила.

Но, словно птица, крылья обрела,

В обнимку с одиночеством кружила.


Ей так хотелось петь и говорить,

Но гром своё исполнил обещанье.

На предложение мороза пошалить

Она хранила леденящее молчанье.


Оставшись без друзей и без тепла,

Метель зимой снега стелила.

Но все же нежность сберегла,

И от того так жалобно скулила.


Однажды, тихой, снежною зимой,

Клён на опушке леса повстречался.

И её сердце подсказало - "Этот мой"

Как молод и красив, ещё и не венчался.


Метель от любопытных чувство берегла,

Да и себе признаться не спешила,

А милому сказать, конечно, не могла,

Что так внезапно, безнадёжно полюбила.


С тех пор в округе только ранняя зима,

Метели на опушку с клёном зачастили.

Голубоглазая к нему является сама,

В молчанье её чувства не остыли.


Бывало, пышные сугробы наметет,

Окинув клён ревнивым взглядом

И удаляясь, прочь, вздохнет,

Не в силах долго находиться рядом.


Какая мука вечно быть немой,

В душе хранить безумное признанье.

Молчанья крест, назначенный судьбой,

Вернее - грома заклинанье.


Шли годы, клён утратил счет побед,

К ним быстро охладел красавец.

Но лишь метели взгляд оставил след,

О чем при встрече говорил румянец.


Они молчали. Каждый - о своём.

Как одолеть не по годам стыдливость?

Но лишь в метель случалось быть вдвоём,

И это почитать за провиденья милость.


Но вот однажды, разомлевшая весна

Красавцу клёну в чувствах объяснилась.

Но, получив отказ, решила отомстить сполна,

И для чего с дождём осенним сговорилась.


Бродяга мокрый за свидание с весной,

Решил народные приметы перепутать.

Пугая населенье долгой лютою зимой,

Заставил лесорубов топорами тюкать.


Сгубили клён и распилили на дрова,

У той избы в поленницу сложили.

Едва о злодеянии поведала молва,

Метель и снегопад к опушке заспешили.


Да было слишком поздно, вот беда!

Хозяин к ночи протопил избушку.

Невенчанной вдовою навсегда,

Метель похожей стала на старушку.


К любимому рвалась, что было сил,

И только в смерти с ним соединилась.

О их объятии ветер ночью голосил,

А сказка о молчании мне приснилась.