# Дневник начинающего критика 26

Вячеслав Вячеславович Астремский

Понедельник.


Наконец меня посетила Муза, жаль, что меня не было дома.

Решил покритиковать что-нибудь про Ленина. Читаю - "Ленин в Шушенском", странно, я думал он в мавзолее. А вот еще один факт - Ленин в Польше. Хотелось бы пожить как Ленин в ссылке или декабристы на каторге.


Смотрел клипы старых рокеров, Кисс, Озборна. Они были молодыми и голодными, создавая шедевры. Потом зажрались, и попса их затмила. Правильно говорят, творческий человек должен быть голодным. Бедные рокеры с голодухи рвали зубами совершенно сырых живых цыплят, прямо на сцене. Бедные.


Вторник.


Между мной, славой и поклонниками моих книг есть тамбур. Это тамбур между мной и миром, между мной и людьми. И сидит в этом тамбуре вахтер по имени Редактор.

Пегас предложил помощь, а зачем она мне, лучше бы помог набить морду сидящему в тамбуре.


Всю ночь сам с собою, как это правильно выразиться, чтобы поняли... играл в шахматы что ли. И до меня дошло - достаточно один раз свихнуться и начать писать.


Среда.


Приболел. Мама Васи посоветовала обратиться к бесплатному врачу в нашу поликлинику. Она, говорит, врач конечно не вылечит, но даст рецепт и надежду на выздоровление.


Вася до Сибири не доехал, кончились чипсы и пиво, но от затеи не отказался. Сам президент сказал, что в Сибири под ногами Российское добро валяется. Вася предположил, что стабфонд тоже там закопают.


Только мой профессионализм помог мне рассмотреть в отрывке, Шая Вайсбух, признаки приключений и признаки романа. Его, в смысле автора, ГГ сбил дорожный столбик, которые по поверьям древних водителей, устанавливали каждый раз работники ГАИ, при получении дани с водителей. Но не об этом. В воображении автора, полицейские в Европе не отличаются от наших милиционеров жадностью. Вот на чем основаны такие предположения, автор не раскрыл. После написания романа, возможно автор пояснит некоторые моменты пытливым критикам.


Опять в Дверь стучал ногами и звонил руками сосед Вася - второгодник. Наверное опять деньги одолжить хочет. Спрятался от греха подальше. То есть от Васи.


Четверг.


Как жалко пигмеев в Африке. У них нет интернета, и они не могут читать авторов на Проза ру.


Оказывается, Вася стучал в дверь не за деньгами. Он пригласил меня почитать стихи его училке. Пусть тоже помучается, не все же его одного ей терроризировать.


В России отключился прогресс, все ученые уехали за длинным долларом в штаты.


На дне рождения Катьки ее подруга мне жаловалась на жизнь. Говорит менты такие наглые, не могут между собой разобраться. Вчера права забрали, а сегодня останавливают и опять требуют. Пришлось ее слушать. Мне поставили перед носом яйцо в скорлупе на тарелочке, рядом вилка и нож, как его культурно есть при помощи ножа и вилки просто не знаю. Потом дали фасолевый салат с горошком.

Все наелись, судя по запаху даже переели. Пойду лучше домой покритикую, там обстановка свежее.


Пятница.


Фортуна повернулась ко мне лопатой. Гребет под себя. Но это не остановит меня от конструктивной беспринципной критики.


Васин папа сегодня жаловался на жизнь. Говорит, утром жена нервы трепет, на работе весь день начальник нервы трепет, вечером жена нервы трепет, а сегодня ночь вообще ужасной выдалась, приснилась жена с начальником. Стал плохо себя чувствовать, а таблетки не пролазят, только водкой удается прогнать. Я то знаю, что на него действуют только лекарства на спирту.

Васин папа все таки выпил лекарство - женьшеневая настойка. С утра женьшень настаивал, так плохо стало, что пришлось выпить. Не хочет он оставлять свою жизнь в больнице, старается, дезинфицирует организм водкой, а чаще спиртом.


Я подсчитал, хотя в арифметике слаб. Графоманов на 37 процентов больше, среди людей умеющих писать. И это несмотря на то, что в России за последнее время отмечен резкий рост красивых женщин. Многие глупые люди связывают это с ростом потребления алкоголя, а я думаю с чтением прекрасных женских писателей.


Получил аванс в редакции. Появились проблемы. Не знаю куда потратить, книги купить или зуб вылечить. Долго мучился над этой проблемой. Купил колбасы и хлеба.


Сижу, пишу и жалуюсь Васе, - Ноги затекли.

Вася и говорит, - Три ноги.

- Почему три? - спрашиваю я, - Две.

Вот тут меня Вася и поразил знанием русского языка, говорит, - Три это глагол, а в существительном поставь ударение на первом слоге. А ведь вчера рассказывал за что ему поставили два бала по русскому языку. Преподаватель сказал Васе, что все знает только Бог, а это пять баллов. Преподаватель знает максимум на четыре балла, так что Вася не может знать больше чем на два балла.

Ладно на сегодня хватит писанины, позвоню Катьке. Пожелал Катьке спокойной ночи и оказался непонятым. Она, почему-то, осталась крайне недовольной.


Да пребудет с вами ласка и нежность!