# Кармен или Ария Без Голоса

Ефим Соломонович Баевер

ЖИЗНЬ ВЕЛИКИЙ СПЕКТАКЛЬ,ПОВТОР НЕВОЗМОЖЕН!

К а р м е н.

Соло в полном молчании


Когда слышишь советы друзей, трудно разобраться: то ли ты их не стоишь, то ли им тебя не понять. В спокойной жизни можно незаметным ручейком втянуться в болото и раствориться! Поэтому следуешь иногда смешным и странным советам.

Шепнули мне достойные профессионалы, что раз на горные ледники я уже не ходок, есть возможность побегать с пикой в актерах миманса в опере КАРМЕН !

На сцене я получу встряску не меньше чем нагрузка в горах, обещали мне.

Конечно, одно дело участвовать в празднике гостем и совсем другое быть в числе работающих в нем. Но разве роль в арии без голоса можно сравнить с восхождением в горы?!

Я знал, что тест на голос мой никому не нужен. От меня требовалось лишь доказать выносливость и затвердить указанные режиссером движения. Я показал свое согласие с установкой. Этому предшествовал продолжительный кастинг. Нечто вроде купли продажи внешности с претензией последней на внутреннее содержание. Высокорослые красавцы, топтались как кони, привлекая к себе внимание технолога сценографии, пластичного, с точным колющим взглядом. Выбранного он извлекал из рядов, проводил с ним совместные пассы движений и отправлял в известную ему одному группу миманса.

Желание претендентов были ярче заметны в лицах их матерей, любовниц и возможных подруг. Это и понятно. У женщин преобладала гордость и амбиции за представленные образцы, а красавцы бездельники задачу видели проще: пройтись в костюмированной толпе гораздо проще, чем с утра до вечера торчать на нелюбимой работе.

Великий сценограф Зиоферрели, на склоне лет пытался создать на сцене оперы праздник, не уступающий его же кино шедеврам! Он знал, что такое невозможно в принципе: по условиям, по времени и многому другому. Вся конструкция держится на волшебстве голосов и самой музыки! Душе же всегда нужен был праздник, пусть короткий, но яркий. Как он великолепно справлялся с кинопроизводством! Казалось, так будет вечно!

Какой триумф! Какие аплодисменты! А сколько поклонниц? Как прекрасные цветы в нехоженых полях! Беда подстерегала в скорости жизни! Никто не знает, как пчела, собирая нектар, сколько сама отдает энергии жизни. Никому из чужого рода не удается увидеть смерть пчелы после полета, а человек обречен видеть свое угасание. Такое мучение можно перенести, если удается возвращать минуты радости из прошлой жизни.

Это и пытался сделать Зиоферрели великий мастер праздника жизни!

Сам уж далеко не молод, я об этом догадывался, потому, что не могло быть знака равенства кино воспроизведения жизни и костюмированной её имитацией на сцене.

Учитывая мышечную массу, меня нарядили пожилым цыганом. Скучновато мне было даже энергично метаться среди своих, как бы подговаривая, вернуть своенравную и непокорную Кармен в цыганское племя, чтобы другим не повадно было нарушать наши законы!

Маэстро явиться на финальный прогон. Всем руководил его ассистент, который, подражая своему кумиру и учителю, одобрительно похлопывал по попе молодежь, по мощным ягодицам матрон и не миновал отметить прикосновением и мужчин. Со мной он обходился доброжелательным кивком, это и сбило меня с толку, мне показалось, что он отметил меня в массовке .

В буфете всегда царит абсолютная демократия. Со стаканчиком кофе я придвинулся к ассистенту великого режиссера.

-Вам не кажется, что по времени пора вносить изменения в оперу?

-Что ты имеешь в виду?- спросил ассистент великого маэстро. Из вежливости он слушал меня.

-Кармен цыганка, но не видно её свободолюбивого племени! Страсть она и у раба страсть!

-Ну?- нашел самое короткое слово для меня ассистент великого маэстро.

-Предлагаю усилить интригу! Сделать музыкальную паузу в которой на сцену въезжает бедный фургон, накрытый праздничным ковром, из него выпрыгивает пожилой цыган и радостно протягивает Кармен руку и кошель с деньгами! Он добыл деньги, что требовала Кармен, чтобы стать его женой. Он не верит, что Кармен посмеялась над старым цыганом. Кармен же была уверена, что денег таких старик недостанет и с этим и страсть его угаснет. Но она ошиблась!

Старый цыган знал силу слова свободного человека! Кармен не могла оскорбить старшего в роду! Двигаясь в танце, Кармен дает знак своему любовнику убрать старика и тот грубо отталкивает старого цыгана, выхватывает из его руки кошелек с деньгами и бросает его под телегу.

Цыган оглядывается, ища поддержки у окружающих, но минуту назад радовавшиеся как на карнавале люди, понуро смотрят под ноги. Цыган не может вынести такого позора и убивает себя! Но страсть слепа! Старого цыгана уносят и все вновь продолжают веселиться!

-И ты хочешь сыграть эту роль?- сказал ассистент.

-Почему бы и нет!- ответил я просто.

-Но в музыке Бизе нет этой паузы!

-Не надо трогать великого старика. На три минуты этой сцены втиснем скрипочку с мелодией "Голубки"..

-Ну, ты и нахал, но любопытный! Доложу маэстро! Повеселится, старик!

Через два дня подозвал меня ассистент и с видом заговорщика сообщил: Никто не решался вторгаться на поле маэстро! А когда он услышал, что ты человек из толпы, вдруг изменил своим правилам:" Мудрость в народе глубока. Только очень рассеяна поэтому он часто выглядит дураком ! Покажи на прогоне!" И мне дал шанс маэстро! На удачу не надеюсь, но раз маэстро дал разрешение уже шанс!

Я не ожидал , какую ненависть встречу в лице солиста. Кармен в жизни была более покладистая бабенка. И всё это из-за каких то трех минут!

Скрипочка проплакала трагедию старика влюбленного в молодуху. Я грудь колесом иду на Кармен, она лисичкой отходит, солист гневно выхватывает мой кошелек и бросает в сторону моей свадебной тележки! Оглядываюсь. Народ сник и ничего не видит кроме носков своей обуви. В отчаянии , от позора, всаживаю в себя нож и падаю замертво. Меня оттаскивают с глаз долой и солист начинает свою работу. Обидно стало так скучно

умирать даже на сцене, а тут ещё солист, по злобе, не только кошелек вырвал но и локтем пнул:"Мол, не тяни время! Быстрей падай!"

Я готов был подчиниться законам сцены, но с хамством мириться не привык! Перед генеральным прогоном я выбросил картонный нож и принес кухонный. И ещё секрет припас.

Маэстро восседал как император в кресле и тростью стучал в знак одобрения или несогласия. Все понимали! Когда дело дошло до моей сцены я и лицом сыграл радость встречи, ужас отказа и беспомощную ненависть в унижении.

Как только мой кошелек был отобран, я полоснул себя по горлу ножом, схватившись за горло, чтобы на секунду продлить жизнь, и с силой воткнул нож в пол! В следующую секунду из под моих пальцев на горле хлынул яркий гранатовый сок и я рухнул!

Солист закричал то ли от ужаса увиденного, то ли почувствовав свою вину в этом самоубийстве. Маэстро встал. Он прожил длинную жизнь, но не видел такого на сцене. Великий мастер забыл ,как Верди заколол себя понарошке!

Я встал и с улыбкой поклонился маэстро!

-Великолепно! Оставить! -утвердил ударом трости о пол мою роль маэстро.

Вновь неприязнь мелькнула в лице солиста. Столько я ему создал проблем!

"Неужели ревнует к славе?!"-я едва сдерживался, чтобы не рассмеяться .

Когда принесли програмки, я подозвал ассистента и попросил внести поправку. При современной технике это даже не час работы. Несколько слов:" В обновленном либретто принял участие "Н".

-Этого маэстро уж точно не разрешит! Зачем сбивать публику с толку! Идут на великого Зиофиррели!

И пошли какие-то странные переговоры с маэстро через ассистента.

-Он предлагает тебе заслуженно чек с премией.

-Денег не надо! Я получаю за то, что пыль поднимаю на сцене.

-Что же тебе нужно?!

-Только истина. Имя в програмке!

-Но так не бывает!

Скажи маэстро, что однажды я играл в кино роль убийцы Горбачева. Фильм закрыли, Горбачева не убили. Я сменил профессию! Больше никогда не играл. А тут решил размяться, на старости лет. Не случайно родилась находка! Так и передай, уважаемому маэстро!

После этого послания я был приглашен в апартаменты маэстро. Зиофиррели пил минеральную воду.

-Закажи любой коктейль или виски. Не стесняйся. Я могу себе крепкое уже редко позволить,- пригласил меня сесть рядом маэстро.

-А если ваш же боржом с кахетинским сиропом?

-Ты и это знаешь!

-Мы же с вами довольно взрослые люди, чтобы многое помнить!

-Ты заслужил хороший гонорар за находку в опере.

-Я сказал, маэстро. Деньги это вчерашний снег...

-Ну что тебе несколько слов в програмке дадут?

-Принцип! Моя запятая должна быть обозначена!

-Слушай! Френк Синатра был всего лишь популярный певец, коротышка! Но горло готов был перегрызть тому, кто объявлял себя участником его творчества! Моего авторитета даже кредиторы боялись , долги отменяли. А ты хочешь обидеть старого человека!

-Маэстро! Как вы умеете превращать в симфонию жизни произведения яркие и популярные, никто не умеет! Откуда эта мелкая ревность? Я даже на след вашей ноги не заступил!

-Говоришь что актер миманса? Врешь! Ты другой человек! Ты убийца! Настоящий убийца коммунизма! Может быть, оставим програмку как есть?

-Лучше, если мое уважение к вам не пошатнется.

-Тогда знай! Это со мной впервые, но самое интересное, что я не жалею что уступаю!

Конечная остановка мудрости, не иначе....Считай, что договорились! Но не ты победил- я уступил! Знаешь, мой ассистент, знает мою скрупулезную память на самые мелкие детали на сцене. Он заметил, что в первом эпизоде, где ты гуляешь в толпе, ты ближе держишься к женщинам, когда по рисунку движений ты должен быть в мужском кругу.

Плохо с памятью или скрытое решение?

- Все гораздо проще. Женщины пукают в несколько раз меньше мужчин. А долго в толпе находиться я не привык...

- Откуда ты знаешь, что говоришь?

- Сейчас в интернете можно найти и дорогу к Богу, хотя Он не указывал, чтобы для этого использовали ближний космос! -объяснил я.

-Ты не против, если я буду приглашать тебя на встречи. Мне так надоело подхалимство и плохо скрытое ожидание: когда окочурится старый, вот именно, пердун, и можно руками и ногами влезть в его творческое наследие.

На пером же вечере, я встретил озабоченного солиста и его смешливую жену.

Заметно было, что певец не доверял не только шуткам жены.

-Я знаю, вы настоящий убийца! Вначале мой муж едва не умер от страха, что стал причиной вашей смерти, а потом от возмущения, как вы всех обманули и обаяли великого маэстро!

-Но на его гонораре это не отразилось. Поэтому я спокоен.

-Вот как надо относиться к деньгам, Сима!- обернулась женщина к мужу.

-Если бы он увидел только последний счет, что мне предъявили за твои капризы, он бы понял, что сцену мести ногами ему пришлось бы десяток лет и тогда уж точно не гранатовый сок из него потек....

-Ты несправедлив! Ты должен быть снисходителен к скромным талантам, - заметила мужу женщина, а мне неожиданно, подмигнула.

Мы с маэстро упивались боржоми с кахетинским сиропом, но другие были не прочь приложиться к более крепким напиткам.

Мне показалось, что мой недруг, солист, слаб на дорогие, бесплатно доступные напитки, но жена его нашептала мне на ухо, что муж так выкладывается на сцене, что сил уж не остается иногда и на ужин!

Незаметно мы перетекли на другой прием и так же просто остались вдвоем....

-Только не думай, что мстишь злому духу таланта. Я увидела, что ты не нашего круга, не

заметен интерес к извращениям. Этого я не люблю.

Действительно я сторонник предписаний природы, а не больного воображения. Расстались мы улыбками. Хорошо быть очень взрослым. Не нужно вранья, обещаний -вскипело - встретились...

Так я месяц носился по сцене. Страшно устал: от тесноты , интриг и повторов действия. Наглости не хватило предложить ещё и пламенный спич старика цыгана.

На прощальном банкете, маэстро, без сомнения, сказал:"Ты, конечно, поедешь с нами на следующую постановку!"

-Дорогой, маэстро, ни за какие коврижки! Эта жизнь мне не по силам! Я преклоняюсь перед вашей мощью и мужеством! Теперь я только понял, какой силы нужен талант, чтобы управлять таким количеством самовлюбленных людей! Я вам благодарен и желаю долгих лет,- ответил я патриарху сцены.

-Не хочешь встретиться с ещё живым маэстро! Приедешь ли ты на мои похороны, я ведь не узнаю,- грустно ответил маэстро.

-Живите долго, Мастер. Ваша жизнь это жизнь всех, кого вы поднимаете над прозой жизни.

-Тогда напиши про нашу встречу!- как равному шепнул мне маэстро.


Я собрал друзей, что подсказали мне участие в последнем марафоне жизни.

Я благодарил, рассказывал мелкие театральные новости и сплетни, но ни слова не сказал о своем дебюте в либретто и тем более о страшном испытании, что выпало на мою долю. Странным образом симпатии нескольких хористок от маэстро обратились ко мне.

Я для них оказался маэстро в определенном смысле, цыганским бароном. Сил больше не было. С этим покончено. С последнего банкета я уходил один и шептал не - то в издевку над собой, не -то над соблазнами жизни:"Простите, что не со всеми, уж вы меня простите, что не со всеми..."

Провожая друзей, я громко каялся: "Простите, что не со всеми выпил. Теперь только боржоми, другого не признаю. Я понял, что и свою норму и выпивки исчерпал!

Друзья мне поверили...

Жизнь прекрасный, одноразовый спектакль и я в нем активный участник!

Не актер миманса Ефим Баевер. ХХ1 век, первое десятилетие.


4