# Зачем Сабуров брал Крым?

Виолетта Баша

Купит ли Россия Крым?

@ Виолетта Баша, "Новая газета", 1997 г.

../data/pressa/15/nv011297/nv7c1021.txt

Новейшая история.

Зачем Сабуров Крым брал?


Эта прекрасная до нереальности земля нравилась многим.

Загадочные киммерийцы, греки, скифы, генуэзцы, хазары, татары и

турки - кого здесь только не было! В XIII веке сюда пришли татаро-

монголы. С середины XV века до конца XVIII здесь было Крымское

ханство рода Гиреев, находившееся под господством Турции с 1475

по 1774 год, когда в результате победы России в русско-турецкой

войне Крым приобрел независимость. В апреле 1783 года по указу

Екатерины Второй Крым был присоединен к России. Что Россия дала

Крыму? Вернется ли Россия в Крым, и в каком качестве? Купит ли

Россия Крым?

24 августа Крым отмечал свой шестой день рождения в

составе независимой Украины. Каков итог? Кризис в экономике, спад

в промышленности. Свободное падение. Мертвая зона. Что думает о

возможности выхода из этого крутого пике теперь, в 1997 году,

бывший глава правительства Крыма, экономист-реформатор,

директор Института проблем инвестирования Евгений Сабуров,

эффектно приглашенный бывшим президентом Крыма Юрием Мешковым?


Вопрос, поразивший меня в одной из крымских встреч, со

временем перестал удивлять. Идея "продажи" Крыма в сущности - это

идея приватизации. Капитал при этом может иметь любую

национальность. Однако расчет прост: у Украины для этого

недостаточно средств, у Запада - интереса. Остается Россия...

Представление о полуострове как о курортной зоне с военно-

морским уклоном не совсем верно. На шельфе Черного моря и

Керченском полуострове залегает примерно 274 миллиона кубометров

природного газа и 63 миллиона тонн нефти. При этом электро- и

теплоэнергии в Крыму катастрофически не хватает. Предстоит

газифицировать восточную часть полуострова, где проживает около

30 процентов населения. Для этого необходимо построить газопровод

Джанкой - Феодосия - Керчь. Кроме того, реконструкции требуют

Сакская и Симферопольская ТЭС. Сооружение новых электростанций

возможно на базе парогазовых установок малой мощности: Крымской

ТЭС в Щелкине и второй очереди Камыш-Бурунской ТЭЦ.


- Могут ли природные месторождения нефти и газа вытащить

экономику Крыма из кризиса? - задаю вопрос Евгению Федоровичу.

- Вытащить экономику - нет! Но стать серьезным подспорьем

- да.


Наша справка.

В то время как председатель Совета министров Крыма А. Р.

Франчук для решения топливно-энергетических проблем

рассчитывает на иностранные инвестиции, Евгений Федорович самым

привлекательным в Крыму с точки зрения инвестиций считает

транспортные развязки. В 1994 году его правительство провело

переговоры с фирмами "Трафальгар Хаус" (Англия) и "Буик"

(Франция), которые были уже готовы к подписанию соглашений.

Дело в том, что географическое положение Крыма позволяет

использовать его, как выражаются авиаторы, для "подскока" на пути

Дальний Восток - Европа. Для этого можно было бы использовать 28

крымских аэродромов, целые комплексы бывших военных

аэродромов в Октябрьском, Мирном, Багерове и другие. Не следует

забывать и о восьми крымских портах.


И все-таки Крым - это курортная зона. Когда-то - лучшее

место отдыха трудящихся СССР, излюбленное место отдыха

руководителей КПСС. Теперь - опустевшие пляжи, полупустые

санатории на грани банкротства, нищенская зарплата персонала,

скрытая безработица - отражение паралича экономики.

Приведу поразившую меня цитату из программы Анатолия

Романовича Франчука: "Физическое положение, историческое,

архитектурное и культурное достояние Крыма, его уникальные

климатические условия, бальнеологические и грязевые ресурсы

позволяют в ближайшие 10-15 лет довести количество отдыхающих

до 8 миллионов человек в год". Может быть, я заблуждаюсь, называя

эту зону мертвой?


- Это что, святая наивность или просто ложь?

- Курортная зона Крыма требует такого объема инвестиций,

что их просто нигде нет. (Вот вам и 8 миллионов трудящихся к 2010

году! - В. Б.) С другой стороны, ценность курортной зоны Крыма

сильно преувеличена. Она построена по элитному образцу - в

основном это дворцы с парками. Все это рассчитано на крайне

богатых людей. Того Крыма, который мы помним, с тысячами

полунищих "дикарей" уже не будет. А богатые люди при таком уровне

сервиса в Крым никогда не поедут. Поэтому с этой зоной непонятно,

что делать. Когда она задышит и что там будет?

- А на Западе ни у кого нет желания вложить в нее деньги и

сделать из нее конфетку?

- Ни в коем случае! Туристический бизнес - крайне сложный

механизм с очень небольшой прибылью. Пока никто не будет

вкладывать деньги в курортную зону Крыма.

- Из-за нестабильности? Военные учения серьезно могут

повредить инвестициям, или это не так уж важно?

- Там столько причин другого характера, что эта причина - на

десятом плане.

- Евгений Федорович, а как вы попали в Крым, как вас

пригласили возглавить правительство?

- Во-первых, я сам из Ялты. Там мои друзья, одноклассники,

мама. Разговор относительно того, чтобы мне принять участие в

судьбе этого полуострова, шел давно. Юрию Мешкову это наконец

удалось... В феврале 1994 года я дал согласие, в марте приехал, а в

сентябре того же года уехал. Насколько мне известно, об этих

временах в Крыму вспоминают не так уж плохо. До этого там были

очень плохими 1992 и 1993 годы. Нам тогда удалось достаточно

быстро и эффективно переломить ситуацию.

- Каким образом?

- Прежде всего налоговой политикой. Затем - валютной.

Рядом мер по нормализации бюджета. Эти рекомендации известны,

они обсуждаются сейчас и у нас: отказ от слишком скрупулезного

собирания налогов с малых предприятий, введение фиксированных

платежей на малый бизнес. Очень сильная антикриминальная мера и

очень сильная мера по сбору налогов. На Украине тогда был

фиксированный курс валюты. Мы сделали плавающий курс,

легализовали рублевые и долларовые обороты (тогда купоны были

внутренней валютой Украины), устроили в Симферополе валютную

биржу.

- Получилось независимое "плавание" в экономике?

- Да. Впрочем, руководство Центрального банка Украины

тогда мечтало о том же. Поэтому все это нам сошло с рук.

- Как развивались отношения с Киевом?

- С экономическим блоком правительства они были очень

хорошие. Этот блок имел возможность кивать на нас: смотрите, они

сделали, и у них все получается. Что касается политического блока,

все это вело к довольно сильной автономии Крыма и вызывало

большое недовольство. Экономически Крым мог стать совершенно

самостоятельным, не получая дотаций от Украины, и на ее фоне даже

процветающим. При нас жизненный уровень в Крыму стал

наивысшим на Украине. А был одним из самых низких (как и теперь,

в 1997-м! - В. Б.). Мы ввели ряд социальных мер. Кроме пенсий,

существовал еще ряд дополнительных выплат, адресная защита

наименее обеспеченных. Страхи по поводу того, что надо иметь массу

работников по социальному обеспечению, оказались беспочвенными.

Оказалось, что все это не так уж и трудно сделать. В налоговой

политике был еще ряд мер, например по НДС. Тогда Крым был

замкнут по бюджету. Это позволяло очень многое сделать. Мы брали

на себя ряд расходов, носивших федеральный характер. В условиях

недофинансирования со стороны федеральных органов многие

программы финансировались из собственного бюджета.


Ситуацию 1994 года хочется сравнить с нынешней. На

первый взгляд бюджет Крыма 1997 года бездефицитен. Однако

расчеты были сделаны по прошлому году, когда 40 процентов НДС

оставалось у Крыма. При этом на момент принятия бюджета на

сессии Верховного Совета Крыма в июле 1997 года выяснилось, что к

этому времени Украина утвердила свой бюджет, по которому все 100

процентов НДС у Крыма изымаются. За полгода Крым уже

израсходовал при новом раскладе все бюджетные средства - 278,7

миллиона гривен. На оставшиеся полгода Киев не оставил Крыму

ничего, по замечанию министра финансов Крыма М. С. Виткова.

Работа с бюджетной, денежной массой, валютой совершенно

необходима, но это еще не реформа. Реформа прежде всего

заключается в приватизации. Мы ее готовили. Хотели провести не

таким путем, как она проводилась в России или на Украине.

Соединение возмездной и безвозмездной приватизации по немецкому

образцу с целью привлечь внешние инвестиции. - В. Б.


- Откуда вы их ожидали? Речь идет об Украине, России или

Западе?

- В таких случаях разницы между инвестициями нет. Лично я

больше надеялся на российские. На Украине в это время просто не

было для этого ресурсов. Западные инвестиции - чрезвычайно долгий

процесс. Хотя некоторые желания появились. Надо понимать, что

Крым - это не только курортная зона, как это представляется из

Москвы.

- Теневая экономика, криминал мешали вам осуществлять

реформы?

- Впрямую криминальные структуры не участвовали ни в чем.

Но введение нами некоторых мер нормализации, в частности с

налогами на малый бизнес, просто отняло у них работу. Поэтому,

естественно, они нас любить не могли. Мы ощущали на себе

серьезное давление.

(Евгений Федорович упомянул Сэлемскую группировку,

которая особенно "не испытывала любви" к его правительству...)

- Евгений Федорович! Сейчас в целом приватизация Крыма

проведена. Приватизировано 75 процентов государственной

собственности. При этом спад в экономике Крыма продолжается. В

чем причина?

- В задержке с проведением реформ. Не знаю, как была

проведена приватизация. То, что про нее ничего не известно, уже

говорит о многом. Ведь приватизация нужна для привлечения

инвестиций. В свое время нам просто не дали ее проводить. Даже

российская пресса писала: "Сабуров поехал поучаствовать в

приватизации". Подразумевалось, наверное, что я деньги хотел

слямзить?! При таком отношении работать нельзя.

- Введение гривны на фоне повальной нищеты. Как вы к

этому относитесь?

- Стабилизация национальной валюты - это всегда хорошо.

Митюков, Ющенко из центральных финансовых органов Украины -

неплохие ребята. Я большой сторонник всего того, что они делают.

- Как произошел ваш уход из правительства Крыма?

- Меня пригласили на определенных условиях. Я подал в

отставку, заявив, что мне не дают возможности делать то, что я

считаю нужным. Тогдашний президент Юрий Мешков все-таки

просил меня остаться. Это было бессмысленно. Кроме того, тогда

начиналось политическое противостояние с Киевом, а это означало,

что фактически дело было обречено.

- Юрий Мешков всегда был вашим сторонником?

- Да.

- С ним не было никаких разногласий?

- С ним было самое крупное разногласие. Он не хотел

приватизации. Вокруг него крутились непонятные люди, предлагали

какие-то безумные проекты со швейцарскими миллиардами. У нас это

вызвало недоумение и в значительной степени тормозило процесс. С

другой стороны, я не политик. Возможно, Мешков опасался, что,

начав приватизацию, не "выживет" на фоне желающих.

- Каковы перспективы Крыма сегодня?

- На сегодняшний день Крыма нет! Есть часть Украины.

Никакого отдельного пути у Крыма тоже нет. Что будет с Украиной,

то будет и с Крымом.

- А что будет с Украиной? Какова оценка ситуации?

- Пессимистическая. Крым мог бы рвануть один и мог бы

помочь всей остальной Украине, но этого не сделал. В сущности он не

пошел на финансовую интеграцию с Россией. Те самые

парламентарии, которые так много говорили о связи с Россией, просто

поставили барьер. Что-то из области психопатологии. Депутат

Круглов заявил в парламенте: "Мы за Россию, но без москвичей!" То

есть не надо русского капитала. Тогда непонятно, что значит "мы за

Россию"? В то время как нормальные люди ждут инвестиций, они

боялись, что кто-то придет со стороны и принесет деньги. Не дай Бог,

нас купят! Хотели все сами!

- И пришли к краху!

- Это вина самих крымчан! Даже не руководства. Ведь

голосует население...


Послесловие

Как и у Евгения Сабурова, мои предки родом из Крыма.

Жили там еще до прихода России. Как и Евгений Сабуров, я не могу

смотреть на него без боли. Как и у многих, моя Родина - Украина.

Моя Родина - Россия. Мы не хотим их делить. "Ялтинский серпантин"

- это девять крутых поворотов. Крутых, как новейшая история Крыма.

Земли, где остались наши сердца...