# Один день Ивана Денисовича

Виктор Бейко

Один день из жизни контингентного беженца...

Один день Ивана Денисовича


Иван Денисович ( ударение на третьем слоге) контигентный беженец ( переселенец в Германии еврейской национальности), сорокатрёхлетний уроженец солнечной Молдовы, уже восьмой месяц посещал курсы немецкого языка, "шпрахи", как именовали их в народе. Всю жизнь проработавший далеко не на умственной работе, давным - давно изучавший в школе английский язык и никогда толком не сталкивающийся с немецким языком, Иван и в самом начале учебного процесса был далеко не в лидерах на курсах, а когда после шести месяцев обучения, перекомплектованную группу перевели на более усиленный режим обучения, аутсайдерство Ивана стало очевидным и не имеющим никакой надежды на хоть маленький, но успех.


Даже студенты, имеющие более чем десятилетний опыт обучения, через четыре - пять месяцев занятий имеют каникулы, отдыхают, а тут люди, чья тренировка памяти в последние годы заключалась, в лучшем случае, в запоминании новостей и анекдотов, что б было о чём потрепаться на работе, восьмой месяц подряд, по семь часов в день занимались изучением языка !


Неизбежно наступало то состояние человека, которое спортсмены называют "перетренировкой". Это когда боксёр пропускает удары даже от новичка, штангист роняет штангу чуть ли не с " детским" для него весом, а любая, даже самая лёгкая тренировка превращается в непосильную каторгу. Так вот, точно такое, один к одному, определение подходило к нынешнему состоянию нашего Ивана.


И от сегодняшнего утра, да и последующего дня, он и не ждал ничего хорошего, разве что предстоящих двух выходных дней, ведь сегодня пятница ! С так настроением Иван выглянул в окно. Увидев, сквозь густой туман, блестевшую ото льда мостовую, Иван повеселел: вполне возможно, что, живущий в 30 километрах, сверхпунктуальный преподаватель господин Циммерман, опоздает на занятия и будет, что уже случалось, большую часть урока рассказывать и объяснять почему он опоздал, что это совсем не оправдывает его, ибо он должен был предусмотреть всё.


Но... не случилось! Уже на входе в класс, тот, ослепительно улыбаясь, поприветствовал Ивана. С не менее широкой улыбкой Иван ответил на приветствие.


Всё пошло своим чередом. Довольно обстоятельно объяснив новый материал и поинтересовавшись, всё ли понятно, выдержав приличную паузу и одобрительно приняв ответное молчание за полное понимание (ну как скажешь, что вообще ничего не понятно?) нового материала, господин Циммерман начал своё знаменитое : " Herr Denisovitsch ! Sagen Sie, bitte... " ( господин Денисович ! Скажите пожалуйста...)


Закончить он не успел. Увидев съёжившегося под преподавательским взглядом Ивана, к нему на помощь "бросилась" сидящая напротив однокурсница, фрау Китина.


Ярко сверкая всеми гранями, только недавно полученных Отто - Бениковских знаний


( Otto-Benike - название фонда, на средства которого обучают языку людей с высшим образованием), она, с дотошностью археолога, стала выпытывать у преподавателя все, даже самые незначительные, нюансы немецкой грамматики из нового материала.


Время шло. Лицо преподавателя постепенно приобретало оттенок взбесившегося хамелеона.


"Что за женщина !, - восхищённо думал Иван, - Жанна д Арк ! Зоя Комодемьянская ! Впрочем нет. Зоя Космодемьянская больше молчала. Вернее, вообще молчала...


Пришлось искать другие литературные образы. На память пришла классика: " Коня на скаку остановит ! В горящую избу войдёт ! - Вот это самое то ! Кто же это написал ?


Тургенев ? Некрасов ? А может... Нет, не Лермонтов, это точно !" Расстроился Иван, что в школе плохо занимался по литературе...


" Я вас ужье третьий ряз спряшивайу ! ", - донёсся до его сознания знакомый голос. От возмущения господин Циммерман перешёл на русский язык, но быстро взял себя в руки :


"Sagen Sie, bitte..." . Закончить он не успел, откуда то сзади послышалось : " Herr Zimmerman ! Pause ! " . Посмотрев на часы, господин Циммерман обречённо прогудел :


"Пауза ! "


На перерыве, в туалете, ожидая очереди помыть руки, Иван с интересом наблюдал за своим однокурсником, который, закатав рукава, тщательно с мылом мыл руки, потом не менее тщательно лицо, а затем и шею. Происходящее зачаровывало. Если после каждой оправки малой нужды так тщательно дезинфекцироваться... Продолжать тему он не рискнул, увидев, во что превратилась после помывки раковина и окружающее пространство, понял, почему висевшая на стене "Инструкция по пользованию туалетом и умывальником" написана на русском языке.


Следующий урок вела фрау Босанд. С предыдущим уроком разница была как между КВН и партсобранием в самые застойные времена. Правда и здесь не обошлось без курьёзов.


Тема урока была "Религия. Храмы." В процессе урока было сделано чёткое определение, чем отличаются католические храмы от лютеранских : двери первых всегда открыты, двери же лютеранских храмов открывают только на время богослужений. Для верности это было повторено на русском языке. И вот в конце интереснейшего урока преподавательница, просто из вежливости поинтересовалась, всё ли всем понятно, есть ли вопросы. Всем было всё понятно, но вопрос был. Причём один и у самого дотошного слушателя. Угадайте, какой ? Правильно ! - В чём разница между католическими и лютеранскими храмами ? Лишь на какое то мгновение фрау Восанд потеряла дар речи, но быстро взяв себя в руки спокойно повторила то, о чём говорила недавно.


А в целом урок прошёл "на ура", два часа пролетели незаметно, никто не вспоминал о паузе, пока не спохватилась сама преподавательница.


Большая перемена. "Кофе - пауза", которая своей основательностью неизменно превращалась в "миттаг" (обед). Спустя какое то время, Иван обратил внимание на своего соседа, который долго ходил вокруг ведра с водой для мытья классной доски.


Озабоченно пробовал пальцем воду, удручённо качал головой, что то бормоча. В конце концов не выдержав, схватил чайник с горячей водой и вылил содержимое в ведро, лишив тем самым добрую половину присутствующих надежды на быстрый час или кофе.


В ответ на недоумённые вопросы : "Зачем он это сделал ?", отвечал : " Вода в ведре ледяная ! Как доску мыть ? ". На вполне резонное : " Так ведь доска чистая, да и дежуришь не ты ", последовал убийственный аргумент: " Вам что, воды жалко ? Сейчас схожу принесу, вскипятим."


Иван же тщетно пытался понять, как может вода, простоявшая сутки в комнате при температуре +25 градусов, быть ледяной? Воистину, сиё тайна великая естьм !


Последняя пара часов занятий была вообще сюрпризом ! Занятия вёл опять господин Циммерман. Довольно обстоятельно объяснив новый материал, он, вместо классического


"Sagen Sie, bitte...", широко улыбаясь объявил присутствующим на чисто русском языке:


" А сейчас я передаю политическую власть Олегу Колесову ! " Оказалось, тот недавно подтвердил свои водительские права и решил это дело всенародно отметить.


Первый тост сказать поручили родному дяде виновника торжества, с "напутствием" произнести его только не немецком языке, на что последний даже слегка обиделся : "Я что, на курсы зря что ли хожу ? " В нужный момент встал подбоченясь, дождался нужного момента и в торжественной тишине выдал отличный тост... на чисто русском языке !


Потом, уже придя домой, почти все пошли в бассейн, а вечером, сидя на крыльце хайма


(временное общежитие для переселенцев) курили и под пиво тихо напевалислегка переделанное, но знакомое с детства " Хайм родной, навек любимый, где найдёшь ещё такой..." А прохожие удивлённо - завистливо смотрели на эту идиллическую картину.


Умеют же отдыхать люди !


Засыпал наш Иван с лёгкой душой : день прошёл вроде бы нормально, не хуже и не лучше других дней. Просто один из 276 дней, прожитых Иваном в Германии.