# Реквием по русскому языку на Земле Обетованной

Яков Михайлович Бендерский

Кто же виноват, что не успело уйти еще наше поколение, как выросшие детки резко и неоднозначно заявили: мы живем в другой стране, нам светят другие звезды, мы поклоняемся иным идолам - ну зачем нам ваш русский? Кому он нужен?

Реквием по русскому языку


на Земле Обетованной


"Между собой они говорили по-русски, книги читали на английском, французском, немецком, мечтали на идиш. Но я знаю только иврит - мои родители хотели построить новую страну, со своим языком и культурой. Поэтому не научили меня эти полиглоты никакому другому языку, кроме иврита, - для моего же блага". (Амос Оз)


Песнь минорная


Как же могло так случиться, что самые возвышенные мысли о русской культуре, долгие годы питавшие нас; самые глубокие переживания и чувствования о судьбах России, ее прошлом и настоящем; самые любимые строчки, скрытые до поры до времени в старых дневниках - как же могло получиться, что все это так быстро выдохлось и ушло в протяжный вздох, впиталось в песчаную почву Израиля?

Сколько писали о русском гетто, об обособленности выходцев из России, об отторженности общины от местных реалий. Думается, что в этом утверждении больше эмоций, чем реальных фактов, больше навязанного нам извне желания израильских СМИ, чем истинных намерений эмигрантов. Ведь в глубине души, наедине с самим собой, каждый уважающий себя эмигрант из России спит и видит, как бы побыстрее спрятать концы, поскорее слиться со средой, мимикрировать, замести следы, чтобы, не дай бог, его детей не приняли за чужаков. А потому понятно, что при малейшей возможности войти в израильское общество, разорвать русский круг знакомых, такой шаг будет сделан с удовольствием.

- Русское гетто, в сущности, только для тех, кто слишком стар или ленив, а я непременно вырвусь из него, - вот целенаправленная установка продвинутого израильтянина, когда-то числившегося "русским". Если для этого требуется вывернуться наизнанку: поменять имя, фамилию, круг общения, забыть родной язык - пожалуйста!

Так кто же виноват, что не успело уйти еще наше поколение, как выросшие детки резко и неоднозначно заявили: мы живем в другой стране, нам светят другие звезды, мы поклоняемся иным идолам - ну зачем нам ваш русский? Кому он нужен? Так кто же виноват: не видящие дальше своего класса дети или умудренные опытом родители, которые воспитали своих чад в полной уверенности в ненужности родного языка, которые аккуратно затаптывали всякие следы прошлого, которые не удосужились дать хотя бы начальные знания русского языка, не воспитали уважения к предкам? Кто прививал детям твердые целевые установки на сей счет, кто стыдился своих стариков, не понимающих иврита?

- Ну и что вы хотите? - уверенно, без нотки сомнения возразят мне, - так и должно быть, ведь пришло новое поколение, выросли новые люди, которым не нужно знать своих корней, разбираться в родословной, чтить память ушедших. Не оттого ли мы и убежали, чтобы вновь оказаться в языковом галуте?

И все-таки, не будем торопиться, давайте лучше присмотримся внимательней к поведению других общин Израиля, менее многочисленных, не представленных в Кнессете, не имеющих столь разветвленную культурную сеть газет, журналов, книг, театров, не кричащих во всю мощь и на всех углах о своей культурной монополии. Приглядитесь, как ведут себя выходцы из Аргентины и Франции, Канады и Южной Африки? Столь же быстро и легко обрубают они вековые корни, забывают родные языки и стараются стать святее папы?

Видели ли вы ребенка из англоязычной семьи, который не знает английского, чьи родители специально отвратили бы его от изучения родного языка? Слышали ли вы, чтобы в какой-нибудь израильской школе закрыли группу по изучению испанского языка, если подавляющая часть учеников выходцы из Аргентины? Хотелось бы видеть, какой грандиозный скандал закатили бы родители. Или, по вашему мнению, славянская группа языков уступают латинской/германской языковой группе, а английский/испанский достойны большего уважения?

Куда мы торопимся, почему мы так не уважаем себя?

Неужели вам кажется, будто израильтяне не понимают сей страусиной тактики: спрятать побыстрее голову, выставив наружу голый зад?

Не эта ли бьющая в глаза стратегия нелепости и является причиной многих поражений нашей общины; с одной стороны раздираемой бесконечными склоками, с другой - стесняющейся своей "русскости", с третьей - действительно пытающейся жить в Израиле по законам прошлой родины. И эта классическая композиция "лебедя, рака и щуки", тянущих в разные стороны сил, как вы понимаете, далеко нас заведет.

Но не будем голословными, опустимся на грешную землю и поищем серьезных доказательств вышеприведенных гневных филиппик.


Песнь ностальгическая


Для начала небольшая сценка, разговор в учительской так потрясший меня, так точно вписавшийся в тему, что я не могу не привести его.

Сентябрь. Начало учебного года в израильской школе - тихоне. В учительскую входит роскошная дама средних лет, одетая так модно и со вкусом, что не остается сомнений в ее русском происхождении. Краем уха слышу ее разговор с учительницей математики, еще раз убеждаюсь, что не ошибся.

Естественно, мне очень важно поговорить с ней, так как я как раз набираю новую группу детей, изучающих русский язык. Понятно, как сложно сегодня набрать такую группу, скажем, в Гецлии, Раанане или Кфар - Сабе, так как новых учеников из России нет, а старые, хотя еще и не потерявшие разговорный русский, весьма неохотно идут изучать его.

Мне кажется, будто маме будет легче объяснить мою задачу, чем дочке и может быть привлечь ее на свою сторону. В ходе разговора с ней выясняются интересные детали: семья в стране уже 15 лет, хорошо устроены, прекрасно адаптировались, дети учатся в престижных школах. Последние годы моя новая знакомая работала в Москве (что-то, связанное с Сохнутом), вся семья - потомственные москвичи. Они с мужем закончили МГУ. Она по специальности филолог, работала журналистом в редакции крупной газеты. Одна деталь из разговора как-то насторожила, но я попытался отбросить сомнения. Деловая дама вскользь так бросила, что ее дочка в Москве училась в школе при посольстве, где преподавание велось на иврите, так как русский у нее хромает.

Теперь, когда между нами установилась дружеская атмосфера, я с улыбкой легко и непринужденно предложил моей новой знакомой:

- А почему бы Вам не поговорить со своей дочкой, чтобы она выбрала русский язык, как один из предметов?

На что потомственная москвичка, когда-то получившая высшее образование по тому же злополучному языку, с легкой гримасой отвращения сказала на чисто русском языке по-московски акая:

- А зачем ей нужен русский? Пусть лучше выберет арабский. Где-то пригодится!


Песнь трагическая


Комментарии, как говорится, излишни. А ведь мнение ее, так безаппеляционно высказанное и четко сформулированное, не исключительный случай, а широкое и типичное явление, почти и не скрываемое, хвастливо пропагандируемое.

Таких примеров накопилось у меня множество, но не стоит утомлять читателя, которой сам хорошо знаком с данным явлением. Однако не удержусь, чтобы не вспомнить еще об одном случае, но, поверьте, он будет последним.

Связан этот эпизод с моей злополучной профессией (боже мой, как стыдно о ней говорить, представляясь новым знакомым): преподавателя русского языка. Вижу, как вы сразу же усмехнулись. Оно и понятно. Мало того, что несчастный учителишка, которого кто только не пожалеет за напрасно прожитые годы, которому кто только не укажет на промахи и недочеты в системе образования, которого кто только не упрекнет в замшелости, упертости и старомодных взглядах. Потому что все учителя из одной категории - закомплексованных, потому что учитель - это медицинский диагноз, - мало того, еще и учитель русского языка! По крайней мере, преподавал бы немецкий, испанский, не говоря о престижном английском - а тут русский.

Именно эту гамму чувств я прочел в глазах своих новых знакомых, с которыми мы путешествовали. Оказались вполне респектабельные люди, оба архитекторы (как легко и непринужденно это прозвучало, не хуже, чем ласкающее слух: программист, адвокат, хирург или бизнесмен - не чета некоторым). Оба работают в солидных фирмах в Канаде (ну не в школе же работать умному человеку), куда попали после 7 лет жизни в Израиле. Да и в Израиле были прекрасно устроены, у них две чудесные дочки 16 и 14 лет.

Понятно, что у них нет времени заниматься детьми, потому их замечательные девочки очень быстро забыли русский язык и перешли на иврит, затем также быстро забыли иврит и перешли на английский. Да и к чему им русский язык?

Но суть поразившего меня разговора не в этом. Главное - это откровенно удивленная реакция на мою профессию, которую им не удалось скрыть.

- И что, - хором воскликнули мои новые знакомые, - это кому-то нужно? Русский язык еще изучают в Израиле? Как вы вообще можете на зто прожить?

Как-то странно объяснять интеллигентным людям, прожившим большую часть жизни в России и запачкавшим краешек своей биографии в Израиле, что русский язык такой же язык (не хуже, не лучше, просто такой же язык) в кругу других иностранных языков и вовсе не зазорно человеку преподавать его, зарабатывая свой горький хлеб.

Меня никогда не поймут коренные израильтяне, для которых неизъяснимым чудом является сам факт изучения русского языка в Израиле, хотя у них же естественным считается изучение и амхарского, и таджикского, и грузинского в местах компактного проживания названных общин. Но здесь же передо мной сидели русские евреи, пережившие две эмиграции и не понимающие элементарных вещей.

- Какую пользу может принести язык покинутой страны, - ясно читалось на их вытянутых лицах, - который мы хотели бы отряхнуть как старый прах со своих ног? Пусть дети вычеркнут его из жизни, если уж мы принуждены нести бремя языка.

И вспомнилось мне тогда сходное явление, вовремя не оцененное и не понятое, но только связанное со страной исхода, знакомое каждому, кто пережил его.

Так вот там, на холодной русской земле, в плотном окружении другого народа многие евреи вели себя сходным образом: охотно перекрашивались, меняли имена и отчества, скрывали свою национальность, все с той же похвальной целью - быть такими, как все. Тем же тоном мы говорили своим удивленным родителям:

- Ну зачем нам учить ваш идиш? Кому он здесь нужен?

Как стыдились мы его, как переживали, когда бедные старики при нас начинали что-то говорить на идиш, какими современными и модными казались сами себе, пренебрежительно отворачиваясь от устаревшего языка изгоев. И как потом, спустя годы, ругали себя, когда стали понимать, что вытесненный в подсознание идиш мог дать фору любому языку здесь, в Израиле, мог бы сослужить добрую службу в эмиграции. И не мы ли виноваты в том, что добрый старый идиш, как будто бы переживший европейскую катострофу еврейства, страшные годы Шоа, все же умер, преданный и забытый своими легкомысленными детьми.

Евреи, упорно стремящиеся в первые ряды, в титульную нацию, в передовые строители коммунизма, дружно отвернулись от "маме лошн", щеголяя чистым русским раскатистым "р". Не напоминает ли вам что-то этот забытый ныне исторический феномен?

Попробуем все же, несмотря на полную и непоколебимую уверенность многих "русских израильтян" в ненужности русского языка для их детей, робко возразить и привести хоть какие-то контраргументы.


Песнь величавая


Для начала хотелось бы упомянуть столь любимую всеми нами могучую русскую культуру и ее великое детище - классическую русскую литературу. Как-то даже стыдно об этом говорить вслух, неловко напоминать о ее всемирной значимости. Ну, неплохо, согласитесь, образованному человеку, хотя и погруженному в модную поп - культуру, омыться иногда холодной пригоршней сей волшебной "живой" водицы.

Но разве это весомый аргумент? Разве культура в широком смысле этого слова занимает приоритетные позиции в мироустройстве современного эмигранта? Тем более, зачем нашим родным деткам русская культура, когда мир так низко прогнулся под английскую? Ну и мы туда же.

Может стоит коснуться вопроса изучения языков вообще, и русского языка в частности. Ведь давно известно, что новый язык, новая культура - огромное поле чудесных возможностей для развития молодого человека.

Тоже не сильный аргумент! Не лучше ли приохотить ребенку к изучению испанского языка? Вон сколько сериалов показывают.

Обратимся, наконец, к ученым-психологам, в унисон твердящих о пользе совместного языка детей и родителей. О магической силе материнских сказок и песенок, на которых ты вырос. Высказывающих вслух трагические предостережения об "Иванах не помнящих родства", о беспамятных "манкуртах", если вы еще не позабыли роман Чингиза Айтматова. Психологи говорят о тех беднягах, потерявших свою языковую ориентацию в детстве, которые потом, спустя долгие годы, так и не смогли оправиться от тяжелого психологического дискомфорта, начинающих лишь в зрелые годы искать потерянные корни.

Ну, когда еще это будет, да и будет ли вообще? - смело возразят вам.

Кто тогда прислушается к словам тех исследователей-филологов в области билингвизма, которые доказывают, что ребенок, начинающий сразу говорить на двух языках, испытывает вначале определенные трудности, зато потом намного опережает детей - монолингвов?

Забудем раз и навсегда о никому не нужных стариках, наших дедушках и бабушках, потерявших самую элементарную человеческую возможность - общий язык, ниточку, связывающую поколения, лишенных связи с внуками. Тем более, что они давно из ума выжили, что знают они о современной жизни, чему научат наших детей, когда их место на лавочке, а еще лучше в доме престарелых.

Не будем касаться и столь важных для каждого ученика старших классов дополнительных баллах, которые приносит изучение иностранного языка. Представьте себе, и русского тоже. Плюс бонусы при поступлении в колледжи и вузы. В конце концов, было бы странно принятие в государственном масштабе расистских законов по отношению к какому-либо языку.

Короче, невозможно убедить хоть в чем-то людей, для которых ваши слова лишь сотрясение воздуха, искренне убежденных в своей правоте, верящим только в свои истины, играющим исключительно по своим правилам.

Вот так мы живем, не замечая всей абсурдности и нелепости ситуации, горького юмора мелодрамы, кафкианского абсурда повседневной жизни. Ведь для того, чтобы увидеть реальность в ее настоящем свете, нужен проницательный взгляд парадоксального Сергея Довлатова:

"Заговорили в одной эмигрантской компании про наших детей.

Кто-то сказал:

- Наши дети становятся американцами. Они не читают по-русски. Это ужасно. Они не читают Достоевского. Как они смогут жить без Достоевского?

И все закричали:

- Как они смогут жить без Достоевского?!"