# La Costa de Raton

Виктор Бердник

Четыре печатных публикации: в России, в США, в Канаде

La Costa de Raton


In hostem omnia licita.

( По отношению к врагу всё дозволено.

Лат.)


Во время моего последнего пребывания в Одессе с кратким визитом мне пришла в голову мысль прокатиться в Турцию. Собственно, её вовремя подсказал мой приятель, который уже там бывал неоднократно. По его "наколке" я позвонил в туристическое агенство и приобрёл билет на пассажирско-грузовой паром "Южная Пальмира", совершавший регулярные рейсы по маршруту Одесса-Стамбул-Одесса. Кают первого класса на этом лайнере оказалось немного и мне буквально удалось купить последнее место, чтобы путешествовать в относительно привилегированном положении на судне, которое теперь принадлежало частному владельцу или компании, а не как прежде - Черноморскому Морскому Параходству.

В стоимость билета входило трёхразовое питание в ресторане, правда уже без градации на первый класс и всех остальных пассажиров, включая и палубных. Очевидно с близостью окончания сезона отпала необходимость в дополнительных членах команды и штате поваров, а значит и раздельное меню больше было не актуально. На качество пищи не приходилось жаловаться - довольно сносная кухня, впрочем, я не особенно привередлив и, как говорится, не делаю из еды культа. Моими соседями за столиком оказались люди примерно моего возраста - супружеская пара, с которой я не то чтобы подружился, но отнюдь не тяготился их присутствием. Как выяснилось, Валерий и Пола, так звали моих попутчиков, проживали в настоящее время, как и я, в Америке. Довольно странное совпадение, что нас усадили за один стол, но как я думаю, организаторы круиза специально позаботились об этом, предположив у нас общие интересы и сделали такое заключение, исходя из паспортных данных. Одна страна проживания - стало быть привычки и вкусы - те же. В принципе, логичное решение и на месте администрации я бы поступил точно так же. Насколько мне стало понятно уже в первую наша совместную трапезу, Пола была коренной американкой, а Валерий, судя по его чистому русскому - эмигрант второй волны. Вероятней всего, в этом заключении у меня прослеживалась личная предвзятость и сделал я свой вывод по тому, как он говорил. Столь широко принятые неологизмы, представляющие собой вульгарный поток английских терминов, напрочь отсутствовали в его речи и слушая Валерия, трудно было отделаться от впечатления, что я опять вернулся в восьмидесятые годы. Он, сохранивший в себе уважение к традициям языка, хоть и не изъяснялся изысканно и витеивато, но и не засорял без нужды свои предложения сленгом. Не переношу эту манеру...

Уже на обратном пути в Одессу, полные самых разнообразных впечатлений после двухдневного пребывания в турецкой столице, мы после завтрака зашли в бар выпить кофе. Я как и он нуждался в чашке еспрессо и к той бурде, что подавали в ресторане, мы оба испытывали одинаковое отвращение. Утренний кофе - это своего рода ритуал и от того, насколько он будет правильно проведён, зависит заряд настроения на целый день. Мы устроились на мягких диванах в пустом баре возле широкого окна, из которого хорошо просматривалась водная гладь с далёким парусом на горизонте. От вида пустынного моря и одинокой яхты мне тут же пришли на ум слова моего приятеля, сосватавшего этот короткий круиз. Он в прошлом закончил институт холодильной промышленности и много лет проработал рефрижираторным механиком на судах ЧМП.

- Как люди не боятся пускаться вот в такие плавания и, тем более, на утлой пластиковой посудине, размером в какой-то десяток метров?

По его словам выходило, что риск в подобных путешествиях - это ежеминутная реальность и человек, решившийся на подобную авантюру - или личность не от мира сего, или просто - сумасшедший. Я, устремив свой взгляд туда, где в дымке маячила крохотная белая точка, тутже поделился с Валерием этим воспоминанием и мнением моего приятеля по поводу моряков не по профессии, а по призванию своей души. Мы как раз закончили с первой чашкой кофе и он любезно заказал у официанта ещё по одной. В ожидании пока тот нам его принесёт, Валерий заметил:

- В целом, где-то, как мне кажется, твой приятель прав. Непредвиденная ситуация в море подстерегает на каждом щагу, если можно выразиться таким образом применительно к водной стихии. Впрочем, опыт помогает принимать правильные решения и адекватно реагировать на всё, что бы не случилось. Главное, быть готовым к неожиданностям.

- Валерий, я вижу ты знаешь о чём говоришь?

Я посмотрел на своего собеседника с предчувствием какого-то открытия.

- Немного.

Он засмеялся.

- Больше по рассказам своих друзей.

- Не хочешь поделиться?

Показаться любопытным мне не хотелось, но сама атмосфера пустого салона и новая чашка кофе со взбитой апетитной пенкой поверху, располагали к неторопливой беседе.

- Какая же область тебя интересует больше всего?

Валерий сделал первый глоток из своей чашки и приготовился к моим вопросам.

- Ну, хотя бы то, что сегодня так часто муссируется в прессе. Современное пиратство. Здесь фактор неожиданности, по-моему, что ни на есть, самый очевидный.

Валерий на секунду стал серьёзным.

- Не думаю, что забота о собственной безопасности может у кого-то вызывать сомнение. Идти в море без оружия - неоправданная беспечность.

Его уверенность меня немного озадачила, хотя сказать, что Валерий удивил меня своим радикальным взглядом я не мог. Об этом мне самому доводилось задумывался раньше и я больше склонялся к тому, что насилию нужно противостоять только насилием. Тем не менее, осторожность брала верх и эти бойцовские качества растворялись в, как мне казалось, здравом смысле.

- Оружие в руках может спровоцировать совершенно непредвиденную ситуацию, а на выстрел, пусть даже и в воздух, обязательно кто-то ответит выстрелом, но уже в тебя.

Валерий печально улыбнулся.

- Я тоже так думал, пока один из моих знакомых меня в этом не переубедил.

Он помолчал немного и прекрасно зная, что мне можно доверять, поведал довольно неожиданную историю.

- Представь себе человека..., ну скажем, в моих годах. Спокойного по натуре, рассудительного, без проявления агрессии в прошлом - словом, вполне нормального и уравновешенного. Как ты или я. Вообрази вас обоих, сидящих в удобных креслах на палубе его яхты, где он медленно раскуривает сигару перед тем как поделиться с тобой случайным эпизодом из своей жизни. Ты слушаешь меня как будто его, не задавая вопросов, потому что я всё равно не смогу на них ответить.

Влерий невозмутимо посмотрел на меня в полной уверенности, что его слова останутся навсегда только между нами.


* * *


....Несколько лет назад мне с женой довелось путешествовать вдоль тихоокеанского побережья Южной Америки: Эквадор, Коста-Рика, Колумбия. Судно-транспорт доставило нашу яхту к Панамскому каналу и её сгрузили со стороны Карибского моря. Таким образом мы сэкономили время и топливо, чтобы сюда добраться и получили уникальную возможность самостоятельно пройти восьмидесятикиллометровый путь из Антлантического океана в Тихий, что само по себе увлекательное и запоминающееся зрелище. Я и моя жена Вирджиния уже давно планировали посетить этот регион, но всё как-то не складывалось. В тот год наш сын успешно школу бизнеса и переехал в Нью-Йорк, получив там со старта зарплату в восемьдесят тысяч годовых, плюс потенциальный бонус за проявленную в дальнейшем энергию на благо работодателя. Совсем неплохо для молодого человека, который только начинает свою карьеру. Проводив его, мы оставшись вдвоём, решили, что нас более ничего не держит и самое время работать поменьше и отдыхать побольше. Мексика была уже давно исследованной территорией - два сезона подряд мы окрывали для себя море Кортеса и теперь захотелось двинуться на юг. Так родился план и примерный маршрут нашего путешествия. Дело оставалось за малым и обстоятельно подготовившись в течении трёх месяцев, мы довольно скоро отправились в путь. В тот сезон состояние океана на редкость выдалось удачным, не штормило и хотя мы специально планировали такое время года, всё равно это обстоятельство оказалось приятным сюрпризом. Впрочем, глупо ожидать в жизни только хорошее и совершенно невозможно избежать сопутствующих подобному виду отдыха капризов погоды.

На обратном пути, уже в Колумбийских водах, нас настиг циклон, довольно необычный для этих месяцев. Ввиду отсутствия близлежащих портов пришлось провести не самое приятное время в океане и, естественно, после такой встряски возникла необходимость в кратковременном отдыхе где-нибудь в тихом заливе.

Мы решили сделать небольшую остановку. Я всматривался в бинокль, пытаясь отыскать удобную бухту для якорной стоянки. Картплоттер показывал в этом районе несколько заливов, но вполне возможно, что "GPS" неточно считывал наши координаты и в силу незначительного расхождения, я пока не видел ни одного их них. Только через милю-полторы показался небольшой мыс и за ним протяжённое вглубь берега пространство довольно уютной бухты. Лучшего трудно было и желать. Защищённое от ветра и океанской волны - это было идеальное место для того, чтобы здесь провести пару ночей. Мне было просто необходимо отоспаться и прийти в себя. В последние три дня метеоусловия совершенно не распологали к отдыху, да и моя жена что-то неважно себя чувствовала и потому большую часть суток я бодрствовал. По мере продвижения вглубь залива мы с любопытством осматривались по сторонам. Справа и слева нас окружали беловатые скалы и глядя на отвесные стены, создавалось впечатление, что их когда-то расстреляли крупной картечью, настолько они были испещрены множеством хорошо различимых отверстий. С расстояния дырки в известковой породе выглядели как мелкие чёрные точки. Впереди по курсу виднелась узкая песчаная полоска пляжа и даже что-то подобие дороги, которая петляя по пологому склону, уходила куда-то за холм. Я выбрал место помельче и через несколько минут бросил якорь. Уже немного позже, соорентировавшись с широтой и долготой, мне удалось обнаружить эту бухту на экране картплоттера. "La Costa de Raton" или в переводе с испанского - "Мышиный берег".

Мы оба предвкушали полноценный сон, слегка измотанные погодой и бортовой качкой, которая не прекращалась до сегодняшнего утра. Всё это время Вирджиния практически ничего не ела, да и мне откровенно говоря, не очень хотелось. Готовить не получалось, а сухомятка надоела настолько, что я уже не мог смотреть на галеты и консервы. Горячий суп и овошное рагу, пусть даже из замороженных полуфабрикатов, представлялся сейчас как изысканное блюдо из хорошего ресторана. Вот уж воистину - всё познаётся в сравнении. Я с удовольствием вспомнил про наши запасы всевозможных продуктов и в частности, о куске сырокопчёного бекона, который лежал нетронутый с момента отхода. Вскоре запах горохового супа с наструженными туда кусочками свинины, уже приятно щекотал обоняние. Вирджиния, немного расслабившись, заметно приободрилась. Она приняла душ и сняла наклейки "Скоподамина" - единственное средство, что её спасало от приступов морской болезни, правда, имевшее побочные эффекты в виде постоянной сухости во рту и лёгкого головокружения. В принципе, она не страдала от качки, но характерные симптомы иногда проявлялись, когда океан был особенно неспокоен.

Ужин прошёл в непривычной тишине. В море, во время движения несмотря на солидную звукоизоляцию, в салоне хорошо прослушивался дизель и слегка вибрировал пол. Сейчас, на стоянке казалось странным и бессознательно беспокойным замечать малейший шорох и не чувствовать лёгкое подрагивание у себя под ногами, которое в ходу ощущалось даже через толстый ковёр. Незаметно начали сгущаться сумерки. Только теперь стало понятным происхождение этих чёрных точек, которыми был усеян высокий берег. С наступлением темноты оттуда, из невидимых гнёзд внутри многочисленных углублений стали вылетать полчища летучих мышей. В плотном, насыщеном влагой воздухе они были едва заметны и лишь хлопающий звук доносился до уха, когда какое-нибудь из этих существ пролетало достаточно недалеко. Одна из тварей оказалась настолько близко, что в луче фонаря радарной арки можно было легко разглядеть довольно мерзкую мордочку с выражением посланца преисподней. По всей видимости это была та самая листоносая мышь-вампир, живой прототип Камазоца - бога Смерти и Подземного мира, которому фольклёр цетральноамериканских народов приписывал ужасные и леденящие душу свойства. Недаром местные индейцы до сих пор не рискуют ночевать под открытым небом, опасаясь демонического существа в виде огромной летучей мыши, которая не только выпивает кровь, но и обгладывает жертву до костей.

Не могло быть и речи, чтобы спать с окрытыми иллюминаторами и несмотря на изнуряющую духоту, которая как мокрая вата плотно облепляла тело, всё же не стоило рисковать своим здоровьем. Шанс быть укушенным этими существами и подхватить какую-нибудь неизвестную заразу, вовсе не казался гипотетическим. "Desmodus potundus" или в просторечии "вампир обыкновенный" - летучая мышь, обитающая в Центральной и Южной Америке от Мексики до Северной Аргентины, питается кровью животных, а значит и не побрезгует человеческой.

Я вспомнил, что в своё время запасся алюминевыми сетками на вентиляционные люки, которые выходили на палубу в каждой из кают и теперь бы они были как нельзя более кстати. Величиной два на два фута, с мелкими ячейками - вполне своевременное приспособление, чтобы обеспечить свежим воздухом внутреннее пространство и с помощью которых можно было бы не беспокоиться ни по поводу москитов, ни по поводу другой прочей дряни. Долгие поиски увенчались успехом. Сетки обнаружились в лазарете, где я соорудил себе довольно просторный рундук для всякой всячины. Незаметно себе лежали под его дном . Там же, вместе с ними неожиданно нашлось и подводное ружьё. О нём я совершенно забыл и даже если бы и захотел его отыскать, то едва ли подумал об этом почти потайном месте. Рука почти машинально проверила кольцевые тяги и гарпун. Он не ослабленный проточками, предназначался для серьёзной охоты на крупную живность, но мне им так и не пришлось ни разу воспользоваться. Представить себе несчастную рыбину с болью в глазах, извивающуюся на металлическом пруте, было бы не для моих нервов. Собственно говоря, и ружье то оказалось у меня на яхте совершенно случайно. Как-то один из мох гостей купил себе этот варварский инструмент с намерением развлечься и опробовал его в деле раз или два. Хороший итальянский "Кресси". Не пневматическое, а арбалетного типа. Таким не то что рыбу - слона завалить можно. Уезжая, мой приятель ласты и маску с трубкой забрал в с собой, а ружьё не пожелавши тащить в чемодане и опасаясь таможенных правил, оставил.

Спать мы отправились довольно рано. К счастью, стало немного прохладней. Не настолько, чтобы почувствовать комфорт, но всё же относительно терпимо. После ужина я выпил довольно много воды, по-моему, не меньше галлона, которая теперь выходила через кожные поры и превращала постель в мокрое кубло. Обстоятельство не особо приятное, но переживаемое. Я чересчур устал за всё это время, чтобы сейчас обращать внимание на духоту и сопутствующие ей влажные простыни. Благо люк с сеткой находился над самой моей головой и я мог сполна вдыхать ночной воздух. Стоило едва прислониться к подушке, как мною мгновенно овладел сон.

Разбудил меня свет фонаря, который бил прямо в глаза. Я хотел было прикрыть его спросонья ладонью, но тут же наткнулся на холодный метал возле своей головы. Наконец, полностью придя в себя, я понял, что это пистолетный ствол...

Кто-то вырезав сетку, уже уверенно спускался через вентиляционный люк в каюту, пока чьи-то руки держали фонарь и меня под прицелом. Этот "кто-то" мягко прыгнул на пол и за ним уже лез второй. Проснулась и Вирджиния. Она от неожиданности вскрикнула, но тут же была оглушена ударом одного из этих ночных пришельцев. Я инстинктивно дёрнулся чтобы её защитить, но немедленно напоролся ладонью на лезвие ножа, который тот, что её ударил, услужливо мне подставил. Боли не почувствовалось, ладонь вдруг стала липкой и тёплой, так что мне ничего не оставалось делать, как сжать её в кулак, пытаясь остановить кровь. Другой тоже выташил свой тесак и приставил его к моему горлу настолько близко, что я едва мог шевельнуть головой и запрокинул её невольно назад, упёршись затылком в стенку. Убедившись, что мне некуда деться они открыли дверь и окликнули третьего. Вспыхнул свет и теперь я мог их разглядеть. Двое молодых латинос с тупым выражением лиц, которые уже заправски сели на постель и один из них тут же вывернул мне руку, показывая знаками лечь на живот. Через секунду в каюту вошёл третий. Лица его я не видел, но похоже он у них был за главного, потому-что все дальнейшие распоряжения давал именно он.

"..Dineros!"

Прошипел он над самым ухом и опять направил пистолет мне в голову, как-бы давая понять, что совершенно не шутит.

"...Какие уж тут шутки."

Тот, что сидел у меня на ногах и держал завёрнутую руку, попутно растегнул браслет наручных часов и уже стягивал их с запястья.

"..Money!"

Грозно и настойчиво повторил их "главарь". Затем для пущей убедительности они вдвоём меня встряхнули и перевернули навзничь. При этом тот, что не выпуская держал мою руку, завёрнул её настолько сильно, что я промычал от боли. По-английски эта троица, вероятно, не понимала и, как мне показалось, все разговаривали на каком-то непонятном наречии, пересыпая его бранью на испанском. Главный, а теперь я мог его разглядеть получше, был старше остальных. Приземистый крепыш с мерзким бабьим лицом и тонкими усиками. Его короткую шею украшала цветная татуировка в виде каких-то готических знаков, а предплечье перетягивала зелёная косынка. Он искоса взглянул на бесчувственную Вирджинию и что-то прохрипел своим спутникам. Те засмеялись и принялись подобострастно лопотать в ответ. На их рожах появились скотские ухмылки, которые не скрывали их возможных намерений.

"...Моney!"

Я показал глазами на того, кто сидел на мне сверху и перевёл взгляд на рубку. Там у нас хранились деньги и документы. Главный сообразил, что я имею в виду и кивнул молодому слезть с моих ног, предоставляя мне свободу двигаться. Он пробубнил что-то ещё, по всей вероятности, распорядившись одному остаться в каюте и подтолкнув меня пистолетом, приказал подняться и следовать в рубку.

Начинало светать. Они недаром выбрали это время. Самое подходящее. Под утро наиболее крепкий сон и потому мы их не услышали. Хотя..? Незаметно и тихо забраться на борт было делом раз плюнуть. Я открыл ящик стола и вынул бумажник. Молодой бесцеремонно выхватил его из моих рук и вытащив деньги, передал их тому, который был постарше. Тот поплевав на пальцы, по-хозяйски принялся пересчитывать банкноты. Потом показал жестом отойти к стене и стал шарить по ящику сам. Он, очевидно, расчитывал на сумму позначительней и теперь не обнаружив ничего больше, свирепо взглянул в мою сторону, не переставая водить пистолетом у меня перед самым носом. Молодой, ни на секунду не спускавший с меня глаз, запихнул в карман своих джинсов бумажник с остававшимися там кредитными картами. Туда же переместились и наши паспорта. Потом он что-то крикнул третьему, который незамедлительно появился тут же в рубке. Его подручные бодро схватили меня и повели вниз на корму. Сзади я чувствовал упёртый в мою спину ствол. Только теперь мне удалось заметить резиновую лодку и выступаюшие по её сторонам вёсла. Немудрено, что они прокрались без всякого шороха и кто знает, сколько времени уже находились на борту. С момента их появления пролетело не более получаса, но мне казалось, что прошла уже целая вечность.

Пока эти двое меня держали, главный спустился в лазарет, чтобы удостовериться, что мне будет нечем воспользоваться для своего спасения. Все острые и тяжёлые предметы незамедлительно полетели в воду, даже огнетушитель. Убедившись в отсутствии чего-либо подозрительного, меня бесцеремонно столкнули вниз и закрыв крышку, подпёрли её снаружи. Какие они преследовали цели и зачем я был им нужен как пленник или заложник приходилось только догадываться. Вероятно, те деньги и ценности, чем они сумели разжиться им показались недостаточной добычей и их целью было вытрусить всё, что могло иметься в наличии у людей в дальнем путешествии на моторной яхте. Вполне логичное предположение, учитывая, что далеко не везде принимают кредитные карты или чеки, а предпочитают наличные.

Я с тоской осмотрелся вокруг, понимая в глубине души, что так просто они нас не отпустят. В рундуке сиротливо валялись несколько банок с трансмиссионным маслом, металлическая щётка и какая-то другая мелочь. Даже воду, которую я здесь хранил в качестве неприкосновенного запаса, они забрали на палубу, решив, по всей видимости, испытать насколько я хорошо переношу жажду.

Так прошло несколько часов. Никто не подавал никаких признаков жизни и я мучительно соображал, что же нас ожидает дальше. Рана на ладони больше не кровоточила - кое-как я умудрился её перевязать. В лазарете валялась тряпки, ветошь и изодрав зубами старую майку, я обмотал этими ошмётками руку.

Внезапно меня осенило! Невероятная по своей простоте мысль, молнией пронзила сознание и я даже не представлял, как не мог подумать об этом раньше. Сидя на полу и упёршись плечом в переборку, я не решался в такое поверить...

"Нет, это невозможно...

А вдруг..!"

Свербила в мозгу слабая надежда, за которую я был готов цепляться как утопающий за соломинку.

" Чем чёрт не шутит..?"

Опять промелькнуло сомнение и когда в страхе разочароваться я сунул руку под дно рундука, то в глубине пространства нашупал "Кресси". Ружьё преспокойненько себе лежало на своём месте, не замеченное этим ублюдком. Столь невероятное открытие меняло всю расстановку сил. Не кардинально, но давало некоторый шанс. Я чуть не ошалел от радости, если можно было применить в тот момент такие слова к нашему положению.

Не знаю, сразу ли ко мне пришло решение им воспользоваться, но стоило мне только услыхать голос Вирджинии, как исчезли все последние сомнения. Откуда то сверху донеслись её крики. Они то были негромкие, то вдруг переходили в истеричные. Что эти негодяи вытворяли с ней - мне приходилось только догадыавться. Я в бессильной ярости ударился головой о стенку переборки, проклиная всю несправедливость жизни и те обстоятельства, в которых мы оказались. Это было невыносимо и я чувствовал как меня выворачивает наизнанку.

"...Господи..!

Думалось в отчаянии.

"...Когда они оставят её в покое?"

В ушах шумело и в висках уже бешено стучала кровь. Вирджиния продолжала кричать и я уже казалось находился на той грани, что вот-вот потеряю сознание. Наконец, всё стихло и через какое-то время послышались голоса бандитов. Судя по всему, они стояли на корме - там, где была привязана их лодка. Потом начали ходить взад и вперёд, переговариваясь между собой. Что-то бухнуло наверху.

"...Вероятно, какой-то тяжёлый предмет. "

Обо всём приходившем там на палубе, над моей головой я думал автоматически, проигрывая в своём воображении один и тот же сценарий, но плохо себе представляя как ЭТО! произойдёт. Лишь нервная дрожь время от времени покрывала мою кожу пупырышками от предчувствия чего-то страшного. Я старался понять смысл их беседы, но даже с моим относительно неплохим знанием испанского, едва можно было уловить, что они собираются делать. Одно мне показалось очевидным, что двое уезжают на берег. Так оно и случилось, буквально через минуты послышался плеск вёсел.

"...Значит, на борту из этих троих негодяев остался только один."

Не воспользоваться таким случаем было бы непростительно У меня продолжала безумно ныть рука, которую они мне заломили, возможно даже вывихнули и я с трудом мог её поднять, не сморщившись от боли. Другая, с первязанной кистью, которую сначала я мог едва напрячь, слава Богу, немного отошла.

"...Подонки."

Я сжал цевьё ружья, уже почти уверенный, что без колебания нажму на спусковой крючок. Метал успел принять температуру тела и ребристая поверхность рукоятки, которую ощущала ладонь, словно срослась с кожей, образовав прочный монолит.

- Эй! Мне нужно выйти!

Я крикнул в закрытое пространство лазарета, пытаясь привлечь внимание того, кто остался на брту. Ответа не последовало, лишь подозрительная тишина, да лёгкое хлюпанье воды под днищем.

- Эй..! Суки!

Мне уже было всё равно как обращаться к неизвестно где находившемуся бандиту. Ружьё придало силы и можно только было благодарить судьбу, что его никто не заметил.

- Money!

Заорал я что мочи, чувствуя как начинаю здесь задыхаться от жары и ненависти к своему беспомощному состоянию.

- Мonеу! Money!

Я стал пяткой тарабанить в тыльную сторону двери лазарета, в надежде, что этот урод меня услышит или его привлечёт слово, единственное понимаемое им из всего английского языка.

Наконец, у меня над головой послышались шаги. От того как они приближались, сердце стало колотиться так сильно, что казалось вот-вот выскочет из груди.

"..Господи, только не промахнуться."

Я ощутил как напряглись мышцы и уже больше не думал ни о чём. Ни о пережитом волнении, ни о болях в руках и только одно единственное желание сверлило мозг - чтобы поскорей открылась дверь и в ней показался кто-то из этих троих.

- Открывай! Я скажу где ещё есть деньги!

Много денег!

Даже уверенному в том, что он ничего из сказанного не понимает, мне нужно было привлечь его внимание каким угодно образом.

- Моnеу! Ты слышишь! Money!

Тот, кто был наверху потоптался с минуту, вероятно, прикидывая что ему делать. Теперь я точно знал, что он здесь один. Наверное, его подельники повезли на берег то, чем уже успели поживиться и будут здесь скоро.

"...Ну, открывай..

Давай...

Давай.."

Я считал каждую секунду и только опасался одного, что не успею выполнить задуманное до их возвращения.

Вдруг крышка люка стала подниматься. Я затаился и на всякий случай решил прикрыть своё оружие старым полотенцем, которое валялось тут же среди ветоши.

" Если он сообразит, что у меня в руках и успеет опять захлопнуть меня в этой ловушке - нам не сдобровать".

" Ну, что же ты, милый...Давай...Открывай..."

- Money!

Мне нужно было подстегнуть его интерес и когда в проёме возникла ухмыляющаяся рожа и рука с пистолетом, направленным в мою сторону, я выстрелил в него почти в упор. Он дико взревел и тут же дёрнулся наверх, прижимая к голове руки. Это был тот самый, что спихнул меня сюда вниз. Чтобы узнать его гнусную физиономию с паскудными усиками из тысячи других, мне бы хватило и доли секунды. Пользуясь моментом, я выскочил из лазарета и только успел заметить, что гарпун прошёл ему насквозь через череп. Из затылка торчало остриё, нелепо раздвинув сальные волосы. Его лица я больше не видел. Оно как под маской находилось под тем самым полотенцем, что ещё минуту назад скрывало ружьё, и теперь было всё в крови, которая странно пузырилась, просачиваясь сквозь его пальцы и образуя багровые сгустки. В какой-то момент времени он оказался у самого борта и я схватив его за ноги, почти без труда перекинул уже безвольное тело через планширь в воду. За ним полетело и ружьё, от которого к гарпуну тянулся крепкий капроновый шнур. Пистолет он выронил тут же и схватив его, мне уже никто не был страшен. К моему великому разочарованию, барабан был пуст.

"...F..ск!

Они просто нас запугали."

На берегу я заметил лодку и двоих подручных этого мерзавца, занятых разгрузкой. Те что-то из неё вытаскивали и переносили в небольшой трак, стоявший поодаль на холме Я не сразу сообразил, что это было моё оборудование и наши личные вещи. Как раз сейчас они доставали довольно большую белую канистру, в которой трудно было не узнать наш спасательный плот. Немудрено, что у них в лодке едва хватило места для столь объёмной и тяжёлой поклажи.

- Вирджиния!

Ты где?

Я бросился в салон и оттуда в каюту. Она лежала полураздетая ничком на смятой постели и я заметил кровоподтёки на её связанных руках.

-Вирджиния.

Господи, что они с тобой сделали.

Она повернула лицо в мою сторону и зарыдала.

-Всё. всё...Успокойся.

Когда я распутал узлы, она уткнулась в моё плечо и судорожно обхватила меня своими истерзанными руками.

- Всё.. Приди в себя.

Мне нужно было её хоть немного успокоить.

Всё...Перестань, у нас нет времени.

Я кинулся в рубку, собираясь запустить двигатели, но ключи зажигания исчезли! У меня похолодело внутри.

"..Они их забрали...Хотя зачем? Просто выкинули в море, так, на всякий случай..."

-Вирджиния!

Иди скорей сюда!

Я обернулся и заметил, что она уже давно стоит рядом. За всё это время она ни произнесла ни слова и лишь глядело затравленно по сторонам, не совсем понимая, что происходит.

Я показал ей кнопку пуска.

- Нажми и держи.

Ничего не оставалось делать, как попытаться соединить провода напрямую. Я выглянул наружу и обнаружил, что трак бесследно исчез, а эти двое уже усаживались в лодку, собираясь двигаться в нашем направлении.

"Господи, они нас перестреляют как зайцев..."

У меня оставалось не более десяти минут, а может и того меньше. Внезапно пришла какая-то сосредоточенность и я уже обрезав провода от замка зажигания, зачищал концы. Как назло ни одна из комбинаций соединения не срабатывала.

"Соme on!

Что-то ещё..?"

Мелькнуло в мозгу и я решил проверить аккамуляторные батареи, предчувствуя какую-то лажу. Лодка была уже почти на полпути. Я даже заметил, как две эти гниды "полируются" пивом из моих же запасов.

"Вот шакалы низкие.."

Предчувствия меня не обманули. Батареи они успели отсоединить и, вероятней всего, сейчас собирались их забирать. Поднять одному тякую тяжесть и засунуть её в специальный отсек я однажды попробовал и чуть не "усрался", но сейчас, со вспухшей рукой мне это удалось сделать чуть ли не за считанные секунды. Кабеля валялись тут же. Похоже, эти подонки намеревались вынести всё. Я опять ринулся в рубку, оценивая по пути сколько у меня времени.

"Ох не густо...

Ну, не оставь, Господи!"

Искра, проскочившая в полумраке пространства под панелью приборов от контакта оголённых концов, переполнила меня счастьем.

-Вирджиния, ты держишь?

В это же самое мгновение я услышал, как дизель вздрогнул и бодро хрюкнув, завёлся.

"..Всё! Вперёд!"

Подымать якорь уже не было времени и возможности, тем более, что и в лодке услыхали звук запущенного двигателя и почуяв неладное, налегли на вёсла. Да и лебёдка всё равно не работала, эти сволочи отсоединили абсолютно всё электрическое питание. Мне ничего не оставалось, как перерезать канат, который удерживал последнее звено якорной цепи и скинуть её, сорвав кое-как с зубчатого блока. Опять начала кровить рука, от резких движений кожа разошлась, обнажив вспухшее мясо, но я уже не обращал никакого внимания. Цепь со своном упала в воду и переложив руль, я рванул ручку газа на полный ход. Яхта неестественно подпрыгнула и слегка накренившись, стала разворачиваться. Теперь наши карты были открыты - как хорошие, так и плохие. Первый выстрел прозвучал совсем близко. Целились по рубке и пуля попавшая в стекло превратило его во множество мелких осколков, которые тут же рассыпались веером по панели управления. Вирджиния вскрикнула и от этой внезапной встряски пришла в себя.

- Вниз!

Я схватил её и мы вместе бросились на пол. Вторая пуля просвистела у меня над головой, когда я решил выглянуть и посмотреть куда нас несёт. Штурвал мне пришлось выкручивать в лежачем положении, впрочем увидеть показания прибора, считывающего угол поворота руля, я бы всё равно не смог. Вместо него на панели зияла дыра, с торчащими оттуда обрывками проводов. Достаточно было увидеть перед собой чистый горизонт, чтобы быть уверенным, что мы уходим в открытый океан. Подальше от этого жуткого места! Максимальная скорость в десять узлов - это всё, на что приходилось расчитывать, но и её хватило, чтобы уже через несколько минут расстояние между нами начало увеличиваться. Хлопнул ещё выстрел и опять зазвенело разбитое стекло. На этот раз попали в боковую дверь. Я распахнул её, чтобы выползти на палубу, не обращая внимание на острые осколки.

Кое-как мне удалось пробраться на нос и уже оттуда было хорошо видно куда мы движемся. Такая предосторожность не была излишней, прозвучало ещё несколько выстрелов, которые инстинктивно пригнули мою голову к деревянному настилу.

- Вирджиния с тобой всё в порядке?

Её голос прозвучал уже живей.

- Да, не волнуйся!

- Спустись в каюту, там безопасней. Только не подымайся во весь рост и ползи по лестнице..

Лёжа на носу, я видел как форштевень легко разрезает гладь воды - такой голубой и мирной, что представить себе весь этот кошмар разум просто отказывался. Я вдруг вспомнил окровавленную фигуру возле борта и мне стало не по себе. Тот, наверняка, уже покойник как бы протягивал ко мне из бездны свои руки в немом упрёке, что я лишил его жизни. Только теперь со всей очевидностью и ужасом от этого факта мне стало понятно, что я - убийца! В моём сознании не оставалось больше места, где бы не свербило и не кололо ощущение безмерной вины.

"...Ты лишил человека жизни" - кричал внутренний голос и его эхо проникало в душу всё глубже и глубже по мере того, как за кормой оставался берег с кровососами в виде летучих мышей и этих троих скотов в человеческом обличье. Мне становилось всё хуже и хуже. Напрасно я старался вызвать в своей памяти крики и стоны Вирджинии и представить как над ней издеваются, всё равно, вид торчащего гарпуна из затылка и предсмертный рёв моей жертвы не оставлял ни малейшего оправдания в моём сердце. Сожалел ли я? Да, но только о том, что никому, к несчастью, не в силах избежать судьбы. Сделал ли я то же самое, если бы пришлось выбирать? Сделал! И без колебаний.

Теперь, когда наши преследователи остались далеко позади, я мог относительно спокойно оценить ситуацию. Самое главное, что мы сумели освободиться, заплатив пусть даже такую суровую цену. С другой стороны, пират, он и в Африке пират. Никто не отменял международных санкций и на практике допускается уничтожение пиратов кем угодно без объявления войны. Hostis humani generic, враг рода человеческого, непрошенный гость и говорить с ним следует только на его языке. Да и перед кем нужно оправдываться? В такой ситуации лучше перегрызть глотку своему врагу, чем не запачкать руки чужой кровью и стать жертвой.

Я поднялся в рубку и только сейчас смог увидеть во что нам вылилась эта вынужденная стоянка. Стационарные радар, два радио, эхолот, картпплоттер были безжалостно вырваны с "мясом", не говоря уже о том, что портативное радио, "GPS", спутниковый телефон и "лэптоп" навсегда прописались на том неприветливом берегу. Слава Богу, остался компас, но при отсутствии карт, он хоть и был утешением, но недостаточным. Небольшой чемоданчик с судовыми документами и набором карт бесследно исчез. Хорошо, что топлива в баках пока было достаточно, чтобы почти вслепую отыскать ближайший порт. По моим расчётам мы должны были сейчас находиться где-то в колумбийских территориальных водах, а значит лучшее, что оставалось делать, это идти на север, в сторону Панамы и только вдоль побережья, чтобы наткнуться на место, где можно было бы дозаправиться и приобрести хоть какое-нибудь навигационное оборудование. Впрочем, обо всём этом можно было пока не думать. Ни денег, ни "кредиток" - хорошо, что хоть последние с фотографиями и ими никто не сможет воспользоваться. Эти суки выгребли всё, даже паспорта. Доказывай теперь, что ты не верблюд, если сумеешь кого-нибудь убедить. С предыдущих путешествий у меня сохранились ксероксовые копии всех документов и на них я теперь возлагал все надежды. До шлюпки, к счастью, они не успели добраться и она перевёрнутая верх дном продолжала находиться на верхней палубе. Это было наверное единственное, что осталось нетронутым - в остальном за что не возьмись, ощущался беспорядок, как будто здесь на борту пронёсся смерч. Скорый и разрушительный. Перебирая в голове букет неприятностей, я спустился в машинное отделение. Как и везде, здесь тоже стоял полный бардак. Света не было и я почти впотьмах пробирался к генератору, чтобы проверить что с ним. Внезапно ступни ощутили воду. Она была уже в самой высокой точке трюма, а значит...

Я даже не удивился, настолько все события за последний час следовали одно за другим с частотой пулемётной очереди.

" Только этого сейчас не хватает..."

Я судорожно стал прикидывать причины, откуда вода и почему не работает "билж памп"

" Батареи! Ну, конечно же... Я подсоединил их только на стартер, но остальные узлы и механизмы так и оставались обесточенными."

Всё это время я старался не трогать Вирджинию. Она прилегла в салоне, укрывшись с головой куцым пледом, вероятно, погружённая в свои переживания. Я лишь подошёл к ней и поправив подушку, незаметно погладил её по голове, уверенный, что она не спит. Молча отошёл, оставив её один на один с собственной болью. Инстинктивно я чувствовал, что ей нужно отлежаться как побитому животному и зализать свои раны, но не на виду, а укромно, скрываясь даже от близкого ей человека.

Ситуация складывалась нешуточная. Почти на ощупь я кое-как отыскал в машинном отделении ящик с инструментами и принялся за работу, зафиксировав штурвал и поглядывая время от времени на компас. Погрешность в курсе была незначительной, да и имело ли смысл о ней говорить. Берег просматривался на расстоянии нескольких миль и снизив скорость до минимальной, чтобы сэкономить горючее, я время от времени всматривался в его очертания.

Наконец, появился свет, а с ним и новые проблемы, о которых я ещё и не подозревал. Тут же начали работать все помпы, откачивая воду, медленно прибывающую из двух пулевых отверстий ниже втерлинии. Тонкие струйки били на довольно приличное расстояние прямо через дырки в файберглассе. Каждая из них была где-то в четверть дюйма в диаметре - казалось бы сущий пустяк, но вода пребывала вовнутрь яхты настойчиво и неумолимо. Не обрати я на них внимание ещё с полчаса и шанс встретиться с тем, кого совсем недавно я сбросил за борт, был бы обеспечен. К счастью, на борту у меня всегда имелись в запасе тиковые планки и бысторо выстрогав чопы, я их плотно забил в борт.

Опять перед глазами всплыл окровавленный бандит и ей Богу я пожалел, что не могу подлечиться спиртным.

"...С каким бы я удовольствием выпил сейчас стакан водки."

Впрочем, даже если бы такая возможность и представилась, всё равно пришлось воздержаться. Алкоголь - плохой спутник в море, а в особенности теперь, когда в отчаянии всматриваешься в пустынный берег.

Я машинально прикидывал что в порту, если мы его благополучно отыщем, мне придтся задержаться на неделю, как минимум. Пока свяжусь с кем-нибудь из друзей и они смогут посодействовать с получением денег, да и нужно всё подлатать... Я вздохнул, представляя себе косые взгляды офицальных властей и возможные объяснения с ними.

"...Напали пираты... Ограбили и отпустили. Такое случается...

Кровь!"

Это я совершенно выпустил из вида. Вся палуба на корме и борт были замызганы багровыми потёками. Не смыть их - значит влипнуть в неприятную историю, из которой не так легко будет выпутаться, даже как потерпевший.

" Иди знай, что эти двое намерены делать с документами и кто обнаружит труп?

Хочется думать, что его сожрут акулы, а там Бог знает, как всё обернётся."

Убедившись, что дистанция до берега примерно в две мили и будет легко разглядеть признаки цивилизации, я схватил щётку и черпая забортную воду, методично начать смывать следы разыгравшейся здесь драмы. Вскоре в дымке показались слабые очертания береговых строений и нечто похожее на вход в гавань. Какую? Об этом я мог только гадать. Картплоттер был единственным источником подробной картографической информации...

C Вирджинией мы больше никогда не вспоминали этот случай. Она предпочитала отмалчиваться, а я не находил нужды ни о чём её расспрашивать. Знаю только одно - окажись в это время у меня на борту оружие, я бы мог нас защитить и избежать того, что произошло.


* * *

- Вот такая история, - подытожил Валерий.

- Сигара докурена и ты можешь посочувствовать рассказчику, хотя...

У него в глазах мелькнуло что-то очень жёсткое.

Я думаю, он не нуждается в сочувствиии, как и ни в чём другом. Надеюсь, теперь обсуждая насилие, ты сделаешь поправку на то, что не всегда у человека есть выбор. Но лучше это только обсуждать и думать как о гипотетической ситуации.

Валерий усмехнулся:

- Мы все горазды проповедовать дешёвый гуманизм, пока подонки не вышибут его из головы...

* * *

С Валерием и Полой я распрощался уже в Одессе. Мы вместе сошли на берег, покинув гостеприимный борт "Южной Пальмиры". Отсюда они улетали в Вену, а затем на американский континент. Он подал мне руку и я хорошо разглядел на его ладони шрам, тянувшийся от указательного пальца почти до запястья.