# Белые волки в изгнании... Джигиты братья Симоновы

Николай Федорович Бичехвост

Братья Симоновы,

казаки - джигитовщики


Звезды Голливуда и магараджи Индии, азиатские монархи и европейские зрители, эмигранты, - все рукоплескали лихим конным номерам казаков, их горячим пляскам и песням! Откуда эти бесстрашные и ловкие герои, - потрясенно вопрошали зрители?


Ураган Гражданской войны выбросил в изгнание плеяду казаков, отменно владеющих особым видом воинского искусства - джигитовкой. На дальних берегах им надо было выжить и не уронить казачьей чести!


Среди джигитующих по белу свету кубанских, терских казаков мы видим великолепную группу из 20 донских казаков.

Среди них есаулы Мелихов и Юрков, полковники Шляхтин и Зеленков, войсковые старшины Болдырев, Кузнецов и Голубев, братья Симоновы... Любители лошадей, они крепко сидели в седле, уверенно владели шашкой и пикой, брали немыслимые препятствия.


Начало было положено в 1925 году, когда на призыв белого генерала А.Г. Шкуро в сиятельный Париж слетелись лучшие наездники-казаки за границей. Вот тогда-то из Болгарии и прибыли в Париж бывшие участники Белого дела, донцы братья Симоновы.

Колоритными фигурами Донского войска были три брата Симоновы: старший Николай в чине сотника и младшие - Иван и Григорий, оба подхорунжие. Все песенники, а младшие отличные и бесшабашные джигиты. Они казаки станицы Гундоровской, рассказывают их современники.


Париж кутит. Над стадионом "Буффало" духовой оркестр разносит военные русские марши, хор в сто казаков во весь голос распевает воинственные донские и кубанские песни. Десятки тысяч парижан, раскрыв глаза, изумляются, как на гарцующих скакунах, в косматых папахах, мчатся десятки казаков, джигитуя на ходу. Ибо 110 лет, от войск донского атамана М.Платова и до этого дня, не видел Париж поразивших его казаков-удальцов. Колоритная казачья группа участвовала затем на съемках роскошного фильма "Наполеон", где была личным конвоем императора.


Талантливый руководитель казаков-джигитов по странам мира, сам прекрасный наездник, полковник, историк, казак Федор Елисеев вспоминает о братьях Симоновых.


"Лихие и разгульные - они пользовались всеобщим уважением джигитов, но младший любим был исключительно, и все его называли Гришей. Шашкой и пикой он владел исключительно ловко и поистине смертельно".

И еще о Симоновых. "Все были непревзойденными певцами. Сухие в теле, высокие, смуглые лицами,

с черненькими усами, младшие два с задиристым характерами за всякую правду - они были настоящими донскими степными орлами. Старшему тогда было чуть свыше тридцати, а младшим - меньше. Они были оригинальны, почему и оставили о себе среди всех джигитов неизгладимый след".


Много лет Симоновы восхищали своей удалью зрителей!

Вот вихрем на конях идет их скачка, то стоя вверх ногами, то три пирамиды - стоя на плечах двух казаков везут вверх ногами третьего, увозят раненого, совершают умыкание невесты, и другие захватывающие дух трюки!

В антракте группа казаков выходит бодрым строем, и под бубны, тарелки и гармонь звучат задорные песни, танцоры бешеным вихрем кружатся в пляске.


Финальным номером, (один из них оказался трагическим для Ивана Симонова) был пылающий соломенный барьер, облитый керосином. На него наездники скакали в колонне по три, а потом мчались развернутым строем. В клубах пламени и удушливого дыма на миг скрывались казаки, и тут же выскакивали на сумасшедшем карьере, неслись на зрителей с обнаженными клинками и диким казачьим гиком!

Свою удаль казаки-джигиты демонстрировали в Австрии и Швейцарии, Германии и Чехословакии, в Италии и Индии...


Плывут они на пароходах с конями - неразлучыми друзьями в чудные, невиданные края: на остров Ява, в Гонконг и Индокитай, появляются в жаркой Бирме и Сиаме, их видит Малайский полуостров и Филиппинские острова...


В Голландии джигитует группа донского казака Григория Снесарева. В Камбодже прибывшую труппу радушно принимает семья донского казака Якова Федоровича Аксенова, начальника большого предприятия.

В гордой Мексике "В каждом городе нас, казаков-джигитов, на станциях встречали мэр города или губернатор, обязательно с духовым оркестром трубачей, с цветами, офицеры, солдаты, полиция. Все нам козыряли. Такова была нам слава и честь. За шесть представлений в Мехико-Сити нас посетило около 175 тысяч зрителей,... нам платили золотыми и серебряными монетами".

Здесь в джигитовку включаются жившие три года среди мексиканцев казаки, сотники А. Крот и Н. Сахно.

На берегу Средиземного моря, в красавице Ницце танцор труппы Миша Жуков из донской станицы Суворовской, так поразил итальянцев жгучими танцами, что его оставило у себя богатое ночное кабаре.

В 1926 году казачья артистическая труппа прибыла в знаменитый Голливуд.

Со звездами экрана и ковбоями казаки снимались в фильмах по романам Л. Толстого "Казаки" и "Воскресенье".

Работали "индейцами" в фильме "Последний бой", как аргентинские ковбои бились в фильме "Гаучо"... На лошадях скакали без седел, взнуздывали их веревкой. Метали из лука стрелы, падали на землю на полном карьере.

Донцы удивляли бывалых ковбоев: они не только обходились без отчаянных каскадеров, но и те переняли многое у бесстрашных казаков.

"В Голливуде нами поражались. Говорили, что казаки не люди, а черти. Они, видимо, слеплены из теста, потому что как упадет с коня казак, так снова на него вскочит, как ни в чем не бывало".


Братья донцы Симоновы, пройдя через многие страны и моря-океаны, втянулись в свою нелегкую работу.

Но вдруг Иван Симонов, на одной из джигитовок упал в пылающий соломенный барьер, облитый керосином, задохнулся от дыма и от полученных тяжелых ожогов скончался. Жизнь, как в той казачьей песне:

Ай да на своем донском конечку

Насквозь пламень пролетел.

За большую казак храбрость

Смерть геройскую принял.

В Калифорнии, в цирке, упал на скаку с лошади и разбился насмерть отличный джигит казак Иван Корнилов...

Смерть в джигитовке была мгновенна, словно смерть в бою...

Все это повлияло на младшего Григория Симонова. Он бросил это опасное занятие, женился и обосновался в Бельгии. Здесь же проживали славные казаки - джигиты, донские старшины В.В. Кузнецов и А. М. Голубев.

В Нью-Йорке осели донской есаул Ф.А. Сохранов, "короли" по метанию кинжалов младшие урядники Д.В. Матвиенко и Г.А. Солодухин.

Активные участники джигитовки казаков по белу свету донец Н.Я. Шляхтин закрепился в Марроко, а М.С.Зеленков обосновался в Парагвае...

Все они с непрошеной слезой слушали песни эмигранта Александра Вертинского:

Здесь шумят чужие города, и чужая плещется вода, и чужая светится звезда...

Но в отлитие от этого аристократически-манерного певца, в Совдепию джигитовщики не пожелали возвратиться.

Еще в 1965 году ловко джигитовали по всей Европе казачьи группы, среди которых не сходили с коня 73-летние донские казаки есаул Юрков и подхорунжий Пахомов.

Упомянутый белоэмигрант Ф.И.Елисеев в воспоминаниях "Джигитовка казаков по белу свету" сказал о таковых:

Как строевые лошади, они втянулись в свою работу десятками лет, и старость для них относительна.Поистине - велик дух казачий!"

Его большими словами мы и закончим это правдивое, короткое эссе.