# Вторжение В Финляндию. ч.5. Русские идут! На остров Готланд

Николай Федорович Бичехвост

Вторжение в Финляндию


ч.5. Русские идут! На остров Готланд


Как пираты в старину...

Из утренней туманной дымки величаво выплывали контуры одного, двух, трех... десяти огромных купеческих галеонов. Над каждым гордо и уверенно развевался великолепный шведский флаг! Форштевни весело пенили волну, и суда под всеми парусами стремительно приближались к шведскому острову Готланд, жемчужине Балтийского моря.

Жители его, высыпавшие на берег и напуганные вестями о вызывающей дрожь войне русских на соседней финской земле, завидя родные стяги на мачтах судов, радостно кричали, размахивали руками и шапками.

- Да здравствуют моряки-храбрецы!

- Вот они, защитники наших очагов!

Из переулков поспешали новые толпы восторженных встречающих, запасаясь по дороге вином и цыплятами.

- Они будут стоять насмерть за наш остров!

- Тащите побольше пива и вертела, будем жарить мясо отважным землякам!

Трактирщики уже катили к берегу бочки с пивом, девушки поправляли чепчики, прихорашиваясь и готовясь раздавать поцелуи бравым солдатам, (может будущим возлюбленным и женихам!).

Молодые юнцы приглаживали усики, раздували щеки и голосами неоперившихся петушков выкрикивали:

- Пусть только покажутся эти негодяи русские!

- Мы им быстро бока намнем, где же они, черти русские?..

Вдруг ликующая толпа, приглядевшись к стоящим на палубе мужчинам в иноземной военной форме, кинулась, прыснула во все стороны, давя друг друга и смятенно вопя:

- Русские дьяволы идут!

- Спасайся, кто может!

Раздались истошные крики, зарыдали девицы, запищали дети, рвались с цепей лохматые здоровущие псы. Кто-то выскочил на крыльцо с заржавелым ружьем, кто-то лихорадочно прятал в подпол кошели с золотом. Женщины со стонами срывали с себя лучшие одежды и ожерелья с тонких шеек, вытаскивали дрожащими руками серьги из ушей.

- Лучше остаться без драгоценностей, чем лишиться ушей.

- Что за переполох этакой случился? - выглядывали в окошко дебелые матроны. И, охнув, валились на руки худосочных мужей, которым в раскрытые окна открывался обескураживающий вид.

К берегу подходили огромные, величественные галеоны, и островитяне разглядывали их с недоверием и страхом.

С подошедших судов, вытянувшихся в цепочку вдоль берега, отошло множество шлюпок. Под мощными взмахами весел они быстро приблизились к берегу. Из них на ходу выпрыгивали в воду чужие солдаты, вооруженные ружьями со штыками. Они быстро растеклись по улицам, заполоняя их, и захватили весь город.

Что же стряслось вдруг! Неожиданный горький казус для шведов или этакая удача для русских?

Или это щедрый подарок бога войны Марса, или невероятный военный случай...

Что же случилось на самом деле?!

Остров Готланд давненько тревожил воображение императора Александра Первого. Да что там его, если Готланд не давал покоя еще Петру Первому, который на завоевание шведских пределов и Ботанического залива не раз напускал свои войска под командой графа Апраксина!

Еще бы! Мало того, что Готланд был лакомым кусочком и сиял в короне шведских королей!

Этот крупный остров лежал на пересечении важных морских путей. Значит, кто владел им, тот и был Король в торговых и военных путях, и правил бал меж северными государствами! А это Англия и Франция, Дания и Норвегия и, конечно же, имперская Россия!

Александр Первый втолковывал министрам:

- Иметь сей остров столь же ценно, как завладеть Финляндией. Хозяин Готланда распоряжается внутренними водами Балтийского моря! Заняв его, мы не дадим "Владычице морей" Англии создать на нем базу для флота и пресечем путь к нашим берегам!

В укромных кабинетах Зимнего дворца, за семью караулами, в великой тайне разрабатывались планы проникновения на этот архиважный остров. Вначале догадка ни к кому из хитромудрых сановников не приходила, ну хоть убей!

Пока кто-то, (история не сохранила его имени), в минуту озарения не вспомнил о коварной тактике и хитростях пиратов Карибского моря!

...Перст царский по исполнению задуманного остановился на контр-адмирале Николае Андреевиче Бодиско.

Александр Первый, возражая недовольным претендентам на этот пост, (а кто из военных не жаждет лавров, и погреться у огня славы), отметал их поползновения.

- Бодиско не один год бороздит на фрегатах воды Балтийского моря. Он успешно сражался со шведским флотом, захватил в бою четыре канонерских лодки, два транспортных судна и пленных.

- Командуя фрегатом с десятками мощных пушек, он бесстрашно ходил к берегам Англии и Голландии. За многие сражения награжден Георгиевским орденом.

- Полагаю, господа, уж кто-кто, а этот морской волк нас не подведет!

Однако император, будучи с Бодиско вдвоем, нахмурился и предостерег того об ответственности, коли вдруг он допустит провал операции.

Насупился и Бодиско, задумался... Да, он вступает в опасную игру, вроде прохода по канату над логовищем волков. Но он никогда не боялся рисковать. Дерзнет и сейчас!

Либава, прибалтийский город. Порт. Черная ночь. На купеческие суда, (зафрахтованные заранее по подложным документам, дабы не пронюхали лазутчики), погружаются без шума и скрипа вооруженные до зубов русские пехотинцы.

Попрятались в трюмы солдаты, укутаны, замаскированы пушки.

Взвились на десяти якобы торговых судах шведские флаги!

Вперед, на захват чужой земли!

Дерзость та была тонко рассчитана. Агенты добыли сведения, что остров можно захватить малой кровью: корабли его береговой охраны отчалили в воды Финляндии. А как же его мужское воинство? Его, ищи-свищи, тоже нет, оно вывезено на этих же судах.

Но остались же на острове еще мужчины? Да, две-три сотни, но будут ли они сопротивляться отборным силам врага, нагрянувшего сюда?

Вряд ли. Ведь у них семьи, дети, дома, и все остальное добро нажитое. Да и не сладить им с зубастым десантом.

Скажите, что в арсенале острова хранилось ружья. Но какие, смех, да и только! Устаревшего образца. Даже ветхие старцы не знали, как их заряжать, а молодежь и подавно.

Ну а воевали ли когда русские с безобидными стариками, подростками да женщинами?!

Итак, десантники Бодиско высадились - и бодро устремились к богатому и старинному городу Висбю - столице острова!

В пути в опустевшем поселении встретил их пастор и молвил, что ушедшие жители грозятся оказать сопротивление. Пастора отправили к скопищам людей, убеждая разойтись, обещая в таком случае не употреблять против них оружия.

Переговоры те закончились успешно.

Однако в это время в Висбю у губернатора острова шведский 76-и летний морской офицер Клинт вскипел:

- Послушайте меня! Отец рассказывал, что вытворяли прежде русские при нападении. Их главнокомандующий Апраксин отбил наш налет, когда мы хотели взять Кроншлот и разорить Петербург.

Апраксин разбил наши корабли под Гангутом, захватил Або и Аландские острова. Его войска без жалости истребляли все суда, разоряли берега и деревни.

Жуткие опустошения Апраксин произвел под Стокгольмом, добравшись под столицу. Но перед этим он с кровью прошелся по Готланду.

Он подошел сюда на 15-и линейных кораблях и 2-х фрегатах. Десант его из тысячи головорезов свалился на наши головы. Русские захватывали селения, жгли, грабили и насиловали... Забрали стада скота и провизию, погнали на корабли и увезли толпы наших дедов и отцов... Вы хотите, чтобы это повторилось?..

И, задыхаясь от гнева, бушующий Клинт заявил, что соберет всех поселенцев и задаст перца захватчикам!

Не в меру ретивого вояку власти города кое-как утихомирили:

- Сейчас ваша позиция может привести к бесполезному кровопролитию. И только даст повод вооруженным до зубов русским превратить Висбю в груду пепла. Зачем же нам переселяться из хорошего города на унылое кладбище?!

Под Висбю русский отряд был встречен поникшим губернатором острова и депутатами. Они объявили, что, не имея средств к защите города, покорно сдают его и просят не поступать с ними враждебно.

- М-да, несмотря на смиренный вид губернатора, было бы сомнительно доверяться шведам, - молвил задумчиво Бодиско.

Воздух был напоен ароматами моря, рыбы и гниющих водорослей.

Занятие острова прошло без единой капли крови, не считая выстрелов со стороны хмельных мужичков, да брошенных в спину камней и проклятий.

Но каждая сторона не намерена была дремать...

Ибо в том мире доверять можно было только небесам.


Эта русская губерния ...


Под шелест развернутых знамен, пенье труб и дробь барабанов, русские части прошли перед притихшими жителями, демонстрируя миролюбивые намерения.

О, теперь их появление не могло никого удивить, и глаза прелестных девушек заблестели, в руках их заиграли платки.

" Шведки и финляндки - прелестные создания! - рассказывал наш офицер. - В них соединены германское простодушие и сердечная вежливость. Даже в их веселости есть оттенок меланхолии, привлекающий сердце. Откровенность их, вследствие простоты нравов, увлекательна. Редкий из русских офицеров, бывших в кампании 1808 и 1809 годов не был влюблен, или, по крайней мере, не готов был влюбиться".

Славный день апреля 1808-го года!

На взволнованном сходе горожан Бодиско, в блеске шития мундира и наград, торжественно зачитал рескрипт, "что отныне и навеки остров стал одним целым с Русской империей".

Шведский Готланд становился новой русской губернией!

А Николай Бодиско ее полномочным губернатором!

- Чиновники могут оставаться на своих постах и плодотворно трудиться, - огласили вслух. - Жителям дарована безопасность и сохранность имущества.

- Ура! Ура! Ура! - прокричали войска так, что барышни прикрыли ладошками ушки, а угнездившиеся на дубах вороны взмыли вверх.

- Не к добру раскаркалось воронье, - крестились одни, другие же на них цыкали.

Однако Бодиско не отличался излишней самоуверенностью. Раздумывал. Если в завоеванной Финляндии зашебутились партизаны, то и шведы Готланда могут в какое-то утро прозреть и накинуться на его солдат.

Достав из сейфа донесения лазутчиков, уже проникших в дома и души островитян, он вчитывался в строки о своих подданных:

"...Они спокойны и медлительны, держатся учтиво и благопристойно, немногословны и дружелюбны. Отменные рыболовы, охотники. Жилища свои возводят добротно, стремятся к достатку и трезвости, музыку и пение любят...".

Бодиско пробежал глазами еще несколько строк:

- Ага, вот что важно!

" Шведские люди при незлобном обращении с ними покладисты и уступчивы. Однако весьма ранимы к грубым приказам, оскорблениям и окрикам. Не терпят лжи и обмана, несправедливости, а тем паче надругательств и унижений. Обидчивы, не признают несправедливости даже по мелочам".

Со вниманием дочитал:

" Они чтят здоровие и добро окружающих. Разбои, убийства, мордобой и тяжелые увечья на острове единичны. Попрошайничество тут не приветствуется, а трудолюбие поощряется. Среди поселенцев редко встречаются оборванные бродяги или проходимцы-мазурики".

Ну что ж, симпатичные у меня подданные, усмехнулся Бодиско, и отложил бумагу...

Допустим, с этой стороны угроза не грозит, тогда чего же гложут меня сомнения и опасности?..

Он твердо приказал:

- Не приведи ты, мать Господня, обид жителям, пьянства солдат, и оргий с гулящими женщинами! Расправляться буду беспощадно!

До занятого охраной финского побережья генерала Орлова-Денисова доходили сведения, что наш десант на кораблях адмирала Бодиско дерзостно высадился на далеком шведском острове.

- Не окажется ли они в мышеловке? - вопрошали одни.

- Ведь они среди бушующего моря, а наш флот далеко и сухопутные войско тем паче?

- Эге, в любой час может нагрянуть на них шведская флотилия...

Конечно, никто не знал, что в помощь Бодиско формировался секретно в Риге отряд из двух рот пехоты при 24 пушках и двух сотен казаков.

На волнах раскачивались уже пять замаскированных купеческих судов, дабы испытать удачу и доставит сей десант на Готланд. Для закрепления успеха!


Прощай, Готланд!..


Прошло три недели после занятия Готланда... Жизнь на нем текла по заведенному исстари порядку, словно и не было на нем войск чужой державы.

О, то было затишье перед бурей!

Ибо жители, а их было 33 тысячи, находились в тайных отношениях со Швецией! И все они, до единого, сохраняли преданность своему монарху,

Бодиско чувствовал себя неуютно, его мучило мрачное предчувствие:

- Господа офицеры! Своими силами в две тысячи человек мы не сможем занять весь остров. В нем 24 гавани и тянется он на 180 верст в длину. И нам, конечно, не обезоружить такую массу населения...

Хотя мы действуем как враги, наша сила, прежде всего в благоразумии, да изредка в угрозах!

А шведский король, узнав в ярости о вторжении русских на Готланд, рявкнул своим военным:

- Адмирал Цедерстрем! Взять пять лучших кораблей и вышибить русских с острова, чтобы там и духом их не воняло!

- Сей миг доставить туда тайно гвардейских офицеров и подготовить восстание к появлению нашей эскадры!

- А добыча с их кораблей, - добавил согласно адмирал Цедерстрем,- с лихвой окупит все наши расходы! Ха, это будет богатейший приз, разрази меня гром!

Бодиско всем нутром чувствовал скрытую возню вокруг, но ничего не смог пронюхать о подходе эскадры.

И был захвачен врасплох!

1 мая из гавани Слит дозорный пикет сообщил ему о внезапном появлении, словно призраков из тумана, двух неприятельских кораблей!

Барабаны громко забили тревогу, горя нетерпением боя!

Отряд занял близ Висбю оборону, а в Слит поспешила рота с двумя орудиями - дабы не позволить шведам высадиться на берег. В той же гавани привели в исправность четыре старых орудия. Хватит ли?

Бодиско не смыкал всю ночь глаз, а наутро получил неожиданное известие:

- Совсем в другую гавань, а не в Слит, прибыло много судов - огромные корабли!

- Нет, не русские! Шведы! И они высаживают на берег оравы солдат.

Только распорядился Бодиско о переброске туда сил, как всех захлестнуло роковая новость!

- Восстало население острова, чтоб им было пусто!

- Захвачен наш офицер-разведчик и отправлен в шведскую эскадру!

- Наш лагерь окружают разгневанные вооруженные горожане и поселяне!

В накале треволнений Бодиско доложили:

- От адмирала Цедерстрома прибыл для переговоров офицер и требует встречи!

Посланника беспрепятственно пропустили к Бодиско,

Визитер, рыжеволосый и высокий, окинул взглядом собравшихся офицеров:

-Мне поручено уведомить вас о прибытии на остров пяти тысяч пехоты. Мы требуем немедленной сдачи в плен всех ваших войск!

Бодиско спокойно ответил отказом. При парламентере отдал приказ готовиться к бою.

Шведы были готовы к такому ответу. Они знали храбрость и твердость характера адмирала Бодиско, равной крепости морских скал. Были уверены, что он скорее погибнет, нежели покорно положит оружие.

Тогда Бодиско было предложено почетно возвратиться в Россию с солдатами. Но непременно сдать ружья, артиллерию и все казенное имущество. Кроме того, подписать обещание не служить против Швеции в эту войну.

- Видит Бог, что мы и так уступаем вам! - заключил мрачно визитер, помянув про себя черта. - Больше мы сделать не в силах!

А опасность была реальная.

Свой ультиматум шведы подкрепили угрозой. В тылу Бодиско появился отряд с орудиями - и отрезал сообщение лагеря с двумя ротами, находящимися в Слите, а часть эскадры окружила остров. Перекрыла все пути к отступлению морским путем.

Цитируем документы старины.

"Бодиско передал предложения Цедерстрема суждению военного совета.

Здесь были приняты в уважение несоразмерность сил наших с силами неприятельскими. Скудность в продовольствии, которого при мятеже жителей достать было неоткуда.

Безнадежность на помощь, когда мы были со всех сторон окружены неприятельским флотом. И неполучение из Петербурга никаких повелений, ниже ответа на донесение, в котором Бодиско, извещая о занятии Готланда, писал, что при нападении превосходного неприятеля он не будет иметь средств удержаться.

В заключение совет положил отправить офицера для переговоров, с поручением ему предварительно удостовериться в силах неприятельских.

Цедерстрем принял офицера ласково и приглашал его даже пересчитать ряды высаженных войск. Коих число действительно простиралось до 5000 тысяч человек. При них было более 20 орудий, кроме того, свозили еще пушки с кораблей.

По возвращении офицера в наш лагерь был собран совет и определил, что сопротивление поведет только к бесполезному пролитию крови.

Вследствие чего заключили капитуляцию, согласясь отдать шведам артиллерию, ружья, тесаки, сумы и патронные ящики, с обязательством не служить год против шведов и союзников их.

Сохранены были только знамена, о коих в постановлении военного совета сказано, что надлежит защищаться до последней крайности, если Цедерстрем не согласится оставить нам знамен.

Шведы со своей стороны обязались не препятствовать отплытию..."

На другой день отряд Бодиско сложил оружие и отправился в Либаву на тех кораблях, на которых пришел из России.

Контр-адмирал Бодиско капитулировал...

Этот период на Готланде именуют самой мирной оккупацией в истории. Русские офицеры в отличие от местных великолепно изъяснялись на французском, танцевали и элегантно ухаживали за здешними красавицами, за что пользовались популярностью у женщин.

Вот и получилось так, что они, женщины, провожали этих русских в море навсегда, своих возлюбленных и будущих отцов своих завтрашних детей... Молодые островитянки в широких одеждах и покрытые большими платками были их пылкие подруги... Но кому было дело до них... их тревог и скрытых слез.

Интересно наблюдение прошедшего эту землю нашего офицера и писателя Ф. Булгарина.

"Женский пол, особенно в среднем сословии, не разделял с мужчинами ненависть к нам и любовь разрешала тогда в Финляндии многое , запрещенное строгой нравственностью... В уединенной, холодной Финляндии, так мало развлечений, так мало забав, так все единообразно и скучно, что красавице с живым характером трудно устоять против искушений любви".

Итак, шведские части, развевая флаги, дружно занимали Готланд!

Однако король выразил недовольство адмиралом Цедерстремом, почему он не взял в плен всех русских, или не уничтожил бы их при оказании сопротивления.

Уголок русской империи в Швеции просуществовал недолго. Такова печальная ирония судьбы!

Только на Готланде среди жителей до сих пор в ходу поговорка, которой припугивают детей: "Вот русские придут..."

Бодиско, стоя на палубе и смахивая с лица соленые брызги, провожал прощальным взглядом исчезающий в морской дымке бывший российский остров Готланд...

- Думаю, что при возвращении Бодиско во дворце по головке его не погладят - заметил охранявший побережье залива Орлов-Денисов, размышляя с офицерами о драматической экспедиции на Готланд. - Но жизнь чертовски сложная штука!

- Скажу Вам, что за упущения по службе, например, генерал-майор Матвей Платов, был осужден и отправлен в ссылку в Кострому. Там отбыл три года.

Затем по решению гражданского суда его заточили в Петропавловскую крепость. Но Павел Первый освободил вдруг Платова для похода казаков на Индию... Платов храбро сражался вместе с нами в Пруссии супротив французов. А сейчас с казаками воюет с турками-османами... Трудно сказать, что ожидает и адмирала Бодиско.

Проницательный Орлов-Денисов не ошибся!

За эту экспедицию Бодиско вначале получил орден святой Анны.

Но затем - о, каверзы фортуны!- за то же деяние был предан суду с призванными им тогда на совет офицерами и "отнятием шпаг".

- Хваленый адмирал Бодиско-то, сплоховал, - косоротились доброхоты. Обесчещенный и оплеванный ими, готовыми бросить ком грязи на его мундир, он предстал пред стражами закона.

В мае 1809 года в зале суда, окруженном крепким караулом, слушалось дело о государственном злоумышленнике адмирале Бодиско. Он готов был принять суровый вердикт.

Но услышать в приговоре такое?!..

- За удаление без боя с острова Готланда сухопутных войск, бывших под его начальством, и положение врагу оружия без сопротивления, - оглашал судья, - адмирал Бодиско полежит исключению из службы.

- Ссылается на жительство в Вологду!

- И лишается ордена святой Анны!

- Приговор обжалованию не подлежит!

Бодиско с искаженным лицом оказался в захолустье империи. И для бывшего морского волка потянулись в ссылке на суше год за годом.

Однако проделки Фортуны не прекращались! Ведь порою крайности сходятся и сливаются так, что их трудно различить.

Бодиско был Всемилостивейшие прощен! Стоял золотистый октябрь 1811 года.

- Господи, бывший государственный преступник вновь принят на морскую командирскую службу! - взволновался высший свет в Петербурге.- Так преступник он или герой?!..

В ноябре 1812 года хитромудрая судьба привела Бодиско в ту же злополучную Финляндию. Бодиско почетно был назначен комендантом крупнейшего порта крепости Свеаборг.

К нему, опальному герою и адмиралу, вернулась утраченная слава и награда! Летом 1814 года он был вновь удостоен ордена святой Анны!

Но к тому времени наш Орлов-Денисов уже прошел жесткое горнило баталий с Наполеоном, отличился в Бородинском сражении, битве народов под Лейпцигом и Кутузов сказал о нем: "Его храбрость делает честь русскому оружию!".

Но для этого надо было закончить ту войну в Финляндии...