# Писатели-искатели приключений. За тайнами Мадридского двора Георга Борна

Николай Федорович Бичехвост

Книголюбы против спецхранов...


Со знаменитым авантюрным немецким писателем Георгом Борном меня "познакомил"... Максим Горький. В своих письмах М. Горький неоднократно вспоминал имена Г. Борна, Э. Габорио, Понсона де Террайля, как поглощал в юности их книги, и тот огромный успех, которым пользовались книги этих корифеев в Российской империи.

Уважительное упоминание Максимом Горьким о сногсшибательной популярности

некого Георга Борна и его романов, как "Евгения, или Тайны французского двора", "Изабелла, изгнанная королева Испании или тайны Мадридского двора", "Турецкий султан или тайны Константинопольского двора", зажгли предо мной тот путеводный огонек, который и привел меня к этому писателю. Несмотря на то, что советская власть

вытравила саму память о нем и его книгах.

Помню, как следователем, после срочных выездов на пожарища и трупы, осмотры застреленных и повешенных, я вечером забредал-таки в библиотеку, заряженный призрачной надеждой разыскать неведомые следы, а то и книги Г. Борна. Тогда я только проторил стежку в зарубежное приключенческое литературоведение. И как миллионы моих сограждан, не догадывался, что Георг Борн давно и надежно упрятан от нас со своими книгами, как вредный буржуазный писатель, на многие десятилетия в засекреченные спецхраны, в насильственное забвение.

Кроме небольших ссылок у М. Горького о Г.Борне, я понял, что больше вряд ли найду, ибо ни в каких проштудированных мною справочниках, учебниках литературы, даже в научных монографиях филологов его имя не упоминалось. Даже солидный каталог-прейскурант букинистических и антикварных книг, изданный в Москве в 1961 году Всесоюзной книжной палатой, демонстративно обошел имя популярнейшего автора своего времени. Словно его никогда не было. Оставался еще один проверенный путь - обратиться к предреволюционным романам Г. Борна, каталогам издательств и их рекламе в России. Вот тут-то "Сезам" и начал открываться!..

Углубляя свои знания, я выяснил, что в Российской империи Борн был так же знаменит, как и в родной Германии. В 1869 году у нас был напечатан его роман "Грешница и Кающаяся". В Москве в 1874 году он вышел под названием " Тайны Мадридского двора". Затем в Петербурге появился роман "Анна Австрийская или Три мушкетера королевы". Столичные престижные издательства запустили свой печатный конвейер по безостановочному выпуску книг Борна огромными тиражами и неоднократно переиздавали их. Тот же роман "Изабелла..." к 1905 году был издан пять раз. Честь выпуска первого и, пожалуй, наиболее полного собрания сочинений Георга Борна следует, наверное, отдать Санкт-Петербургскому издательству А.К. Касаткина. В народных читальнях за ними вилась многомесячная очередь. Выражение "Тайны Мадридского Двора" вошло с тех пор в поговорку, как необычная таинственность, до настоящего времени. Миллионная аудитория читателей и создала прижизненную славу Г.Борну.

Оказалось, что редкостные экземпляры дореволюционных книг Борна сохранились в советские годы у библиофилов - фанатиков. Но они редко продавали их даже за сумасшедшие, нереальнее денежные суммы, и, как правило, только меняли их на такие же раритетные издания. Сильнее цензурных запретов было желание познать популярные романы Г. Борна. И мы, худосочные любители, рады были читать эти романы, раздобыв их в нечетких машинописных самодельных перепечатках, толщиной 1500-2000 страниц, ибо оригинальные романы Г. Борна редко были менее одной тысячи страниц. И то, чтобы достать, выменять с оглядкой, такой самиздатовский "роман", уходили нередко годы. Ведь запрещенная советской цензурой литература сохранялась лишь в спецфондах фундаментальных библиотек. И не приведи ты, мать Господня, иметь такое крамольное чтиво у себя на руках. Купленные же букинистическими магазинами такие книги уничтожались по существующим тогда правилам. Запуганные владельцы

частных дореволюционных библиотек, потеряв надежду реализовать за нормальную цену " книги - компромат" через магазины, ( а не опасным путем- через прожженных книголюбов- спекулянтов), нередко сдавали их навалом в макулатуру.

Теперь книги Георга Борна, как и многие другие, реабилитированы, словно люди, попавшие под сталинские репрессии. Они, как и люди, восстановлены в своих правах, а авторам возвращено доброе имя и они, надеемся, будут жить в памяти человечества.


"Немецкий Дюма"


Таинственные историко-авантюрные романы Г. Борна хорошо сочетаются с загадочной личностью самого автора, ибо слышали о нем весьма немногие, а знают - и того меньше. Настоящий Карл Георг Фюлльборн (Георг Ф. Борн - его псевдоним) родился 5 сентября 1837 года в немецком городке Эльбталь. Сын богатого торговца-бюргера, он был отправлен 16 лет в школу торговли, дабы стать преуспевающим негоциантом. Но его карьеру коммерсанта погубила страсть к сочинительству. Подружившись со сверстником Оппенгеймом, Фюлльборн, забросив учебу, проводит дни и ночи напролет. ...Сочиняя и сочиняя с ним толстый роман. Однако богиня Удачи отвернула свое лицо от их первого литературного опуса, а они свои - от учебы.

В надежде прорваться в литературный мир Берлина, честолюбивые мечтатели рванули туда. И хотя их авторский коллектив теперь состоял уже из трех молодых соавторов, их рукописные творения не интересовали издателей, а вальяжные местные литераторы усмехались новичкам в лицо. Ничего не добившись, их тройка распалась.

Упорно, очень упорно продолжает писать Георг Фюлльборн, даже оставшись в одиночестве. Только теперь под именем Георга Ф. Борна, под которым и войдет навсегда в мир авантюрного жанра. Долгожданная удача пришла к нему неожиданно, а может как вознаграждение за непомерный труд и долготерпение. Рукопись романа "Клелия" не только была принята в печать издательством, но и к взаимному восторгу сторон, напечатанный тираж полностью и скоро был раскуплен. Невзгоды, огорчения и безденежье можно было забыть! У Борна были в запасе не только грандиозные творческие планы, но и реальные, тщательно выписанные сюжеты ряда исторических романов.

Но каких? А вот это он держал в секрете даже от самых лучших друзей.

Причину будущего успеха он видел не в погружении авантюры своих романов в темные глубины исторического прошлого. Об этом уже позаботились соотечественники, как Ф.Дан, воспевая завоевательные походы древних германцев и гуннов в изданиях "Аттила", "Падение империи", "Борьба за Рим", "Верность до гроба", писатель Г.Фрейтаг в подобной серии "Предки" и иные.

А он будет писать современникам, что им сегодня интересно, но скрывалось от них в кулуарах дворцов, покоях вельмож, сейфах дипломатов... Более того, он покажет все действующие исторические лица, недавно жившие либо ныне здравствующие. Тот же правитель Наполеон Третий, или испанская королева Изабелла, либо канцлер германской империи Бисмарк ... Он сделает читателя свидетелем не только широких исторических полотен, но и огромных картин любви и верности. Его читатель должен чувствовать себя не только очевидцем, но и непосредственным участником недавних исторических потрясений. Одно дело, когда читатель просто в толпе бунтовщиков на улице, а другое дело - он активный участник, почти герой, читаемого им же и его родичами, острого современного историко- приключенческого романа. Это вызывало уже особые эмоции и переживания. Должно быть переплетение настоящего с прошлым, ощущение

подлинности. Чем не "машина времени" для читателя и не "машина денег" для писателя? Ведь и сам автор с юных лет был современником бурных исторических событий.

Да, увлечение исторической тематикой зачастую уходит корнями в пытливое детство. Наше послевоенное поколение ура-патриотически взращивалось на пламенных революционерах-террористах царских властей, типа Камо, беспощадных красных конниках, наших дедах, и бесстрашных солдатах, закрывающих грудью прорехи командования Второй мировой войны, наших отцах.

Об исконных русских героях из дореволюционных исторических романов авторов, как земляка нашего Д. Мордовцева, или графа Е. Салиаса, этого "русского Дюма", либо Н. Гейнце нам знать было не велено, а звезда писателя-патриота Валентина Пикуля только прояснялась. Только появившийся роман его "Баязет", произвел на меня, мальчишку, незабываемое до сих пор впечатление и возбудил огромную тягу к истории отчего края. На всю оставшуюся жизнь. Через десятилетия журналы и газеты стали публиковать мои многочисленные рассказы о неординарных, но забытых личностях из прошлого нашего края. Специальный библиографический указатель к моим очеркам, историческим исследованиям для широкого пользования ими, издала Волгоградская областная библиотека.

А тогда, в безоблачном детстве, с каким нетерпением мы, сельские школяры, ожидали Новогоднего праздника, ибо по традиции, на нем награждались увлекательными книгами лучшие ученики. А поскольку при этом учитывалось появление в маскарадных костюмах героев таких книг, как "Пятнадцатилетний капитан", " "Последний из могикан", "Три мушкетера", то...То мы, пацаны, заранее, знойным летом, охотились в необъятной, прокаленной жгучим солнцем степи на орлов-коршунов и сусликов-хомяков, заготавливали впрок роскошные перья их и шкурки, оттачивали из толстой проволоки шпаги, мастерили луки и широкополые шляпы...Тайком от всех и хранили, в чуланах, на чердаках или в погребах. Не знаю, у кого было больше радости у нарядной елки: у изумленных сверстников или довольных учителей, а может у нас, прижимающих крепко к груди драгоценную книгу - подарок "Спартак", или "Звезды Эгера", либо "В стране райской птицы". Эти и другие книги, звезды моего детства, светили малым и взрослым в нашей, забвенной в степи чумазой деревне. И звали познавать мир истории и окружающей заманчивой жизни. Книги такие готовили нас, юнцов, потихоньку к неисчерпаемым трудностям и опасностям. Так чудесно появлялись эти крепкие, незримые нити. Так для нас сходились сумерки минувшего и наш младой рассвет. Но, увы, только через многие десятилетия нам стала доступна историческая проза вышеназванных писателей российских, и понемногу возвращаются зарубежные писатели, прославившиеся давным- давно на исторической ниве, как любимец Георг Борн.

Итак, романы Борна начинают покорять европейские страны, тем более что пружина интриги мощно раскручивается в Англии, Германии, России, Бразилии...И везде, от особняков до лачуг, их сопровождает неизменный успех. Ведь человека читающего всегда интересовали таинственные истории, загадочные происшествия, роковые страсти. Кареты и плащи, ятаганы и яды, кинжалы и мушкеты. Каждый новый роман Борна - точный "выстрел" в изумленного обывателя. Ужасы и застенки инквизиции сошли к этому романисту из старинных документальных источников, приюты и английские детоубийцы пожаловали из судебных материалов, разбойничьи притоны и алчные прожигатели жизни - из полицейских хроник. Можно было бы многое сказать об умении Борна воссоздавать колорит старины, от королевской парчи до лохмотьев нищего. А что же местные писатели, воротившие напудренные парики и лица от этого безвестного автора-самоучки? Теперь сами ищут расположения, у этого признанного "немецкого Дюма". А он, безо всяких помощников, выпускает с ходу один роман за другим, один привлекательнее другого.


Коварные злодеи и благородные мстители


Вот роман Борна "Бледная графиня", о проходимке, графине Камилле Варбург, которая, стремясь завладеть деньгами падчерицы, не гнушается совершать тяжкие преступления, прикрываясь титулом и положением в обществе. А это-"Железный граф", из времени интриг германского дипломата Бисмарка. "Султан и его враги" переносит уже на берега Босфора, где трое безвестных молодых турецких вельмож, преодолевают немыслимые преграды, заговоры против султана, проходят сквозь гаремы, измены, чтобы в итоге, двоим эмигрировать, а последнему- сложить голову на плахе. Поток его романов - приключений не прекращается..."Морской разбойник или дочь сенатора", "Невеста каторжника или тайны Бастилии", "Потомок римлян", "Дикая роза", " Принцесса Шонхильд"... И везде автора волнует, почему зло и его гении, так смело борется с добром, и почему последнее, в гуще жизни, не всегда побеждает.

В году 1874 знаменитый писатель переезжает в Дрезден, в пригороде которого заводит великолепный собственный дом и сад. Здесь он продолжает не только творить, но, наделенный даром торговца, с выгодой продает свой товар, очередные романы. Посему с его популярностью, растут и его авторские гонорары. Да так удачно, что через двадцать лет он мог приобрести под Дрезденом обширное поместье, где поместил современную типографию и свое издательство. Вспомним, что даже у великого Александра Дюма провалилась затея с выпуском собственного журнала "Граф Монте -

Кристо". Романист Майн Рид тоже потерпел фиаско, ибо затеянная им авантюра с выпуском своей газеты провалилась, после выхода в свет 22 номеров. Увы, даже колосс -Бальзак не сумел преуспеть на этом поприще, ибо затеянное им типографское дело потерпело полный крах. А одаренный самоучка Борн удивляет всех: он успевает печатать не только свои остросюжетные новинки, но и другую потребную литературу, а также популярную газету, которая пережила его, "крестного отца".

На вершину Олимпа вознесла Борна тройка наиболее бойких романов: "Тайны Французского двора", "Тайны Мадридского двора" и "Дон Карлос" - его трилогия о "карлитских войнах". Хитросплетение политических и любовных интриг, борьбы за власть раскручивается во Франции, Испании и Англии. Да настолько напряженно, что кульминация страстей в романе достигает неимоверного предела, до четырех - пяти раз!

Его герои заставляли сильнее биться сердца читателей, и позволяли им, не покидая домашнего уюта, переживать невероятные приключения, проявлять благородство, совершать подвиги добра и смелости, о которых в реальной жизни они не смели и мечтать. Наверное, пересказывать содержание таких ярких романов, все равно, что греться у нарисованного очага.

Подтверждением их мировой популярности служит то, что читательский мир еще быстрее стал заполняться различными подражаниями-"Тайнами...". Во Франции их

вышло более пятидесяти, как " Тайны старого Парижа", "Марсельские тайны", "Истинные тайны Парижа"... Не менее сильным оказался поток и в других странах:

"Стокгольмские", "Брюссельские"..., вплоть до наших "Тайн Нижегородской ярмарки". Российский журнал "Волны" предлагал в качестве приложения в 1907 году

"произведения великих европейских писателей, отражающих доброе старое время во всем его блеске и великолепии": " Тайны Берлинского двора", "Тайны русского Двора", "Тайны Лондона", "Тайны женских монастырей".

А этот удивительный Борн, в оставшееся от литературного сочинительства время, создает в Дрездене общество писателей и журналистов. Энергии в нем хватает еще на

кипучую общественную жизнь города, он участвует в работе совета городских депутатов.

Неутомимая деятельность Борна была оценена. Он был избран почетным гражданином города Дрездена, чем гордился не менее, чем писательской известностью.

Этот трудолюбивый литератор написал за свою творческую жизнь более 25 историко- приключенческих романов и один из самых известных - это "Анна Австрийская или

Три мушкетера королевы".

Так угодно было судьбе, что простился Георг Борн с земным миром в сиянии литературной славы, 11 марта 1902 года. В возрасте всего лишь 62 лет.

Наступил 1910 год. Россия.

Крупное издательство Ф. Гаусса, приступая к выпуску произведений Г.Борна в серии "Библиотека приключений", отзывалось о нем так: "Мы представляем благосклонному читателю новую серию увлекательнейших книг уже хорошо известного в Москве г-на Борна, блистательного сочинителя приключенческого романа". Однако затем жестокие катаклизмы двух мировых войн с Германией покрыли пеплом забвения его имя. И только недавно, стали возрождаться его жизнестойкие герои и книги. Мир Георга Борна еще глубоко до конца не прочитан. Самобытное творчество этого самородка, прекрасного рассказчика, так и не получившего в жизни высокого образования, заслуживает, думается, научного осмысления и добротной популяризации... Сквозь пепел лет.... Миллионы сердец и умов, уставшие сегодня от разгула преступности и коррупции, кровопролитий и терроризма, религиозных войн и бытовых распрей, нуждаются, как никогда прежде, в вечно юной приключенческой романтике и созвучным ей высоким человеческим качествам и чувствам. Возьмем в руки романы Г. Борна и прочтем их, дабы убедиться, какие интересные, добрые и познавательные книги читали, и впитывали в себя наши, деды и прадеды...