# Он ушел и не вернется

Нина Большакова

Она женщина одинокая, самоуспокоительное название свободная...

Тильда собралась поехать в оптовый магазин за продуктами, там дешевле и ехать туда примерно полчаса, а поскольку ей ехать особенно некуда, она любит туда ездить: и деньги вроде как экономишь в оптовом, и все-таки проехаться можно не просто так, а по делу, а ездить на машинке Тильда любит. Но не любит куда-то тащиться без дела. Вот объясняю так длинно, а зачем и почему? Отчитываться ей не перед кем, она женщина одинокая, самоуспокоительное название свободная, куда хочет туда и едет, но вот есть некая внутренняя потребность объясниться ( не у Тильды, а у автора), хотя всем ведь все равно на самом деле, кто, куда и чего едет. Такой Фройка Фрейд на пустом месте.

Внутренних потребностей у Тильды много, одна нелепее другой, но об этом в другой раз, a сейчас она позвонила подруге и предложила ей поехать с ней за компанию. Договорились, Тильда заедет за ней в десять утра следующего дня, заберет их с сыном сразу после урока музыки, что Марик берет раз в неделю.

Наутро погода была так себе, довольно холодно, ветер, на машину снег намерз. Тильда одела короткую замшевую куртку с большим воротником из искусственного меха, обмотала шею длинным красным шарфом крупной вязки, на голову нацепила красный берет. Куртка ей идет, выявляет в ней внутреннюю красотку, которой она могла бы быть лет двадцать назад, если бы умела расслабляться (не до чтобы она сейчас это умеет, но в общем как-то все равно стало, в смысле наплевать, что другие думают. Не пробовали? Попробуйте, помогает). Если сидеть за рулем машины, любой, не обязательно "бумера", старушка "Хюндайка" тоже сойдет, надеть темныe очки, губы накрасить помадой #7, знаете, такая блестящая помада, в аптеке на углу Бродвея и 177ой улицы продают, и не вставать (тогда лишние двадцать кило веса не видны), то в целом получается:

- Ах, какая интересная дама! - Именно так и сказал Грэг, недавний бойфренд подруги и отец ее ребенка. Мальчику десять лет, и все эти годы они жили вместе, с перерывами на недолгие, на несколько месяцев, отъезды Грэга к очередным пассиям.

- Грэг захотел с нами поехать, и я решила, это хорошо, мама, папа и ребенок, совместное общение, это правильная модель, а до этого он несколько раз брал ребенка к себе, и они общались без мамы, то есть без меня, вот это была неправильная модель, - Джина уверенно резонировала по телефону этим утром, когда Tильда позвонила сообщить, что немного опоздает, потому что надо снег с машины соскрести.

- Как вы провели субботу?

- В кино сходили, на "Хоббита", посмотрели в 3-Д. Ничего так сказочка.

- С кем ходила? С сыном?

- С сыном и с Грэгом. Это очень важно, хотя бы раз в неделю проводить время с мамой и с папой.

- Рвешь себе душу, зачем тебе это надо? Общаться с ним, как ни в чем ни бывало... Дай им с сыном вдвоем быть.

- Ты выросла без отца, ты не понимаешь, что такое правильная модель, а я росла в нормальной семье, с папой и мамой, я понимаю, как важно поддерживать правильную модель семьи.

Ничего не сказала Тильда, а подумала:

- Мой отец был от меня в трех тысячах километров, где уж мне понять правильную модель... ладно, что мне тебя учить, сама большая.

Расселись в машине, Грэг с сыном назад, Тильда за рулем, Джина рядом на соседнее сиденье.

- Ну и машина, - Грэг зашутил, - что это за модель такая, какой аудио плейер роскошный, а навигация какая.... в смысле никакой тебе навигации...

- Довольно критиковать, - заступилась Джина, - везут тебя и радуйся.

- У этой машины два достоинства, - сказала Тильда. - Она едет и она моя.

В оптовом было людно, как всегда, кругом горы всякого добра, продукты, одежда, электроника, чего только нет; и этого нет, и того нет, вроде нерафинированного подсолнечного масла "Чумак", а так всего много, еще и кормят на халяву, дают разного попробовать. Стали смотреть, покупать, фрукты, яйца, овощи, курицу, приготовленную на гриле.... Потерялись в толпе, потом Тильда их увидела: Джина что-то подавала Грэгу, банку сальсы? Марик висел на тележке, жевал бесплатное угощение, все улыбались. Мама, папа, я, дружная семья. Увидели Тильду, подошли, Джина спросила:

- Тебе еще много времени надо? Давай я тебе помогу, что еще надо найти? Сливы? Майонез? Грэг торопится, ему к полудню надо быть дома, - Грэг молчал, улыбался, похлопывал сына по спине.

- А что такое? - спросила Тильда. - Самолет взлетает, что такая точность?

- Некоторые люди любят точность, - важно сказал Грэг.

Они опять разошлись, потерялись в толпе, и в следующий раз Тильда увидела Грэга возле касс, одного.

- A где Джина? - спросила Тильда.

- Пошла тебя искать, - ответил Грэг. - Нет, не уходи, стой тут, а то опять потеряешься. Меня Наташа ждет, я не могу больше терять время.

Он звонил по телефону, призывал Джину, и она пришла, недовольная Tильдой: "Где ты была?"

Наконец-то касса; Грэг платил по своей карточке за себя и за Джину, Марик висел на тележке, все улыбались. Покатили телеги к машине, Тильда открыла багажник, стала доставать покупки из тележки, Грэг перехватил:

- Вы имеете дело с лучшим в мире укладывателем продуктов! - он сложил покупки Тильды, потом принялся за пакеты Джины.

- Осторожно, не разбей яйца! Не помни грибы, - восклицала довольная Джина,

- Не волнуйтесь, мадам, вы в надежных руках, - уверял Грэг.

- Марик, садись посредине, ты же худенький, а родители по краям, им будет удобнее, - показала мальчику место Тильда, но он упорно усаживался к окну -

- Тут мама сядет, а папа с того краю.

Загрузились в машину, поехали, вот уже выехали на хайвей. День темнел на глазах, собирался дождь. Джина , передавая Грэгу деньги, сказала:

- Здесь тридцать долларов, больше нет, потом отдам, ОК?

- Ну вот, вечно потом, потом, мне деньги нужны, - ворчал Грэг.

Джина переживала, что уже половина первого, Грэгу надо давно быть у себя, а вот задержались в магазине. Она говорила и говорила об этом, никак не могла остановиться.

- Нашла о чем беспокоиться, - думала Тильда. Въехали в город, уже подъезжали к кварталу, где, по слухам, жил Грэг.

- Ты извини, Джина, что я не смогу вам помочь покупки в дом занести, вы уж сами с Мариком справляйтесь, - сказал Грэг сзади.

- Конечно, не беспокойся, - ответила Джина. Ее лицо сразу помертвело, улыбка исчезла.

- Где вас высадить? - спросила Тильда. - Здесь? Или (проехав еще блок) здесь? Вы скажите, где, я подвезу прямо к дому. Где вы живете?

Грэг не отвечал, наконец махнул рукой:

- Можно здесь.

Тильда остановила машину на Бродвее, хотела открыть багажник, чтобы он забрал свои покупки, но Грэг показал на лежащий на коленях рюкзак: у меня все здесь, вылез из машины, попрощался и ушел по улице влево и вверх, на Вадсворт.

Машина тронулась, все молчали. Наконец Джина сказала:

- Не хочет говорить, где живет. Боится, я пойду и скандал устрою.

╛╛- Ладно, и так обойдемся. Эх, життя, Я возле твоего дома остановлюсь, перенесете все потихоньку.

Тильда остановилась возле дома Джины, постояла, пока она с сыном все перенесла в два приема. Эта новая женщина Грэга, худенькая, с тонкими поджатыми губами, аккуратная, любящая точность, наверное, отчитывает его сейчас за опоздание. Он покорно все выслушивает, молча выставляет банки и пакеты на стол. Женщина замолкает, подходит к нему, обнимает, он клaдет седую голову ей на плечо.

Джина с сыном уносят последнюю порцию покупок, она зовет Тильду:

- Пошли к нам, будем есть курицу и пить вино, ну их всех...

- Спасибо, некогда, куча дел перед праздником.

Тильда уезжает. Скоро Новый год, надо еще многое успеть.