# Крысы, шагом марш!

Людмила Георгиевна Боринг

Удивительные свидетельства о послушании твари Творцу.

Эту женщину я видела всего один раз, лет 10-12 тому назад, я не помню, откуда она к нам приехала, не помню её имени-фамилии, совершенно не представляю себе её возраст, я даже не могу припомнить её лица. Она рассказала свою историю у нас в церкви, и мне даже не удалось подойти к ней после богослужения, чтобы познакомиться лично и задать вопросы. Однако эта её история просто-таки впечаталась мне в душу. В тот год я была ещё новообращённая, только что из мира, свидетельства о чудесах Божьих воспринимались мной как нечто совершенно естественное: "Конечно, иначе и быть не могло". Так я восприняла тогда и историю этой женщины. Однако теперь, через много лет, я не только не забыла эту историю, но теперь она ещё больше меня удивляет, я всё яснее вижу, что событие, описанное в ней, совсем не естественное, а как раз таки сверхъестественное. И думая об этом, я всё больше удивляюсь: неужели тот, кого я называю своим Господом, Спасителем и Другом, тот, кто рядом со мной, любит меня, слышит и отвечает на мои молитвы - Он же и есть могущественный Творец вселенной, которому подчиняется всякая тварь?

Эта женщина, русская, а может и не русская, назовём её Ксенией, родилась и выросла в Советском Союзе. Говорю же вам, я не помню её возраста к моменту рассказа: ну скажем так, не меньше 35 и не больше 65. Так вот, жила себе Ксения, как все мы, в Советском Союзе, как вдруг, совершенно безо всякого её участия или передвижения с места на место, она оказалась в совсем другой стране: в Грузии. Причём её недавние соседи считали, что это никакая не Грузия, а Осетия. Началась кровавая и безостановочная война, которая то затухала, то вспыхивала с новой силой. Ксения к тому времени уже была рождённой свыше христианкой и, находясь в непрерывной молитве за свою несчастную страну, она услышала специфический призыв от Господа: идти спасать молодых парней, которые стреляют друг в друга, не понимая ни смысла ни цели не только этой поистине бессмысленной войны, но и самой жизни вообще. Жизни, которой им, возможно, осталось всего на несколько минут.

Ксения нашла миссию, где ей могли выдать столько экземпляров Нового Завета, сколько она была бы способна раздать, набрала полную котомку и пошла на передний край, чтобы раздавать их воюющим с обеих сторон. По её словам, там, на линии огня, атеистов не было ни одного. Парни принимали в подарок Новый Завет, как поистине драгоценное спасение. Когда так близко заглядываешь в лицо смерти, невольно задумываешься: а что там, за этой таинственной и страшной чертой?

Они благодарили её и просили помолиться за них перед боем, некоторые молодые мальчишки даже плакали у неё на плече, другие просили передать письмо матери. Она рассказывала им о Всемогущем и праведном Боге, который при всей своей строгости и справедливости, также полон любви и милости, и каждому грешнику Он предлагает путь к спасению и вечной жизни во Христе. Они жадно слушали и задавали вопросы. Она по возможности помогала им также и в их повседневных нуждах: еда, вода, курево, медикаменты.


Потом она возвращалась в миссию, набирала опять полную котомку и снова шла на передний край, не различая, кто грузин, кто осетин, умирать не хотелось никому из них. Она, конечно же, тоже рисковала жизнью, но это её не пугало, поддерживала вера в вечную жизнь, а также вера в то, что Бог не даст ей погибнуть раньше определённого Им одним срока. Мы, христиане, бессмертны и неуязвимы до вполне определённого момента во времени, который уже записан в книге Всевышнего. Нам и тот момент тоже не страшен, так как мы переходим от земного тленного существования к вечной и нетленной блаженной жизни в присутствии нашего любимого и любящего Господа.

Слушая её, я тогда не очень удивлялась её бесстрашию перед лицом смерти. Сама я уже тоже доросла до того этапа веры, когда понимаешь, что смерть - это шаг навстречу вечному блаженству. Я слушала и пыталась представить себя на её месте: смогла бы я так, как она, пойти на линию огня или нет? Я была не уверена. Верить теоретически - это одно, а оказаться фактически перед лицом смерти - совсем другое. Но то, что она рассказала дальше, потрясло меня ещё больше.

Ксению арестовали. Пытаюсь вспомнить кто, кажется грузины. Пытаюсь вспомнить за что: за то, что она не грузинка? За то, что не осетинка? За то, что не стреляла? За то, что раздавала Новые Заветы? Какая-то совершенно лишённая смысла была причина ареста. Но факт тот, что они были с ней жестоки: били, тушили сигареты о голое тело. И это ещё не всё: посадили они Ксению в одиночную камеру, в которой не было ничего, кроме лишь откидной лежанки, прикреплённой к стене, которая в данный момент находилась в вертикальном положении. Представьте себе этот совершенно пустой пол, она растерянно озирается, пытаясь примоститься где-то сесть. Как вдруг дверь в камеру открывается, офицер вносит какую-то большую клетку, ставит её на пол и открывает дверцу. Ксения вдруг с ужасом обнаруживает, что клетка полна крупных крыс.

В этот момент я с полной определённостью поняла, что нет, не смогла бы я быть в её шкуре! А она что же, такая же обыкновенная женщина, как и я, конечно же точно так же насмерть перепугалась, завизжала, а может быть, наоборот, онемела, и в момент взлетела на единственное, за что можно было уцепиться, на эту откидную лежанку. Наверное, что-то вроде верхней полки в плацкартном вагоне. Представьте, как долго вы смогли бы провисеть на ней, не касаясь ногами пола, где кишели крысы. Она висела, сколько могла, продолжая непрестанно молиться Богу, пока не обессилела и не осмелилась наконец, посмотреть вниз, на пол.

И что же она видит: эти крысищи, выстроились организованно по всем четырём углам этой камеры, причём каждая, без исключения, носом в угол, хвостом к ней. Все они почти не движутся, как неживые. Она осторожно ступила на пол одной ногой, потом другой - крысы никак не отреагировали, так и продолжали стоять, уткнувшись носами каждая в свой угол. Через какое-то время Ксения рискнула присесть на пол - крысы лишь плотнее прижались друг к другу и носами в угол. Она поблагодарила Господа и уснула. Наутро крысы находились всё в том же странном положении, наверное, до тех пор, пока разочарованный офицер не собрал их обратно в клетку.

Я не помню конца этой истории, а скорее всего, она и не рассказала его, так как ей много чего было порассказать в одном выступлении, это была лишь одна из многих её удивительных историй. А мне вот эти крысы запомнились больше всего. Пытаюсь представить, как они стоят всю ночь, спокойно и неподвижно, и не могу! Это же невероятно! Почему они именно так себя повели? Зоологи, можете ли вы объяснить такое?

Я вспомнила эту историю, читая потрясающий рассказ Ицхака Мошковича "Улыбка Рекса". В нём он рассказывает об истреблении евреев на Украине, оккупированной фашистами. Натренированная немецкая овчарка по имени Рекс в руках у жестокого полицая. Все собаки как собаки, на команду "Ату!" начинают обычно рвать зубами несчастную жертву, а этот Рекс не только не стал этого делать, и тем самым так удивил полицаев, что они даже решили прекратить избиение на сегодня, но позже он ещё и сбежал от своего хозяина, чтобы найти уцелевшую еврейскую девочку, которую он, пёс, уже спас от расправы. Так вот этот пёс находит девочку, охраняет её в лесном укрытии, приносит ей пищу, а в конце даже ценой своей жизни защищает её от своего бывшего хозяина полицая, который всё же нашёл девочку и снова пытался убить.

Поведение собаки в этом рассказе на несколько порядков гуманнее и разумнее, чем поведение её хозяев. Автор описывает Рекса как почти что человека, и может показаться, что так не бывает. Собака, конечно, друг человека, но не до такой же степени, чтобы натренированная на убийство овчарка вдруг ни с того ни с сего вступилась за незнакомую ей девочку; не до такой же степени, чтобы пёс приносил ей куски хлеба в лесное укрытие. Тем не менее, автор всего лишь пересказывает историю не просто очевидца, а той самой девочки, которая единственная из всей семьи уцелела в той бойне, дожила до глубокой старости и теперь рассказывает всё это работникам Мемориала жертвам Холокоста в Израиле. Я верю, что эта история чистая правда. Допускаю, что любители собак могут и вообще ничего невероятного в этом не увидеть, они и так знают, что их любимцы лучше и умнее людей.

Но вот вам ещё одна невероятная история, теперь уже про лесного зайца. Уж их-то никак нельзя заподозрить в особой привязанности к людям. Каждый знает, что "трусишка зайка серенький" от людей старается держаться как можно подальше. Эту историю я тоже слышала от очевидца, взрослого мужчины, лет 50. Пятилетним ребёнком он заблудился в болотистом лесу, дело было в сибирской деревне поздней осенью. Снег хотя ещё и не глубокий, но уже довольно холодно, а особенно по ночам. Родители искали его весь день и не нашли. Мать была верующей. Она продолжала молиться всю ночь. Никто не надеялся найти его живым наутро, даже взрослый замёрз бы насмерть в эту студёную ночь на болоте. Каково же было удивление всех участников поиска, когда мальчишка вдруг явился домой утром живой и невредимый, хотя и голодный и перепуганный!

А матери своей он рассказал совершенно невероятную историю, которую она даже не стала никому пересказывать: кто бы поверил фантазиям ребёнка! Что будто бы когда стемнело, и у него уже не было больше силёнок пробираться через бурелом, он прилёг на какой-то полянке и стал замерзать. Как вдруг из леса к нему прискакал вот такой большой пушистый серый зайчик и прижался к нему своим тёплым боком. Так они и проспали всю ночь, обнявшись и грея друг друга. А наутро, когда у мальчика появились силёнки, чтобы идти дальше, зайка тот от него просто ускакал себе обратно в лес, даже не сказав "до свидания". И правда, кто поверил бы такой ерунде? "Но я, - говорит наш дьякон Павел Степанович, - я и есть тот мальчик, и я был тогда уже большой, лет 5. Так я прекрасно помню, что это мне не приснилось и не показалось, помню, я даже не удивился, когда он прискакал, действительно был этот зайчик, и он спас меня от мороза в ту ночь, по молитвам моей матери."

И мы ему конечно же поверили, зачем бы ему сочинять про себя такую невероятную историю? Ему, взрослому, солидному мужчине, которого мы с тех пор, после этой истории, втайне между собой стали называть не иначе как "Зайчиком," каждый раз не в силах удержаться от легкомысленного хихикания. Ему наверное, не понравилось бы, если бы он узнал.

Ну а последнюю историю, хотя я узнала и не непосредственно от очевидца, всё равно хочется сюда добавить, очень уж хорошо она вписывается. Представьте: война (не помню где и когда), кто-то за кем-то гонится. Убегающий вбегает в старый заброшенный дом, вооружённые преследователи - за ним. Он мечется по комнатам, ища, где бы скрыться, забегает в зал с камином и пометавшись, прячется в камине. Просто больше негде. Теперь лишь вопрос времени, когда враги его найдут, а они идут по его следу, тщательно проверяя каждое возможное укрытие в доме. Этот человек, обречённый на верную смерть, начинает горячо молиться Господу из глубины своей неглубокой "пещеры" и вдруг видит, как деловитый паучок начинает быстро-быстро плести свою паутину чуть не перед самым его носом, закрывая ею вход в каминную нишу. Он пока ещё не понимает, что в этом его спасение, и начинает готовиться к смерти.И даже говорит Господу саркастически: "Ну спасибо Тебе, нечего сказать, крепкой стеной Ты меня защитил!" Преследователи заходят в каминный зал, тычут прикладами под диваном, под столом, заглядывают в каждый шкаф. Но никому из них и в голову не приходит заглянуть в старый пыльный, покрытый густой нетронутой паутиной камин!

Так вот я что хочу сказать. Если вы хоть немножко верите в Бога, что Он есть, и что Он создал всё существующее, со всеми законами, которые управляют всем существующим, то разве не логично предположить, что Он способен также и вмешаться в экстремальной ситуации и приказать Своему творению или стать носом в угол, или позаботиться об осиротевшей еврейской девочке, или согреть заблудившегося в лесу мальчонку, или поскорее сплести паутину именно в этом месте? Что самое удивительное в этом всём - так это не то, что Творец может приказать Своему творению, а то, насколько всё ТВОРЕНИЕ ПОСЛУШНО своему Творцу, за исключением лишь нас, людей. Лишь нам Он дал свободную волю, возможность выбирать: послушаться Его или нет, а мы, глупые, вовсю этой свободой пользуемся себе во вред. Нам не мешало бы поучиться такому послушанию хоть у тех же крыс да пауков, или уж у лесных серых зайчиков, если они вам больше по душе, а уж у собак - тем более.


Хьюстон, июль 2005