# Наука о космосе и Библия

Людмила Георгиевна Боринг

Перевод с английского

ПЕРЕВОД ОТРЫВКОВ ИЗ КНИГИ ФРЕДА ХИРИНА "ПОКАЖИ МНЕ БОГА"

Сёрчлайт Пабликэйшнс, Уилинг, Иллинойс 1995

стр. 303-305 (Fred Heeren SHOW ME GOD, Searchlight Publications, Wheeling, IL 1995)


ИНТЕРВЬЮ С ЛИДИРУЮЩИМИ НА СЕГОДНЯШНИЙ ДЕНЬ УЧЁНЫМИ В ОБЛАСТИ КОСМОЛОГИИ.


Когда скептик впервые читает о космологии 20 века, он естественно спрашивает: откуда они знают это? Откуда они знают, что плотность вселенной, необходимая для жизни, близка к критической? Откуда они знают, что вселенная расширяется? Почему они уверены, что этот микроволновый радиоактивный фон - это остаточное явление от сотворения? Чтобы не отвлекаться от главных вопросов, я не всегда позволял интервьюируемым рассказывать всю их историю. И я совершенно не касался того, что эти астрофизики обычно думают о взаимоотношениях науки и веры. Но ради вдумчивого скептика, который хочет копнуть немного поглубже, Сёрчлайт Инк. предлагает следующий ускоренный курс астрофизики и философии науки, изложенный учёными, которые внесли величайший вклад в современную космологию.


ГДЕ КОНЧАЕТСЯ НАУКА


Астронавт Роберт Джастроу (основатель Института Гаддарда при НАСА, сегодня возглавляющий обсерваторию Маунт Уилсон) сказал следующее в ответ на мою настойчивую просьбу сказать хотя бы что-нибудь о том, что говорит сегодня наука о том, как нечто может произойти из ничего.

Хирин: Знаем ли мы сегодня хоть что-нибудь, из квантовой механики или теории расширяющейся вселенной или ещё чего-то, что может объяснить, как вселенная - и пространство само по себе - могли появиться абсолютно из ничего?


Джастроу: Нет, не знаем ничего - и это самый интересный результат всей науки. Появились ли они из ничего или из вселенной, существовавшей прежде, в результате сил, которые мы так и не обнаружили, никто не знает ответа на этот вопрос, потому что обстоятельства практически бесконечного высокотемпературного давления и плотности при возникновении вселенной неизбежной стёрли все следы предыдущей вселенной. Поэтому на самом деле, время, обращённое вспять, приходит к конечной остановке в этом пункте. За этими пределами занавес никогда не сможет быть поднят ... Как сказал Эйнштейн, учёные живут верой в каузальность, в цепь причинно-следственных связей. Каждое следствие имеет причину, которую можно обнаружить путём рационального мышления. И эта программа была весьма успешной, если хотите, для разгадывания тайн истории вселенной. Однако она явно не срабатывает в самом начале. И это наносит удар по самой фундаментальной предпосылке, мотивирующей всех учёных.

Будучи одновременно научным работником и христианским апологетом, Роберт Гэндж привносит уникальный подход к вопросу, где кончается наука и начинается вера. Д-р Гэндж является президентом Фонда Происхождения (Genesis Foundation) в Нью Джерси, организации, призванной показать, что Библия достойна доверия с науной точки зрения. В своей книге "Начала и судьбы" (Origins and Destinies) он говорит, что христианам следует остерегаться подхода "перекрёстного опыления" между этими отдельными реальностями: наука и вера. И это не дело науки, сказал он мне, пытаться решать вопросы о первоначальном происхождении.


Гэндж: Наука, в моём представлении это ПДГ. П - это предсказания, Д - это данные, Г - это гипотезы. Это три сущностных элемента науки. Предсказания должны быть логичными, данные - воспроизводимыми, а гипотезы - опровержимыми ... Итак что происходит в науке: производятся наблюдения, в процессе этих наблюдений собираются данные, которые воспроизводятся в другом месте другими научными работниками. И в этом смысле данные принимаются как реальность, потому что их также видят другие люди. То есть это коллективное предприятие.


Затем, данные вдохновляют гипотезу. Появляется гипотеза, объясняющая, что мы видим. В свою очередь, эта гипотеза начинает предсказывать, что ещё дожно быть, если гипотеза правильная. Затем происходит дополнительное собирание данных, вдохновлённое этой гипотезой. И опять же данные воспроизводимы. И до тех пор, пока эта гипотеза отвечает на все вопросы, которые мы только можем задать, она остаётся истинной. Как только она становится не способна более удовлетворительно ответить на вопросы, она опровергнута.


Я довольно быстро пробежался по этим этапам, но что я пытаюсь показать здесь, это то, что нигде в этом процессе не появляется слово вера. Это коллективное суждение международного сообщества людей, обученных различным дисциплинам, которые регулярно собираются на различного рода встречи, чтобы попросту придать некую осмысленность тому, что мы видим и понимаем. Вера - это совершенно иной вопрос ... В мои молодые годы я говорил: "Да, эти две сферы можно подвергать перекрёстному опылению." Но сейчас, когда я стал старше, могу сказать, что в последнее время я прихожу к выводу, что вера это нечто совершенно отдельное от науки. Теперь я скажу, что наука - друг Священному Писанию, а не враг. И особенно когда мы подходим к вопросу о происхождении, вопросу о судьбе, там науке нет места ...


В пространстве и времени есть только три категории явлений: явления воспроизводимые, явления непредсказуемые и явления единичные. Воспроизводимые явления - это данные науки. Если например, вы хотите измерить, как скоро яблоко упадёт на землю, если будет сброшено с определённой высоты, вы можете повторять это снова и снова и снова ... Итак, воспроизводимые явления подлежат научному исследованию. Тогда как непредсказуемые явления подлежат статистическому исследованию. Явления же единичные подлежат юридическому исследованию. И вопрос о том, был ли мир сотворён, и существует ли предназначение или судьба человека - это единичные исследования. Эти явления единичны. Сотворение мира - это единичное явление это юридическое исследование. Наука не обладает юрисдикцией в области вопросов о происхождении или о судьбе.


Хьюстон, Техас, 2003