# Кризис

Богдан Августович Бориславский

Пифагору Самосскому (6 век до н. э.): "Человечеству угрожают три опасности: невежество священников, атеизм ученых и безответственность демократов",


"Это не одни кошмары, что посещают нас в ночную пору, когда бездействует раз╜ум и огонек жизни только теплится. Это и трезвые ожида╜ния, взвешенные на весах наблюдения и здравого смысла. Нас прямо-таки захлестывают события. Мы воочию ви╜дим, как шатается все то, что казалось прежде незыбле╜мым и священным: истина и человечное, право и разум. Мы видим, как перестают функционировать государственные институты, хиреют производственные системы. Мы видим, как продолжают отчаянно работать в холо╜стую общественные силы".


Думаю, что вряд ли возможно отрицать что это кризис производный от нашей деятельности, ну а сама деятельность обусловлена далеко не стремлением просто выжить. Сегодня речь для публики ведётся о жизненных стандартах, ну а реально это борьба за власть, потому как равным Богу может быть только один, совсем как в сказке о Горце. "Остаться должен только один". Пока есть другие страны, то властители внутри страны могут объединится против властителей другой, но, в конечном итоге, остаться должен только "Один". Конечно, для того что бы мог себя реализовать такой властитель, необходимо что бы были и те над кем эта власть реализуется, то бишь народ. И уже отсюда следует необходимость государства и всех его клерков, на всех уровнях реализации власти. Что бы не очень париться в "эмпириях", мы можем глянуть что об этом говорят наши ученые мужи. Не зря же мы их учили.

"Лозунги, которые провозгласила культура XX века, - благоденствие, могущество, справедливость, - ничем не отличаются от идеалов пещерного человека и поэтому не могут быть признаны целью высокоразвитой культуры".

Так что вопрос простого выживания не есть даже вопрос культуры. А будучи чем-то чисто естественным оно, выживание, через конкуренцию видов, выравнивает ситуацию, и никак не может быть источником глобального кризиса. Если б все сводилось к простому выживанию, то мы бы достигли некого равновесия со средой и удерживались бы в этом состоянии, подчиняясь регулирующим законам среды. Но в отличии от сытого льва, который в таком состоянии довольствуется безмятежным сном, мы, насытившись, собственно только начинаем жить. В действительности мы стремимся не к выживанию, а к роскоши, к излишествам. И это есть тот момент, который истощает природу, которая не предполагает, что какой то вид будет тратить неизмеримо больше сверх того, что ему надо для выживания. По существу все что делает человек - это полное извращение законов природных отношений. Мы склонны это наше качество называть культурой, но культура может быть таковой, только опираясь на нравственные, духовные принципы, которые скорее порицают наше стремление к излишествам, чем развивает их, как это может показаться в первом приближении. "Полное удовлетворение все более развивающихся потребностей", которое было провозглашено как цель зрелого социализма, не предполагало, что потребности могут в конце концов перерасти возможности их удовлетворения, если эти потребности будут исключительно вещными, что просто иссякнет материал из которого эти вещи изготовляют, как и энергия движущая все и вся, - производителей, производство, как и самих потребителей, на их путях ко все более изощренным штучкам. Но эти процессы, хоть и изрядно смахивающие на извращения, еще только предпосылка к настоящей паранойе, которую мы находим немного поскребши штукатурку, которой прикрыты действительные мотивы движущие потрясающей активностью "сильных мира сего".


Итак, основные определения кризиса сделаны, диагноз поставлен. Причины, как всегда, приводятся разные, а больной, тем временем потихоньку уходит в мир иной. Но проблема выживания мира сосредоточена в отдельном конкретном человеке, в его базовых ценностях. Хотя эти базовые может и не так уж и изменились с тех старых добрых времен. Человек все также, как и во времена допотопные стремится к максимуму удовольствия и минимуму страданий и чрезмерных усилий. Вопрос только в том, что именно доставляет ему удовольствие или приносит страдания. Мы оставим в стороне удовольствие от удовлетворения естественных потребностей, связанных выживанием и продолжением рода, то есть чисто телесных требований и функций. Основные ценностные отношения формируются и реализуются в сфере межчеловеческих отношений, в социуме. Ценность должна быть всеобщей в том круге людей, где протекает моя жизнь. Высшей ценностью в этом отношении есть то, как меня оценивают другие. Чего я стою в их глазах. Скажем американцы, не мудрствуя лукаво, ввели в обиход оценку человека в денежном выражении. Фраза - "ты выглядишь на миллион долларов", стала просто притчей во языцех, а принцип почти всеобщим, не очень назойливо трансформируя человека в товар. С другой стороны, обладая достаточными деньгами я всегда могу прикупить себе нужного мне человека. Тут, возможно, присутствует не столь давнее рабовладельческое прошлое американцев, прикупавших себе нужных для хозяйства человечков, где ни будь на местном рынке. Мое положение в обществе стало оцениваться по тому, чем я владею. Тут как бы имплицитно содержится представление о том, что уж если и завладел должными вещами то значит у меня есть для этого соответствующие личные качества. И потому мой общественный статус равен моему состоянию. А отсюда уже рукой подать и до власти над человеками. Говорят что собственником движет алчность. С этим трудно не согласится. Но алчет человек не просто денег или вещей, которыми владельцы средств производства обладают в более чем достаточной мере. Человек владеющий жаждет власти, которая должна удовлетворять его гордыню, потому что во власти над другим человек становится равным Богу. Эти страстные, алчущие люди, проявляя не дюжинные способности и просто болезненную активность захватывают в собственность большую часть средств и ресурсов что позволяет им, в конце концов, и заполучить, так страстно желаемую власть в которой они уподобляются Богу. Вот что об этом говорит Хейзинг -"Мы живем в мире одержимости. И мы это таем. Ни для кого не было бы неожиданностью, если бы однажды безумие вдруг прорвалось в слепое неистовство, которое оставило бы после себя эту бедную европейскую цивили╜зацию отупелой и умоисступленной, ибо моторы продол╜жали бы вращаться, а знамена реять, но человеческий дух исчез бы навсегда".


Человечество практически играет некое театральное представление (вся жизнь - игра) режиссером которого являются параноидальные личности, болезненно и тупо стремящиеся к реализации своей потаенной мечты - стать равными Богу. Естественно, что при таком раскладе мы получили столь же больной, не нормальный мир, потому как никаким иным он и не мог быть, если им движут больные идеи. И понятно, что сами эти безумцы всячески пытаются придать некую рациональность своему страстному влечению к власти. Они даже готовы согласится что это страсть к "золоту" как таковому, потому как поклонение золотому тельцу не столь вопиющее преступление как стремление уравнять себя с богом во власти над людьми. Не могу не отметить, что пресловутая благотворительность есть не что иное как подтверждение этого моего, богу равного статуса. Потому как, если верить специалистам, свойство Творца - отдавать, а свойство твари - получать. А что бы уподобится Творцу, мы тоже должны бы отдавать, то есть трудится "не для себя". Только не надо говорить, что надо в начале что-то иметь, что бы потом отдавать. Во первых, никогда такого не случалось, что бы кто-то отдал, кровью нажитое свое, невесть кому, а во вторых отдавать надо не деньги и товары, а нечто гораздо более ценное - личное время и благожелательное внимание. Ну и многое другое из того же шкафа. Если взять среднего человека, то за все тем же редким исключением, он на своем уровне разыгрывает все ту же трагикомедию, обвешивая себя, иногда в прямом смысле, всякими побрякушками, что бы манифестировать свой статус состоятельного человека, что, как минимум, должно вызвать у окружающих страх и уважение, ну хотя бы во дворе или в подъезде дома где он живет.

Но если вернуться к тем которые властвуют над народами, то давайте призадумаемся, почему так категорически богатому было отказано в царстве небесном. Ну наверное не из-за простого факта обладания какими то ценностями, а относительно того скрытого мотива, который движет ими к обогащению - быть равным Богу. А чье это персональное качество, вы и без меня знаете.

Но вернемся к экологии и имеющему быть кризису в нашем общем доме.


"С демократизмом культуры XX века культурологи связывают появление "человека-массы" - типа, который ведет себя по отношению к культуре "как избалованный ребенок": "Он не хочет ни за что платить; он требует все больших благ , как будто бы они были его правами от рождения".Подчинение культуры "человеку-массе", как считает Ортега-и-Гассет, будет иметь самые печальные последствия для культуры. Человек-масса не признает авторитетов; он инертен и вульгарен; он неспособен к дискуссии, а следовательно, и к гражданскому сосуществованию; он обладает узким, ограниченным мышлением, а потому беспомощен перед дальнейшим развитием техники; он лишен морали, ибо в основе морали лежит подчинение жизни принципам долга".

Вопрос в том, этот человек-масса он как возник. Он что, прямое следствие демократии, или может он предпосылка той самой демократии. То есть не массе нужна демократия, а демократии масса. Мы сегодня видим как демократия агрессивно насаждает себя как истину в последней инстанции. Не сама масса-человек требует свободы в управлении своими делами, потому как ей вообще не нравятся какие либо дела - "Он не хочет ни за что платить; он требует все больших благ , как будто бы они были его правами от рождения". Но вот есть люди, которые просто с великой страстью пытаются вынудить того человека взяться за управление своими делами. С чего бы это? Может для того, что бы некого было винить в том, что дела таковы каковы они есть. Но кто они эти благие энтузиасты, терзаемые состраданием к столь немощным существам. Я не сторонник исследования мировой политики с позиции теории заговора, и даже мирового правительства. Но то, что демократию насаждают по всему миру с упорством маньяка, отрицать как-то сложновато. И эти люди точно знают как должно что быть в этом лучшем из миров. И вот в этом месте меня начинают терзать смутные сомнения. Потому как такая уверенность как бы отсылает нас к тем личностям о которых я говорил выше. То есть к тем, кто имеет реальную власть управлять народами. И, с другой стороны, тоже понятно, что управлять более эффективно находясь вне зоны видимости тех кем управляют. А если те, управляемые, еще при этом уверены, что это они сами рулят своими делами и судьбами, то лучшего варианта и не придумать. При таких раскладах разговоры про "золотой миллиард" счастливчиков тоже как-то не убеждают. Слишком уж на поверхности лежит эта идея, слишком рациональная что бы быть правдой. Но мысль о том, что ты принадлежишь к тем счастливчикам, для которых оставят в распоряжение всю старушку землю, наверное может взбодрить многих. А вот интересно, имеет ли хождение эта идея в Штатах, или для них это нечто само собой разумеющееся и они просто не думают о такой фигне.

А что в натуре не фигня? Так вот не фигня то, что именно доставляет человеку удовольствие, или, что практически тоже самое, чего человек желает, что для него представляет собой высшую ценность. И тех высших ценностей не так уж и много. Выше мы говорили о воле к власти, с целью, в гордыне своей подменить собой Бога, и другая цель - уподобится Творцу в его основном качестве давать, что в человеческом измерении выражено в принципе "не для себя". Но жизнь требует равновесия этих векторов, а пока у нас основной принцип активности направлен на приобретение, владение и властвование, то мы будем неуклонно двигаться в сторону усиления экологического кризиса. Да и что кроме кризиса может быть в доме, в котором, каждый тут живущий пытается овладеть всем, что там есть, для того что бы в дальнейшем шантажировать и манипулировать остальными жителями.