# Фамильная история про львенка Юраса

Евгений Самойлович Боуден

Давно это было. То ли 1966, то ли 1967, а может раньше или позже...

Весна. По нальчикскому зоопарку идет молодая пара. Это мой брат Борис и его жена Беллочка, страстные любители всякой живности. Дома, в Грозном, у них огромная датская догиня Рица, и кошка Кисястая. Рица, кстати, родоначальница одной из первых московских ветвей советских догов.

Впереди них на дорожке появляется толстенькая кошка. Но идет она как-то странно, неуверенно, как котенок, покачиваясь на толстых лапках.

Белка догоняет кошку и берет ее на руки.


Ой, да это и не кошка вовсе. Да и не лапки у нее, а целые лапищи. И Боря с Белкой несутся к одному из смотрителей зоопарка, чтобы выслушать историю о том, как львица родила в неволе, в клетке, троих львят. Как измученная постоянным близким присутствием людей, пыталась прятать и перепрятывать детенышей. Как смотрители безуспешно пытались забрать у нее этих львят. Как у львицы пропало молоко и два львенка погибли, а вот этот, самый непоседа, умудрился вывалиться сквозь решетку наружу. Как его уже больше недели пытаются спасти, подкармливая чем попало, но что надежды мало. Львенок слабеет, с трудом ходит и наверняка тоже погибнет.


Борька не был бы Борькой, если бы не предлжил тут же решение:

- Я покупаю его у вас. Наша собака ощенилась и у нее много молока. Попробуем подложить его ей, может выкормит.

На что получил ответ:

- Да забирайте его даром! Все равно ведь погибнет.

И львенок поехал в Грозный к маме Рице.


Переживаний было много. А вдруг Рицка его не примет? А вдруг набросится на него и загрызет? Он же лев и львом пахнет. И вообше порода кошачьих, а собаки кошек не любят.

Но, с другой стороны, вот же Кисястая и Рицка живут вместе и не только не ссорятся, а обожают друг друга.


Короче. Львенка выкупали, высушили, а затем Рицку вывели из комнаты, а львенка потерли о других щенков и засунули к ним в коробку. По сравнению с другими щенками он был просто огромный, к тому же выделялся своим цветом, и спрятать его конечно было невозможно.

И вот все готово, чтобы впустить в комнату Рицу. У всех от нервного напряжения дрожат руки. Что будет?

Рица, разлученная со щенками, буквально врывается в комнату и в два прыжка оказывается рядом с коробкой. На секунду она застывает, пораженная тем, что один из щенков какой-то не такой, но в следующую секунду она именно его валит лапой и начинает вылизывать ему пузико. Потом мордочку, потом всю шерстку.

Затем, удовлетворенная чистотой "щена" она ложится рядом с коробкой, а щенки, неуклюже переваливаясь через край коробки, торопятся занять место у ее сосков. И тут "новенький" не подкачал, оказался у соска первым.

Уф! Вот теперь можно успокоиться.


Борис занимал должность зам. главного технолога грозненского нефтехимкомбината, а Беллочка работала там же начальником одной из лабораторий. К ним в лабораторию прибыла новая установка "Юрас". Естественно, что дома тема "Юраса" то и дело поднималась в разговорах, и они как-то не сговариваясь вдруг решили нового "щенка" назвать Юрасом.


Всех щенков к месячному возрасту раскупили, и остался только любимый Рицкой Юрас.

Правда теперь она рычала на него, когда он выпускал свои когти ей в живот, высасывая молоко, которое теперь доставалось только ему. К тому же его игры Рица не всегда выдерживала, потому как вес у Юрасика был вовсе не игрушечный, да и зубки стали большие и ужасно острые. Пришлось подкармливать его вручную из бутылочки с соской.


Начались проблемы не только с приемной мамой. Юрасик разодрал когтями парочку диванов, съел углы шкафов, принялся за пианино. Видно, несмотря на то, что Боря скармливал ему килограммы творога, яиц, брал на мясокомбинате какую-то костномясную смесь, в организме Юраса нехватало кальция, потому что наилучшим лакомством он почитал штукатурку на стенах. Он выцарапывал и выгрызал целые ямы в штукатурке. Успокоить его можно было только усадив против телевизора и включив любую программу. Юрас замирал под мерцание экрана, как загипнотизированный.

Брат - человек напрочь лишенный вещизма, поэтому стоически терпел все это. Белка была под стать ему и они только смеялись над разгромом квартиры. Зато сколько радости было от взаимных игр и ласк.


Однако, вскоре появилась новая проблема. Юраса надо было как-то выводить на прогулки. Недалеко от их дома был Чернореченский лес, где они и гуляли. Но ведь туда надо было еще дойти. Стоило выйти из подъезда, как детвора тут же слеталась с криком "Юрас идет!". Они налетали на подросшего зверя, гроздьями вешались к нему на шею, целовали, гладили. Мамаши и бабушки падали в обморок. И их можно было понять. Юраса выводили в наморднике, но ведь на лапы с огромными когтями намордник не наденешь. Да и без когтей удар такой лапкой мог переломать косточки ребенку.

К тому же и в лесу иногда случались неприятности. Зверь никак не хотел делать свои дела, если он был на поводке. Ему обязательно нужно было удалиться на приличное расстояние. Стеснялся он, видите ли. Кроме того, ему просто необходимо было поноситься, попрыгать, подрать стволы деревьев когтями. И вот, представьте себе, что вы, к примеру, гуляете с любимой девушкой по лесу и вдруг из-за кустов выпрыгивает огромный зверь. Даже если он ласковый и нежный, в лучшем случае, заикание и обморок - обеспечены.

Посыпались жалобы в райком партии, в горсовет, в милицию и прочие органы.

Кроме того, брата с женой и даже их дочку в школе стали доставать корреспонденты. Прохода от них просто не было. Они готовы были через окно в квартиру залезть, лишь бы, даже рискуя жизнью, сделать снимок льва и его мамы. Ну и, желательно, хозяев.

Кроме того, стали ощущаться перебои с мясом, яйцами, творогом... А зверику требовались уже не граммы, а килограммы...

Становилось понятным, что дальше так продолжаться не может. Что-то надо предпринимать. Но что? Выпустить его в Чернореченский лес? А если он там оголодает и нападет на кого нибудь? Своего зверинца в Грозном тогда не было. Везти его назад в Нальчик? Но как такого большого зверя везти поездом?

Проблема нарастала с каждым днем. Кроме того, Борис считал, что дикое животное в городской тесной квартире - это значит рано или поздно трагедия. (Добавлю от себе, что такая трагедия таки случилась в семье бакинцев Берберовых, которые содержали несколько диких животных в квартире. Погибла мать, а сына сильно изуродовали)

На счастье в Грозный на гастроли приехал сочинский зооцирк. И кому-то из них попалась на глаза местная газетенка с довольно грязной статейкой о льве Юрасе и его хозяевах, которые якобы на звере что-то зарабатывают. И этот человек пришел в гости к брату. Он предложил им купить за сходную цену Юраса, для участия в программе.

Борис сказал, что отдает его просто так, бесплатно. Лишь бы судьба Юраса как-то устроилась и он попал в хорошие руки.

Юрас полетел в Сочи. Надо сказать, что в самолете он устроил крик и дебош. Ведь он никогда еще не сидел запертый в клетке, да еще и в одиночестве внутри ужасно ревущего самолета. Пришлось дрессировщику лететь вместе с ним в клетке, в багажном отделении, чтобы как-то его успокоить.

Надо сказать, что цирковая судьба Юраса не сложилась. Он никак не собирался мириться с другими животными и считал что с людьми общаться - это исключитьно его право. Пришлось Юраса отдать в обычный сочинский зверинец.

Вот такая счастливая история спасения львенка, но очень грустным концом.


Примечание.

Фотографиям, которые здесь приведены, и которые хранятся в моих альбомах, больше 40 лет. Они пожелтели и выгорели, на них уже трудно разглядеть что-либо. К тому же снимались они одним из самых простых советских фотоаппаратов - Смена. Так что качество еще то. Но, надеюсь, вы не станете к ним очень уж придираться.

Младшая внучка Аделечка, разглядывая странную большую кошку, на фотографиях в альбоме спрашивает "кто это?", и одиннадцатилетний внук Рафаэльчик с гордостью рассказывает ей эту нашу фамильную историю.