# Пять дней в Риме - часть 1

Борис Анатольевич Брестовицкий

Пять дней в Риме.       Все дороги ведут в Рим. Интересно - кто же это придумал? Вот эта дорога, которую я вижу из окна, тоже ведет в Рим? Меня в Рим привез Боинг. Небесная колесница, чиркнув по небу струей белого дыма, соединила израильский аэропорт имени Бен-Гуриона и итальянский имени Да Винчи. Приключения начались уже в самолете. Полет вместо трех часов длился четыре, но, наконец, капитан извинился за опоздание, вызванное грозовым фронтом и объявил о посадке в аэропорту... Фьюмичино!!!    Я готовился к этой поездке заранее, учил язык, изучал историю и географию. А когда кабернет объявил, что мы приземляемся в аэропорте Фьюмичино - я был удивлен, я-то ждал, что самолет прибывает в аэропорт Да Винчи. Как оказалось, удивлен был не только я, но кто-то из израильтян тут же уверенно обьяснил, что это другой аэропорт, а Да Винчи закрыт из за непогоды. Вот гад - кто же знал, что это два названия одного и того же аэропорта? Но... на этом мои открытия только начались.    Италия встретила ноябрьским проливным дождем. Это из-за грозы самолет целый час нарезал круги над аппенинским сапожком. Но всему приходит конец, земля нас приняла, оросив дождем. Багажа у меня было не много, я точно знал где находится гостиница (я же готовился) и я решил... наивный.... поехать на метро. И тут меня ждало второе открытие - итальянцы практически не говорят на английском языке!!! Ни таксисты, ни полицейские, ни водители автобусов, ни служащие музеев. А ведь мне предстояло купить билет. Автоматическая касса отпала сразу - все инструкции на ней были только на итальянском. А кассир, как мне показалось, не знал даже итальянского. Его смуглое лицо очень напоминало мне лица соседей из Калькилии. Видя, что мы не можем найти общий язык, я достал из сумки карту Рима, ткнул пальцем в то место, где по моему предположению, находилась гостиница, и достал из кармана цветастые купюры евро. "Земляк" позвонил кому-то по телефону, что-то проговорил, явно не на итальянском (я же вырос в Молдавии, где говорят на румынском и даже когда-то в школе учил итальянский), чем еще больше подкрепил мое подозрение и в конце-концов принес мне билет.    Откртытие третье. Названия станций в метро обьявляют только на итальянском. Римское метро напомнило мне московское... в часы пик. Вагоны так же плотно забиты, но при этом люди довольно вежливы и приветливы, и, даже вас если нечаянно толкнут, обязательно одарят улыбкой и "Скузи". Хотя ехать с большой сумкой в метро не легко, я без труда вышел из битком набитого вагона, и вышел на улицу. Я уже два часа и Италии, но только теперь увидел небо и город..наконец-то Рим.    Открытие четвертое. Рим - очень чистый город. И в первый, дождливый день и в последующие я, с удивлением для себя, отмечал чистоту на улицах, в подземных переходах и парках. Может быть это мне только казалось, не избалованному чистотой израильских городов, но это удивление было приятным. Но... я отвлекся! Итак - я оказался на улице. У меня была карта, но на перекрестках не оказалось названий улиц, а прогулка под дождем, да еще и с сумкой меня не прельщала. И я остановил такси. В этот раз мне повезло больше. Нет, таксист не говорил на английском, и не знал, где находится нужная мне улица, но он точно был итальянцем. Я сел в машину, а он достал из под сиденья толстый атлас и мы вместе начали искать эту улицу... Нашли! Поехали!    Открытие пятое. Нет, я конечно слышал о лихости римских водителей. И все-таки увиденное превзошло мои ожидания. Положив атлас на приборную доску, таксист придерживал его одной рукой - во второй у него был микрофон переговорного устройства. При этом голова его была повернута ко мне, и он беседовал... со мной. Как он управлял машиной - остается загадкой. Светофоры, дорожные знаки, разметка - казалось все это просто дорожный антураж, не больше. Он поворачивал, где хотел и как хотел, руководствуясь только ему известным правилам. Но так в Риме движутся все - в этом я убедился и в последующие дни. И не смотря на то, что потоки людей и автомобилей пересекаются по непонятным правилам, аварий нет, клаксоны не надрываются, и никто не выкрикивает проклятия. Светофоры и полицейские не предназначены для регулировки этого действа ( ибо движением это не назовешь) а, скорее всего, служат просто украше-нием города.Фантастика, но за пять дней я не видел ни одной аварии. Да побитых машин не так уж и много. Хотя, вынужден признать, что в центре Рима очень мало больших машин, там больше микролитражек. Таким машинам и парковку проще найти, и протискиватся в городских пробках им намного легче.    Удивление шестое. Зелени в центре Рима мало... очень. И это при том, что итальянская столица считается одним из самых зеленых городов Европы. В самом центре не видно не травинки, ни кустика. Небольшие клумбы цветов в сезон, и все. Но зато стоит чуть отдалиться от центра, и вы забываете о каменных джунглях. Красивейшие парки и оранжереи. И очень чистые. Итальянцы, точнее - римляне, очень бережно относятся к своему городу. Именно благодаря этому я случайно нашел один из красивейших парков итальянской столицы - отшагав несколько километров по улицам "вечного города", я искал место, где бы можно было передохнуть в тишине. И тут увидел впереди себя задорную бабулю, в припрыжку бежавшую за лиловым пудельком. В руках у бабушки был еще пустой полиэтиленовый пакетик и небольшой совок, пудель явно торопился "по делу". Ну не собирался же он это делать прямо на асфальте? Я пошел за ними, поднимаясь вверх по улочке не то Мандарини, не то Маджарини. И так я совершенно случайно нашел один из красивейших парков Рима - вилла Альдобрадини.    Но я забежал вперед. Итак... мне удалось доехать до гостиницы живым. После бессоной ночи, тяжелого перелета я завалился в кровать и проспал до вечера. А вечером - захотелось кушать и... время проходит. Я сел в метро, и через несколько остановок услышал - "Колизеум". Так я решил для себя проблему - с чего начать?    Когда я выбрался из подземки, солнце уже садилось. Три длиноволосых парня, одетые в костюмы легионеров с часами "CASIO" на загорелых руках кричали "Репеде, репеде" стайке японок, окруживших их с фотоаппаратами. Собрав с них денежки, они сложили пластиковый трон и устало побрели в сторону фургончика. Кончался день и заходить внутрь Колизея не было смысла. Я просто пошел вокруг него, и он уже не казался мне таким огромным. Кровавое закатное солнце проглядывало сквозь окна и дыры в стенах этого каменного чудовища, отчего оно казалось живым. А разогретый воздух, поднимаясь, создавал эффект движения, еще более усиливая ощущение огромного раненого зверя. Кровожадные фантазии пробудили во мне аппетит, и я решил, что еще посвящу Колизею и форуму несколько часов, а сейчас надо позаботиться о себе.    В Риме пиццу продают везде... Я даже видел, как мальчишка на мотороллере продавал пиццу прямо с колес пассажирам двухэтажного туристического автобуса. Но самой вкусной за пять дней была та первая пицца, купленная мною в какой-то забегаловке возле Колизея. В забегаловке не было ни столов ни стульев, непонятная вывеска перед ступеньками, ведущими вниз и большая печь, рядом с которой колдовал не менее большой усатый итальянец. "Туристо"?- спросил он, когда я подошел поближе, в надежде найти меню или что-то подобное. Меня так и подмывало ответить ему:"Руссо туристо, облико морале"... Но он бы меня не понял. Меню я так и не нашел, а итальянец заговорил со мной... на итальянском, в полной уверенности, что туристы всего мира знают этот коллоритный язык. Руки его продолжали колдовать с тестом, которое периодически взлетало к закопченному потолку. Я по мере своих знаний отвечал на его вопросы на смеси английского и того, что мне казалось итальянским. В очередной взлет пиццы под потолок, он вытащил откуда-то из под стола кувшин с вином, потом поставил две кружки и знаками показал - наливай. Пицца ушла в печь, а итальянец облокотился на стол и сказал мне мне "Ле хаим". Мы засмеялись, выпили... и я получил самую вкусную в своей жизни пиццу с брынзой, какой-то очень перченой колбасой и маслинами из рук трансильванского еврея, живущего в Риме уже более 50 лет. Разговор под вино потек плавнее. Но я все еще хотел посмотреть Рим, и трансильванец (я так и не спросил его имя) вышел со мной на улицу, и, помотрев на меня с укором, сказал мне по-румынски куда я могу засунуть путеводитель, махнул мне рукой - туда иди. И я пошел...    Римская Via dei Fori Imperiali - не самая освещенная улица города, но впереди виднелось что-то очень яркое и манящее. Так я не спеша дошел до площади Венеции с огромным дворцом и величественным памятником Витторио Эммануле. Вообще-то, как я понял со временем, в Риме каждое пересечение более чем двух улиц - это "пяцца" (площадь). Поэтому, если задаться целью обойти все римские площади - жизни не хватит. Это Кесарию они (римляне) строили как город с ровными улицами, да и то, наверное, потому, что план города разработал царь Ирод. А в столице мира ровных улиц почти нет. Даже мой GPS периодически отказывался понимать, куда я хочу дойти, видимо и у него кружился его электронный мозг. Но я опять отвлекся. Итак, площадь Венеции - неофициально это главная площадь города. Почему неофициально? Потому, что римляне упрямо говорят, что в их городе нет главной улицы и главной площади, нет главного холма и главной церкви. И все-таки площадь Венеции и в силу своего расположения и благодаря дворцу Венеции - главная.    Людей на площади было множество! Причем и на проезжей части. Периодически визжали тормоза на влажной брусчатой мостовой и слышался вскрик очередной зазевавшейся туристки. Но машины продолжали свой путь, из открытых окон окон вместо мата доносилось "Бона сэра" и все улыбались. На ступенях дворца фотографировались вездесущие( я правильно написал это слово?) японцы. Не очень ярко горели окружающие площадь фонари, чтобы подчеркнуть красоту окружающих зданий и необычную подсветку. Периодически накрапывал дождик, словно проверяя готовность людей открыть зонты. Но стоило зонтам захлопать, как дождь прекращался.    Так, то пряча в рюкзак фотоаппарат, то доставая из него зонт, я дотопал до Via del Corso. Про эту улицу я знал только то, что здесь находятся самые дорогие римские магазины. Я себе представлял если не Елисейские поля, то, как минимум - Пикадили. Но Виа дель Корсо оказалась довольно узкой улочкой, где в два ряда протискивались автомобили, а по узким тротуарам двигались толпы прохожих, задевая друг друга локтями и сумками. Так что у тех, кто только что сьел пиццу не было проблем - об кого вытереть руки. Людей было много, несмотря на поздний час. Да и большая часть магазинов все-еще была открыта. Но ноябрьский холод уже достал меня, разогретого жарким израильским солнцем, до самых глубоких внутренностей и я уже не смотрел на витрины, а искал уютный бар или кафе, чтобы бросить свои усталые и замерзшие кости на стул. Надо отметить, что даже на центральной улице цены в барах не намного дороже, чем на окраинных. Заказав чашку горячего шоколада, я вытащил свою трубку, набил табачком и уплыл. Было тепло и приятно, негромко играла музыка. Официант был ненавязчив, не набивался мне в братья, но как только моя чашка опустела - он возник и спросил, хочу ли кушать или "Мистер хочет только пить"? Мистер хотел и кушать тоже - сказались те несколько километров, которые я отшагал после пиццы. И я с видом знатока заказал "Кон гамбретти" - ризотто с морскими гадами. (Ризотто - это почти рисовая каша). Выбор вина оказался более тяжелой задачей, но официант терпеливо стоял у стола, перекинув через руку белое полотенце. Я медленно вел пальцем по списку белых вин, периодически поднимая глаза на курчавого, в надежде, что подскажет. Но... видимо успокоенный моим увереным выбором первого блюда, он невозмутимо наблюдал за соседним столиком. Наконец, я ткнул пальцем в какое длинное название, кончавшееся словом "Сицилия" - логика мне подсказывала, раз Сицилия это остров, то там и морепродукты в ходу. Официант одобрил выбор, я одобрил цену. Ужин получился вкусный стильный и недорогой, так что я рекомендую... ресторан называется "La Scalinata" на небольшой улочке Via S Andrea delle Fratte - это где-то между Испанской площадью и фонтаном Ди Треви.    Сытый и теплый, я неспеша прогулялся по Via Condotti, с ее многочисленным шикарными магазинами, отметил про себя, что цены тут вполне умеренные, несмотря обилие "крутых" названий типа Армани, Гуччи, Версачи и др. Т.е при необходимости, можно одеться в этих магазинах без особого ущерба семейному бюджету. А эконом-класса тут же на улице продаются подделки. Но подделки довольно неплохого качества, только названия на них уже другие. Я видел, например, мужские полуботинки в фирменном магазине за 200 евро и рядом на улице точно такие же(с другим названием) за 30.


Так я дошел до знаменитой Испанской лестницы. Вся площадь, несмортя на поздний час, была заполнена людьми. Люди сидели в кафешках, слонялись по мостовой, стояли небольшими группами и сидели на ступеньках. Место это действительно потрясающе красивое, но я уже был не в силах подниматься по ступенькам. Бессоная ночь, перелет, а также ризотто с креветками и бутылка вина убеждали меня, что организму требуется отдых. Я побродил немного среди таких же праздношатаюшихся, говорящих на разных языках и отправился на ближайшую станцию метро. Народу в подземке было немного, мне даже удалось сесть на лавочке. И вот только я размечтался о том, как сейчас доберусь до гостиницы и влезу горячую ванну, как ко мне подошли два полисмена, и начали что-то очень горячо говорить, периодически показывая на мой пауч. И я, воспитанный израильской действительностью, требующей на каждом углу предъявлять свою сумку на досмотр, решил, что и эти курчавые хотят от меня того же. Я открыл пауч и протянул его полисменам. Но они отпрыгнули от моей сумочки так, как будто там действительно была бомба. Спасибо сидевшей рядом женщине - она объяснила мне по английски, что потомки легионеров всего навсего предупреждают меня о том, что в подземке полно воров. Вот так - профилактика преступлений. Я поблагодарил и даму и полисменов, и уже через полчаса был в гостинице. В голове уже созрел план на завтра...


День второй - Ватикан!!!


День второй. Хоть и хотелось поспать, но цель оправдывает все. Судя по карте, до Ватикана предстоял долгий путь - на противоположную сторону Рима. На метро я доехал до станции Ottaviano. А там уже просто спустился по одноименной улице до самого Ватикана. И хотя до открытия музеев оставалось еще полчаса, я уткнулся в хвост длиннейшей очереди.            Более двух километров - именно столько стоят люди, желающие попасть в музеи Ватикана. Но хочется отметить, что очередь движется очень быстро, никто не лезет с удостоверением участника Куликовской битвы, и даже подьезжающие на шикарных лимузинах иностранцы покороно становились в очередь. Примерно через час я зашел в кассовый зал. Привычный для нас досмотр, потом кассы. Билет совсем не дорогой, рядом - сувенирные киоски, различные аудио-устройства, которые можно взять на прокат, в том числе и говорящие по-русски.   И вот, наконец, я во дворе музеев, откуда все и начинают путешествие в мир прекрасного. Это далеко не первый музей, который я посещаю. Я был в Третьяковке и Эрмитаже, в Лувре и Версале, в дрезденском Цвингере и еще в некоторых музеях и галереях. Но Ватиканские музеи стоят в этом ряду обособленно. Описать их словами невозможно, я обязательно что-то упущу, да далек я от искусствововеда. Поэтому попытаюсь просто дать несколько полезных, на мой взгляд, советов.    Во-первых, удобная обувь! Даже если вы хотите просто пробежаться по музеям, на это уйдет четыре-пять часов. Присесть можно далеко не везде.    Возьмите с собой воды и даже сендвичи. Буфет есть только один, дорогой, да и то в самом конце пути.    Настройтесь на то, что вы увидите не более 5-10% всего, что выставлено в музеях. Поэтому советую подготовиться, и сделать "домашнюю работу" - определитесь, что именно вы хотите увидеть. Я понимаю, что большинство людей обязательно хотят увидеть Сикстинскую капеллу. Так вот, маршрут просмотра музеев устроен так, что капелла находится буквально на выходе. Берегите силы.    Во всех музеях Ватикана разрешается фотографировать, за исключением темных залов с коврами и... Сикстинской капеллы. Но если полицейский (в капелле кроме работников музея дежурят и полицейские) не стоит рядом с вами - можете снимать, конечно не наглея.    Во дворе, откуда начинается экскурсия, выставлены репродукции всех самых выдающихся произведений Ватиканских музеев, а возле них всегда стоят экскурсоводы, рассказывающие об этих экспонатах на разных языках (на иврите - нет, но на русском я слышал).   Самое главное - музеи Ватикана работают с 8:45 до 16:45 (зимой, с 1-го ноября по 31-е марта до 13:45) кроме воскресенья и праздников. Но... вот она изюминка - в последнее воскресенье каждого месяца музеи открыты для свободного посещения. И еще - вход в музей можно заказать заранее, чтобы не стоять в очереди. Это можно сделать практически из любой гостиницы, либо по телефону 06-69884947.          Сикстинская капелла заслуживает отдельного рассказа. Она была построена в 1475-1483 годах архитектором Джованни де Дольчи, по указу папы Сикста IV, отсюда и название. Микеланджело ее только рассписывал (вопреки часто встречающемуся мнению, что он ее и построил). Но эта роспись, длившаяся четыре года, начиная с 1508-го - поистине творческий подвиг. Площадь только потолка - более 800 квадратных метров.    На фресках запечатлена вся история человечества, начиная с сотворения мира. На тех участках, где было невозможно обычное изображение, Микеланджело сначала прорисовывал архитектурные элементы, создавая как бы виртуальное строение, которое уже потом раписывал фресками. В 1512 году он прервал роспись и вернулся в Сикстинскую капеллу уже только спустя 24 года для создания еще одной фрески -"Страшный суд". Рассказывают, что перерыв произошел по вине папы Юлия II, очень уж досаждавшего маэстро своими замечаниями (папа Сикст не дожил до завершения строительства).       В капелле довольно шумно, и это не удивительно - на глаз, при мне там было не менее тысячи человек. При этом многочисленные экскурсоводы пытались рассказать что-то своим слушателям, родители старались объяснить детям, какой шедевр они видят, многочисленные верующие молились, сидя на скамейках вдоль стен или прямо на полу. Тут же находились десятки студентов-художников, пытаясь все это изобразить. А среди всего это попадались отдельные одинокие личности, которые просто стояли и смотрели... некоторые даже плакали. Это было удивительно, какая сила исходила от этих картин. Я видел, как люди теряли сознание от обилия    Но, всему есть свой предел... Я прошел километры залов, и чувствовал, что ноги мои расстоптались на два размера, глаза не различают цвета, а мозг отказывается воспринимать и запоминать увиденное. "Нельзя объять необъятное" - это о музеях Ватикана. И я вышел на улицу. Мне предстояло вернутся к тому месту, откуда начиналась очередь - к площади святого Петра. Очереди уже не было, погода все еще оставалась пасмурной, и, не смотря на усталость, идти было совсем не трудно... Я обошел Ватикан, мимо главного входа и швейцарских гвардейцев (какие-то они мелкие) и уперся в колонаду собора Святого Петра. Колонны стоят в несколько рядом, образуя стену, закрывающую площадь. Назначение этой стены понимаешь, когда выходишь на площадь - она ошеломляет. Ошеломляет настолько, что я не помчался сразу к огромным дверям собора, как все, кто вывалился на площадь одновременно со мной, а замер, прислонившись спиной к колонне. И тут вышло солнце. Засияли многочисленные витражи и купола, сразу стало теплее. И я спокойно направился к собору Святого Петра.    Должен признаться, что я несколько промахнулся дверями и, пристроившись к небольшой очереди, попал сначала в папский пантеон. Не могу сказать, что меня это интересовало. Ну к чему мне, еврею и израильтянину, могилы тех, кто так или иначе призывал к уничтожению моего народа. Но людской поток нес меня мимо мраморных постаментов, украшенных золотом и камнями памятников. Именно могила последнего умершего папы отличается скромностью, хотя и ее скромной не назовешь. Народ целовал стеклянную перегородку, закрывающую вход к мощам Святого Петра, первого папы. Но я постарался выйти из этого мрачного зала как можно быстрее. Я прошел мимо гвардейцев и, пройдя сквозь огромные двери, вошел в самый известный собор мира.    Кто только из знаменитых итальянских архитекторов не принимал участие в строительстве этого собора. Начинал строительство Донато Браманте, после его смерти продолжал работы Рафаэль, затем Перуцци, потом - Антонио де Сангалло. И, наконец, в середине 16-го века (1546-1564) строительством занимался Микеланджело. Он и разработал окончательный проект собора. После его смерти работы продолжил Джакоммо делла Порте, перестроивший купол. Но этом работы не закончились, собор продолжал достраиваться в течении столетий. Очень интересен тот факт, что это единственный в мире собор, чей алтарь обращен не на восток, а на запад.    Собор огромен. Длина центрального нефа (зала) - 211.6 метра. На полу нанесены отметки, показывающие размеры других всемирно известных соборов. У последнего правого столба находится статуя святого Петра. По преданию, если дотронутся до ее ноги - будет счастье! Поэтому медная нога блестит как золотая, ополированная миллионами прикосновений.   .          День третий - свободный полет.       Я уже не юный турист, за плечами кроме рюкзака, имеется некоторый опыт путешествий. И из этого опыта я уже знаю - самое интересное находишь случайно. Поэтому я всегда стараюсь организовать себе случайности, т.е. - не планировать ничего за ранее и идти по исконно русскому маршруту - "куда глаза глядят"! Рим не был исключением, и третий день моего покорения Рима начался с.. поездки на метро. Вышел я возле Коллизея, решив заодно осмотреть его и при свете дня.    Обойдя Коллизей по периметру, я понял, что это - римский "памятник Ленину". Десятки брачующихся, всех цветов кожи и возрастов кучковались возле стен, сверкая вспышками фотоаппаратов. Здесь же стоял огромный зеленый, как крокодил, лимузин с открытым верхом времен Элвиса Пресли, и желающие могли сфотографироваться на его раскошных белоснежных седениях. Шофер в красивой бело-голубой форме, напротив моих ожиданий, оказался китайцем. Конечно чернокожий на его месте смотрелся бы эффектнее, но, видимо владелец аттракциона думал иначе.    Скормив приготовленный с утра сендвич кошкам, я покинул Коллизей. Я не стану описывать внутреннее "убранство" этого каменного монстра, потому, что на меня оно произвело удручающее впечатление. Я чувствовал что-то живое, исходящее от разваливающихся стен, и пусть надо мной кто-то и посмеётся, но мне Коллизей казался большой старой собакой, умирающей от возраста и желающей только одного - чтобы ее уже, наконец, оставили в покое.    Но что-то я о грустном... Поставив в уме галочку, я по древней булыжной мостовой направился в Форум. Как раз когда я поднялся к арке Тита, от нее отошла группа экскурсантов, громко говорящих на каком-то скандинавском языке, и я в одиночестве и в почти тишине смог спокойно разглядеть то, о чем читал в "Иудейских войнах" лет 25 назад. Должен признаться, что я чувствовал определенный трепет где-то внутри себя. Кто знает, кто из императоров Рима стоял много лет назад на этом самом месте. А может мой земляк, фракиец Спартакус именно тут беседовал с любимой женщиной? Вообще, в Риме, как и в Иерусалиме, трудно отвлечься от подобных мыслей.   Арка Тита не просто красива. Она еще и загадочна. Множество картинок и знаков, скрывающих какой-то тайный, ведомый только автору смысл, и исторический портреты, словно по книгам сделанные. А может наооброт - книги описывают сцены на барельефе? Скорее всего - второе. Но, сейчас для меня не это было важно. Важно было то, что я это вижу на расстоянии вытянутой руки. Наверное, вам трудно понять, что же вызывало у меня такой трепет... В первые годы жизни в Израиле, приезжая на море, я испытывал почти такой же трепет, размышляя в глубине своего мозга:"Это же Средиземное море. Сре-ди-зем-но-е!!!" Кто испытывал подобное чувство, наверняка поймет меня.    Но я двигаюсь дальше. По карте я видел, что пройдя весь Форум я выйду недалеко от Капитолия. "Недалеко" оказалось не так близко. Но и там я не задержался - я хотел еще до обеда попасть в еврейское гетто. И первое, что бросилось там в глаза - охрана! Вокруг здания еврейского музея, кроме несчетного количества камер наблюдения, прохаживались вооруженные полицейские с овчарками и я невольно втягивал голову в плечи, ожидая в спину окрика "Хенде хох!"    Фотографировать себя они категорически запретили. Причем не только мне, но какой-то телевизионной группе, расположившейся тут же.