# Бейт равв (Дом раввина)

Александр Сергеевич Черевков

Бейт равв (Дом раввина).

Рабочий день новой недели начался как обычно. За десять минут до семи часов утра уже стоял возле ворот нагарии. Шуки, Арик и Арон приехали всем своим семейством в одно время с рабочими. С разницей лишь в том, что семейка приехала на своих легковых автомобилях, а рабочих привёз Моше на микроавтобусе.

Наверно свой грузовой автомобиль Моше оставил где-то в мастерской на техническом осмотре или возле своего дома.

- Ты успел постирать портки, после нападения террористов? - смеясь, спросил Ушер. - Наверно, пахнут?

- Так это Моше и Арик наложили полные штаны. - поправил сплетника Ушера. - Моше на своём грузовом автомобиле дал такого деру, что едва не смял бронемашину во время заслона, который организовал Арик с полицией.

Благодаря обделанным штанам Моше и Арика, чуть не были сорваны мирные переговоры между арабами и израильтянами.

Дипломаты ждали, пока Моше и Арик постирают свои портки, перед переговорами на мирную тему.

Рабочие и семейка хозяев стали смеяться над инцидентом происшедшим во второй половине пятницы. В это время Арик открыл двери в столярную мастерскую.

Мы вскоре приступили к работе по изготовлению новой мебели для следующей синагоги. Куда точно будет изготовляться мебель, всегда знал лишь один Арик, который почему-то держал информацию в тайне до самой поездки с мебелью в следующую синагогу.

Наверно Арик боялся своих конкурентов или налоговой комиссии, от которой Арик постоянно скрывал свои наличные прибыли, получаемые от раввинов. Представляю, что было бы со мной.

Если бы подобным методом пытался скрыть свою прибыль от налогов в Советском Союзе или хотя бы в Таджикистане. Тогда мне пришлось бы расстаться не только со своим бизнесом, но также со свободой на определённый народным судом срок заключения.

Тут же прямое укрывательство от налогов огромной суммы денег почти в каждом заказе новой мебели от следующей синагоги.

Настоящее преступление, которое происходит по согласию с представителями религиозного клана и с хозяином столярной мастерской.

В этот раз мы с Моше в середине недели поехали в городок со странным названием Бейт равв (Дом раввина.). Вообще-то ничего странного в этом нет.

Здесь есть такие города, как Бейт Шемеш (Дом солнца), Бат Ям (Дом моря). Перечень можно продолжать бесконечно.

Почему бы мне ни съездить в Дом раввина? Хотя бы для того, чтобы посмотреть, как живут дотишники (верующие) отдельно от всего внешнего мира. Наверно, как у Бога за пазухой?

Наверно Бейт равв был ни так далеко, как Димона. Выехали мы туда в семь часов утра, а ни так рано. Как мы ездили в Кирьят Шмоне и Димона. Однако пистолет с собой Моше взял.

Выходит, что там, где-то рядом живут арабы или мы будем пересекать территории, густо заселённые арабами.

В любом случае без необходимости пистолет Моше не брал с собой никогда. Хорошо бы мне иметь при себе личное оружие на всякий случай.

Выбравшись за пределы Ашдода в южном направлении, за Ашкелоном мы поехали ни в сторону Беер-Шевы. Проехали километров десять на юг, а затем резко повернули на восток.

Стали медленно подниматься на каменное плато без единой растительности. Здесь повсюду места были более безжизненные, чем в огромной пустыне Негев. Там хоть какая-то скудная растительность появлялась, а тут всюду видны вообще одни голые камни.

- Вади эль-Араба. - сказал Моше, показывая вправо от дороги на сухую каменную долину у вершины горы.

Слышал от кого-то, что в таких сухих каменных долинах высоко в горах за пустыней Негев скитались сорок лет евреи, которые вышли из египетского рабства, чтобы прийти на землю Обетованную им богом.

Лишь через сорок лет скитания уже в новом поколении евреи вступили на землю, завещанную им Всевышним.

Просто удивительно, как евреи могли выжить в таком месте, где ничто не живёт. Разве лишь в сезон большого дождя, когда появляется трава.

Едва мы пересекли окраину сухой каменной долины Вади эль-Араба, как наш грузовой автомобиль, тяжело урча своим двигателем, медленно стал подниматься на гребень каменной возвышенности.

Длинная каменная вершина, словно каменная крепость, преграждала нам дорогу, в какой-то неведомый край проживания особо верующих евреев.

Где-то там за каменным гребнем среди безжизненных скал будет маленький городок Бейт равв (Дом раввина.)

Когда наш грузовой автомобиль забрался на гребень вершины, так сразу перед нашим взором появилась набольшая впадина среди вершин, заселённых людьми.

С левой стороны от трассы был населённый пункт со скудной растительностью и с жилищем, сохранившимся со времён каменного века до наших дней.

По единственной башне, с минаретом гордо возвышающейся над жилищем людей, понял, что в населённом пункте живут местные арабы.

С право от трассы находился шикарный посёлок с виллами и коттеджами, который больше напоминал места отдыха крупных государственных мужей Израиля или воров в законе с местом шикарного заключения.

Сам населённый пункт по сравнению с арабским поселением был огорожен тремя рядами металлического забора с колючей проволокой наверху.

На каждом углу забора и возле центрального въезда в посёлок, сторожевые будки с вооружённой охраной и злыми собаками. На сторожевых будках и на КПП видео камеры.

Чем не современная тюрьма европейского типа, куда захочет сесть любой малоимущий человек, чтобы в заключении немного пожить хорошо по-человечески.

Грузовой автомобиль поворачивает в сторону шикарного городка, на воротах которого на иврите и на английском языке написано "Бейт равв".

Прямо перед закрытыми воротами городка, нас останавливает вооружённая охрана. Тщательно проверяют документы и обследуют весь грузовой автомобиль снизу доверху.

Не найдя ничего подозрительного в нашей одежде и в нашем автомобиле, нас пропускают вовнутрь Бейт равв (Дом равва).

Не успели мы отъехать и десяти метров от контрольного пункта, как мне показалось, что был когда-то здесь в этом населённом пункте.

Каждый дом и каждый метр городка был мне знаком с огромной подробностью. Сейчас за углом появится маленький магазинчик со свечками и подсвечниками.

Рядом будет открытая лавка, торгующая сладостями для многочисленной местной детворы. Дальше детский садик с пластиковыми игрушками...

- Макара? Еш байя? Ата холя? (в чем дело? Есть проблема? Ты болен?). - удивленно, спросил Моше, глядя на меня.

- Ло! Ло! Аколь беседор! Эн байя! (Нет! Нет! Все в порядке! Нет проблем!). - растерянно, поспешил, ответить на вопросы Моше.

Моше от недоумения пожал плечами и остановился прямо напротив огромной синагоги. Нас тут же окружила большая толпа дотишников, которые словно цыплята из инкубатора были одеты во все одинаковое.

Точнее сказать, эти верующие в своей одежде, были больше похожи на ассистентов, одетых в униформу, какого-нибудь иллюзионного аттракциона или в группу дрессировщиков диких животных. На дрессированных пингвинов.

Оставалось загнать дотишников на цирковой манеж и начинать представление какого-нибудь огромного циркового номера любого жанра.

Дотишники ликовали оттого, что им привезли новую мебель, но никто из них, ни стал помогать нам, носить новую мебель в синагогу.

Ведь племя ортодоксальных евреев никогда со дня своего рождения не были приручены к труду.

Все, что здесь находится вокруг нас построено арабами или новыми репатриантами из различных стран мира. Даже это шикарное жилище за ними убирают специально нанятые люди со стороны. Скорее всего, изгои, такие как.

Вот и сейчас мы с Моше надрываем свои животы тяжестью кресел и столов, но никто из местных мужчин не поможет нам.

Местные мужики могут лишь показывать пальцами, куда нам поставить стол или новое кресло в большую синагогу.

Когда мы с Моше расставили все на свои места, Моше пошёл с раввином синагоги оформлять документы на привезённую нами новую мебель.

Мне дали бутылку кока-колы и культурно выставили из зала синагоги на улицу под палящие лучи тропического солнца. Мне ничего не оставалось, как спрятаться в тени нашего грузового автомобиля.

По отношению к нам, особенно ко мне, со стороны местных верующих, понял, что сегодня мне не светит выпить стакан спиртного и тем более что-нибудь поесть.

Хорошо, что дали хотя бы бутылку холодного напитка "Кока-Кола" прямо из холодильника. Так можно мне утолить жажду и немного посидеть в тени нашего грузового автомобиля.

Потягивая потихоньку холодный напиток из пластиковой бутылки, стал вспоминать, откуда знаю этот маленький Бейт равв. даже помню дом напротив синагоги с ковром на балконе.

Там есть маленькая собачка болонка. Такая же шустрая, как хозяйка этого дома, которая загоняет своих детишек в дом, чтобы они не пялили на меня глаза.

Где-то здесь за углом есть дом, в котором живёт единственная русская женщина, которая совсем не похожа...

- Молодой человек! Вы откуда привезли мебель? - неожиданно, на русском языке, спросила женщина, вышедшая из-за угла.

- Из нагарии Ашдода. - испуганно, ответил, когда увидел перед собой ту самую русскую женщину, о которой только что подумал. - Мы разгрузили мебель. Скоро уедем. Когда выйдет во-дитель к машине.

- Вы, что так напугались моего присутствия? - удивленно, спросила женщина. - Словно прока-жённая.

- Просто не ожидал встретить здесь русскую речь. - растерянно, поспешил ответить пожилой женщине. - Всё как-то странно. Словно был когда-то здесь...

- Пожалуй, что вы правы. - разговорилась женщина. - Действительно тут одна единственная русскоговорящая. Меня как привезли с самолёта сюда в Бейт равв, так в нем живу одна много-много лет...

- Мне кажется, что мы с вами раньше встречались. - задумчиво, сказал женщине. - Вы хорошо сохранились с того времени. Хотя мы с вами виделись давно. Даже не могу вспомнить точно год нашей встречи.

- Молодой человек! Вы наверно перегрелись на солнце. - сказала женщина. - Отсюда никуда не ездила все эти годы.

- Нет! Не перегрелся. - настаивал на своём. - Вас зовут Елизавета Петровна, как дочь русского царя Петра-1...

- Вы, наверно, сейчас слышали мое имя тут на улице от местных жителей. - растерянно, сказала женщина. - Мою историю здесь знают все.

- Конечно, это они мне рассказали про вашу жизнь в России и про часы-кукушка на стене в вашей спальне. - добавил свои воспоминания перепуганной женщине подробности её жилища. - Это вы поили меня у себя в постели холодным молоком...

Не успел сказать, что вспомнил подробности нашей встречи в далёком прошлом, которое было совершенно в другом измерении жизни, куда меня однажды закинула судьба.

В это время на пороге появился Моше. Сказал, что нужно спешить домой. Сейчас из Бейт равв в сторону воинской части возле Ашкелона едет смена караула солдат, которые проводят нас подальше от арабских поселений в безопасное место. Мы уезжаем отсюда.

- Тебя зовут Шурик! - вспомнила, перепуганная женщина. - Как быстро ты вырос. Словно это было вчера.

- До свидания! Живите долго. - крикнул испуганной женщины, из кабины грузовой машины. - Мы с вами ещё раз встретимся...

Елизавета Петровна кричала мне что-то вослед, но мне её больше не было слышно. Рёв двигателя грузового автомобиля заглушил наши крики.

Вскоре Елизавета Петровна осталась за поворотом короткой улицы в Бейт равв. Мое сердце забилось ещё быстрее от воспоминаний, нахлынувших вдруг на меня неожиданной встречи.

Мне даже не верилось, что когда-то однажды увижу эту добрую женщину, которую встречал много-много лет назад в другом измерении своей жизни.

Теперь точно был убеждён в том, что мы одновременно можем жить в разных измерениях жизни, где могут встречаться наше прошлое, будущее и настоящее в смене разных времён нашей жизни.

До самого Ашдода, не проронил ни одного слова. Полностью был поглощён мыслями о только что происшедшей, неожиданной встречи со своим прошлым, которое всю свою сознательную жизнь считал собственным удивительным сном.

В действительности все оказалось настоящей явью. Мне надо было поделиться своими мыслями с кем-то, чтобы не сойти с ума от такой неожиданной встречи.

Но кто это мне поверит, что все было в действительности более сорока лет назад и сейчас в Бейт равв. Когда неожиданно встретился со своим далёким прошлым.

Мне надо самому как-то переживать все то, что иногда происходит со мной независимо от моего желания.

Сама моя жизнь, словно мираж в пустыне, постоянно показывает какие-то удивительные картины моей жизни, которые, то всплывают перед моими глазами, то растворяются во мгле моей жизни, как голографические картины на экране дисплея.

Порой, даже трудно различить, где в действительности моя жизнь, а где всего лишь галлюцинация в другом измерении жизни.

Может быть, вообще не живу, а существую в разных измерениях жизни своим сознанием, которое вместе с душой когда-то покинуло мое бренное тело в обычной жизни и с тех пор блуждает в разных измерениях жизни. Скитаюсь из одного измерения жизни в другое.

Вполне возможно, что поэтому так часто остаюсь жить, когда обычный человек давно мог погибнуть во время опасных случаев, которые так часто происходят со мной. Никак нельзя убить разум и душу человека, который совсем бестелесный и не зависимый от нашей жизни. Мы словно воплощение чего-то разумного и душевного в своём теле, которое стареет и погибает, а разум и душа также остаются жить в других людях.

Наверно поэтому люди-птицы живут долго. Вполне возможно, что их тела остались где-то во вселенной на другой планете, а здесь на Земле находятся лишь их души и разум, которые не погибают, а представляют телесный генофонд всего человечества.

Люди-птицы вливаются душой и разумом в телесную оболочку человечества, чтобы сохранить ему жизнь, а себе найти образ в теле всего человечества.

Поэтому так бережно относятся люди-птицы ко всему человечеству, которое бессовестно относиться к такому дару живой природы, как тело, душа и разум, созданные племенем людей-птиц.

В данный момент лично меня волнует лишь то, почему не могу владеть своим телом, душой и разумом, во время моего посещения разных измерений жизни?

Почему живу словно скиталец во вселенной, неожиданно к себе перебираясь из одного измерения своей жизни в другое измерение своей жизни?

Сколько у меня всего измерений жизни? Не знаю. Не может же быть, чтобы жил бесконечно всегда и везде?

Ведь должны быть у меня мера, цена и смысл жизни, без которых человек просто не может существовать или жить в своём пространстве бытия, как фотон или фантом.

Должен быть какой-то вход или выход из данной ситуации, чтобы научиться разбираться в своей жизни.

Конечно, это лишь мое сознание воспринимает тот облик нашей разнообразной жизни или существования в пространстве необычной жизни. Наверняка во вселенной существуют какие-то другие разумные существа с совершенно другим обликом и понятием жизни, которые далеки оттого, что мы воспринимаем в себе и вокруг себя. Нам никогда не добраться до них ни своим разумом, ни телом и ни душой. Потому что мы совершенно иначе созданы природой жизни. Мы смертны, а они бессмертны, как люди-птицы.