# Чужая судьба

Александр Сергеевич Черевков

Чужая судьба.


1. Неудачный брак.

Пока отмечал карточки об окончании рабочего времени, Николай в это время лил себе на голову холодную воду из-под крана. Видимо, у него не совсем потерян разум от алкоголя. Поэтому Николай старался как можно быстрее привести себя хотя бы приблизительно в норму, чтобы самостоятельно добраться до своего жилища, которое расположено над рестораном "СССР" всего пятьсот метров от столярной мастерской прямо у сквера за улицей Бней-Брит.

Не имея израильского удостоверения личности (Теудат зеут), Николай ютился, где попало, лишь бы не валяться бомжем в городском парке среди бездомных собак и кошек. Тем более что у него были разные бытовые электроприборы, без которых Николай не представлял себе никакой современной жизни. В свободное от работы время Николай любил немного выпить, а затем поваляться перед телевизором, в таске по ностальгии созерцая на экране телевизора места бывшей жизни. Николай сам говорил, что ностальгия так сильно замучила, хоть в петлю лесть от тоски.

Может быть, именно поэтому Николай причастился к спиртным напиткам. Скучая по своим родным местам на Украине, особенно по деревне, где прошло его детство, Николай часами просиживал у экрана телевизора, просматривая телевизионные новости по украинским каналам. Каждый раз с горя, прикладываясь к бутылке спиртного. По этой причине у Николая возникали скандалы с соседями по съёмной квартире (схар дира), а также с хозяином съёмной квартиры. В конце концов, дошло до того, что Мишель, хозяин столярки, подыскал Николаю комнату возле бильярдного зала над рестораном "СССР", где не было никаких соседей.

Так как в этом административном корпусе, вблизи промышленной зоны лёгкой промышленности, находились магазины, рестораны и разные развлекательные студии. Никак не мог понять, какую цель имел Мишель, оплачивая Николаю съем комнаты возле бильярдного зала над рестораном "СССР". Но то, что Мишель говорил о жалости к Николаю, лично в этом сомневаюсь. Любой человек, который из-за жалости к другому человеку помогает в тяжёлую минуту, никогда не рекламирует свою жалость. Просто молча, выполняет помощь пострадавшему человеку, перед которым никто не имеет никаких своих корыстных целей.

Мишель, оплачивая съёмную квартиру Николаю и выделяя ему каждый день пятьдесят шекелей на питание, постоянно твердил всем окружающим, что он так поступает из-за жалости к Николаю. Так как если он не будет присматривать за Николаем, то Николай окончательно сопьётся и превратиться в бомжа. Николай и без того стоит на краю пропасти, каждый раз заливая алкоголем своё одиночество вдали от родных мест, как беспризорная собака.

- Давай посидим тут в сквере. - прерывая мои мысли, предложил Николай, когда мы прошли с ним в сквер между промышленной зоной и тем зданием, в котором жил Николай. - Не хочу, чтобы меня за пьянку выгнали обратно с квартиры. Здесь после выпивки могу проветрить мозги, немного приду в себя. Тогда пойду к себе в конуру. Не оставляй меня одного. Когда пьян, могу придраться к кому угодно. В этом месте собирается много арабов, перед отъездом в Палестину. Не хочу с ними драться по пьянке или получить от них нож в спину. Просто посиди рядом со мной.

- Николай! Не люблю бес толку сидеть. - начал издалека раскручивать разговор. - Расскажи мне о себе.

- Пока проветриваю свои мозги, ты лучше расскажи мне про Витькину свадьбу и развод. - напомнил мне, Николай. - Ты обещал мне, что за рюмкой водки вовремя нашей встречи ты расскажешь мне, как Витька развёлся с молодой женой.

- Думал, что тебе виски память отбили, а ты, оказывается, помнишь наш разговор. - смеясь, сказал Николаю. - Рюмки водки сегодня не будет. Так как ты "скушал" больше стакана индийских виски фактически без закуски. На сегодня с тебя достаточно. Иначе ты окончательно сопьёшься. После меня будут обвинять в том, что тебя споил. Насчёт свадьбы и развода Витьки мало чего знаю. Могу только сказать со слов самого Витьки. Когда мы с ним вместе работали в столярке у Арика, то Виктор однажды отпросился у Арика в хофиш (отгул) на одну неделю с поездкой.

- Собираюсь жениться. - с гордостью, сказал мне, Виктор. - Когда жил в Таллинне, то никак не мог найти добропорядочную девчонку, которая хотела бы выйти за меня замуж и уехать со мной в Израиль на постоянное место жительства. По отцу эстонец, а по матери еврей. Эстонки сплошь националистки и ни одна из них не хочет выйти замуж за метиса или иноверца. После того, как Эстония в начале перестройки в Советском Союзе, отсоединилась от Советского Союза, то большинство русских, украинцев, белорусов и евреев уехали жить на земли своих предков. Так что вовремя нашего переезда на постоянное место жительства в Израиль остался холостым. Хотя по возрасту мне пора было жениться. Едва только мы освоились жить в Израиле, как в нашей семье произошла беда. Мой отец получил смертельное ранение от пилы в столярной мастерской.

После смерти отца моя мама немного потеряла разум. Стала бояться, что погибну, а она останется одна в Израиле, где у нас нет родных и близких нам людей. Мама стала постоянно контролировать каждый мой шаг в Израиле. О какой свадьбе можно было думать в такой напряжённый момент моей жизни? Понадобилось мне два года после смерти отца, чтобы мама согласилась на мою свадьбу. Недавно познакомился с хохлушкой, которая прилетела по туристической путёвке в Израиль. Сразу сделал ей предложение выйти за меня замуж и остаться жить в Израиле.

Леночка согласилась, так зовут хохлушку. Осталось только подготовить документы и лететь на остров Кипр, чтобы там вступить в законный брак. В настоящее время в Израиле не евреев не регистрируют в законном браке. Поэтому за две тысячи долларов мы зарегистрируемся на Кипре. Лично мне все равно, как будет называться наш брак. Лишь бы у меня здесь была своя семья. Хочу иметь своих детей.

- Ну, а что было дальше? - спросил Николай, когда сделал паузу в рассказе о Викторе. - Свадьба была?

- Свадьба была, но следом за свадьбой был развод. - продолжил свой рассказ о свадьбе и разводе Виктора. - Прошёл всего лишь медовый месяц, как молодая жена подала на Виктора жалобу в суд. Жена обвинила Виктора в том, что он не выполняет супружеские обязанности перед женой. Жена потребовала через суд от Виктора компенсацию за утраченную девственность. Виктор пытался доказать, что жена досталась ему не девственницей, но суд был на стороне жены. Виктору присудили заплатить за утраченную девственность жены пятьдесят тысяч шекелей.

- Вот дала "прикурить" хохлушка эстонцу! - удивлённо, воскликнул Николай. - По всем статьям размазала.

- Как мы договорились. - напомнил, Николаю. - Теперь ты расскажи подробно о своей удивительной жизни.


2. Обоюдный брак по расчёту.

- Ничего удивительного в моей жизни не было. - начал рассказывать Николай о своей жизни. - Даже на память ничего хорошего не приходит. С самого детства у меня началась чёрная жизнь. Родился в деревне вблизи Донецка прямо за терракотовой горой из угольной пыли. Сколько себя помню в детстве, то постоянно перед моими глазами чёрная терракотовая гора из угольной пыли. Вокруг нашей хаты ничего не растёт. Куры, утки, гуси и даже свиньи постоянно черные, вымазанные в угольную пыль. У нас даже пастели в хате всегда были черные от угольной пыли. Зимой белый снег падал на землю вперемешку с угольной пылью, а к весне снег сверху был полностью чёрный. Когда весной снег таял, то по улицам текли черные потоки воды. Поэтому детство моё было черным, как угольная пыль. Рядом с деревней широкая речка и пруд.

Как только немного подрос вовремя учёбы в средней школе, то каждое свободное время бегал на городскую базарную площадь (майдана), чтобы посмотреть на фрукты и овощи, которые не были испачканы в чёрную угольную пыль. так часто бегал на майдан, что вскоре все вокруг стали называть меня "пацан с майдана". Прозвище так сильно прилипло ко мне, что вскоре стал забывать собственную фамилию. Даже друзья из деревни называли меня "хлопец с майдана", что на украинском языке в переводе на русский язык означает "парень с площади".

После окончания средней школы все подались учиться и работать в город, как сын горняка сразу после окончания средней школы направился работать в забой ближайшей угольной шахты. В то время как средняя зарплата рабочего была равна ста рублей, а зарплата инженера была всего на двадцать пять рублей больше, то зарплата шахтёра в среднем была, примерно, четыреста рублей.

Несмотря на то, что шахтёры сплошь и рядом болели силикозом от угольной пыли, выгода работать шахтёром на лицо. Конечно, не мог работать, как Стаханов, но в первый месяц работы в шахте получил три сотни рублей. По тем временам, это была большая зарплата на угольной шахте. Однако долго работать на шахте мне не довелось.

Осенним призывом меня отправили служить в морской флот тихоокеанского морского флота. Попал как раз под тот срок службы, когда на море срок службы сократили на один год. Вместо четырёх лет службы в морском флоте мне подлежало служить всего три года. Даже эти три года службы в тихоокеанском морском флоте казались мне бесконечностью. Однако сейчас ничуть не жалею о службе в армии. За время службы в тихоокеанском морском флоте, не выходя на берег, побывал у берегов Кореи, Вьетнама, Тайваня, Сингапура, Малайзии, возле островов в Индийском океане. Дрейфовал на корабле в Персидском заливе. Даже заплывали в Красное море в районе государства Йемен. Своими глазами видел экзотические места в разных странах. Не каждый советский человек в то время видел по телевизору, что видел с корабля невооружённым глазом.

- Если мы будем проплывать вблизи такой красоты. - разглядывая в бинокль остров, ляпнул не обдуманно при офицере. - То прыгну с корабля в море и доплыву до того прекрасного острова, чтобы там жизнь.

В этот же день меня посадили под замок на гауптвахту. Не выпускали меня из заточения, до воз-вращения в родной порт на Камчатке. Затем был суд надо мной. В виду того, что срок моей службы закончился до прибытия в бухту, то меня вместо дисциплинарного батальона отправили отбывать срок вначале на лесоповал на Камчатке. Через год отмазался перед советской властью на Калыме. Там закончился срок моего заключения за мои "грехи" на море. Давно забыл, какой был год, когда поехал строить БАМ (Байкало-Амурская-Магистраль). Вкалывал задарма на великой стройке социализма.

Когда "Горбатый" (Горбачёв) объявил перестройку в Советском Союзе, бросил все и вернулся к себе в деревню возле Донецка. На месте нашей деревни проходила государственная трасса. Здесь не было никаких признаков бывшей большой деревни. Даже деревенский погост стёрли с лица Земли. При мне был последний документ с места "великой" стройки социализма, где было указано, что моя фамилия Бондаренко или Бондоренко Николай Иванович. С этими данными обратился в Исполком Донецка. Мне там сказали, что возле Донецка отродясь никакой деревни не было на участке государственной трассы Ростовской области. Тем более такой странной украинской фамилии Бондоренко никто и никогда здесь в этих местах не встречал. Ростовская область находится в России, а не в Украине.

Добрые люди подсказали мне, что наверно надо ехать в Донецке на территорию Украины. Так как находился в Донецке на территории России, то мне нужно было оформлять документы на переезд из России на Украину. Однако при мне не оказалось необходимых документов, которые могли подтвердить, что гражданин Украины. Мне ничего не оставалось, как отправиться пешком через границу из Донецка в России в Донецк на Украине.

Не могу точно сказать, сколько времени и километров понадобилось мне, чтобы наконец-то добраться до Донецка на территории Украины. Вполне возможно, что моё передвижение к дому множилось на сотни километров, на времена года и на многие года моей жизни. Все это время вкалывал за кусок хлеба на полях и огородах сельской местности. Подрабатывал грузчиком на каких-то складах. Меня постоянно били и обчищали мои карманы.

Останавливался на ночёвку там, где меня заставала ночь. Больше трёх дней в пути нигде не задерживался. У меня в голове была одна мысль, это дойти до Донецка на Украине. Там в деревне отыскать избу своих родителей, которых не видел давно много лет, не поддерживал с ними никаких связей. Может быть, мои родители давным-давно умерли. Наверно, несколько лет пути к своему дому жил как собака в прямом и переносном смысле. По запаху искал след своей жизни, которая затерялась где-то далеко в моем детстве в небольшой избе вблизи Донецка. должен был, во, что бы то ни стало найти начало своей жизни, чтобы с чистого листа начать свою жизнь, затерянную где-то в безбрежном океане человеческой жизни. Мне не хотелось закончить свою жизнь на мусорных свалках среди бомжей, которые живут за счёт отходов шикарной жизни своих земляков, выросших на волне перестройки в Советском Союзе.

Мне трудно объяснить каким путём оказался в избе, со знакомым запахом моей прошлой жизни, перемешанной с запахом прогнивших от времени досок и сгнившего белья бывших хозяев знакомой хаты. Проснулся на куче прогнившего тряпья в своей хате, откуда когда-то сделал свой первый шаг в бесконечные километры моей проклятой жизни. Лучше бы вообще не родился на белый свет, чем прожил многие годы жизни, словно поганка на куче навоза. Лежал на прогнившем полу на гнилых тряпках и обливался слезами оттого, что наконец-то нашёл свою хату. С почерневшими стенами от угольной пыли и от времени давно прожитой жизни. Смотрели на меня с фотографий на стене мои родители, с ребёнком на руках.

С большим трудом признал себя в ребёнке с давно пожелтевшей фотографии. Больше ничего в хате не было, что могло напомнить мне о том, что когда-то жил в заброшенной хате. В привычном месте не было даже образа господа Бога, наверно сто лет висевшие в светлом углу нашей хаты. Осталось лишь светлое пятно размером с икону, куда никогда не проникал испепеляющий солнечный луч. Все пропало. Поднявшись с кучи гнилого белья, подошёл к единственной чудом оставшейся семейной фотографии. Осторожно снял фотографию с рамки. Поцеловал образ папы и мамы на фотографии, как образ Иисуса Христа и девы Марии на иконе, не сохранившейся в светлом углу нашей почти полностью сгнившей хаты.

Перекрестился перед светлым углом на месте бывших образов святого семейства. Поклонился до полу и почти задом вышел из своей сгнившей хаты. В тоже мгновение, как только переступил через порог нашей бывшей хаты, меня ослепили яркие лучи весеннего солнца. Прикрывая глаза ладонью от ярких солнечных лучей, огляделся вокруг себя и сразу обомлел от неожиданности. Передо мной, а также по обеим сторонам бывшей улицы и сзади меня за нашей почти сгнившей хатой, находились останки бывшей когда-то многочисленной деревни. Большинство деревенских хат были сожжены или разобраны на дрова. Оставшиеся хаты напоминали скелеты мамонтов и динозавров мелового периода на планете.

Несколько минут был в шоке от ужасающего зрелища, представшего перед моими глазами от останков нашей бывшей деревни. Никак не мог принять за действительность, что такое может произойти с нашей деревней в мирное время. Не мог поверить в то, что наша деревня, пережившая многочисленные войны и две революции, могла вот так просто в мирное время исчезнуть с лица земли за несколько лет моего отсутствия вдали от дома родителей. Даже не у кого спросить, где мои родители. Может быть, новая власть в Донецке решила построить для горняков новые дома в городе и переселить всех шахтёров в благоустроенное жилье, чтобы не позориться перед всем миром. Ведь сама Украина, с первых дней перестройки в Советском Союзе, стала стремиться попасть в Европейский Союз. Поэтому, наверно, решила очистить себя от грязи, чтобы ни у кого в Европе не было предлога отказать Украине, о вступлении в Европейский Союз.

В центре Европы своих голодранцев вполне хватает. Куда ещё брать к себе Украину, которая по своей территории не уступает Европе и по численности населения превосходит любое европейское государство. В таком случае скорее Европа вступает в пределы Украины, чем Украина вступает в Европейский Союз. Поэтому едва ли Европейский Союз примет в свои ряды самодержавную Украину вблизи могучей России.

Размышляя о положении Украины в настоящее время, незаметно для себя пришёл в Донецк, который был расположен всего в нескольких километрах от расположения останков нашей бывшей деревни. Когда едва не угодил под иномарку, промчавшуюся рядом со мной на огромной скорости, то, вдруг, увидел перед собой огромный город с миллионным населением. Никак не предполагал, что Донецк со времени моего ухода на службу в армию с населением около триста тысяч человек, быстро вырастет в красивейший город с миллионным населением. Был буквально опьянён красотой Донецка. От бывшего горняцкого городка с терракотовыми горами на окраинах. С черными от угля улицами, Донецк превратился в красивый белоснежный город, который словно умылся от многовековой угольной пыли и предстал перед Европой во всей своей красоте.

Разве можно теперь старушки Европы отказать от вступления в свои ряды такому красивому городу с миллионным населением. Любой европеец посчитает за счастье побывать в красивом городе с многовековой историей, где каждый камень напоминает о былых временах. Когда из небольшой угольной слободы, заселённой шахтёрами, вырос областной миллионный Донецк.

Целый день бродил по улицам и площадям огромного города, любуясь его красотами. Лишь к вечеру понял, что с этого дня в действительности превратился в хлопца с майдана. В дальнейшем вся моя жизнь будет связана с базаром и площадями прекрасного города, который будет моим кормильцем и моим домом на все времена. Надо мне определиться с работой, чтобы не побираться где-то в подворотнях и не лазить по мусорным бачкам за куском хлеба. Как поступают бомжи, а также бездомные кошки и собаки. Не должен здесь потерять своё человеческое лицо. В этот же вечер устроился грузчиком на центральный склад городского сельскохозяйственного рынка. Рассказал управляющему городского сельскохозяйственного рынка правдивую историю о своей жизни. Насколько он мне поверил, это мне неизвестно.

Однако управляющий городским сельскохозяйственным рынком пообещал дать мне угол с ночёвкой на территории городского сельскохозяйственного рынка, а за моё прилежное отношение к работе обещали похлопотать перед городским исполкомом о восстановлении моей личности, со всеми соответствующими документами с последующей пропиской в Донецке. Мне оставалось лишь верить в чудо моей жизни, которая наконец-то встретилась с фортуной, повернувшейся ко мне, передом, а не задом, как в прошлые годы моей тяжёлой жизни.

К ночи меня устроили с тёплым углом в небольшой сторожке. Сердобольные работники рынка накормили меня досыта. Предлагали выпить водки, но напрочь отказался от выпивки. Так как твёрдо решил стать настоящим человеком с чистого листа новой жизни. Надо было восстановить своё лицо не только по документам, а также по положению в жизни. Поэтому с первой ночи своего проживания на территории городского сельскохозяйственного рынка, а также на все последующие сутки, старался вести себя всюду как культурный современный интеллигентный человек.

Видимо такое моё поведение среди рыночных бомжей повлияло на то, что на меня стали обращать внимание женщины, торгующие в магазинах и в лавках на рынке. Одинокие дамы стали приглашать меня на ужин после работы и даже в гости к себе домой. Постепенно принял облик донжуана среди незамужних женщин на рынке. Особенно среди матерей одиночек, которым нужен был не только "кабель" в пастели, а также отчим для нажитых детей, которых женщины нарожали в законном и в гражданском браке.

Так познакомился с Оксаной, у которой был взрослый сын, но в доме не было своего мужика. Прежде всего, вполне зрелого мужчины, в котором нуждается любая одинокая вполне зрелая женщина. Естественное влечение разных полов навстречу друг к другу. По всем возрастным параметрам мы подходили друг к другу. Прямо как у добродушного Карлсона, который живёт на крыше. Мы оба находились в полном расцвете своих сексуальных сил. Наверно эту женщину сильно жизнь похлестала по щекам? Она долго присматривалась ко мне со стороны, прежде чем начать своё нерешительное движение в мою сторону. Вначале она пригласила меня на обед в соседний бар, как бы из жалости к одинокому мужчине, которые живёт ни на крыше, как Карлсон, а проживает в тесной коморке в городском сельскохозяйственном рынке. Вовремя нашего обеда в баре, она больше спрашивала меня, но буквально ничего, ни стала говорить о себе. Однако был терпелив. Ждал движения. Точно мог рассчитывать, поговорить открыто за ужином в её квартире, где она выложит на стол все козырные карты жизни одинокой женщины. Мои расчёты сбылись частично. Ужин состоялся через неделю, но только не в квартире женщины, а в ресторане вблизи от городского сельскохозяйственного рынка. В этот раз за ужином в ресторане мы обратно разговаривали о моей жизни, а также о времени перестройки в бывшем Советском Союзе. Она обратно ни единым словом не помолвилась о своей личной жизни.

Даже ни знал, как вести себя рядом с ней после нашего короткого знакомства. Проявить свою настойчивость на сближение с ней, означало потерять её навсегда из своего поля зрения. Быть лопухом в отношении вполне созревшей женщины, тоже выглядело как-то неестественно со стороны вполне зрелого мужика, который был в полном рассвете сил и нуждался в естественной сексуальной близости с любящей женщиной.

Прошло почти полгода со времени нашего знакомства, когда наконец-то она пригласила меня к себе в квартиру в самом центре Донецка. Видимо на время она отправила своего сына куда-то в гости, чтобы мы могли побывать наедине и заняться между собой вполне естественной половой связью, которой не хватало, нам двоим.

Со времени знакомства с Оксаной, прекратил всякие связи с женщинами. Так как постоянно находился под её пристальным взглядом, которая имела собственный магазин совсем недалеко от центрального склада городского сельскохозяйственного рынка. Она видимо тоже давно не имела половой связи с мужчиной. Такой вывод можно было сделать хотя бы с того, что она ни с кем из мужчин долго не разговаривала. Но зато при встрече со мной и на расстоянии постоянно следила за состояние моего мужского достоинства. Мой член часто возбуждался от взгляда Оксаны. С полным бесстыдством выпирался сквозь твёрдую ткань моих рабочих брюк. Ждал до последней минуты. Как только мы вошли в квартиру Оксаны, так сразу оба, не сговариваясь, буквально с силой содрали друг с друга одежду и занялись сексом прямо на ковре по самой середине зала трёхкомнатной квартиры, в которой она жила вдвоём со своим взрослым сыном. Отсюда можно было сделать какой-то вывод, что у Оксаны был муж, который ушёл от неё или она за измену вы-гнала мужа, оставляя за собой взрослого сына и трёхкомнатную квартиру.

- Ты поедешь со мной жить в Израиль. - выпалила из себя Оксана, когда мы прекратили секс.

- Поеду с тобой хоть сейчас. - не раздумывая, согласился. - Но у меня документов никаких нет на выезд.

- В течение месяца у тебя все будет. - уверенно, сказала Оксана. - Мы должны с тобой узаконить наш брак.

- Не против стать твоим мужем. - сразу ответил, на предложение Оксаны. - Назначь время регистрации.

Через два дня мы узаконили наш супружеский брак. По какой причине мне неизвестно, но она ни стала брать мою фамилию Бондаренко. Оставила за собой фамилию Вебер, доставшуюся ей от бывшего мужа. Она сказала мне, что иметь две фамилии в одной семье удобный манёвр передвижения по разным странам и возможный возврат на Украину. В общем-то, согласился с выводами Оксаны. Всё равно не мог пойти против неё. Полным парадом в нашей семье руководила Оксана. Пока у неё был всего лишь "кабелем" в её постели. Каждую ночь она требовала от меня половой связи. Иногда даже днём, когда мы оказывались дома одни, она набрасывалась на меня с такой жадностью, что у меня зародилась мысль о бешенстве её матки, которая постоянно требовала себе страстного секса.

Может быть, именно по этой причине бывший муж бросил Оксану, просто сбежал от неё. Не мог этого сделать хотя бы по той причине, что мне не хотелось перебираться обратно в коморку городского сельскохозяйственного рынка. К тому же был в полном соку и в расцвете сил, что позволяло заниматься сексом с Оксаной каждую ночь и каждый день. Видимо она хотела забеременеть от меня. Так как сексом мы с ней занимались даже вовремя её менструации. Но за месяц нашей связи Оксана не забеременела. Позже тоже наш страстный секс был без пользы.

Однако дела у нас с подготовкой отъезда на постоянное место жительства быстро продвигались. Мне неизвестно от кого исходила помощь в установлении моих документов, но она быстро нашла ЗАГС с моими документами о рождении и бывшего места проживания. Оказалось, что по документам действительно был Бондаренко Николай Степанович 1950 года рождения с местом рождения в Донецке. Отец мой был шахтёр, а мама служащая. Даже захоронение отца и матери нашли на городском кладбище. Совсем недалеко от нашей бывшей деревни.

По датам смерти отца и матери, узнал, что они не дожили одного года до начала перестройки в Советском Союзе. В это время был на строительстве века "БАМ" Байкало-Амурской Магистрали. Выполнял патриотический долг перед Советским Союзом. Разве в это время мог думать о родителях, когда Родина - Советский Союз, у нас, прежде всего? Несмотря на то, что мы в течение двух месяцев узаконили свой брак и восстановили все мои документы. Дальше дела у нас не пошли с переездом на постоянное место жительства. Кроме того, что мы оба должны были доказать свою принадлежность к еврейству. Нам надо было дождаться Вызова в Израиль и разрешения о выезде со стороны престарелых родителей, которые сейчас могли быть живы и нуждались в нашей материальной помощи. Не знаю, где она ухитрилась достать необходимые нам документы. Однако через месяц оказалось, что мы трое имеем прямую принадлежность к еврейству. У меня бабушка по материнской линии еврейка. У Оксаны мама еврейка. У сына Оксаны, вполне понятно, отец тоже чистокровный еврей. По законам религии и Израиля мы трое потомственные евреи. Поэтому имеем полное право на репатриацию в Землю Обетованную Богом евреям.

Прошёл новый очередной месяц, прежде чем мы получили Вызов на репатриацию с постоянным местом жительства в Израиль. С этого момента у нас началась беготня по всем государственным и общественным организациям, которые каким-то образом были причастны на наше право выезда из Украины на постоянное место жительства в Израиль. Со всеми последующими выводами коррупции и взяток, как со стороны государственных лиц, так же со стороны всех остальных прихвостней, которые хотели как-то поживиться за счёт нас.

Несмотря на тот балаган, который был вокруг нас с подготовкой репатриации в Израиль, она ни одни сутки не забывала о том, что рядом с ней находится "кобель производитель", от которого она хотела иметь ребёнка. Мы с ней трахались все свободное время, но ребёнка сделать у нас никак не получалось. Так как у Оксаны был вполне взрослый сын от первого мужа, то сейчас все подозрения на её бесплодие полностью ложились на меня.

- Если за месяц перед отъездом на постоянное место жительства в Израиль не буду беременной. - поставила она ультиматум передо мной, - то из Украины в Израиль улетаю с сыном. Ты в своей самостийной Украине останешься один. Как был голодранцем до знакомства со мной, таким останешься навсегда.

Ультиматум со стороны Оксаны сильно ударил по моему самолюбию. Никогда не позволял никому издеваться над собой. Поэтому, в чём был в том и ушёл из дома обратно в свою коморку возле центральных складов в городской сельскохозяйственный рынок. Управляющему городским сельскохозяйственным рынком объяснил, что в течение двух-трёх дней найду себе съёмную квартиру, куда переберусь на постоянное место жительства. Управляющий городским сельскохозяйственным рынком был умный мужик. Он ничего ни стал спрашивать у меня. Просто отдал мне ключи от коморки и разрешил мне восстановить свои права на рынке, на там временно прерванную мной работу.

Буквально на следующее утро было известно всему городскому сельскохозяйственному рынку о моем разрыве с Оксаной. Все хорошо знающие нас многочисленные представители городского сельскохозяйственного рынка целый день вели разговор о нашем предстоящем разводе. У каждого были свои выводы. Ни с кем не обсуждал наболевший вопрос. Просто как раньше работал грузчиком на центральном складе городского сельскохозяйственного рынка. Как только закончился рабочий день, сразу решил заняться поиском съёмной квартиры. С многочисленными объявлениями жёлтой прессы и с листочками, содранными с городской доски объявлений о сдачи съёмного жилья. Направился на выход из городского сельскохозяйственного рынка мимо магазина "Надежда", хозяйкой которого все также была Оксана. За весь день ни разу не посмотрел в сторону этого магазина. Хотя прекрасно знал, что она целый день никуда не выходила из своего магазина. Наверно издали наблюдала весь день за моим передвижением.

- Николай! Пожалуйста, зайди ко мне. - сказала она, когда проходил рядом с магазином "Надежда"

- Мне с тобой не о чём говорить. - не останавливаясь, сказал, Оксане. - Можешь подавать на развод.

- Ну, прости меня! Погорячилась. - сказала она, направляясь следом за мной. - Действительно хочу ребёнка именно от тебя, но, если у нас не получается, то согласна жить с тобой и без рождения ребёнка.

- Хорошо! Останусь с тобой. Но только не из-за поездки в Израиль. - согласился, простить Оксану. - Согласен остаться с тобой лишь по той причине, что ты мне тоже не безразлична. Тоже хочу иметь от тебя ребёнка и быть ему достойным отцом. Но если ты хоть раз упрекнёшь меня о неспособности сделать ребёнка, то мы с тобой расстанемся раз и навсегда. Не потерплю унижения от тебя в свой адрес. Лучше буду бомжем, чем быть всю жизнь подкаблучником у своей жены. В нашей семье всегда должны быть равные права между мужем и женой.

- Согласна с твоими условиями. - согласилась она, чмокая меня в щеку на глазах у массы народа. - Пойдём домой. Мы не должны ссориться. Ведь мы законная семья.

Мы сразу отправились домой, чтобы готовиться к отъезду на постоянное место жительства в Израиль. Нам предстояло в последние дни перед вылетом в Израиль, за две недели продать магазин, легковой автомобиль джип марки "Нива" и трёхкомнатную квартиру в центре Донецка. Затем нужно было обналичить российские рубли и украинскую гривну на американские доллары, которые пригодятся на приобретение жилой площади в Израиле, также на проживание нашей семьи в первый месяц устройства в Израиле. Смешанный магазин "Надежда" мы оставляли при себе в залог, как средство питания и материальной поддержки до времени отъезда в Киев на вылет в Израиль из международного аэропорта "Борисполь". Ключи от проданной квартиры и от проданного легкового автомобиля. Мы оставляли за собой. До последнего дня проживания в Донецке, перед посадкой в поезд на выезд до станции Киева. Весь свой отъезд рассчитали до последней минуты. Перестраховались во всем, чтобы нигде у нас не было ни в чем прокола до самого вылета.

- Сегодня весь день и два дня до вылета из Украины, мы должны быть в одной связке, как альпинисты в горах. - сказала она, мне и своему сыну Лёне. - Вы будите у меня телохранителями до самого прилёта в Израиль. Если наша связка будет ненадёжной, то мы все трое навсегда свалимся в пропасть нищеты здесь на Украине.

Мы с Лёней ничего ни стали говорить Оксане, так как она и без наших слов последнюю неделю была на взводе. Потому что у нас ни все было гладко в продаже собственности и в обмене местных денег на американские доллары. В результате нашей неопытности с переездом в другое государство и в распродаже собственного имущества мы недосчитались в своей личной казне около пяти тысяч американских долларов, что по тем временам было астрономической цифрой.

Поэтому нам надо было быть весьма осторожными в последний день проживания в Донецке. Прямо рано утром обзвонили всех хозяев нашего бывшего имущества. Договорились о встрече передачи ключей с документами и о возврате от покупателей залога оставшейся суммы денег в наличном расчёте. На всякий случай она заказала себе добавочно двух телохранителей от охранного бюро городского сельскохозяйственного рынка, где знали хорошо Оксану все на протяжении последних лет с первого года перестройки в бывшем Советском Союзе.

- Мы трое одинаково подвергаемся опасности. - сказала Оксана, когда мы вышли из своего джипа возле магазина "Надежда" - Лишняя охрана нам не помешает. Мы не должны выглядеть фраерами до отъезда.

Она была права во всем. Как только мы вышли из своего джипа, так сразу обратил внимание, что нас "пасут" представители местного криминала, большинство которых знал в лицо за время проживания в коморке возле центрального склада на территории городского сельскохозяйственного рынка. Представители охранного бюро тоже были хорошо знакомы с представителями местного криминала. Телохранители тоже подключили к себе наряд милиции. Вначале все шло хорошо. Возле дверей магазина "Надежда" остались двое милиционеров.

Вместе с телохранителями мы прошли в магазин "Надежда" в кабинет директора, где должны были подписать последние документы на право пользования нового хозяина магазина "Надежда" Телохранители были рядом с Оксаной и никого не впускали в кабинет директора. После всех формальностей она в присутствии свидетелей должна была отдать ключи от магазина. Взамен ключей от магазина "Надежда" новый хозяин магазина должен отдать оставшуюся сумму залога в долларах. На этом купля-продажа магазина "Надежда" завершалась. Можно выйти из магазина.

Однако у меня было такое предчувствие, что все слишком гладко получается. Как бы ни про-изошёл здесь с нами, какой-то казус после нашей сделки в кабинете директора магазина "Надежда". На всякий случай вышел из магазина "Надежда" первым и осторожно незаметно огляделся по сторонам. Вроде все выглядело обычно и повседневно. Продавцы лотков и магазинов находились на своих местах. Покупатели сновали по территории рынка. Стражи порядка от милиции и тело-хранители бдительно выполняли свои непосредственные обязательства, взятые на себя.

Вдруг, мой взгляд упал на покупателя, который поставил на тротуар свою спортивную сумку возле киоска с сигаретами вблизи магазина "Надежда". Купил в киоске пачку сигарет. Сумку оста-вил возле киоска с сигаретами, а сам направился в сторону дверей магазина "Надежда", откуда в это время выходила Оксана с сыном под охраной телохранителей. В этот момент в руке подозрительного мужчины сверкнул металл ножа. У меня в руках был кейс с документами и спортивная сумка с продуктами, которые мы в последний раз взяли в магазине "Надежда" себе в дорогу.

Раздумывать о защите было некогда, буквально машинально врезал подозрительному мужчине кейсом в висок. Мой удар оказался весьма своевременным и эффективным. Мужчина с выдвинутым вперёд ножом рухнул на тротуар. Как раз в этот момент, когда нож прошёл сквозь куртку, одетую на Оксану. Нож застрял в одежде Оксаны, едва коснувшись её тела. Если б произвёл удар кейсом на секунду позже, то Оксана была бы мертва. Так как нож угодил в область груди Оксаны в направлении сердца. Длина лезвия ножа могла свободно достать сердце Оксаны. Нападавший с ножом мужчина и Оксана одновременно рухнули без сознания на тротуар. В первое мгновения подумал, что нож нападавшего достиг цели и Оксана мертва. Когда нож выпал из куртки Оксаны без следов крови, то понял сразу, что она просто лишилась чувство от нападения на неё мужчины с ножом. Она словно ждала нападения на себя. Последние дни постоянно была в напряжении. Поэтому сразу лишилась чувств от прикосновения лезвия ножа. Ничего страшного с Оксаной не про-изошло. Обычный женский обморок от опасной неожиданности.

- Возле киоска сумка со взрывчаткой. - сказал. милиционерам, скрутившим грабителя без сознания. - Будьте внимательны. Пульт от взрывчатки в кармане подельника этого бандита.

Милиционеры тут же распорядились нам забраться в свой джип и покинуть территорию рынка. Телохранители никаким образом не проявившие свою работу, посадили Оксану на заднее сидение нашего джипа. Лёня, имевший к этому времени водительские права, сел за руль джипа и вывез нас с территории городского сельскохозяйственного рынка. К этому времени милиционеры связались друг с другом по рации и провели полное оцепление территории рынка. Остановили все автомобили, выехавшие с территории городского сельскохозяйственного рынка. В том числе и наш джип. Но досматривать нас, ни стали, так как видимо кто-то из милиционеров с территории рынка дал указание нас пропустить без досмотра.

Так как большинство милиционеров знали, что мы ни в коем образе не причастны к взрывчатке, заложенной на рынке или наоборот кому-то, было выгодно не задерживать свидетелей подготовки взрыва. Тем боле, что мы уезжаем через десяток часов из Донецка и больше никогда не появимся в этом городе. Примерно через полчаса после нашего отъезда с территории городского сельско-хозяйственного рынка, Оксана пришла в чувства.

Рассчитавшись наличными с бестолковыми телохранителями, она сказала сыну, чтобы он ехал домой, куда должны были прийти новые хозяева за ключами от квартиры и рассчитаться с нами наличными за оставшийся залог денег во время окончательной передачи документов за проданную Оксаной трёхкомнатную квартиру. После чего мы должны были отправиться на железнодорожный вокзал, где нам предстояло закончить последнюю сделку нашей продажи легкового автомобиля джип "Нива". На этом наши связи с торгами прекращались. Нам оставалось дождаться регистрации билета на поезд "Донецк-Киев". Забраться в отдельное купе вагона и закрыться там.

- Меня со вчерашнего дня подташнивает. - улыбаясь, сказала она. - Наверно всё-таки забеременела?

- Тоже так думаю, - поддержал, определение Оксаны. - У тебя неделю назад должны были быть месячные. Тебе нельзя нервничать. Надо нам думать о будущем ребёнке.

- Какой ты внимательный! - радостно обнимая меня, сказала она. - В суете, даже забыла о месячных. Теперь нам надо быть весьма внимательными в повседневной жизни с зарождением будущего малыша.

Сославшись на усталость и недомогание, она прилегла отдохнуть на три-четыре часа до предстоящей встречи с покупателями нашей трёхкомнатной квартиры. Так как встреча намечалась во второй половине дня, а время подвигалось только к обеденному перерыву. За это время можно было хорошо отдохнуть, покушать и собраться в дорогу к посадке на поезд. Так что Оксана и её сын Лёня тут же завалились спать на диваны в центре зала квартиры. В это время приготовил лёгкий обед всей нашей семьи. Завёл будильники на три часа вперёд и тоже лёг в зале спать.

Оксана и её сын действительно спали по-настоящему. Лишь мой разум дремал слегка в ожидании трескотни будильников. Мои мысли были полностью во власти нашего предстоящего отъезда из Донецка. Меня уже ничто не связывало с этим городом. Хотелось, как можно быстрее, уехать из бывшего Советского Союза, чтобы за границей начать совершенно новую жизнь без напоминаний о прошлой жизни в эпоху построения социализма в Советском Союзе.

Не дождавшись звонка будильников, пошёл на кухню накрывать стол на последний обед в этой квартире и в этом городе, где прошло моё "чёрное" детство, покрытое угольной пылью с терракотовых вершин. Сейчас мне хотелось, как можно быстрее покинуть это проклятое место, где не было никакой жизни у моих родителей и у меня тоже. Родители мои не дожили до своей пенсии, а по состоянию плохого здоровья не могли родить мне братика или сестрёнку.

Однако в данное время меня больше беспокоило то, что произошло на городском сельскохозяйственном рынке. Попытка зарезать Оксану и взорвать бомбу возле магазина "Надежда" не было случайным обстоятельством. Все было заранее кем-то спланировано. Если б внимательно не отнёсся к последнему дню нашего пребывания в Донецке, то сейчас блюстители порядка Донецка заботились о наших похоронах и дележе наших наличных денег.

Вполне возможно, что именно со стороны сотрудников милиции кто-то был сегодня заинтересован в нашей гибели. В последний год милиция вконец обнаглела и вместо криминала была "крышей" во всём колхозном рынке.

- Николай! Ты не помнишь, куда вчера положила пять тысяч долларов на дорогу до Израиля? - раздражённо, спросила меня, она, когда растрёпанная вошла на кухню после сна. - Вчера специально отложила доллары на дорогу.

- Все деньги находятся у тебя под контролем. - напомнил, Оксане. - Ты сама мне говорила, что до рождения ребёнка деньги будут под твоим контролем. Лишь когда ты пойдёшь в декрет, то будешь доверять мне все наши деньги.

- Всё так! - согласилась она. - Но никак не могу найти пяти тысяч американских долларов. Все наши дорожные вещи обыскала. Точно помню, что американские доллары пять пачек откладывала в свою сумочку вчера вечером...

- Можешь меня обыскать! - разозлился, выворачивая карманы. - Все мои вещи на мне. В кейсе документы.

Оксана подозрительно посмотрела на мои пустые карманы и тут же выпотрошила кейс с документами. Американских долларов в моем кейсе и в моих карманах не было. Она пошла в зал и стала распаковывать все наши сумки и чемоданы, которые мы брали с собой в дорогу на время переезда из Донецка в Израиль. Не принимал участие в распаковке вещей, чтобы в случае обнаружения пяти тысяч американских долларов, она не могла сказать на меня, что подкинул пропавшие пять тысяч американских долларов. Пускай сама она разбирается в пропаже своей волюты. Лучше подожду финала поиска пропавших американских долларов среди вещей.

- Мама! Зачем разбираешь наши вещи? - спросил сквозь сон Лёня, сын Оксаны. - Мы, что никуда не едем?

- Сынок! Ты вчера вечером не видел, куда положила в пачках пять тысяч долларов? - продолжая потрошить вещи, спросила она у своего сына. - Вчера специально отложила на дорогу пять тысяч долларов.

- Мама! Ты сама вчера вечером выпроводила меня попрощаться с друзьями. - напомнил Лёня, своей матери. - Откуда мне известно, куда ты откладываешь доллары? Ты вообще сейчас с кем-то советуешься?

- Бог с ними с этими американскими долларами. - с досады, махнув рукой, сказала она. - Главное, что нас сегодня не взорвали и меня не зарезали. Хорошо, что основную сумму валюты отправила через израильское консульство на свой новый счёт банка в Израиль. Иначе бы мы после вообще были без своих денег в Израиле.

- Ты вообще представляешь, что ты сделала? - возмущённо, спросил Лёня, свою маму. - Если бы, вдруг, после взрыва бомбы или после твоего ранения мы на какое-то время остались здесь. На что бы тогда мы могли жить без денег?

- У нас почти миллион украинских и русских денег. - удивлённо, ответила она. - Можно нам месяц жить.

Мне показалось подозрительным неожиданное беспокойство Лёни насчёт пересылки на банковский счёт Оксаной в Израиль американских долларов, которых по моим скромным подсчётам было более трёхсот тысяч. На американские доллары она планировала купить на семью коттедж или квартиру в Израиле. Почему, вдруг, обычно безразличный к деньгам, так сильно, разволновался Лёня, когда узнал об отсутствии с нами значительной суммы американских долларов.

Может быть, у Лёни были свои взгляды насчёт американских долларов? Наверно такая мысль мелькнула в голове Оксаны. Мы оба подозрительно переглянулись друг с другом, но в этот момент позвонили в дверь нашей бывшей квартиры. Вполне возможно, что раньше времени к нам пришли за ключами новые хозяева нашей бывшей квартиры? Она направилась в прихожую открывать входную дверь в квартиру. Мы с Лёней пошли на кухню покушать перед дорогой и убрать на кухне за столом после нашего обеда перед уходом.

- Вы, вроде отпустили нас с миром? - услышал, из прихожей голос Оксаны. - Мы никогда никаких преступлений не совершали. Дайте нам спокойно выехать за пределы Донецка. У нас через четыре часа будет поезд отходить...

- Именно поэтому мы приехали к вам перед отъездом на поезд. - услышал. знакомый голос участкового капитана милиции. - Кто-то прекрасно знает о ваших планах на сегодня и попытается убить вас до поезда...

- Тоже так думаю, - вмешался в разговор Оксаны с участковым капитаном милиции. - Наверно ты кому-то из подруг проболтала о наших планах на сегодня. Кому-то было известно о нашей встрече в магазине. Такое ощущение, что кто-то из нас троих против нас...

- Ты, что, совсем спятил? - возмущённо, воскликнула она. - Целый месяц ни с кем не общалась и к своей семье у меня полное доверие. Может быть мы находимся под наблюдением?

- На меня вообще можешь не думать. - ответил, на подозрительный взгляд Оксаны. - У меня друзей нет. Почти целый месяц от тебя не отходил и у нас нет дома телефонной связи...

- Не дурак, чтобы болтать наши тайны. - оправдался Лёня, когда Оксана и капитан милиции подо-зрительно посмотрели на Лёню. - У меня с друзьями вчера был вечер школьных воспоминаний и больше ни слово. Можете проверить меня на детекторе лжи...

- В любом случае должен взять с вас кой какие показания и сопровождать вас до поезда в целях вашей безопасности. - сказал участковый капитан милиции, доставая из своего планшета папку с чистыми листами бумаги и шариковую авторучку. - У меня есть подозрение, что ваш враг где-то рядом с вами и попытается обязательно добраться до вас...

- Хорошо! Задавайте свои вопросы. - спокойным голосом, сказала Оксана. - Можете начинать допрос прямо с меня.

Пока участковый капитан милиции составлял Акт нашего допроса, к нам в квартиру пришли новые хозяева проданной квартиры. Она пошла на кухню, разбираться с вопросом по передачи ключей проданной квартиры. Мы с участковым капитаном милиции продолжали дописывать Акт нашего допроса о случившейся попытке утром зарезать Оксану и подорвать магазин "Надежда" на городском сельскохозяйственном рынке. Участковый милиционер буквально по часам опрашивал нас о нашем передвижении по городу, а также о наших разговорах с посторонними и знакомыми людьми в прошедшие сутки, до попытки подрыва магазина "Надежда" и до попытки прямого покушения на Оксану.

- Извините, надо покинуть квартиру. - сказала она, заглядывая в зал с сумками в руках. - С этого момента, это чужая квартира. Нам пора на поезд. Прошу всех за неудобство с нами.

- Буду вас сопровождать до вашей посадки в поезд. - сказал участковый капитан милиции. - Дальше передам вас под охрану в поезде. Мне хочется до конца выполнить свой долг милиции перед гражданами страны.

Распрощавшись с новыми хозяевами проданной трёхкомнатной квартиры, мы вместе с участковым капитаном милиции спустились вниз к нашим автомобилям. Наша семья села пока в свой легковой автомобиль джип "Нива". Участковый капитан милиции вместе с тремя сержантами милиции сел в свой служебный автомобиль марки "Волга". Милицейский легковой автомобиль отправился следом за нами в сторону железнодорожного вокзала Донецка.

За двадцать минут езды по улицам Донецка, ничего неожиданного в пути не случилось. Не считая небольшой аварии на перекрёстке между автобусом и маршруткой, которые не хотели уступать друг другу дорогу на свет светофора и поцарапались. Авария была незначительная, виновники сразу разъехались. На привокзальной площади железнодорожного вокзала Донецка нас ждали покупатели легкового автомобиля джип "Нива". Пока она разбиралась с залогом о продаже своего автомобиля, участковый капитан милиции вместе с сержантами милиции стоял в оцеплении проданного Оксаной легкового автомобиля джип "Нива". Мы с Лёней стояли рядом со своими многочисленными сумками и чемоданами в ожидании финального торга за автомобиль "Нива".

- Все! Теперь можно нас отдаться в руки охраны поезда. - поглядывая на часы, сказала Оксана, выбравшись из джипа "Нива". - Думаю, что участковый передаст нас в самые надёжные руки.

- Можете, не беспокоится о надёжности охраны поезда. - уверенно, сказал участковый капитан милиции. - Сейчас охрана общественного транспорта в СНГ самая надёжная охрана в цивилизованных странах.

Фирменный поезд "Донецк-Киев" делал манёвр с запасного пути на первую платформу. В это время наша семья под охраной участкового капитана милиции и трёх сержантов милиции прошли к дежурному железнодорожного вокзала Донецка. Там в кабинете дежурного по вокзалу, участковый капитан милиции рассказал дежурному по вокзалу о наших проблемах. Дежурный по вокзалу связался по рации с начальником поезда "Донецк-Киев". После чего нас передали под охрану поезда "Донецк-Киев". Согласно купленным билетам мы вошли в первый вагон поезда в мягкое купе в самой середине вагона. Стали сразу рассовывать по полкам и ящикам свои многочисленные вещи. Лёня забрался на верхнюю спальную полку. Мы с Оксаной заняли нижние спальные полки. Так как купе в вагоне было полностью оплачено нами, то мы тут же закрыли дверь своего купе на засов изнутри.

С этого момента ни один человек, даже проводник вагона, не могли войти в наше купе без нашего разрешения. Мы оказались в полной изоляции от внешнего мира. Можно было наконец-то хорошо отдохнуть от сумасшедших дней сбора в дальнюю дорогу, на постоянное место жительства в Израиль на землю Обетованную евреям и другим переезжающим народам. До настоящего времени никак не могу понять. Зачем согласился ехать из Украины на постоянное место жительства в Израиль? Когда у меня на руках оказались нормальные документы, то мог свободно поехать жить в любой населённый пункт на Украине или в России. Никто мне не препятствовал с отъездом из Донецка хоть на край света. Даже она сама постоянно говорила мне, что если передумаю ехать на постоянное место жительства в Израиль, то она меня отпустит на все четыре стороны или уедет со мной.

Однако у меня в голове застрял какой-то червь, который постоянно грыз моё сознание манией отъезда из бывшего Советского Союза как можно дальше, куда меня не пустили с военного корабля вовремя моей службы в советской армии. Когда только за одну мою свободолюбивую мысль, высказанную вслух о жизни на заморском острове, меня лишили свободы на несколько лет. Затем на десятки лет лишили всякой связи с Украиной, а также с отцом и мамой.

Как только пассажирский поезд "Донецк-Киев" отправился в дальний путь к столице Украины, то тут же завалился спать и проспал почти до самого Киева. Мне даже неизвестно насчёт охраны нашего купе. Оксана и Лёня тоже проспали до самого Киева. Проснулись лишь тогда, когда по местному репродуктору сообщили, что поезд "Донецк-Киев" приближается к Киеву, столице самодержавной Украине. Пассажирам требуется приготовиться к выходу на конечной станции в Киеве. Вполне понятно, что мы тут же стали собираться с вещами на выход из поезда. Дальше у нас все пошло, как по маслу.

Оказывается, что наш вагон полностью состоял из пассажиров будущих репатриантов Израиля из Донецкой области. На перроне станции нас ожидали представители консульства Израиля на территории Украины. Нас сразу разместили в трёх туристических автобусах. Под охраной украинской милиции отвезли репатриантов в гостиницу киевского международного аэропорта "Борисполь". Завтрак у нас совпал почти с обедом, когда нас наконец-то оставили в покое перед предстоящей регистрацией на самолёт чартерного рейса по маршруту "Борисполь-Бен-Гурион" с транзитной посадкой в аэропорту "Ларнака" на острове Кипр. Куда мы должны были прилететь в конце этого дня. Пока нас накормили обедом в ресторане гостиницы международного аэропорта "Борисполь", попросили никуда не выходить из своих гостиничных номеров в целях личной безопасности. Во время пересылки новых репатриантов из бывшего Советского Союза были случаи убийства и даже пропажи, будущих граждан Израиля на территории бывшей общей родины Советского Союза. Без выхода из самолёта, наш полет до Израиля длился несколько часов. Во время полёта спал. Затрудняюсь точно сказать, сколько часов летели в самолёте, а также, сколько находились в самолёте во время посадки самолёта в международный аэропорт "Ларнака" на Кипре.

Прибыли в международный аэропорт "Бен-Гурион", где-то к полночи. Когда спали почти все израильтяне, кроме тех, кто прилетел самолётом, а также кроме тех, кто встречал самолёт с новыми репатриантами из Украины. Нас никто не встречал. Так как у нас в Израиле не было родственников, друзей и знакомых. Прямо из международного аэропорта "Бен-Гурион" началось наше знакомство с Израилем, о котором мы фактически ничего не знали. Даже по учебникам средней школы в Советском Союзе имел приблизительное представление о Израиле, как о варварском государстве, оккупированном евреями со всего мира на территории арабских земель Палестины.

Средствами международной информации в Советском Союзе, никогда не пользовался. Неделя проживания в номере какой-то вшивой гостиницы за цены пятизвёздочной гостиницы закончилась тем, что маклеры поселили нас в съёмную квартиру (Схардира) в Петах-тикве. Оксана сразу начала заниматься нашим устройством в Израиле. Лёня пошёл учиться на курсы иврита (ульпан). Меня не прельщал местный язык. Вместо изучения иврита занялся поиском какой-нибудь работы, чтобы как-то прокормить себя и семью.

Она сразу занялась оформлением документов на ПМЖ в Израиле. Оксану также интересовала её работа в русскоязычном магазине, который должен был перейти в её собственность. Как ты понимаешь. На территории Израиля и тем более на территории в Петах-тикве угольных шахт не было. О лесоповалах говорить вообще нечего. Любой российский лес больше Израиля. Работать моряком в местный флот давно вырос с такого возраста. К тому же пока новый репатриант (олим ходашим), а не гражданин Израиля.

Мало того, совершенно не знаю ни единого слова на местном иврите. В общем, как ты понял, на стройку капитализма в Израиле берут всех подряд. Независимо от политических, религиозных, национальных и расовых отношений к Израилю, а также к евреям всего мира. Буквально на следующий день, как только получил на руки удостоверение личности (Теудат зеут), устроился работать на стройку обычным рабочим. Очищал от гор грязи и от гор мусора территории различных строительных объектов. После того, как у нас закончились первые три месяца репатриации в Израиле, то мы поняли, что жить и работать в Петах-тикве по нашим соображениям просто невозможно новым репатриантам из бывшего Советского Союза. Так как данный город находится близко к большому Тель-Авиву, в котором все дорого. Совсем нет никакой перспективы на продвижение в обычной работе, также по служебной лестнице строительства капитализма.

- Нам надо переехать жить в Ашдод. - сказала она, когда вечером пришла домой после бесполезного поиска места работы себе и своему вполне взрослому сыну, который не очень-то стремился найти себе работу. - В Ашдоде большая промышленная зона. Много разных предприятий. К тому же там жизнь намного дешевле. Мы там вначале снимем на время квартиру. Затем как устроимся на работу, так сразу купим себе квартиру в новом районе.

Через неделю мы переехали жить в Ашдод в район Юд, где сняли трёхкомнатную квартиру. После регистрации на новом месте жительства, сразу пошёл работать на бетонный завод в южную промышленную зону. По изготовлению труб и канализационных люков на строительные объекты различного направления. Лёня сослался на то, что плохо освоил иврит на курсах в Петах-тикве, поэтому пошёл, обратно учить иврит. Хотя лично сильно сомневался в том, что Лёня вообще ходит на курсы по изучению иврита. Так как пару раз тайно от Оксаны был рядом со зданием, где проводятся курсы по изучению иврит, Лёню там не видел во время занятий. Конечно, сказать Оксане о том, что Лёня не учится на курсах по изучению иврита, это означало мне стать боржом. Так как даже в Израиле в нашей семье по-прежнему командовала она. Вся валюта в американских долларах была на личном банковском счёте у Оксаны. Лично она занималась вопросом приобретения собственного жилья нашей семьи.


3. Призрак кризиса в семье.

Когда мы переехали жить в Ашдод, то сразу по нашему поселению на съёмную квартиру она завезла новую мебель, которую затем рассчитывала перевести на купленную новую квартиру. На новую квартиру деньги были. Новый дом обещали сдать в конце этого месяца. За суматохой репатриации на территории Израиля мы совсем забыли о приятном положении Оксаны. Когда наконец-то уже, который месяц у Оксаны не было месячных, также как не было никаких признаков беременности. Оксана обратилась за консультацией к гинекологу, чтобы наконец-то определить на каком месяце она беременна. Какие меры надо ей принимать, чтобы сохранить плод своего зародыша на весь срок своей беременности? Как положено любой женщине, она сдала все необходимые анализы и тесты на беременность.

Но от полученных результатов была буквально в шоке. Гинеколог сказал Оксане, что она не беременна и больше никогда не будет беременна, так как по возрастному периоду у неё наступил климакс. Половые органы женщины устарели, больше не пригодны к беременности, то есть, к воспроизводству зародыша после полового сношения с мужчиной. Она вначале была в сильном шоке. Едва ни скончалась прямо в моем присутствии в кабинете гинеколога.

После того, как ей дали понюхать нашатырный спирт, она пришла в ярость. У неё началась истерика. Она едва не разгромила весь кабинет гинеколога, который вынужден был вызвать наружную охрану и связать Оксану по рукам. Затем доктор сделал Оксане успокоительный укол и настоял на том, чтобы отвёз свою жену домой на такси. В противном случае гинеколог готов был вызвать наряд полиции и привлечь Оксану к уголовной ответственности. Мне ничего не оставалось делать, как только вызвать такси и отвести Оксану домой под охраной в смирительной рубахе.

Целую неделю она приходила в себя после потрясения. Когда она наконец-то решила продолжить своё занятие по приобретению собственного жилья, то нас настиг ещё больший удар, чем объявление о климаксе у Оксаны. Мы проснулись утром на голом полу в совершенно пустой квартире, из которой пропала вся мебель вместе с нашими вещами и документами. Мы обнаружили себя на каменном полу в том, в чём легли вечером спать в собственную кровать. Можно было подумать, что ночью произошло какое-то экстремальное явление в нашей квартире с мебелью.

Минут десять семья была в шоке. Нам было как-то не по себе. Словно мы всю ночь находились в газовой камере. Нас сильно тошнило и рвало. Лично у меня перед глазами плыли какие-то жёлтые круги, как после отравления угарным газом. В нашей квартире отсутствовали какие-то газовые или отопительные приборы. На временное жительство в съёмной квартире мы купили небольшую электрическую плиту, которую затем собирались выкинуть в собственной новой квартире, так как она собиралась обставить свою квартиру самой современной мебелью и кухней. После ночного происшествия у нас даже электрической плиты не осталось. Исчезло буквально все полностью из квартиры.

- Вызовите, пожалуйста, полицию. - обратился к соседям по лестничной площадке. - Нас ночью обокрали.

Полиция прибыла к нам через двадцать минут. Вначале опросили нас о случившейся краже в нашей съёмной квартире. Но мы ничего не могли сказать, так как в нашей памяти сохранилось лишь то, что мы после просмотра телевизионной программы легли спать в свои постели, а проснулись на голом каменном полу. Никаких посторонних звуков ночью и никаких признаков взлома квартиры не обнаружено. Никто из наших соседей ничего подозрительного не видел. Все в один голос утверждали, что вечером и ночью вокруг дома было спокойно, даже шорохов не было слышно. Офицер полиции просто пожал плечами и ушёл из нашей квартиры.

Соседи на время дали нам свою ношеную одежду, пока мы восстановим свои документы и на деньги из банковского счета приобретём себе белье. Она в этот день объявила в банке, что у нас пропали банковские счета и банковская пластиковая карточка. Банк принял все необходимые меры по закрытию старого счета и прикрытия возможной утечки валюты с банковского счета Оксаны.

Почти две недели мы занимались восстановлением своих личных документов. В том числе документов на приобретение новой собственной квартиры. Когда утраченные документы были восстановлены, то мы сразу переехали на купленную квартиру, куда приобрели новую мебель. Она сделала все, чтобы наша жизнь нормализовалась. На оставшуюся валюту в американских долларах, она приобрела самую лучшую мебель и самые современные бытовые приборы.

Оксане по-настоящему хотелось иметь свою семью, даже без наличия у нас совместного ребёнка. Однако наше семейное счастье не было долговечным. Прошло всего два месяца на новом месте жительства. Нас обокрали по тому же сценарию. В этот раз мы в первую очередь вызвали медиков, а медики в свою очередь вызвали к себе на помощь полицию. Так как по выводам медиков после первичного осмотра нашего организма было выявлено сильное отравление каким-то токсичным препаратом, который едва не привёл нас всех к летальному исходу.

Работа полиции и следственных органов, обратно не привели ни к какому результату. Никто из соседей ничего не мог заметить подозрительного, что могло показать на кражу нашего имущества из квартиры. Словно в эту ночь все наши соседи спали непробудным сном. Это вызвало подозрение у медиков и у полиции. Когда проверили на токсичность наших соседей, то обнаружили в их организмах сильное снотворное. Но, ни тот препарат, которым пытались отравить нас. Отсюда можно было сделать вывод, что сама кража была направлена только на нашу отдельную квартиру.

Длительное расследование во время длительного установления наших документов, не привели ни к какому результату. Мы, было, отчаялись выяснить, как было похищено наше имущество вместе с вещами и личными документами. Но тут мне в голову взбрела одна отвратительная мысль, что если этого никто не делал, то это сделал кто-то из нашей семьи. Просто существенно не может быть двух совершенно одинаковых явлений кражи в одной и той же семье. Впервые втайне от Оксаны и от Лёни пошёл в лабораторию поликлиники, где проводились анализы нашей семьи на отравление токсичным препаратом.

Попросил лаборантку дать мне полный анализ по отравлению нашей семьи якобы по просьбе следственных органов ведущих расследование мест утечки отравляющих препаратов в какой-то секретной лаборатории, которая допустила преступную оплошность. Дала возможность преступникам воспользоваться опасным препаратом. В результате чего наша семья едва не получила летальный исход во время кражи нашего имущества.

Когда результаты анализов были у меня на руках, то мои подозрения полностью подтвердились. У сына Оксаны отравление было столь незначительным, что никаким образом не могло навредить здоровью Лёни. Отсюда сделал вывод, что обе кражи в нашей семье дело рук самого пострадавшего. Но чтобы доказать причастность сына Оксаны к краже собственного имущества, надо было мне собрать достоверные улики о его причастности к краже в семье. Мне ничего не оставалось делать, как только нанять детектива на слежку за сыном Оксаны.

Так как у меня не было свободных денег, которые мог бы потратить на сыскные дела за сыном Оксаны, то вначале тайно открыл собственный банковский счёт, куда стал класть деньги за подработки грузчиком на рыках Ашдода. Мне надо было торопиться, так как следующая кража в нашей квартире могла быть точно летальной у меня, а также у Оксаны.

После сбора небольшой суммы у себя в банковском счёте, нанял недорогого детектива, который согласился проследить за сыном Оксаны в течение одного месяца и провести собственное расследование по делу двух краж нашей квартиры. В результате достоверного доказательства о виновниках двух краж нашей квартиры, по контракту обязался оплачивать детективу положительную работу два процента от своего месячного заработка в течение двух лет.

Так как она фанатически любила своего единственного сына, то прекрасно представлял, что иду на огромный риск, пытаясь обвинить Лёню в попытке убить собственную мать и своего отчима с целью завладения богатством семьи. Однако другого выхода у меня не было. Тут стоял принципиальный вопрос о моей жизни и смерти. Если в открытую не предоставлю, факт попытки Лени неоднократно избавиться от нас, чтобы завладеть богатством семьи, то мне предстоит погибнуть во имя любви к женщине, которую не очень-то любил. Либо должен буду просто навсегда уйти из семьи без предъявления каких-то обвинений в адрес Оксаны и её единственного любимого сына.

Конечно, давно подозревал, что сын Оксаны ведёт паразитический образ жизни. Но то, что предоставил мне частный детектив о жизни единственного сына Оксаны, буквально поразило меня в шок. Потому, что оказалось Лёня, вообще не учится ни на каких курсах по изучению иврита. Целыми днями проводит в гей клубе, который содержит на деньги, полученные после двух краж собственной квартиры. Даже обстановка в номерах гей клуба состоит полностью из мебели украденной из нашей квартиры, которую он обокрал с ворами под собственным руководством. Детектив провёл хорошую сыскную работу по двум кражам в нашей квартире.

Принёс мне видео и аудио запись, сделанную как скрытой камерой со стороны, также вовремя, рассказав сообщников, по непосредственно приведённым фактам перед сообщниками краж под давлением частного детектива, который пообещал свидетелям и сообщникам краж, что их добровольные показания будут учтены во время суда. Чистосердечное признание смягчает любое наказание. Тем более, что кражами руководил сам "пострадавший" обворованных дважды частных квартир. Воры, вывозившие дважды мебель из нашей квартиры, могли сказать, что перевозили мебель по просьбе самого хозяина.

Сейчас у меня не было никаких сомнений, что попыткой взорвать магазин "Надежда" и зарезать Оксану на городском сельскохозяйственном рынке в Донецке, руководил непосредственно Лёня, сын моей жены Оксаны. Мне оставалось лишь продемонстрировать все собранные видеозаписи и аудиозаписи, в присутствии Оксаны и её единственного сына Лёни. Рассказать Оксане о деятельности Лёни как в гей клубе, также вовремя двух краж квартиры. Не знал, как к этому подойти.

Поэтому во время выходного дня после завтрака вместо обычного сериала по телевизору предложил посмотреть интересный современный детективный фильм. Усадил Оксану и Лёню на диване перед телевизором. Поставил видеокассету и нажал на кнопку пульта управления телевизора. Заранее предвидя, что подобный показ видеозаписи, будет означать мой уход навсегда не только с этой семьи, но также с этой квартиры.

- Да! Это все сущая правда! - заорал Лёня, как только появились первые кадры видеозаписи вовремя его сношения с мужиком, который годился ему в отцы. - Представитель нетрадиционной ориентации. Такая половая связь между однополыми людьми признана во всём мире. Можете дальше не смотреть пошлость, записанную вашими прихвостнями. Сам расскажу вам все, что имею в душе по отношению к вам с первого дня вашего знакомства на Украине. Мне с первого дня вашего знакомства было противно жить с Николаем.

- Лёня! Скажи своей маме, что все это не правда, а специально разыгранный спектакль против тебя. - растерянно, сказала Оксана своему сыну. - Поверю каждому твоему слову. Николая сейчас выгоню из квартиры.

- Все видео-аудиозаписи на кассете, настоящая, правда. - решительно, сказал Лёня. - С первого дня вашего знакомства делал все, чтобы вы не были рядом и не родили мне какого-нибудь заморыша. Подсыпал в ваши напитки и в ваши продукты всякую гадость, которая мешала появлению зародыша и вызвала преждевременный климакс. На сворованные у вас пять тысяч американских долларов нанял убийцу, который должен был взорвать магазин "Надежда", а Оксану зарезать, как сучку, которая связалась с этим кобелём. Как прямой наследник мог получить огромную сумму в американских долларах, которые хотел использовать в открытии гей клуба в Донецке.

Однако убийца оказался не надёжный. Провалил хорошо задуманное мной уголовное дело против вас. Улетел в Израиль. Когда мы перебрались на постоянное место жительства в Израиль, то с первого дня стал искать себе единомышленников по нетрадиционной ориентации в сексе. Долго мне искать не пришлось. Здесь в каждом городе имеются группы нетрадиционной ориентации однополого секса. Однако мне не хотелось шляться по ночам где-то в подворотнях и на чужих квартирах. Поэтому предложил своим единомышленникам открыть собственный круглосуточный гей клуб, в котором можно будет свободно заниматься нетрадиционным сексом в любое время дня и ночи. Так как ни у кого из нас не было своих больших денег на открытие гей клуба, а родителям доверять свои тайны никто не хотел, то предложил своим единомышленникам обокрасть нашу квартиру и на вырученные деньги от продажи краденного открыть гей клуб.

Конечно, сильно рисковал, уговаривая своих единомышленников обокрасть самого себя. Меня могли заложить правосудию или отравить газом вместе с матерью и её кабелем. Но расчёт оказался верным. Меня не только не продали правосудию и не отравили, а даже дважды помогли со-вершить хорошее уголовное дело по краже имущества с нашей квартиры. Работа была чистая и сразу принесла большой доход моему бизнесу.


4. Жизнь бомжа.

Пока уголовник хвастался, как он чисто сработал в уголовном деле против себя, внимательно посмотрел на Оксану и сразу понял, что больше ничто, и никто меня не связывает с этой семейкой. В настоящее время Оксане могли помочь лишь психиатры или хорошая верёвка на её шее, в чём категорически не хотел принимать участие. Поэтому встал с дивана и в чём был, ушёл навсегда из семьи и этой квартиры, где меня больше никто не мог удерживать.

Два выходных дня спал на лавках в городских парках и возле морского пляжа. Хорошо, что в Израиле почти круглый год жарко и нет осадков. Можно спать под открытым небом без опасения за своё здоровье. Однако меня такой вариант проживания в Израиле никак не устраивал. Не хотел быть бомжем. Работать и жить на бетонном заводе в южной промышленной зоне Ашдода, было мне неудобно по многим обстоятельствам. Хотя бы из-за удалённости южной промышленной зоны от самой городской черты и потому, что в то время на южной промышленной зоне не было никаких магазинов. Ходить пешком в Ашдод, то же было совсем неудобно.

В первый же рабочий день недели отправился пешком в лёгкую промышленную зону, которая граничит с Ашдодом всего через проезжую часть улицы. Отсюда хотел начать свою новую жизнь. Вдали от женщин, но вблизи от Ашдода, куда мог ходить за продуктами в магазин и за деньгами в банк. Конечно, если в этом банке у меня будут деньги на моем счёте.

Можно работать и жить за наличные деньги, как договорюсь с хозяином какой-то фирмы. Готов был стать затворником собственной жизни, чтобы только не быть в контакте с женщинами, от которых у меня нет никакого прока, одни лишь проблемы. Не хотел обратно создавать с любой женщиной с ноля семью. Тем более с новорождённым ребёнком, мне по возрасту давно было поздно. Так как до полтинника у меня оставалось всего ничего, несколько месяцев. Когда буду воспитывать своего ребёнка? Сто лет все равно никак не проживу.

В этот первый рабочий день своей свободы и независимости буквально процедил всю промышленную зону лёгкой промышленности. Ползал в ногах у каждого хозяина предприятия или какой-то вшивой мастерской с одной просьбой, чтобы меня приняли на работу хотя бы с временным местом проживания на рабочем месте. Пока у меня появится зарплата и какое-то минимальное накопление на счёте в банке, чтобы мог на эти деньги снять квартиру.

Когда уже отчаялся найти какую-нибудь работу с местом проживания, то в самом начале примышлённой зоны лёгкой промышленности, откуда начинал свои поиски, но только на другой улице, зашёл в столярную мастерскую по изготовлению мебели синагогам Израиля. О существовании специальности столяр знал лишь потому, что пользовался мебелью в местах своего проживания или в каких-нибудь других местах, где присутствовала мебель.

О том, что делают мебель в синагоги, узнал впервые, когда набрёл в столярную мастерскую по изготовлению мебели в синагоги Израиля. До этого момента, как христианин даже понятия не имел, что такое еврейская синагога. Хозяин столярной мастерской через переводчиков новых репатриантов из бывшего Советского Союза, внимательно выслушал меня и согласился принять рабочим на шлифовку заготовок к мебели с местом проживания в бомбоубежище в столярной мастерской.

Мишель поставил передо мной такие условия, что на рабочем месте с проживание не буду курить и употреблять спиртные напитки. Зарплату буду получать минимальную по ценам того времени. Конечно, был согласен на любые условия, чтобы только было место проживания и даже самая минимальная зарплата. Так как других вариантов на мою жизнь в Израиле у меня вообще не было. Мне надо было прожить в роле сторожевой собаки хотя бы пару месяцев, чтобы затем поблизости от места работы снять себе какую-нибудь квартиру. Лишь после приспособления к новым обстоятельствам жительства мог планировать свою жизнь.

Так стал работать и жить в столярной мастерской Мишеля, который отнёсся ко мне со вниманием и с пониманием. Конечно, как бизнесмен и как капиталист, Мишель имел какой-то свой интерес в том, что на минимальную зарплату проживал у него в столярной мастерской. По крайней мере, тогда, в отсутствии сигнализации в столярной мастерской, был у него в качестве сторожа без содержания по зарплате сторожа. Особой роли сторожа не выполнял. Но когда кто-нибудь шлялся по ночам вокруг столярной мастерской, то в целях собственной безопасности орал матом. Таким образом, отпугивал от столярной мастерской возможных воров или просто прохожих возле столярки.

Время нашей жизни настолько стремительно, что следом за днями не замечаешь, как проходят недели, месяцы и даже годы жизни. Так хорошо устроился в бомбоубежище столярной мастерской, что даже перестал думать о съёмной квартире. У меня в бомбоубежище были холодильник, электрическая плита, вентилятор, обогревательная печь, кровать, стереосистема, телевизор и многое другое, что в советское время не могла иметь в Советском Союзе даже богатая семья.

Все своё имущество приобрёл постепенно с мусорных свалок во время пасхи и нового израильского года, когда местные горожане, особенно ортодоксальные евреи, выкидывают из дома все, что вздумается. За время проживания в бомбоубежище столярной мастерской, всего лишь однажды сходил в центр города, чтобы перевести свой расчётный счёт из отделения городского банка "Аппоалим" в отделение банка "Аппоалим", которое находится всего в ста метрах от места моей работы с местом моего проживания.

С этого момента у меня вообще отпала какая-то необходимость выбираться с места работы и тем более с места жительства за пределы территории промышленной зоны лёгкой промышленности. Теперь у меня были все условия проживания на территории промышленной зоны лёгкой промышленности, где, совсем рядом расчётный счёт банка и продовольственные магазины. Так проработал и прожил в столярной мастерской два года. Пока через улицу Бней-Брит на другой стороне от промышленной зоны открыли русскоязычный магазин "Мания". Новые репатрианты из бывшего Советского Союза буквально прожужжали мне уши об этом магазине, в котором продаются продукты, по самой низкой цене завезённые из стран бывшего Советского Союза. В том числе из Украины сало, которого ни ел в Израиле много лет. Какой же хохол, если ни ем сало, которое продают буквально через дорогу от места моей работы и моего проживания.

Поэтому, недолго думая, после работы отправился в магазин "Мания" за украинским салом, от мысли о котором у меня текли слюни, а на душе зарождалась ностальгия о прекрасном свином сале, которое запомнилось мне с самого раннего детства. Когда мама выращивала поросёнка на сало специально, чтоб только меня сытно кормить.

Едва вышел на тротуар в сторону улицы Бней-Брит, как увидел ужасную сцену. Какой-то парень славянской внешности ударил сзади по голове каким-то предметом женщину славянской внешности. Выхватил у неё из рук сумочку и побежал перед проходящим транспортом на другую сторону улицы Бней-Брит. Женщина видимо была без чувств и не могла погнаться за вором, похитившим сумочку у женщины. Ближе всех к грабителю был.

Совершенно не задумываясь о последствиях, бросился следом за грабителем, который на ходу потрошил сумочку от денег. Парень был гораздо моложе меня по возрасту и более худощавый в сравнении со мной. По этой причине никак не мог угнаться за парнем. К тому же никак не мог разглядеть его лица, укутанного шарфом темно-синего цвета.

Однако старался, во, чтобы то ни стало догнать грабителя или хотя бы на расстоянии сбить грабителя с ног. Поэтому бросал в грабителя все, что попадалось мне в беге под руки. В том числе и булыжники, как орудие пролетариата. Видимо один из булыжников достал грабителя по голове. Грабитель бросил дамскую сумочку. Закачался схватившись за голову и едва не свалился на тротуар на другой стороне улицы Бней-Брит.

Но едва приблизился к нему, как грабитель пришёл в себя и на втором дыхании оторвался далеко от меня. Так, что больше не мог гнаться за ним. Потому, что у меня по возрасту больше не было сил заниматься спортом с грабителем на дальнее расстояние. Мне оставалось лишь собрать разбросанные грабителем документы женщины из сумочки.

Сложить все в брошенную грабителем женскую сумочку и поспешить к пострадавшей женщины, вокруг которой собрались прохожие люди. Затем к пострадавшей подъехали автомобили полиции и скорой помощи. Санитары принялись оказывать женщине первую медицинскую помощь. Подо-шёл к пострадавшей даме, чтобы вернуть ей украденную сумочку с деньгами.

- Это он напал на меня! - указывая на меня, закричала пришедшая в себя женщина, в которой ни сразу узнал Оксану. - Грабитель мой бывший муж. Он с самой Украины преследует меня. Трижды обкрадывал меня.

Не успел даже рот раскрыть, как на меня тут же полицейские надели наручники. Затем полицейские повели меня в свой автомобиль. Когда садился в автомобиль, то обратил внимание, что к Оксане подошёл тот самый грабитель, за которым гнался всего пару минут назад. Тем грабителем был Лёня, единственный сын Оксаны. Сразу понял, что теперь мне ни за что намотают срок. Так как мать против сына не пойдёт, а против бывшего мужа пойдёт точно. К тому же вовремя моего ареста вокруг пострадавшей было много "свидетелей" происходящего кражи сумочки дамы. Как предполагал, так и случилось на следующий день моего заключения под стражу.

При многочисленных свидетелях меня обвинили в умышленном ограблении бывшей супруги с нанесением телесных повреждений, от которых Оксана получила лёгкое сотрясение мозга и временную нетрудоспособность. За нанесённые телесные травмы, а также за кражу десяти тысяч шекелей из сумочки, на которые она собиралась приобрести мебель в квартиру своего единственного сына, был осуждён сроком на пять лет с последующей выплатой штрафа в пятьдесят тысяч шекелей пострадавшей женщине. Мне предлагали получить свободу под залог в сто тысяч шекелей, но у меня таких денег в Израиле отродясь не было.

К тому же буквально до своего ареста выплачивал частному детективу два процента со своей зарплаты за разоблачение единственного сына Оксаны в ограблении собственной матери. был совсем без денег.

Пытался было подключить к новому делу того самого частного детектива. Но следственные органы и прокуратура ни дали мне, никаких шансов на мою защиту по выдутому делу, у которого не было никаких шансов состоятся, если бы мне дали шанс подключить того самого частного детектива к следствию и к закреплённому за мной адвокату.

Во время следствия и во время судебного разбирательства слушали лишь сторону пострадавшей Оксаны, но не меня. После суда меня отвезли отбывать срок в тюрьму "Шестой келья" в пустыне за Беер-шевой. Там началось моё время отбывания совершенно не заслуженного срока. После объявления срока наказания пытался вскрыть себе вены и повеситься. Мне вовремя оказали медицинскую помощь после вскрытия вен и буквально вытащили из петли, когда дрыгал ногами в последнее мгновение жизни перед смертью. Меня привели в чувства и посадили в смирительной рубашке в специальный изолятор под присмотром санитаров, которые кололи мне лекарство до тех пор, пока окончательно смирился со своей участью.

Больше не размышлял о попытках покончить собой. Затем меня перевели в общий изолятор тюрьмы, где стал размышлять о своей дальнейшей жизни в "Шестой келье". Мне не хочется вспоминать о кошмарной жизни за стенками "Шестой келье", где просидел один год. Ужасная жара и муки безделья могут довести любого человека до сумасшествия. Не знаю не одной тюрьмы в мире, где бы ни мучили заключённых бездельем. Даже подумать невозможно, как можно сидеть без дела, глядя в потолок или на своих соседей по камере, где человек без труда превращается в обезьяну. Происходит регресс современного прогрессивного человека в дикое животное, которое посадили в клетку и убрали от него все орудия труда для человека.

- Бондаренко Николай! На выход. - ровно через год, сказал мне, дежурный по тюрьме, открывая передо мной железные двери изолятора места моего заключения срока отбывания наказания. - Свои вещи забери.

- Наверно тебя переводят на север страны в "Девятую келью". - сказал мне, сокамерник, пока собирал свои вещи. - Там, конечно ни курорт и ни свобода, но зато ни такое пекло, как в "Шестой келье". Счастливо тебе досидеть свой срок и чистым выйти из заключения.

- Тоже мне нашёл счастье сидеть в тюрьмах Израиля! - возмущённо, сказал, прощаясь с бывшим сокамерником. - Лучше бы меня отправили отбывать срок в Россию на лесоповал. По крайней мере, там имеется работа и свежий воздух на природе.

После того, как вышел из камеры. Меня не повели сразу в израильский "воронок", который пере-возит заключённых из одной тюрьмы в другую тюрьму отсиживать срок заключения. Вначале меня привели на вещевой склад, где выдали мне на руки в пакете гражданскую одежду, которую забрали у меня год назад. Затем меня повели в служебную столовую для персонала тюрьмы. Там меня хорошо покормили, чего не встречал тут за год заключения.

Никак не мог понять, почему ко мне такое особое внимание, как к заключённому осуждённому на длительный срок. У меня даже мелькнула такая мысль, что меня хотят сделать подсадкой по какому-нибудь уголовному делу. Поэтому ко мне такое особое внимание, чтобы подсластить перед раскруткой на раскол какого-то особо опасного русскоязычного преступника. Другого варианта у меня не могло быть. Так как до сих пор совсем не знаю иврит.

После столовой меня повели в баню, где без надзора со стороны стражей тюрьмы "Шестой кельи" мне сказали хорошо вымыться. Отчего у меня мелькнула в голове совершенно противоположная мысль. Так кормят и моют лишь перед смертью даже особо опасных преступников. Хотя прекрасно знал, что в Израиле даже высшей мерой наказания является срок, а не смерть. Но если меня могли, ни за что посадить на длительный срок заключения. То почему меня не могут пристрелить просто так? Как бы за побег из тюрьмы, чтобы на меня списать все грехи, накопившиеся здесь по какому-нибудь старому уголовному делу, которое никак не могут раскрыть местные мен-ты. Однако после того как хорошо отмылся в бане за казённый счёт, меня не повели в какой-нибудь потайной коридор к месту моего расстрела.

Вместо тюремной робы мне сказали надеть на себя свою гражданскую одежду, которую только что взял из вещевого склада тюрьмы. Даже после этих церемоний никак не мог понять, почему проводятся такие процедуры в отношении ко мне. После того, как получил срок и отсидел в тюрьме частично срок заключения. После бани в чистой гражданской одежде без наручников и в присутствии невооружённого солдата, меня повели через территорию тюрьмы "Шестой келья" в административное здание. Там вместе с солдатом поднялся на второй этаж. С необъяснимым волнением в душе и с трепетом в сердце прошёл вместе с солдатом до кабинета начальника тюрьмы.


5. Всё имеет свой срок.

Солдат любезно открыл передо мной. Пропустил меня вперёд в кабинет начальника тюрьмы. В кабинете начальника тюрьмы находилось несколько незнакомых мне человек и в том числе начальник тюрьмы. Все присутствующие говорили о чём-то на иврите и на английском языках, которые мне были совершенно неизвестны.

Мог различать оба эти языка лишь по звукам речи. Но значения этих слов мне совершенно не были известны. Поэтому стоял пару минут без внимания со стороны присутствующих, пока на меня наконец-то обратили внимание.

- Господа из Канады хотят прочитать вам предсмертное письмо вашей бывшей жены. - сказал мне, один из присутствующих мужчин с интеллигентным видом. - Господа из Канады со стороны вашей жены хотят извиниться перед вами, за то, что вы безвинно отсидели один год тюремного заключения. Ваша бывшая жена Оксана Вебер в своём предсмертном письме сообщает, что она при полном здравом сознании своего разума сообщает о вашей невиновности во всех приписанных вам грехах с её стороны. Виновником кражи пяти тысяч американских долларов в Донецке. Наёмником убийц в том же вышеуказанном городе. Двумя квартирными кражами в вашей квартире, в разбойном нападении на неё на территории промышленной зоны Ашдода в Израиле, а также во множестве других преступлений совершенных в отношении неё. Оксана Вебер полностью обвиняет своего единственного сына Леонида Вебер во всех вышеперечисленных преступлениях. Все обвинения против вас полностью снимаются.

От такого неожиданного известия, едва не лишился рассудка. У меня перед глазами все поплыло. Кто-то вовремя подхватил меня под руки и посадил на стул возле стола начальника тюрьмы "Шестой келья". Тут же в кабинет начальника тюрьмы прибежали медики. Мне сделали успокаивающий укол. Пару минут ждали, когда наконец-то приду в нормальное положение, чтобы можно было вести со мной обычный диалог о моей дальнейшей судьбе.

- Оксана Вебер скончалась от ножевых ранений, полученных от своего единственного сына Леонида Вебер, 20 августа 2002 года в Торонто в Канаде. - дочитал мне письмо представитель Канады. - С вас полностью сняты уголовные обвинения. По законам Канады и Израиля. В течение одного месяца можете требовать компенсацию о возмещении нанесённого вам материальном и моральном ущербе со стороны правосудия двух государств.

Тут же со стороны представителей двух государств мне на руки выдали все соответствующие оправдательные документы на иврите, на английском и на русском языках. Выдали мне на руки чек на одну тысячу шекелей и банкноты наличными в пятьсот американских долларов. После чего на трёх языках сказали сочувствие по поводу смерти моей бывшей жены Оксаны Вебер. Поздравили меня с досрочным освобождением и предложили подвести до Ашдода, откуда меня забрали год назад в израильскую шестую тюрьму отбывать незаслуженный срок наказания.

Конечно, охотно согласился, чтобы меня подвезли до Ашдода, так как больше не знал никакого другого вида транспорта на выезд из израильской тюрьмы "Шестой кельи". Повезли меня в легковом автомобиле представителей консульства Канады в Израиле. По дороге до Ашдода канадский переводчик подробно рассказал мне, что почти год назад Оксана и Леонид Вебер завербовались на работу в Канаду на строительство жилого комплекса в Торонто. Два месяца назад Леонид Вебер напал на Оксану Вебер с ножом.

С целью посредством убийства своей матери завладеть деньгами, нажитыми в Канаде, а также стать наследником всего имущества матери в Израиле. Просто по чистой случайности ножевое ранение сразу не было смертельным Оксане Вебер. Видимо чувствуя приближающуюся смерть, Оксана Вебер пригласила к себе в больничную палату юристов, как со стороны Канады, так же со стороны Израиля. В присутствии свидетелей она зачитала своё признательное письмо о невиновности Николая Бондоренко в совершении многочисленных преступлений в её адрес. Так как все преступления были совершены её единственным сыном Леонидом Вебер на протяжении последних пяти лет в Украине и в Израиле.

Вебер скончалась спустя неделю после написания оглашённого письма. По завещанию Оксаны Вебер она будет похоронена рядом со своими родителями Шмелько Иваном и Шмелько Ольгой на кладбище в Донецке на территории Украины. Леонид Вебер, будет вначале осуждён в Торонто на месте преступления. После чего, как гражданин Израиля, будет отбывать срок заключения по месту своего гражданства, то есть, на территории Израиля. В настоящее время полиция Канады разыскивает убийцу Оксаны Вебер.

Мне искренне было жалко Оксану, что она из-за слепой любви к своему единственному сыну, пошла против собственной совести, обвиняя меня во всех грехах и преступлениях против неё. Слепая любовь к собственному единственному сыну свела Оксану Вебер в могилу от ножа собственного единственного сына. Хорошо, что она была в сознании перед своей смертью и решилась написать в полное оправдание ко мне своё предсмертное письмо.

По возвращению в Ашдод ни стал обращаться за помощью к местным властям. Просто сразу пошёл в столярную мастерскую со всеми оправдательными документами, которые показал Мишелю. Тут же обратился к нему с целью остаться на прежнем месте жительства в бомбоубежище и на прежнем месте работы. Так как у меня на данный момент не было никакого другого места жительства и места работы. В случае ночёвки в городском парке или на берегу Средиземного моря, мог обратно вляпаться в какую-нибудь неприятную историю, которая могла повлечь за собой новый тюремный срок наказания. готов был пойти на любые условия Мишеля, лишь бы не жить на улице.

После того, как Мишель внимательно прочитал все мои оправдательные документы, то согласился принять меня на работу в столярную мастерскую на прежнее место. Однако с местом жительства у меня было сложнее. Так как в бомбоубежище столярной мастерской проживали китайцы, которых Мишель принял к себе на работу на один сезон. Поэтому Мишель предложил мне пока временно пожить в пустом коттедже в центре Ашдода возле поликлиники "Раска". Пока найдётся что-нибудь, подходящее мне в самом Ашдоде или рядом в промышленной зоне.

Теперь после смерти Оксаны мне было все равно где жить. Так как в Ашдод и в Израиле в целом у меня не было врагов, друзей и родственников. Сам был как вольная птица, выпорхнувшая из мест своего заключения. Поэтому мне было все равно где жить и работать. Лишь бы были средства с местом моей работы и местом моего дальнейшего проживания.

Дальше все могло быть на усмотрение Бога, который спас меня от гибели. Не знаю, как все случилось. От тоски или от горя после моего освобождения и после известия о смерти Оксаны, постепенно вернулся к тому, от чего сбежал в Израиль. Вначале по выходным дням и праздникам. Затем в обычные дни вечером после работы.

Стал потихоньку заливать свою безнадёгу спиртными напитками. Незаметно самому себе сильно увлёкся спиртным зельем и больше никак не мог прожить без выпивки ни одного сводного дня. По оправдательным документам, предоставленным мне во время освобождения из израильской тюрьмы "Шестой келья", а также по документам, предоставленным от Оксаны представителями консульства из Канады. Мог претендовать на наследство, доставшееся мне от Оксаны, как её бывший муж. Но на эти дела мне нужно было много времени, а также много денег, которые быстро улетучились вместе с моими документами. Не знаю, куда делись мои наследственные и оправдательные документы вместе с моим удостоверением личности (Теудат зеут)?

Однако однажды стал в одно мгновение полностью бесправный без вести пропавший человек, как тот парень с майдана, который когда-то сквозь годы своей жизни пришёл в Донецке без своих документов и без права на гражданство. Может быть, это дела рук Мишеля? Затрудняюсь это утверждать. Но именно после пропажи всех моих документов у одного из сыновей Мишеля, вдруг, появилась собственная квартира, о которой семья Мишеля не могла даже мечтать.

Так как китайцы, работающие у Мишеля, фактически привели столярку к банкротству, как своей плохой работой с браком, так и обязательствами Мишеля по контракту перед китайцами. Счёт в банке у Мишеля резко похудел. Поэтому случаю возникал огромный вопрос о деньгах, на которые приобрёл Мишель квартиру своему сыну. Между тем, после пропажи всех моих документов, Мишель резко изменил своё отношение ко мне.

Перестал получать сведения по своей зарплате (тлуш маскорет), также без чека по полной зарплате за месяц. Мишель стал выдавать мне наличными по пятьдесят шекелей в день на питание. В пересчёте на месячную зарплату имел наличных денег от Мишеля всего половину своего заработка. Не скрытая кража моих денег была на лицо перед столяркой. Однажды по пьянки задал вопрос Мишелю о своей полной зарплате у него в столярной мастерской. Мишель в открытую при всех заявил, что мне нельзя давать на руки всю зарплату по двум причинам. Первая причина в том, что у меня нет банковского счета, а значит, нет и места хранения наличных денег в большой сумме. Вторая причина, по которой не могу иметь при себе огромную сумму денег, это моя пьянка, в которой пропью сразу все свои деньги.

Аргументы, высказанные Мишелям в адрес меня и моих денег, выглядели вполне логично. В то время как Мишель выглядел перед глазами людей вполне благородным человеком, поддерживающим на плаву обездоленного и опустившегося человека. Выглядел перед всеми, как бомж, пропойца и ничтожный человек, которому даже кусок хлеба подать невозможно, так как такой человек опозорит достоинство обычного хлеба заработанного трудом человека.

Однако этим мои проблемы с Мишелем не закончились. Перед тем как ты пришёл работать в столярную мастерскую Мишеля, у него появились новые проблемы в бизнесе. Из-за того, что китайцы подложили ему хорошую "свинью" в бизнесе Мишель, решил взять большой кредит в банке, чтобы погасить долг перед заказчиками и рассчитаться по зарплате со своими рабочими. Но как раз в это время от него ушли несколько столяров и его младший сын, который занимался исключительно сборкой мебели в синагоги (бейт кнессет) Израиля. Младший сын решил учиться по какой-то специальности? Перестал работать в столярке.

Как тебе сейчас известно, то в банке на расчётном счёте у Мишеля постоянно минус перед банковским кредитом. Все заработанные суммы за мебель для синагоги тут же погашаются процентами банка по кредитам. Мишель не может заплатить зарплату своим столярам и приобрести необходимые материалы на выполнение новых заказов по изготовлению мебели в синагоги. Мишель находится в полном дерьме. Столярный бизнес у него на гране банкротства.

- Спасибо тебе за полную информацию о твоей жизни и о нашей совместной работе. - прервал затянувшийся рассказ Николая о его жизни и о нашей совместной работе. - Сейчас поздний час. Мне надо домой. - Тебе тоже спасибо за выпивку и за внимание. - пожимая мне руку на прощанье взаимно сказал Николай. - Всего тебе самого наилучшего в работе и в дальнейшей жизни. Думаю, что ты выкарабкаешься из проблем по работе в нашей столярке. Вот только мне едва ли выкарабкаться из всех проблем. Если меня выгонит Мишель со столярной мастерской, то в лучшем случае сожгу столярную мастерскую. В худшем случае повешусь на воротах столярной мастерской. Мне, конечно, не хочется ничего подобного делать, но моя жизнь зависит лишь от самого Мишеля... Больше ничего ни стал говорить Николаю, так как не мог ему ни в чём помочь. Дальнейшая жизнь Николая действительно полностью зависела от Мишеля. Во всем остальном Николай был полностью без вести пропавшим или человеком с майдана (с площади), в отходах которой зависела оставшаяся жизнь Николая. В случае ухода Николая из столярной мастерской Мишеля, прямо в этот же день Николай становился бомжем или самоубийцей.