# Игра в карты.

Александр Сергеевич Черевков

Игрок ни тот, кто играет, а тот, кто выигрывает.

Игра в карты.

Я пересмотрел все имеющиеся у меня визитные карточки по бизнесменам города Москва. Но ни одно подходящей кандидатуры среди бизнесменов Москвы для моей поездки в командировку в Италию, на остров Сицилия, я не нашел. Осталась только одна кандидатура, это Игорь Чугунов, генеральный директор с/п "Москва-Милан Систем". Когда-то я от ВДНХ ездил к нему. Дай Бог памяти. Надо от станции метро "ВДНХ" ехать на метро по Колужско-Рижской линии метро до станции "Октябрьская" или до станции "Шаболовская". Там перейти на Ленинский проспект с левой стороны. С начала Ленинского проспекта по счету третий дом с цифрой шесть на втором этаже по коридору с правой стороны вторая дверь с табличкой офиса "с/п Москва-Милан Систем". Если не будет проблем, то, примерно, за пятьдесят минут я буду на месте.

Во время поездки в поезде метро, я все думал, что надо было поговорить с Игорем Грановым не о практикантах на шпальном заводе в городе Беслан, а возможности поездки на остров Сицилия. Все-таки слово Игоря Гранова имеет большой вес среди бизнесменов города Москва, чем мое слово. Ведь бизнесмены Москвы постоянно как-то контактирую между собой по вопросам бизнеса. Я реже бываю здесь и всегда общаюсь в узком кругу бизнесменов. В этой командировке встречался всего с пятью бизнесменами очной встречей и с тремя бизнесменами перезванивался по телефону. Я конечно не считаю телефонных звонков в поисках Валентина Склярук. Когда я говорил не по бизнесу, а только интересовался телефоном Валентина Склярук. Надо встретиться с Шевцовым Сашкой, бывшим мужем Шевцовой Светланы, старшей сестры моей жены Людмилы. Мы все-таки с ним в двойне родственники. По линии моей жены и по линии средней сестры моей мамы, тети Нади Шепихиной. Шевцов Сашка племянник дяди Миши Шепихина. Света и Сашка встретили на нашей свадьбе и вскоре сами поженились. Получается, что Шевцов Сашка мне доводится свояком по линии жены и дальним родственником по линии моей мамы. Мы с ним давно знакомы. Можно сказать, что со школьной скамьи. Шевцов Сашка всего на два года старше меня, но мы с ним дружили. Правда Шевцов Сашка какой-то замкнутый и мало общительный, но зато грамотный. Это при его участи строились олимпийские деревни в городе Москва к олимпиаде восьмидесятого года. Поэтому Шевцов Сашка получил московскую прописку, куда перетащил всю свою семью на постоянное место жительства. Но что-то произошло неладное у него с женой. Прожив совместно несколько лет в Москве, они разошлись. Двое детей, мальчик Дима и дочь Виктория, остались с женой Светланой. Шевцов Сашка некоторое время жил с женщиной старше себя, но вскоре остался один. Замкнулся в себя, ни с кем не разговаривает. Даже на мой телефонный звонок к нему ничего вразумительного не сказал. Пробурчал что-то непонятное и положил телефонную трубку. Недавно умерла его мама, тетя Женя Мисикова, которая от второго брака за осетином имеет еще взрослых двоих сыновей. Чуть раньше у Сашки Шевцова умер отчим, который для Сашки Шевцова был, как родной отец. От этого Сашка Шевцов замкнулся в себе еще больше. Как бы у него "крыша" не поехала. От стольких трагических перемен за короткий срок можно запросто сойти с ума в одиночестве.

Когда в поезде метро объявили, что следующая станция метро "Октябрьская", то я больше ни стал гадать, где мне выходить. Поспешил выйти на станции метро "Октябрьская". Поднялся наверх и сразу перешел на левую сторону Ленинского проспекта. Отсюда пройти метров пятьсот и со двора подняться пешком или на старом лифте на второй этаж. Конечно лучше пешком. Самый надежный транспорт передвижения.

- Александр! Сколько лет и сколько зим мы с тобой не виделись? - сразу узнал меня Игорь Чугунов, протягивая мне свою руку. - Я думал, что ты бросил свой бизнес или погиб в гражданской войне в Таджикистане.

- Как видишь! Я жив и здоров, чего и другим желаю. - пожимая руку Игорю Чугунову, сказал я. - У меня к тебе есть неотложное дело. Мне надо по личным делам слетать на остров Сицилия. Хотя бы на пару дней. Через туристическое агентство мне никак не хочется. Привяжут к группе туристов и повезут в другую сторону. Ни туда, куда мне надо. У меня на острове Сицилия родственники живут, с которыми я потерял связь.

- К глубокому сожалению я тебе ничем не смогу помочь. - угрюмо, отказал Игорь Чугунов. - Мое направление в Италии, это город Милан. Дальше города Милан я в Италии еще ни где не был. Даже в Рим не летал.

- Может быть, ты знаешь кого-нибудь, кто занимается бизнесом с островом Сицилия? - жалобно, спросил я.

- У меня таких, на примете нет. - с сожалением, ответил Игорь Чугунов. - Хотя, как сказать? Скоро до меня придет гражданка Италии, из города Милан, Юдит Феррада. Такая пройдоха, которая все в Италии знает. Вот с ней мы попробуем поговорить. У тебя есть один шанс из тысячи. Другого варианта я не могу найти.

- Какое-то странное имя Юдит. - в слух, подумал я. - Вроде, по истории среди славян я встречал такое имя.

- Ты не ошибся. - подтвердил мои размышления вслух, Игорь Чугунов. - У нее мама черногорка из Словении. Папа француз из Бельгии. Замужем Юдит за испанцем из Италии. Вот такая у нее взрывчатая смесь. Ты сам в этом убедишься, когда она сюда придет. Между прочим, Юдит свободно говорит сразу на семи языках. Русский язык тоже прекрасно знает. У нее бабушка по отцовой линии русская из дворянской семьи.

Кроме нас двоих в кабинете Игоря Чугунова больше никого не было. Несколько раз в кабинете звонил телефон. Игорь Чугунов разговаривал по телефону на двух языках, на итальянском и на русском языке. Видимо, он кому-то давал указания. Так как разговаривал, азартно размахивая руками. Возможно, что он перехватил манеру разговаривать по-итальянски, жестикулируя руками, или мне устраивал спектакль, чтобы показать, что он в совершенстве знает итальянский язык и часто забывает о своем русском происхождении.

- Слушай, Александр! Давай с тобой в картишки сыграем. - вдруг, предложил мне, Игорь Чугунов, когда нам уже надоело ждать приезда Юдит Феррада и пить черный кофе. - Покер, простого дурака, что пожелаешь?

- У меня с картами всегда одни неприятности. - сразу, отказался я, играть в карты. - Все игры в карты оканчивались для меня или для кого-то из картежников при моем участии довольно печально. Поэтому в карты я не играю. Мне не хочется, чтобы тут моя игра в карты с тобой обратно закончилась печально для нас обоих.

- Ты так говоришь, что можно подумать у тебя всегда в игру с картами происходили какие-то мистические события. - вопросительно, сказал Игорь Чугунов. - Расскажи мне хотя один такой случай в игру с картами.

- Хорошо! Расскажу! - согласился я. - Иначе, я отупею от твоего черного кофе и от безделья в ожидании Юдит Феррада. Может быть, что я даже бес толку, сижу с тобой уже который час? Ладно, уже день потерян.

Так вот, было это в конце семидесятых годов. Жил я тогда со своей семьей в городе Пермь и работал на военном заводе ПЗХО. Иногда, меня направляли в различные командировки. Чаще всего я бывал в командировке здесь в городе Москва. Я не буду тебе рассказывать об московских командировках. Это совсем другие истории и тебе будут не интересны. Могу сказать, что мои командировки в Москву были оборонные.

Однажды, возвращаясь из очередной московской командировки, я купил билет в скорый поезд Москва-Владивосток. Конечно, мог спокойно доехать фирменным скорым поездом "Кама" прямо до города Пермь. Но этот поезд формировался, аж на следующие сутки. Из гостиницы я уже выписался. Ночевать в зале ожидания "Ярославского вокзала" мне совсем не хотелось. Поэтому взял билет в купейный вагон этого поезда.

Вместе со мной в купейном вагоне были трое мужчин, которые ехали из Москвы в командировку в разные города Дальнего Востока. Они были полны энергии в предстоящей командировке и с полными карманами денег. У меня в кармане было всего три рубля мелочью. Так что я никак не вписывался в их коллектив. Халявой пользоваться тоже никак не хотелось. Поэтому забрался на вторую полку и сразу крепко заснул.

Проснулся я на утро следующего дня. Мои попутчики опохмелялись после вчерашнего праздника по случаю командировки. Я спустился вниз, чтобы сходить умыться после сна. В это время к нам в купе заглянули два парня. Предложили моим попутчикам сыграть в карты. В очко по мелочи, чтобы не скучать в дороге. Я сразу отказался играть. Тогда наши гости позвали играть в карты еще одного мужика из соседнего купе.

Когда я вернулся из умывальной кабины, то игра уже была в самом разгаре. Банк на середине стола рос с каждой минутой. Азарт моих подвыпивших попутчиков с игрой в карты рос пропорционально величине банка на столе и преждевременного усыхания их кошельков. Пока мои попутчики наконец-то отрезвели, то уже у них были почти пустые карманы после игры в карты. Теперь каждый из них думал не о командировке, а о том, чтобы быстрее обратно вернуться домой. Так как длительная командировка могла быть губитель-ной без денег. Поэтому они с глубоко надеждой поглядывали на последний банк, который вскоре был проигран.

- Сосед! Сыграешь с нами на копейки в карты? - предложили мне, шулеры, которые обыграли попутчиков.

- Если только на копейки, то можно. - согласился я. - Все равно делать нечего и ехать мне еще много часов.

Я спустился вниз. По-деловому засучил рукава. Сел за столик напротив троих игроков. Когда они играли против моих попутчиков, то я еще тогда понял, что они подыгрывают друг другу. Поэтому постоянно раскручивали моих попутчиков на рост банка со своей стороны. Во время игра моих попутчиков казалось, что они играют на равных. Но на деле все было по-другому. Каждый из моих попутчиков ставил на банк свою сумму денег, в то время как наши гости выставляли одну сумму за троих. Поэтому банк рос за счет моих попутчиков. С пьяной головы они никак не могли сообразить, что сами подыгрывают этим шулерам игры в карты.

- Давайте мы будем играть так, как я вам скажу. - по деловому, предложил я. - Банк у нас не будет постоянный. Выигрыш идет в карман тому, кто снимет банк. Но ставки каждый раз удваиваются. Так будет до тех пор, пока ставка вырастет до ста рублей. После ста рублей при каждой ставке будем открывать новую колоду карт, за счет проигравшего игрока. Деньги за колоду карт тоже будем ставить на кон. Когда ставка вырастет до тысячи рублей. То на игру ставим десять колод карт с увеличением ставки в два раза. Последние десять ставок с банка ни снимаются и только идут на рост. Кто выиграет последнюю ставку из десяти, тот забирает всю сумму банка. На этом игра заканчивается без претензий и все расходятся с миром. Чтобы ни-кто из нас не подозревал других в жульничестве. Мы все четверо засучиваем рукава. Как сейчас засучил я. Нашими арбитрами будут мои попутчики. Если кто-то из них заметит, мухлевщика, то мухлевщик дает арбитру сто рублей и такую же сумму ставит на очередной кон. Если вы согласны, то мы начинаем игру.

Мои соперники, привыкшие постоянно мухлевать в игру, так были заморочены моим предложением, что совершенно ничего толком не моги понять. Но страсть к игре в карте была выше их разума, чем я и предполагал воспользоваться. Все, что я им высказал в правилах предстоящей игры, я только что выдумал. Но соперники приняли меня за настоящего делового игрока и отнеслись к мои предложения весьма настороженно. Ведь они рассчитывали, что у меня как минимум несколько тысяч в кожаном чешском кожаном портфеле, который рисовался на моей полке. Тогда кожаные портфели носили только богатые и дело²вые люди. Как сейчас самые лучшие кейсы носят "новые русские". Шулерам даже в голову не могло прийти, что у меня в карманах мелочи не больше трех рублей. В кармашке плавок пятьдесят копеек в заначке, чтобы в случае кражи из моих карманов оставшихся денег, я мог спокойно доехать на городском автобусе домой.

Первую ставку мы сделали по пять копеек. На кону было двадцать копеек. По игре было видно, что шулеры хотят раскрутиться как минимум до ста рублей. Когда ставки будут расти больше ста рублей, то они постепенно начнут снимать банк, но увеличивать ставки, чтобы таким образом опустошить мой карман. Но они сразу допустили оплошности в игре со мной. Если шулеры, раньше играя с моими попутчиками, лишь изредка ставили свои деньги на банк. По-очереди обыгрывая моих попутчиков, то сейчас шулеры поставили свои пятнадцать копеек против моего пятака. С первой же игры я положил в свой карман десять копеек чистого выигрыша. Так мой выигрыш шел постоянно с плюсом в мою сторону. Шулеры даже не обратили на это никакого внимания. Когда ставка пошла на сотню, то я положил на банк всего двадцать пять рублей. В то время, как мои соперники положили на банк семьдесят пять рублей, которые могли пойти в мой карман.

- Как мы договаривались с вами заранее. - напомнил я, соперникам. - После ставки сто рублей и выше, проигравшая сторона открывает новую колоду карт. Стоимость колоды карт ставит на этот банк игры.

Шулеры тут же достали новую колоду и на банк положили пять рублей. Я стал раздавать карты и сразу получил два туза. Это была чистая игра и мне шулеры никак не подыгрывали. Так как я не азартный человек и тем более не игрок в карты. Я как-то равнодушно относился к игре и к своим выигрышам. В то время, как шулеры начинали паниковать после каждого своего проигрыша, когда ставки стали расти в сотни рублей. Увлеченные своим азартом шулеры несколько раз пытались смухлевать, но зоркие арбитры, жаждущие вернуть хоть крохи проигранного, тут же объявляли о мухлевке. Сто рублей шли арбитру и сто рублей клали на банк. Игра переходила ко мне. Я раздавал карты на вытянутых руках и низко над столиком. Никто из присутствующих не мог уличить меня в жульничестве. С моей стороны игра была вполне честная.

Когда игра подошла на ставку в тысячу рублей, то мои карманы были набиты деньгами. Теперь при любом исходи игры, я выходил из вагона с большим выигрышем. Поэтому я по-прежнему играл хладнокровно. В то время, как мои соперники окончательно потеряли голову и часто брали перебор в картах. Как только ставка стала в тысячу рублей, то я напомнил соперникам, что осталась десять постоянных ставок с увеличением суммы. На эти ставки надо десять колод, которые завершат нашу финишную игру в карты.

Наверно у шулеров в соседнем купе был целый ящик колод карт или они карты покупали у проводника. Один шулер, который был шестеркой в этой тройке, сбегал обратно куда-то и принес десять колод новых карт. Мы начали медленно играть. Раздавая карты, как в замедленном кино, чтобы каждый игрок и арбитр видели чистую игру. Риск был в игре огромный. Особенно для шулеров. Банк рос до десяти тысяч рублей.

Только когда из десяти возможных игр было сыграно восемь, из которых пять выиграл я, а шулеры только три, то до них наконец-то дошло, что я играю с ними в тройном преимуществе. Два игрока объявили пас и перестали играть. Напротив меня остался самый "умный" соперник, как, очевидно, считал он сам и его напарники. Но карты раздавал я. Так что у меня был шанс на выигрыш. Хотя две игры были у нас на равных.

Я раздал карты и моему сопернику выпали сразу два туза. Не дожидаясь моих карт, соперник уже праздновал победу и ликовал во всю глотку. Но когда я стал брать себе, то мне тоже выпали два туза. Этому никто не поверил. Все решили, что в колоду вовремя упаковки карт положили лишние тузы. Проверили все карты. Колода была нормальной. Никто ни жульничал. Мы сразу договорились, что кладем по тысячи рублей на кон и тянем карту. Кто вытянет больше, тот раздает карты. В этот раз повезло моему сопернику. Он опять ликовал. Последняя игра была за ним. Поэтому он долго и часто тасовал карты, прежде чем раздать.

Наконец-то он созрел. Положил мне две карты. Я сказал ему, что мне хватит, не глядя на свои карты, сказал сопернику, чтобы он брал себе. Сопернику выпали десятка и девятка. Он почти ликовал. Попросил меня, перевернут мои карты. Я медленно открыл обе карты. Там были два туза. На кону лежали двенадцать тысяч. Все присутствующие были в шоке. За окнами вагона была Пермская область. Я стал собираться на выход. Надел на себя теплую куртку, было зимнее время года. Снял с полки чешскую кожаную сумку, из которой достал свободный пакет и туда сгреб все двенадцать тысяч выигранного банка. В это время мои по-путчики мирным путем делили между собой колоды сыгранных карт, которые были в корзинке под столиком.

- Ты не выйдешь на этой станции. - сказали мне, шулеры, наставляя на меня ножи. - Мы будем играть до последней копейки. Кто выиграет последний, тот уйдет с деньгами без балагана. Иначе, тебе будет конец.

- Я никогда не боялся ножей. - спокойно, сказал я, шулерам. - Если хотите получить от меня, то давайте выйдем. Вы от меня получите. Никто из вас против меня не может ничего сделать. Вы трусы и дохляки. Я все равно отсюда выйду. Даже если вы меня порежете. Но тогда вам век свободы не видать. Я вас сам надолго упрячу в этом городе. Мало того, мои пацаны на зоне вас сделают петухами. Но я никак не хочу мараться с ментами. Поэтому я вам предлагаю сделку. Половину суммы в пакете я забираю себе, это чисто мои деньги и никто на них не может претендовать. Я любому за эти деньги пасть порву до самого очка. Другую половину денег из пакета вы разделите на шестерых человек. Вы ни честно выиграли деньги у моих попутчиков, которые во время игры были пьяны. Вы притом жульничали. Так что соглашайтесь без базара.

- Мы согласны! - взял на себя право слова шулер, который заканчивал игру со мной до последней колоды.

Я тут же высыпал все деньги обратно на столик. Не считая, разделил кучу денег на две половинке. Шулерам дал право выбора. Когда шулеры показали на свой выбор кучи денег, то я другую половину денег сгреб обратно в свой пакет и тут же пошел в тамбур на выход. Так как скорый поезд "Москва-Владивосток" прибы²вал на первый путь станции "Пермь-2". В это время уже вечерело. В городе Пермь шел сильный снег.

Когда я по перрону проходил мимо окна купе, в котором я только что ехал, то увидел, что в купе завязалась драка. Видимо мои попутчики и шулеры не поделили деньги оставленные мной на столике купе. Если там резня, то поезд могли задержать и заняться моим поиском. Мне нужно было побыстрее смываться с этого места. Поэтому я перешел через зал ожидания вокзала станции "Пермь-2". На другой стороне станции спустился к привокзальной площади. Там сел в первый же городской транспорт и замешался в городе.

Прежде чем приехать к себе домой, я уехал в самое отдаленное место города Пермь, где меня никто не мог увидеть. Там я посчитал свой выигрыш, который был равен восьми тысячам рублей с копейками. В то время я на военном заводе имел зарплату чуть больше ста рублей, без командировочных. За те деньги, которые я выиграл у шулеров. Можно было купить машину или кооперативную квартиру. Но я не мог этого сделать, хотя наша семья была без квартиры, меня могли сразу посадить за такую сумму денег. Так как меня могли обвинить в краже, в мошенничестве или в шпионаже против Советского Союза. Ведь я работал на военном заводе. Мне приходилось часто ездить в секретные командировки. Быть на заводах группы "А".

Несколько лет я хранил эти деньги в тайне от всех, как бухгалтер Корейка ворованные деньги в чемодане, в романе Ильфа и Петрова "Золотой теленок". Один раз в месяц из этой суммы, я сто рублей приносил домой в виде очередной премии или денег заработанных в командировке. Когда мы семьей переехали на постоянное место жительства в Республику Таджикистан, то я там остаток из восьми тысяч потратил на семью в открытую. Купил в квартиру новую мебель и своим детям одежду. Причем жене сказал, что заработал эти деньги на шабашке, которых у меня было тогда достаточно много. Так как я был один единственный художник-дизайнер на целый район и на весь город Орджоникидзеабад, в котором мы проживали семьей. Но после этого случая игры в карты, в купейном вагоне скорого поезда "Москва-Владивосток", я ни разу ни сел играть в карты. Если быть откровенным, то я тогда натерпелся страху. Только с виду я был смелым. В действительности, я боялся, что меня зарежут или посадят в тюрьму. Я готов был отдать эти деньги шулерам. Так бы и случилось. Если бы шулеры, в купе вагона, оказались бы смелыми и здоровыми. Но те шулеры были способны только жульничать во время игры с пьяными пассажирами. В остальном они ничего не стоили. Поэтому я так легко у них выиграл такую огромную сумму денег, по тем временам и остался жив. - Спасибо тебе за рассказ о картежниках. - сказал мне, Игорь Чугунов. - Ты извини, но мне нужно выйти по своим делам. Можешь поиграть в компьютер или посмотреть телевизор. Кто придет. Скажи, пусть подождут.