# Из жизни животных.

Александр Сергеевич Черевков

Домашнии животные на нас собой похожи. Морды у кошек и собак, как у хозяев рожи.

Из жизни животных.

Прошло несколько дней после происшествий с Артуром в подвальных помещениях архива министерства строительства. Я не знаю, был мой старший сын со своими извинениями у Юрий Филимоновича и в бригаде Черкасова Саши. У меня не было ни времени ни сил узнать об извинениях сына. Я так сильно загружен своей производственной работой и подготовкой дипломной работы, что мне даже на обед в столовую министерства строительства сходить некогда. С раннего утра и до поздней ночи сижу в своем кабинете в здании министерства строительства и постоянно что-то пишу или печатаю на пишущей машинке. Никак не могу найти себе свободного времени. Хорошо, что Людмила с пониманием относится к моей занятости и не беспокоит меня. Таким образом, мог немного сосредоточится и вплотную заняться вопросами бизнеса у себя в офисе.

- К тебе можно зайти? - слышу я, из-за двери голос заместителя министра строительства, Упорова Рудольфа Григорьевича. - Сидишь ты здесь, как конторская крыса. Хотя бы живность себе завел какую-нибудь. Молоденькую секретаршу. Пушистую кошечку или комнатную собачку. От такой монотонной работы отупеешь.

- Заходите, Рудольф Григорьевич. - приглашаю я, заместителя министра. - Молоденькую секретаршу я себе обязательно заведу. После того, как закончу писать дипломную работу. Пушистых кошечек и комнатных собачек ни в коем случае. У меня с животными всегда, лишь одни неприятности. Постоянно что-то происходит.

- Чего так? - удивленно, спрашивает Рудольф Григорьевич. - У меня с животными нормально, как с людьми.

- Ну, ладно! - решил ответить я. - Все равно давно конец работы. Если вы хотите, то я расскажу вам про это.

- Конечно! - согласился Рудольф Григорьевич. - Не забивать же себе мозги только одной работой. Да и тебе надо немного рассеяться. У тебя, наверно, мозги опухли от своей занятости. Каждый день у тебя тут бизнес.

- Вы правы, Рудольф Григорьевич! - ответил я. - Мне уже кажется, что мое сознание скоро будет существовать независимо от меня самого. Такое состояние, что тело вообще у меня отсутствует от моего разума. Хорошо! Расскажу я вам только один случай. Это было в городе Пермь, когда я жил у тещи. Моя теща имеет именно тот классический образ тещи, который на устах и в сознании каждого зятя. Ни мне перечислять классический образ тещи. Вы сами зять и знаете, что это такое теща. Мало того, что свирепые хищники зоопарка выглядят просто котятами по сравнению с моей тещей, она, моя теща, еще в своем доме имела животных, которые имели характер моей тещи. Зоопарк ничто перед квартирой моей тещи во всех делах.

В первый же день, когда я имел глупость на время поселиться жить в квартиру тещи, меня тут же встретил истерический вопль собаки болонки, которая своей глоткой не отличалась от моей тещи. Собака так стала гавкать и лаять на меня, что многочисленная семья тещи в панике заметалась по дому. Думали, что к ним пожаловал вор в лице их зятя. Неопытная молодежь семьи, вся женского пола, семь сестер и одна теща, пытаясь прикрыть и спасти то, в чем их мать родила, разбежались по всем углам малогабаритной квартиры. Оттуда стали определять положение, в котором находилась квартира. В стиснутое пространство квартиры вошел человек мужского пола. В это же время, до смерти перепуганная кошка, тоже женского пола, метнулась по крышке пианино, служившего перегородкой в квартире, затем вскочила на сервант к слоникам, которых теща хранила в память о своем девичестве. Двенадцать слоников, переживших немецкую оккупацию и сталинские репрессии, не выдержали истерических воплей семейства, стали один за другим падать с серванта. Моя теща, которой мог позавидовать сам Лев Яшин, подобно знаменитому вратарю бросилась спасать своих слоников, как честь и совесть своей непорочной молодости. Несмотря на свой внушительный вес, который едва протискивался в обычную дверь, тещи все же удалось спасти память своей далекой молодости и слоники вскоре вновь заняли свое почетное место, где они простояли послед-ние двадцать лет, обильно покрывая себя слоем пыли. Мне оставалось лишь осторожно проникнуть в странную обитель моей тещи.

Тем временем, собака, беспородная болонка по кличке Чапи, от истерических воплей потеряла сознание. Усилия моей тещи и всего семейства привести в чувства собаку ни дали никаких результатов. Чапи была без сознания. С проклятиями в адрес своего зятя, моя теща покинула свою квартиру, откуда не выходила последние пару лет. Теща направилась к ветеринару с своей собакой Чапи, не забывая захватить с собой и кошку Муську, которая к этому времени от страха обильно нагадила по всему дому и находилась почти в таком состоянии, как ее подружка Чапи. Вытирая шубками, Чапи и Муськи, набежавшие на глаза слезы жалости за животных, теща хлопнула дверью своей квартиры так, что у соседей по площадке в зале оборвалась люстра. В это время в квартире моей тещи вылетали из окон стекла, которые были застеклены при строите-льстве этого дома, когда миллионный город Пермь не имел и половины численности своего населения. Соседи подумали, что наконец-то и на Урале произошло землетрясения. Все жильцы подъезда с радостью повыскакивали из своих квартир, с надеждой на то, что наконец-то хотя бы после землетрясения обратят внимание на ремонт жилого дома, который давно уже занесен в городской список под слом обветшавших зданий. Но полусгнивший дом до сих пор не ремонтировали. Все ждали, когда город Пермь станет миллионным городом и в нем построят метро, которое своим подземным треском и толчками окончательно разрушит этот обветшавший дом. Но метро в городе Пермь не строили. Жильцам подобных домов пришлось ждать чуда.

Когда уже почтит весь поселок "Железнодорожный" высыпал во двор. Никто толком не мог понять причину радостной паники. Моя теща к этому времени привела в чувства своих животных и вернулась обратно в обитель своего семейства, которые постепенно приходили в нормальное сознание. Старшие сестры моей жены, решили что-нибудь приготовить покушать для зятя, пошли на кухню разгонять тараканов, которые толстым слоем надолго заселили все продукты в этом доме. Средние сестры принялись убирать женские доспехи, которые были развешаны по всей квартире, включаю люстру по середине зала, которая чудом держалась на давно проржавевшем крючке и в любой момент была готовая рухнуть прямо на пол, давно прогнивший не дожидаясь затянувшегося падения люстры, совершенно неизвестного места своего происхождения. Что же касается младших сестер моей жены, так они жадно смотрели на меня, с мыслями о том, что наконец-то у них в доме появился мужчина, который, возможно, поможет им решить проблему девственности. Они станут полноправными женщинами в своем коллективе сплошь слабого пола. Мне этого не надо было.

С возвращение тещи в квартиру сразу было решено, что моя семья с грудным ребенком поселится в единственной комнатке, в которую доступ животным будет всегда запрещен. Мне лично было отведена полоска замкнутого пространства между кроватями сестер моей жены до входной двери. Это пространство тут я мог преодолеть только тогда, когда все спят и животный мир квартиры находится под одеялом моей тещи в дальнем углу зала со стороны стенки. Где ни кошка Муська, ни болонка Чапи не могли меня учуять. Все остальное время суток, я должен был находиться под замком в отведенной моей семье комнатке или вообще отсутствовать за пределами этой квартиры. Таким образом, я был ограничен во всем в квартире своей тещи.

Чтобы не нарушать порядок заведенный моей тещей в этой квартире, я ранним утром в полной темноте пробирался по полосе между кроватей сестер моей жены. Сестры с детства привыкли спать в своих кроватях совершенно голыми. Не желали нарушать семейную традицию. Поэтому, осторожно балансируя между обнаженными телами спящих сестер жены, опасаясь в ночи попасть своим мужским достоинством в промежность непорочных девиц, я пробирался к выходу. Первой электричкой я уезжал на работу. Весь световой день я проводил на работе. Когда моя дневная смена заканчивалась, то я самым тихим ходом начинал возвращаться в обитель моей тещи. Лишь к ночи, когда все семейство у моей тещи погружалась в сон, я мог вернуться к своей семье в обратном направлении. Рискуя, однако, совершить там какой-то случайный грех.

Вновь осторожно пробирался в темноте между обнаженных бюстов сестер своей жены и беспокойно засыпал с дурными мыслями о том, чтобы в следующий раз случайно не застрять в промежности девиц, когда был полностью одурманен ослепительной белизной этих прелестных обнаженных попок. Ночью мне снились кошмарные и сладостные сны, в который я видел зоркий глаз тещи и прелестные обнаженный фигурки юных сестер своей жены. Даже во время любовной ласки с женой постоянно боялся, что не дай бог я начну называть свою жену именами ее сестер, которые были также прекрасны, как моя любимая спутница жизни.

Мои опасения не были напрасны. Многие события все-таки непредсказуемы. Особенно в жизни животных. Так случилось и с животными моей тещи, которая с первого признака возникновения проблемы заподозрила причастным этом меня, к этому вон выходящему за рамки обычной морали повседневной жизни домашних животных, которые никогда не покидали дом. Мало кто подозревал, что это произойдет в тот момент, когда моя теща уже почти смирилась с тем, как я осторожно пробираюсь между обнаженных попок ее девственных младших дочерей. Да и я уже смотрел, на эти белые попки и розовые соки торчащих грудей, со спартанскими нервами и холодным умом мужчины гинеколога, которому уже все равно было на что смотреть постоянно. Будь то промежность девственницы и ли матери героини, после двух десятков родов и абортов. Так что и я вел хладнокровную жизнь среди обнаженного пространства слабых полов. Моей любимой жене нечего было опасаться в моей измене к ее родным сестрам, так как после постоянного созерцания обнаженных фигур юных девиц, я уже был равнодушен к посторонним женщинам. Во мне чуть-чуть погасла страсть.

Именно в такой момент самой лучшей нашей без облачной семейной жизни, грянул гром, как гроза с чистого неба. В дни спокойной и будничной жизни моя теща заметила, что у Чапи нет ожидаемой течки. Как мать и как женщина, теща вела постоянный дневник месячных своих дочерей и животных женского пола. В тот же миг теща забила тревогу. Теща тут же помчалась к врачам, ветеринару и гинекологу, которые подтвердили опасения моей тещи. Чапи была беременной! Вместо радости ожидания приплода в обители моей тещи во царил мрак подозрения и недоверия к зятю, проживающему в этой квартире. Так как кроме меня тут в этой квартире никто из мужчин не проживал. Даже все представители мужского пола со стороны, держали подальше от квартиры моей тещи, которая подобно львицы охраняла свое логово от посторонних кобелей-производителей, которые могли нарушить девственность ее юных дочерей и прелестных животных, к которым относились собака Чапи и кошка Муська. Это навязчивое опасение и подозрение полностью легло на меня. Я же, сознавая свою невиновность, боялся воспользоваться этим, чувствовал, что спор с тещей был более опасен для меня. Оставалось только ждать результатов анализов от ветеринара и гинеколога, которые, к моему сожалению, вдруг, куда-то исчезли. Возможно, что ветеринар и гинеколог неудачно провели анализ на беременность Чапи. Теперь боялись гнева моей тещи и поэтому исчезли в неизвестном направлении. Но, с другой стороны, у меня был все-таки шанс переждать неопределенности в беременности Чапи. Я хорошо понимал. что только роды Чапи могут подтвердить мою невиновность в нарушении ее девственности. Так как плод своей внешностью подтвердит мою не причастность к беременности Чапи и самому рождению щенка. Оставалось мне ждать результата родов, которые могли определить, кто папа будущих щенков.

С этого момента начались самые ужасные дни в моей жизни. Брюхо Чапи росло не по дням, а по часам. Подозрение моей тещи в мой адрес усиливалось с каждым днем, так как уже по очертанию живота Чапи было видно, что у нее приплод ни ее породы. Приплод оказался больше самой матери. Всем было ясно, что Чапи не сможет родить. Нужно было впервые в жизни животных провести кесарево сечение, чтобы сохранить плод и саму роженицу. Иначе, в случае гибели Чапи, рано или поздно, наступит кризис, согласно которого психологическая несовместимость, меня и тещи, приведет к непредсказуемому событию, способному разрушить окружающий мир хрупкого благополучия ни только в обители моей тещи, но также в моей семье.

Шерлок Холмс мог оказаться жалким сыщиком по сравнению с моей тещей, которая с помощью своего логического мышления, дедукции и индукции, вычислила место нахождения сбежавших от нее ветеринара и гинеколога. Вскоре теща притащила обоих врачей за шиворот к себе в квартиру. Более того, теща в этот день заперла меня в нашей комнате со всей моей семьей, дабы во время кесарева сечения при многочисленных свидетелях уличить меня в причастности появления новорожденного щенка. Но и это было еще не все! Чтобы никто в возможный трагический момент жизни и смерти Чапи не смог удрать из квартиры, моя теща на это время пригласила на площадку своей квартиры вооруженную охрану в лице своего соседа капитана милиции Антюхина Ивана Семеновича. Все присутствующие склонились над столом ветеринара.

Нет ничего мучительнее ожидания, особенно, когда ты не знаешь, что тебе нужно ждать. Пока еще трудно сказать, кто во время ожидания больше выигрывает. Эта проблема нешуточная, она имеет физиологическую сторону переживания. Чем больше процесс, тем меньше шансов на успех. Ожидание дело тонкое, не способное поддаваться никаким статистическим замыслам. Ожидание недоступно слабому уму, соискателю истерического мышления. Здесь нужна железная сила воли и холодный рассудок, безразличный ко всему процессу безмерного ожидания. В нас проснулась страсть разведчика и хищника, засевших в своей засаде.

- Ура! У нас мальчик! Щенок родился! - прервал мои размышления общий крик семейства из зала квартиры.

Я облегченно вздохнул, дождавшись успешного ожидания. Мне не было видно из маленькой комнатушки, кто появился на свет. Но уже возглас из зала, что там родился щенок, а не ребенок дал мне шанс на успех в ожидании на подтверждение моей непричастности к беременности Чапи. Просто мне кажется, что другого быть не могло. Ведь я не находился под гипнозом очаровательных обнаженных фигур прелестных сестер моей жены и не мог согрешить в безумном состоянии с Чапи, которая постоянно была под одеялом тещи.

Прошло еще какое-то время, прежде чем моя теща вспомнила о моем существовании. После ухода ветеринара и гинеколога, меня выпустили из заточения. Я вошел в зал и увидел чудное создание, которое ничуть не было похоже на меня, но имело все признаки соседского кабеля-бульдога. Почему-то страх и неуверенность еще полностью не покинули меня и я с подозрением пытался разглядеть то, что произвела на свет несчастная Чапи, которая в этот момент спала под наркозом после проделанной над ней операцией во время кесарева сечения по извлечению из нее плода. Тут мое естественное любопытство толкнуло меня в зал.

По середине зала на мягкой подстилке сидело существо неопределенной породы, которую еще не узнал мир за пределами этой квартиры. Это существо было размером со свою мамашу Чапи с мордой бульдога-папы, кучерявая шерсть болонки и огромные бедра, очень похожие на человеческие. Размеры бедер щенка не позволяли ему передвигаться, так как постоянно заваливали его то в одну, то в другую сторону. Поэтому щенок за короткое время своего проживания в этой квартире так и не научился передвигаться дальше своей подстилки отведенной ему в углу возле кровати моей тещи, которая как заботливая няня ухаживала за ним.

- Нам надо пригласить специалистов из книги Гиннеса. - предложила неопытная Софа, самая младшая дочь моей тещи. - Пускай запишут в эту книгу новую породу рожденную от Чапи и саму Чапи могут записать в книгу Гиннеса, как первую собаку которой делали кесарево сечение. Наша семья прославиться на весь мир...

- Никакого Гиннеса у нас в доме не будет! - строго, заявила теща. - Не хватало мне еще, чтобы после Гиннеса мои дочки родили какого-то иностранца. Мне одного иностранца в доме хватает, которого привела Люда.

Теща укоризненно посмотрела в мою сторону. Этим иностранцем у нее считался я и теща постоянно опасалась, чтобы ее дочки не нарожали еще от меня дополнительных иностранцев. Такое опасение было и в моем сознание. Ведь я не был импотентом. Во мне бурлила кровь терских казаков, которые за триста лет наплодили столько иностранцев на Кавказе, что они превратились в целую народность под названием - терские казаки. К тому же я еще и мужчина в соку. Мне не чужда была мужская страсть к женщине, которая до свадьбы не ограничивалась одной женской плотью. Мной были обласканы и перетоптаны многочисленные прелестные создания слабого пола, которые, возможно, так и назывались слабым полом, так как не выдерживали моего натиска мужской страсти и часто падали на пол, то есть, на кровать во время слияния взаимной страсти. Только истинная и страстная любовь к своей жене, сдерживала меня перед прелестными сестрами моей жены, которые сами были готовы к тому, чтобы наконец-то расстаться со своей девственностью. Поэтому безумная страсть между мужчиной и женщиной, постоянно бродила где-то совсем близко в узкой полосе моего ночного передвижения между изящными фигурками обнаженных тел юных девственниц, которых я мог задрать лишь в помешательстве своего разума. Но глаз тещи и верность жене сдерживали меня.

Так я продолжал жить в квартире у тещи в состоянии неудержимой страсти перед прелестными созданиями обнаженных девиц. Этот период моей жизни у тещи, казался каторгой для моих чувств. Лишь человеческий разум сдерживал меня от естественного инстинкта сексуального влечения к обнаженным девицам. Тем и отличается человек от животного мира, что он не руководствуется только животным инстинктом сближения противоположных полов. Мне оставалось только выждать, когда теща привыкнет к моему присутствию, как уже привыкли ее дочери и животные, которые больше не опасались моего присутствия и передвигались по квартире в любом виде. Я тоже старался не замечать постоянно переодевающихся сестер своей жены.

Между тем моя теща всю свою ласку и заботу перенесла на новорожденного щенка. Целыми днями теща кормила и мыла прелестное создание живой природы. Щенок оказался кабелем и теща перестала смотреть на меня, как на кабеля-производителя в своей квартире. Закончилась непроизвольная борьба подсознания тещи в отношении к своему зятю. Пошла на убыль тайная война моих страстных чувств перед соблазном к сближению с прелестными обнаженными фигурками девиц. Мне казалось, что теперь никто и ничто не сможет нарушить покой, который налаживался в этой квартире. Теперь уже я мог спокойно зачать свою жену.

Как много и как мало надо, чтобы наладить с трудом взаимоотношения между людьми и легко разрушить благополучие в твоем окружении между людьми в среде твоего проживания. Вся эта логика нашего понятия вмещается в нашем сознании только тогда, когда мы попадаем в западню своего бессознательного покоя, который словно вкус яда смешанного с бальзамом медленно обволакивает наше сознание, погружает нас в прелесть одурманенного беспечностью нашего сознания, которое, определенно, прекращает иначе воспринимать свой разнообразный мир жизни. Вот здесь нас и ожидает опасность, которая затаилась в тени нашей обычной беспечности. Наша неопределенность в повседневной жизни снимает наш контроль безопасности.

Прошло совсем мало времени после того случая с беременность Чапи. Теща уже привыкла к моему ночному присутствию вблизи обнаженных фигур дочерей, которые перестали дергаться ночью во время моего случайного прикосновения к их прелестным попкам. Видимо и дочери тещи воспринимали меня, как неспособного нарушить их девственность. Девицам ничего не стоило ночью переодеваться в моем присутствии. Без всякого стыда ходить по своим делам в квартире ночью обнаженными в моем присутствии, что они делали до моего появления в этой квартире. Я тоже чувствовал себя свободнее и мог пройти почти голый среди ночи из своей комнатушки в туалет, чтобы там справить свои необходимые дела. Мне уже казалось, что я живу в семье нудистов, где можно всем ходить обнаженными и при том совершенно не стесняться друг друга. Ведь мы все одной крови, тогда нам можно жить с обнаженной душей и телом, как это делали дикари.

Но эта проклятая кошка Муська так не думала. Она посчитала себя хозяйкой этой квартиры. Муська стала уделять мне внимание. Муська тайком выбиралась ночью из под теплого одеяла моей тещи и приходила навестить меня. Не было такой минуты, чтобы кошка не появлялась на моем пути во время моего пребывание в этой квартире. Стоило мне только прийти в квартиру, как Муська тут же появлялась у моих ног и начинала ласкаться. Видимо инстинкт ловить мышей у Муськи отсутствовал в генах. Так как родилась Муська в этой квартире уже неизвестно в каком поколении кошек, которые никогда не видели мышей, а к тараканам кошки были вообще равнодушны. Но вот откуда у Муськи появился инстинкт любви к мужчине, это вообще было не понятно. Я не оговорился, когда сказал любовь к мужчине, это заметили все жильцы этой квартиры. Так как в мое отсутствие Муська только и делала, что набивала себе брюхо, чтобы иметь большой запас калорий, которые она тратила на свою ласку ко мне. Никого другого из этой квартиры Муска не признавала. Даже тещу, которая Муську выкормила соской, Муська царапала и не подпускала к себе. Муська и пищу принимать из рук кого-то перестала. Питалась только тогда, когда возле ее миски никого не было. Все остальное время суток Муська проводила в самом потайном углу квартиры или на моей кровати в ожидании прихода меня.

В конце концов Муська окончательно обнаглела и перебралась спать в нашу постель. Мало того, что Муська перебралась в нашу постель, она еще стала ревновать меня к жене. Стоило Людмиле появиться в постели, как тут же Муська вставала на дыбы. Шерсть взъерошенная. Глаза горят. Сразу начинает пускать в ход свои когти и клыки. Моя жена стала на своем теле носить признаки кошачьих укусов и царапин. Никакие способы избавления от Муськи не давали успеха. Стоило мне Муську выставить за дверь нашей комнатки, как тут же она поднимала вопли и никому не давала покоя. Приходилось жене стелить постель на гнилом полу квартиры, а Муську пускать себе под одеяло. Муська в постели начинала проявлять далеко не кошачьи дела. Приступала облизывать мое тело. Массажировать меня своими лапами, да так, что мне казалось я сам скоро превращусь в кота, чтобы всерьез заняться Муськой и удовлетворить ее любовную страсть ко мне.

Наконец, как ты хочешь меня пойми, но терпение мое лопнуло. Я решил избавиться от надоедливой кошки Муськи. Так как другого выбора у меня больше не было, либо я должен был жить с кошкой Муськой, либо с женой Людмилой. Естественно, что я выбрал свою жену Людмилу, так как у нас с Людмилой уже был совместный ребенок, сын Артур, а с кошкой Муськой у меня ничего не было. Только одни ласки, царапины и укусы. Так что мне нужно было тайно избавиться от кошки Муськи. Но зоркий глаз тещи и ее "острое" ухо постоян-но присутствовали рядом со мной. Мало того, что в мое отсутствие, теща ухитрилась забить в окно нашей комнатки первые три гвоздя в своей жизни. Мои попытки выкинуть Муську за окно среди ночи не увенчались успехом. Кроме того, моя теща ревниво следила за передвижением по квартире своей любимицы Муськи.

Но и на нашу улицу пришел праздник. Однажды, уже без интереса, пробираясь ночью сквозь обнаженные фигурки прелестных девиц, я обнаружил за дверью на лестничной площадке у своих ног, впервые в жизни выскочившую из квартиры кошку Муську. Такая удача могла быть у меня только раз в жизни, за время проживания в квартире тещи. Я тут же решил воспользовался этой удачей и осторожно посадил доверчивую Муську к себе за пазуху. Естественно, что Муська, это приняла за любовь и ответила мне взаимностью. Таким образом, я тайком вынес из квартиры Муську, которая своей любовью чуть не испортила мне жизнь. Когда я пришел на станцию к поезду электрички, то далеко не в любовной форме, грубо вытащил Муську из-за пазухи и посадил в спортивную сумку. Сумку тут же плотно завязал. Вместе со спортивной сумкой и вопящей в сумке дикими воплями Муськой, я вошел в вагон поезд электрички. Не жалея ни времени и ни де-нег, двумя электричками, от стации "Железнодорожной" до станции "Пермь-1" тут с пересадкой до станции "Пермь-2" и далее до станции "Мотовилиха", я увез кошку Муську подальше от греха и от своей семьи, которая имела глупость проживать на квартире у моей тещи рядом с кошкой. Только когда электричка тронулась со станции "Мотовилиха" я вытряхнул кошку Муську из спортивной сумки. Сам выпрыгнул из набираю-щей скорость электрички, при этом успел закрыть дверь в пустом тамбуре электричке, где доверчивая кошка Муська стала прыгать по всему закрытому тамбуру и истерически проклинать свою лю-бой ко мне. Но я был искренне рад своему успеху. Наконец-то я избавился от этой кошки и со спокойной душой пошел на работу.

Весь этот день я торжествовал. Теперь я мог спокойно спать со своей женой и даже заниматься увеличением своего казачьего рода на Урале. По этому случаю после работы я выпил рюмку водки в закусочной и своей жене купил живые цветы, которые в зимнее время на Урале стоят очень дорого. Таким образом, я в этот день израсходовал значительную сумму денег из семейного бюджета. Домой я вернулся уже навеселе. Но радоваться мне было нечему. Когда я пришел домой к жене впервые раньше отведенного мне тещей времени, то сразу пожалел об этом. В квартире тещи присутствовали все эксперты специальных служб охраны природы и животных. Возле дома собрались соседи дома и жители поселка. Не хватало нам только специальных агентов по государственной безопасности. Теща не пригласила их, возможно, лишь по той причине, что не хватало места в квартире и на лестничной площадке. Иначе бы и агенты КГБ тоже были здесь.

- Показывай свою сумку! - строго, приказала мне, теща. - Выворачивай все, что имеется у тебя за пазухой.

Конечно, теща пыталась найти признаки кошки Муськи на моей одежде и в моих вещах. Но я уже жил на белом свете не первый день и предвидел исход такой проверки моей причастности к пропажи кошки Муськи. Поэтому еще на работе я тщательно почистил свою одежду и вещи, так что у тещи получился прокол в ее сыскной работе по случаю пропажи любимой кошки Муськи. На мне не было никаких признаков от ее кошки.

Больше месяца моя теща ходила словно опущенная в воду. Плохо ела и мало спала. Извилась так, что из ее ста двадцати килограмм третья часть была утрачена на переживание. Ничто не могло помешать моей теще наказать виновника похитившего ее любимую кошку Муську. Но похититель до сих пор не был найден. Особо опасно было видеть мою тещу блуждающую в тайге вблизи поселка "Железнодорожный", где в зимнее время кроме диких животных и моей одичавшей тещи, больше никого нельзя было встретить. Я никак не мог придумать, как утешить тещу, ведь она все-таки была мать моей жены. Я даже хотел было чистосердечно признаться в своей причастности к пропажи кошки Муськи. В знак примирения принести в дом котенка

Но этого не случилось. Ранней весной, когда на лиственных деревьях, еще под пышными шапками снега, стали напухать первые молодые почки и солнечные лучи рискнули осторожно пригреть последний выпавший снег, поздней ночью у двери тещи послышался слабый кошачий писк. Никто не среагировал на этой писк, только теща осторожно подняла уши и как собака Чапи, прислушалась к звуку за дверью на лестничной площадке четвертого этажа своего дома. Едва слышный кошачий писк за дверью квартиры повторился.

- Моя Муська вернулась! - радостно, закричала теща на весь поселок среди ночи и побежала открыть дверь.

Когда перепуганные до смерти соседи и все члены семьи тещи (если членом можно назвать женщин) выбежали на лестничную площадку, то там увидели кошку Муську. Точнее будет сказать, то, что осталось от прежней красавицы кошки Муськи. Перед нами была кошка, которая перенесла не только длительную дорогу исчисляемую многими десятками километров, но и с признаками концентрационных лагерей, которые удалось пережить далеко ни всем людям, находящимся в этих лагерях смерти. На скелете кошки Муськи была только кожа с облезшей шерстью и под скелетом свисал беременный живот, который Муська была не в силах тащить дальше и на пороге завалилась на бок. Со слезами радости и горя моя теща подняла Муську на руки, занесла в дом. Тут же, среди ночи, теща стала тщательно отмывать кошку Муську от грязи и блох.

На следующий день Муська родила семерых котят разномастной окраска. По выводам дочерей тещи, Муська была изнасилована целым кланом разномастных котов и поэтому родила таких разномастных котят. С этого времени теща совсем забросила заботу о семье. Целыми днями теща занималась выращиванием и воспитанием кошачьего семейства. Теща так была увлечена кошками, что проморгала свои младших дочерей, которые взяли пример с домашних животных. Вскоре девчата пошли в такой загул, что стало ясно, нам с женой надо собирать вещи. С очередным приплодом в этой квартире, нашей семьи могли отвести место только на той полосе, по которой я все также пробирался в ночи к своей семье, перепрыгивая через Муськин приплод. Кроме того, меня могли обвинить в беременности младших дочерей тещи и подать на меня в суд.

Когда через пару месяцев теща перестала вести учет месячных своих дочерей, у которых появились все признаки токсикоза, я ни стал ждать очередных анализов гинеколога, а собрал свои вещи, перебрался на съемную квартиру в центр города Пермь, как можно дальше о квартиры моей тещи, с ее дочками и животными. Только там в дали от тещи моя семья могла спокойно жить и размножаться по всем признакам природы.

Прошло несколько месяцев и квартира тещи пополнилась сразу двумя новорожденными девочками неизвестной расы. В квартире у теще стало пятнадцать существ женского пола. Не считая армады тараканов неизвестного пола и рода происхождения. Дорога к тещи для меня была навсегда закрыта. Но я не сожалел об этом. Наконец-то я понял, какое счастье жить нам вдали от тещи с ее животным миром, дочками и внучками.

Однако на этом моя проблема с животным миром не закончилась. Нет, кошка Муська к нам не поселилась и собака Чапи не пожелала с нами уехать. Они и так на меня обе обозлились. Муська даже кидаться на ме-ня стала, когда я пытался проскользнуть между кошачьим выводком во время проживания у тещи. Котят воспитывали все представители женского пола этой квартиры, включая и собаку Чапи, которая таскала котят как щенят и все также продолжала лаять на меня до потери сознания, если я появлялся на ее пути в разное время суток. Поэтому теща с большой радостью выпроводила мою семью из своей квартиры. Проблема была не в прошлой жизни у тещи. В это время я работал старшим машинистом сцены в цирке города Пермь.

Так вот, со мной стали происходить странные вещи. Как уже сказал, я работал в цирке старшим машинистом сцены, а по совместительству режиссером-инспектором и художником оформителем. По роду своей работы я должен был постоянно находиться на манеже. Но стоило мне только выйти на манеж, как тут же у меня начинали распухать руки, лицо, ноги и тело. Я весь покрывался красными пятнами и волдырями. Меня так трясло, что от меня шарахались люди и животные цирка. Все думали, что я так одичал проживая у тещи.

- Тебе надо пойти на обследование. - сказал мне, Александровский, директор пермского цирка. - Я договорюсь с профессором Александром Петровичем Левиным. У него в районе Мотовилихи своя клиника. Пускай он тебя всего обследует. Может быть, ты заразился в цирке от зверей какой-то африканской лихорадкой?

Директор цирка тут же позвонил своему другу профессору и договорился с ним на мое обследование. На следующий день, рано утром, я отправился в клинику на кафедру профессора Левина, который только лишь к обеду освободился от занятий со студентами медицинского института и принял меня у себя в кабинете.

- Так, молодой человек! На что обижаетесь? - любопытно, спросил профессор, разглядывая меня так поверх своих очков в золотой оправе. - Откройте рот. Высуньте язык. Покажите свои глаза. Понятно. Полная симуляция. Никаких признаков заболевания. В вашем возрасте это должно быть стыдно. Идите вы, на работу.

- Зачем мне симулировать? - удивленно, сказал я. - Я с Кавказа приехал в пермский цирк ни для симуляции. Хочу сделать себе карьеру. Стать артистом цирка. Но когда я выхожу на манеж, то меня там всего трясет. Опухает все тело. Это директор цирка меня отстранил от работы, а ни я пошел к нему проситься на отдых. Все артисты цирка и звери боятся со мной вместе работать. Каждый день у меня там на работе проблема...

- Ну, ладно, ладно! Я вам верю. - успокоил меня, профессор Левин. - Говорят, что вы профессиональный художник. Так вот, молодой человек! Я вас возьму на стационарное обследование. Вы у меня будете, как подопытный кролик и как художник. Не беспокойтесь, вас никто не будет резать, колоть уколами и кастрировать. Мои студенты будут над вами изучать предмет анатомии человека. Чем вы не экспонат со своей атлетической фигурой. В это же время я буду наблюдать за вашим здоровьем. Чтобы у вас от безделья не атрофировались конечности, в свободное время вы будете заниматься оформление наглядной агитации моей кафедры. За эту работу я вам заплачу. Кроме того, выпишу вам больничный лист и вы еще получите деньги по больничному листу. Думаю, что такое предложение вам с моей стороны вполне подойдет. Соглашайтесь!

Конечно, я с радостью согласился. Лишние деньги никому не помешают и к тому же мне нужно было подлечить свои нервы, которые у меня сильно расшатались за время проживания в квартире у тещи среди обнаженных девиц, от голого вида которых мое мужское достоинство в течении нескольких месяцев находилось в постоянном напряжении, из-за чего меня даже жена избегала, так как я ее измотал своей страстной любовью. Теперь надо было мне хорошо расслабиться и серьезно заняться изобразительным искусством.

Но не тут то было. С первых же дней моего исследования аспирантками и студентками медицинского института, я пожалел о том, что согласился с предложением профессора Левина на свое анатомическое изучение. Ведь я ни как не думал, что меня будут обследовать совершенно голым ручками прелестных девиц, которые обследовали все части моего тела, включая мое мужское достоинство. Я был перед этими девицами, как обнаженная натура перед художником. Студентки и аспирантки трогали руками части моего тела рассказывая профессору Левину о функциях моего тела. Какие это нужно было иметь нервы?! Когда твое мужское достоинство берет в руки девица и рассказывает присутствующим весь процесс моего состояния, которое она ощущает в своих прелестных ручках. Я думал, что потеряю рассудок от своего стрессового состояния во время такого обследования, которое проходилось со мной ежедневно тут с многочисленными девицами.

Только благодаря четырехразовому питанию и спортивному тренажеру, с которым после сопровождались сном в отдельной палате, я был в спортивной форме, чего требовалось моему организму. Все остальное свободное время я занимался оформлением наглядной агитации на кафедре клиники. Рисовал плакаты на медицинские темы. Составлял различные медицинские графика и чертежи. Делал политические, партийные, профсоюзные и комсомольские стенды различных видов. Рисовал там живописное панно по анатомии.

- Я вынужден повторить свой диагноз. - сказал мне, профессор Левин, через месяц моего присутствия на его медицинской кафедре. - Ты вполне здоровый парень. Тебе ни в цирке на манеже работать, а где-нибудь в поле с лопатой вместо бульдозера или в тайге на лесоповале бревна таскать. Спасибо тебе за работу. Получи в кассе нашей кафедры причитающиеся тебе деньги за работу. Вот тебе больничный лист за то, что ты перенес в здравом уме анатомические исследования. Можешь спокойно продолжать свою работу в цирке.

В этот день я не вышел на работу, так как нужно было уделить внимание семьи и отдать больничный лист в бухгалтерию цирка. Благодаря непрерывности моего рабочего стажа я получил хорошие деньги по больничному листу и две месячные зарплаты за оформительскую работу на медицинской кафедре профессора Левина Александра Петровича. Месяц прошел не зря. Все было на пользу моей семьи и клинике Левина тоже.

В первый же день моего выхода на работу в цирк. Со мной все повторилось. Стоило мне только появиться на манеже, как тут же у меня стали опухать руки, ноги, лицо и все тело. Всюду на моем теле появились красные пятна. Меня всего затрясло. Признаки заболевания были на мне. Я тут же побежал к телефону в фойе.

- Александр Петрович! У меня все повторилось. - сказал я, профессору Левину, как только услышал в трубке телефона его голос. - Я опять раздулся, покрылся пятнами и меня всего трясет. Приезжайте и все увидите.

- Ты уже никуда не уходи! - сказал в трубку, Александр Петрович Левин. - Я сейчас сам приеду к тебе в цирк.

Прошло всего пол часа, прежде чем появился профессор у служебной проходной в цирке. Я сказал ему, что за пределами манежа я себя чувствую нормально. Как только появляюсь на манеже цирка, так со мной происходит что-то не вероятное. Это можно наблюдать прямо сейчас. Мы тут же прошли в зрительный зал цирка. Профессор сел у края манежа. Я прошел к форгангу, чтобы объявить очередной номер циркового представления, в котором участвовали дрессированные собачки болонки под руководством дрессировщицы Ольхавиковой. Собачки болонки были подозрительно похожи на болонку по кличке Чапи, которая проживала в квартире у тещи. На цирковом манеже стало происходить тоже самое с собачками болонками, что было с собачкой Чапи при моем появлении в квартире у моей тещи. Собачки ни стали работать. Начали истерически лаять на меня и некоторые собачки, также как собачка Чапи, потеряли сознание. Номер циркового представления с дрессированными собачками был полностью сорван. В это же самое время у меня начали раздуваться все части тела и я вскоре весь покрылся пятнами. Меня так трясло, я думал, что помру на манеже.

- Тебе нельзя ни одной минуты работать в цирке. - сказал мне, профессор, после того, как проверил мое состояние своими приборами, которые привез с собой из кафедры. - У тебя низкое давление сильно завыше-но, а верхнее наоборот сильно занижено. В такой состоянии у людей в течении нескольких минут происходит летальный исход. То есть, они покидают нас и их души улетают к нашим предкам. Другими словами, так происходит моментальная смерть. Только благодаря твоему крепкому здоровью ты сейчас здоров и имеешь возможность беседовать со мной. Но у любого человека может организм разрушиться при постоянных таких нагрузках. У тебя опасная форма аллергии на животных. Тебе нельзя находиться рядом с животными, особенно возле собачек болонок, которые вызывают такую бурную реакцию твоего организма на аллергию. Тебе мой совет. Прямо сейчас увольняйся с работы в цирке, забудь о своей карьере и не появляйся больше никогда в цирке, а также, никогда не бери себе в дом животных, особенно собачек. Тут доктор не поможет.

Профессор Левин все это говорил в присутствии директора цирка Александровского, в кабинете которого профессор меня обследовал. Александровский здесь же подписал мое заявление на увольнение и распорядился, чтобы контора в срочном порядке провела мне полный расчет с работы в цирке. На этом моя детская мечта об карьере артиста цирка была похоронена. Я теперь навсегда распрощался с цирковым искусством. Только после этого я понял, почему это так истерически на меня лаяла собака болонка по кличке Чапи, которая при виде меня теряла сознание. Видимо у нее, также как у меня, была острая форма аллергии на меня. Я тоже в свою очередь в душе чувствовал свое яростное отвращение к этой собачке, которую готов был разорвать моментально на части. Вот это вся моя история с собачками и кошками, а также с женским полом.

- Ну, это все понятно. - сказал Упоров. - Только скажи мне. Скольких ты девок трахнул тогда дома у тещи?

- За свою зрелую жизнь я не считал. - ответил я. - Но как только женился, то больше никого из телок не трахал. У меня семья и жена, которую я люблю по настоящему, остальные женщины для меня просто не существуют. На прекрасных женщин смотрю, как на живописные полотна лучшего художника по имени Природа. - Однако! Нервы у тебя действительно железные. - удивленно, воскликнул Упоров. - Столько времени быть среди обнаженных телок и ни одну не трахнуть! Мне просто не верится во все это! Ты, наверно, лукавишь? Я ни стал Упорову повторять то, что уже сказал, бесполезно, так у него все равно останется свое мнение.