# Кто богаче?

Александр Сергеевич Черевков

В советское время было много подпольных миллионеров.

Кто богаче?

- Папа! Ты проснулся? - спросила Виктория, когда я открыл глаза. - Ты обещал рассказы о службе в армии.

- Ты хоть глаза дай отцу промыть после сна и позавтракать то же надо. - сказала Людмила, заглядывая в спальню. - Вчера почти всю ночь болтали на лоджии. Сегодня обратно с самого раннего утра начинаете, свою пустую болтовню.

- Мы с папой не просто болтаем, а делимся своими воспоминаниями. - поправила Виктория, свою мама. - Вчера до утра не разговаривали. Легли спать ровно в два часа ночи. Зато наша мама спала у горящего телевизора. Если б мы с папой телевизор не выключили, то тогда точно телевизор сгореть мог, наверное. Где б семья смотрела фильмы?

- Ладно! Хватит тебе рассусоливать. - остановила Людмила, рассуждения своей дочери. - Дай отцу прийти в себя после сна. У вас сегодня целый день впереди. За выходной день вы успеете наговориться вдоволь и надоесть себе.

Виктория согласилась с требованиями своей мамы и тотчас отправилась вместе с Людмилой накрывать стол на завтрак для всей нашей семьи. В это время наши мальчишки то же проснулись. Как две сонные тетери, ползали по нашей огромной квартире, пытаясь найти себе место отдыха после сна. Пока наши дамы накрывают завтрак на столе, а я привожу себя в порядок после ночного сна. Ведь неумытым мне неприятно находиться даже в своей квартире.

- Папа! Ты говорил, что во время службы в советской армии выполнял разные художественные работы в черте города Батуми. - напомнила мне, Виктория, когда мы обратно сели в огромное кресло на своей лоджии. - Какие работы по изобразительному искусству тогда считались твоим бизнесом или художественные работы назывались тогда иначе?

- В то советское время слово бизнес нам не было известно. - честно, признался я. - Нам слово "бизнес" даже произносить запрещали. Считали, что слово "бизнес" какое-то вульгарное капиталистическое слово. Но тайно советские граждане занимались бизнесом или левыми работами, которые приносили нашим семьям добавочную прибыль. За такую левую работу могли оштрафовать и даже посадить в тюрьму. Однако все-таки люди тайно работали. Многие советские бизнесмены прикрывали свою левую работу какими-то общественными и благотворительными работами.

Например, хозяева цитрусовых и чайных плантаций объединялись в фиктивный колхоз. Выбирали председателя колхоза со стороны, который ничего не делал. Лишь писал в коммунистическую партию годовые сводки о выполнении плана по сбору чайного листа и цитрусовых плодов. Хозяева плантаций выделяли "председателю колхоза" определенную сумму денег на содержание его семьи. Если представители советской власти из Москвы разоблачали какие-то махинации со стороны фиктивного колхоза, то "председатель колхоза" брал всю вину на себя. Шел добровольно в тюрьму. За чистосердечное признание такому "председателю колхоза" давали самый маленький срок заключения или вообще давали срок условно. Ведь суд был местный. Тут все были друзья и родственники. Старались выкупить пострадавшего от народного суда. В большинстве случаев до суда не доходило. Фиктивных председателей колхозов просто увольняли с места работы. На их места брали новых руководителей фиктивных колхозов и совхозов.

Отбывшего срок "председателя колхоза" хозяева чайных и цитрусовых плантаций щедро награждали. Было за что. Государственная цена сбора чая и цитрусовых плодов, стоила в копейках, за условный вес на месте сбора урожая. Продажа на территории России была в рублях за каждый килограмм. Например, под новый год мандарины в городе Батуми стоили шестьдесят копеек за килограмм. В тоже время на рынках города Москва мандарины стоили десятки рублей за килограмм. Выручка чистого дохода увеличивалась в десятки, а то и в сотни раз. Даже цветы гвоздики, которые в городах Кавказа стоили копейки в зимнее время. В городе Москва в это время, в подземных переходах и на колхозных рынках цветы гвоздики стоили десятки рублей. Под новый год столица Советского Союза была завалена цитрусовыми плодами и свежими цветами. Многие милиционеры за деньги охраняли торговцев черного рынка. Таким образом, это был черный бизнес, который не могла разоблачить советская власть в столице Советского Союза, города Москва. Республики Кавказа и Закавказья фактически занимались подпольным бизнесом с бартером и без бартера. Тогда на черном рынке мелись огромные деньги. Представители черного бизнеса строили себе дома. Часто ездили отдыхать за границу. Многие советские "бизнесмены" покупали зарубежные легковые автомобили.

В конце шестидесятых годов советская власть решила навести порядок с колхозным хозяйством в республиках Закавказья. Особенно в Грузии и в Аджарии. На места в колхозы Грузии и Аджарии были посланы контролеры от верховной власти. Хозяева плантаций ни стали выступать против советской власти. Хозяева чайных и цитрусовых плантаций на время обрезки растений отправили отдыхать за границу своих работников. Чайные и цитрусовые плантации погибли под натиском насекомых. Советскому Союзу, под новый год, пришлось закупать чайный лист и цитрусовые плоды за границей. Чаще всего покупали в Марокко. Обош-лось это Советскому Союзу в миллионы рублей золотом. Судить было некого, так как по закону Советского Союза каждый человек имел право на отдых в любое у него удобное время. Многие колхозники на чайных и цитрусовых плантаций не брали отпуска по многу лет. Потому, что следить за чайными кустами и за цитрусовыми деревьями надо в течение всего календарного года. В соответствии с советским законом, колхозники взяли себе отпуска тогда, когда им было удобно. Советский закон не нарушен. Хозяева чайных и цитрусовых плантаций ловко использовали несовершенство советского законодательства по трудовым спорам. Судить никого не стали в тот год. Подпольный бизнес в Грузии и в Аджарии укрепился. На следующий год вновь стали создаваться фиктивные колхозы на чайных и цитрусовых плантациях. Появились местные богачи.

Как в те годы жили советские бизнесмены, я узнал через шесть месяцев своей службы в рядах советской армии. Так как в городе Батуми высоко ценили работу художников не только в оформительском искусстве по наглядной агитации, то меня часто стали приглашать работать в частные дома. Расписывать маслом потолки, камины и стены домов. Конечно, мои работы в частных домах происходили по согласованию между командиром части и замполитом с хозяевами частных домов. Особенно с хозяевами частных цитрусовых плантаций. Так как сбор цитрусовых плодов на плантациях зависел от воинских частей, которых за этот труд снабжали не только цитрусовыми плодами, но также денежными вознаграждениями со стороны хозяев цитрусовых плантаций. Если командир части или замполит объявляли, что завтра утром у нас будут проводиться тактические занятия, то мы твердо знали, что мы идем на цитрусовые плантации собирать урожай плодов. Солдаты всегда были рады таким тактическим занятиям на цитрусовых плантациях по сбору мандаринов и апельсинов. На цитрусовых плантациях нас никто не подгонял. Зато мы могли накушаться цитрусовых плодов сколько угодно. Кроме того, во время обеда, хозяин цитрусовых плантаций часто угощал солдат шашлыком. Иногда даже местным вином. Водку пить на плантациях всем строго запрещалось. В городе Батуми вообще уважали советских солдат. Не было такого дня, чтобы солдат в увольнении или даже в самоволке, в городе Батуми местные жители не пригласили за стол в пивном баре или в ресторане. К солдатам всегда относились с особым вниманием. Если солдат ехал домой на побывку, то он мог свободно прийти к хозяину цитрусовых плантаций. Набрать с собой домой бесплатно цитрусовых плодов столько, сколько солдат мог увести у себя в руках. В то время как туристам разрешалось вывозить из города Батуми не больше десяти килограмм цитрусовых плодов, чтобы не было конкурентов за пределами Грузии и Аджарии по продаже цитрусовых плодов. Поэтому, все транспортные передвижения из Грузии и Аджарии обыскивали и контролировали специальные гражданские патрули, которые изымали у туристов лишний вес цитрусовых плодов и выбрасывали плоды в окно поезда или автомобиля.

Однако я хотел рассказать не об этом. Мой рассказ о том, что я часто, по согласованию своих командиров и хозяев цитрусовых плантаций, выполнял различные работы по чеканке и изобразительному искусству в частных домах. Вполне понятно, что мои командиры так просто меня не отпускали на частные работы. Каждый получал за свою услугу частникам какие-то денежные вознаграждения. Меня тоже не использовали в работе даром. Во время переговоров над частной работой учитывали мой интерес, чтобы у меня было вдохновение во время работы. Меня кормили и поили домашним вином. Делали мне какие-то ценные подарки. Иногда мне выплачивали денежные вознаграждения. Как-то раз, меня пригласил работать к себе домой один хозяин цитрусовой плантации по имени Беджамен. Ему хотелось, чтобы я расписал плафон розетки на потолке над люстрой. В то время это было модно не только в городе Батуми, но и во всех республиках Северного Кавказа и Закавказья. Даже самый богатый человек Северного Кавказа и Закавказья считал себя бедным, если у него в доме не был расписан маслом резной плафон на потолке над люстрой. Я не говорю о чеканке и национальном дорогом оружии, которые должны были обязательно украшать дом любого кавказского человека, независимо от национальности и от религии. Больше всего традиция ценилась в Грузии. Так вот, как я тебе сказал, что должен был расписать маслом плафон розетки на потолке над люстрой в доме Беджамена. Я сделал несколько цветных эскизов на плафон розетки и понес показать в дом Беджа-мену, которого дома не оказалось. На пороге дома Беджамена, меня встретил один из его сынов. Несмотря на то, что семья Беджамена была богатой. Сын Беджамена был настолько грязный, словно беспризорник, которого приютила семья Беджамена. На мальчишке разодранные сандалии и разорванные грязные штаны. Может быть, в семье Беджамена делали все специально, чтобы не вызвать подозрение на богатство своей семьи. Вполне возможно, что такое внимание к детям у всех народов Кавказа и Средней Азии. Даже у самых богатых ходят дети грязные, словно заморыши и босые.

- Позови Беджамена! - обратился я, к заморышу. - Скажи Беджамену, что к нему домой художник пришел.

- Беджамена нет дома. - ответил заморыш. - Он улетел ужинать в город Тбилиси. Приходи к нему позже.

В этот день я не пришел к дому Беджамена. Так как подумал, что Беджамен улетел на званый ужин к своему другу в город Тбилиси. Поэтому сегодня я вряд ли увижу Беджамена трезвым. С пьяным человеком серьезные вопросы об искусстве не стоит обсуждать. Придется с ним встретиться завтра к обеду. К этому времени Беджамен отрезвеет после пьянки полностью. Мы с ним обговорим работу. Какой я эскиз буду выполнять в его доме на плафоне розетки.

- Беджамена нет дома. - ответил мне, заморыш на следующий день . - Беджамен улетел обедать в город Ереван.

Я ни стал с заморышем обсуждать вопрос о возвращении Беджамена домой из города Еревана. Мало ли что бывает у занятого человека. Может быть, у него сегодня деловой обед с видными людьми в городе Ереван. Наверно, так бывает каждый день у делового человека. Разные встречи в разных городах по вопросам сбыта цитрусовых плодов нового урожая, который будет в ноябре и в декабре месяце под новый наступающий год. Придется теперь мне к Беджамену прийти завтра вечером. Думаю, что даже самый занятый человек спит у себя дома, а не где-то на улице.

- Беджамена нет дома. - привычным ответом, встретил меня заморыш. - Беджамен ужинает в города Баку.

- Слушай, пацан! Ты мне надоел своими бесконечными завтраками, обедами и ужинами. - разозлился я, на ответ заморыша. - Мне нужен Беджамен, а не твои басни про завтрак, обед и ужин. Сейчас же позови мне сюда Беджамена!

- Слушай, биджо! Тебе русским языком говорят, что Беджамен ужинает в городе Баку. - с грузинским гонором, ответил заморыш. - Ты любишь кушать! Беджамен тоже любит кушать. Вот, он летает кушать в разные города. Приходи к дому между завтраком, обедом и ужином. Может быть, когда-нибудь его встретишь у нас дома. Я тебе не помощник.

Я больше ни стал ходить к дому Беджамена. У меня было много работы и без него. Целыми днями я сидел в своей художественной мастерской и выполнял различные работы по наглядной агитации воинской части. Даже завтрак, обедать и ужинать ходил тогда, когда Лева Амборян посылал за мной кого-нибудь из солдат столовой. В казарме взвода управления воинской части я спал всего пару месяцев с начала воинской службы. Но после того как я стал сильно загружен художественными работами, то я перешел спать к себе в художественную мастерскую. С того времени я был под контролем майора Карпухина, замполита нашей военной части. Другого командира у меня не было. Даже когда майор Карпухин отсутствовал в нашей военной части, то я подчинялся самому себе и никому больше. На построение нашей военной части ходил только в самых экстренных случаях. Когда была всеобщая тревога военного гарнизона или к нам приезжала комиссия с генерального штаба советской армии. Остальное время при перекличке солдат нашей военной части, солдаты отвечали за меня, что я рисую. Я действительно рисовал часто по ночам, когда днем спал после тяжелой работы или после дневной жары. Ведь город Батуми находится в субтропической зоне Закавказья. Здесь три месяца проливные дожди. Остальное время в Аджарии тропическая жара с, очень, огромной влажностью. Поэтому рисовать днем в жару практически невозможно. Мне разрешили рисовать ночью. Прошло больше недели после того, как я в последний раз был возле дома Беджамена. Я уже стал, было забывать про то, что должен расписать маслом плафон розетки на потолке над люстрой в доме Беджамена. Но тут Беджамен сам вспомнил обо мне или его сын заморыш про меня сказал Беджамену. Так что Беджамен сам явился рано утром ко мне прямо через железные двери калитки со двора подполковника, грека Сваридис Ферадис. Видимо этой железной калиткой часто пользовались те, кто хорошо знал заместителя командира военной части по хозяйственным делам, подполковника, грека Сваридис Ферадис. Железная калитка через двор грека была как служебный вход по контрамаркам для посетителей здания цирка или театра, куда ходят только близкие люди и родственники. Все остальные люди приходили в нашу военную часть через железные ворота КПП при строгой проверке личных документов.

- Здравствуй, Александр! Здравствуй, дорогой! - прямо с порога запричитал Беджамен, как только вошел рано утром в мою художественную мастерскую. - Понимаешь, дел у меня было много. Постоянно приходится летать в разные города Советского Союза. Извини, что совсем времени у меня не было на тебя. С сегодняшнего дня ты можешь быть в моем доме столько, сколько понадобиться тебе, работать в моем доме. Я договорился с майором Карпухиным. С сегодняшнего дня ты на моем полном содержании. Все, что тебе будет надо на работу я тебе обязательно куплю.

Конечно, я мог прямо со своей художественной мастерской направиться через двор грека в дом Беджамена. Но, я все-таки находился на службе в рядах советской армии. Поэтому должен был обязательно поставить в известность своего командира, майора Карпухина, что отбываю из военной части на работу в частный дом. Мало ли что может произойти в нашей военной части во время моего отсутствия. Командир должен знать, где находится его подчиненный и в нужное время вернуть солдата на службу в военную часть. Вдруг, военная проверка или военная тревога.

- Товарищ майор! Разрешите доложить! - отчеканил я, обращаясь к майору Карпухину. - Убываю, по указу...

- Вольно! Можешь не докладывать. - остановил меня с докладом майор Карпухин. - Я в курсе твоего убытия. У меня к тебе имеется лишь одна просьба. Не увлекайся гостеприимством и не забывай, что ты пока солдат советской армии.

- Так точно, товарищ майор! - отчеканил я, своему командиру. - Буду в меру сдержанным во время службы.

- Вольно! Можешь идти выполнять гражданский долг перед местным народом. - сказал майор Карпухин.

Я вернулся обратно к себе в художественную мастерскую и оттуда через двор грека вместе с Беджаменом прошел переулками к дому Беджамена, который жил всего в пяти минутах ходьбы от нашей военной части. Дом Беджамена, также как большинство частных домов в городе Батуми был двух этажный. Ни потому, что в городе Батуми большинство местных жителей были богатыми. Поэтому строили двухэтажные дома. Строительство таких домов на бетонных сваях было вынужденным мероприятием. Так как на первом этаже невозможно жить из-за сильной влажности. Все в домах гниет от влажности. Поэтому дома строили на сваях. Первый этаж часто использовали под автомобильные гаражи или под хозяйственные помещения со сквозным проветриванием. Большинство грузин имели автомобили. Так и в доме Беджамена первый этаж использовался под гараж автомобиля "Волга". На втором этаже были три жилые комнаты, ванная, кухня и между ними огромный зал для приема гостей. Туалеты во всех частных домах города Батуми находились на улице. Куда ходили как хозяева, так и гости этих частных домов. Во дворах было небольшое хозяйство. В расчете на семью. В основном была домашняя птица, собака, корова с теленком и несколько коз.

- Мне нравятся все твои эскизы. - сказал мне, Беджамен, когда мы поднялись на второй этаж в зал его огромного дома. - Если б у меня было несколько залов в этом доме, то я попросил бы тебя расписать все плафоны и розетки на потолке над моими люстрами. Но, к моему сожалению, у меня лишь один зал в этом доме. Поэтому я доверяю тебе на твой вкус расписать плафон и розетку так, чтобы любой гость ахнул при такой красоте на потолке в моем доме.

Откровенно говоря, я не ждал от Беджамена такого подхода к отбору моих эскизов. Мне самому было легче нарисовать все эскизы на потолке в зале этого дома, чем выбирать один из своих эскизов, в которые я вложил не только свое вдохновение, но также свою душу. Поэтому, стараясь не обижать свои эскизы, я попросил сына Беджамена, чтобы он выбрал понравившийся ему эскиз на плафон под розетку над люстрой. Все остальные в доме хозяина отказались участвовать в выборе лучшего эскиза. Так как большая семья после не хотела отвечать перед Беджаменом. Заморыш тоже долго ковырялся в носу, прежде чем дать мне окончательный ответ в своем выборе. В это время из спальни заморыша вышел огромный пушистый кот, которого словно специально вызвали на выбор эскиза под росписи маслом розетки над люстрой. Огромный пушистый кот, медленно подходил к каждому эскизу, которые были разбросаны в середине зала. Кот словно изучал мои эскизы. Любовался палитрой красок на эскизах. Обнюхивал эскизы своим мокрым носом, даже пробовал на язык. Вполне возможно, что кот принял эскизы на бумаге по цвету за торты. К тому же краски вкусно пахнут. Поэтому кот нюхал эскизы и даже пытался лизнуть. Акварельные эскизы имели запах цветов и меда, на которых изготовлялись акварельные краски. Слизнуть краску коту не удалось, так как акварельные краски имели и клеевую основу, которая хорошо впиталась в бумагу ватмана и была устойчива против влаги кошачьего языка. Видимо, поэтому коту надоело лизать эскизы. Огромный пушистый кот лениво лег на самый яркий эскиз.

- Этот эскиз будешь рисовать. - радостно, сказал заморыш. - Наш кот знает, что по цвету себе выбирает.

Мне понадобилось, приложить некоторые усилия, чтобы сдвинуть кота с моего выбранного эскиза. Затем под люстру поставили огромный стол. На стол поставили большое мягкое кресло, с которого я сидя мог расписывать плафон розетки на потолке над люстрой и когда мне потребуется отдых, я мог там же отдыхать в этом шикарном мягком кресле. Я попросил хозяев сразу накрыть кресло старым чехлом, чтобы во время работы я не испачкал кресло масляной краской, которой буду расписывать на потолке плафон и огромную розетку. Масляную краску с ткани не смыть. Хрустальная люстра из чешского хрусталя была огромной и мешала моей работе. Беджамену и его старшим сынам пришлось снять хрустальную люстру. Убрать люстру дальше от кота, который заинтересовался хрустальной люстрой. Стал лапой трогать хрусталь приятно звенящий от его прикосновения лапой. Затем хозяева убрали с окон все занавески, чтобы солнечный свет хорошо освещал место моей работы. Лишь после этого я стал делать карандашные наброски на плафоне будущей розетки под хрустальную люстру. На такую подготовительную работу мне нужно было, по крайней мере, не меньше трех, световых дней. Расписывать розетку художественной масляной краской надо было не меньше недели. Примерно, две недели моей работы, которые я должен провести в мягком кресле.

- Кто работает, тот и ест. - сказал Беджамен, русскую поговорку, прежде чем улетать на обед в другой город. - Вот пятьдесят рублей. Иди в соседний ресторан и закажи там себе хороший обед. Наберись много сил и вдохновения.

- Я не возьму у тебя денег. - наотрез, отказался я. - Я ничего не сделал, чтобы ты платил деньги за работу.

- Я эти деньги не тебя даю. - сказал Беджамен. - Эти деньги твоему вдохновению. Кто хорошо ест, тот хорошо работает. Я не хочу, чтобы ты на голодный желудок мне мазню оставил на память. Бери деньги! Иди кушать в ресторан.

Деньги я взял, но кушать в ресторан не пошел. Сходил в соседний гастроном. На все пятьдесят рублей купил водки своим друзьям. Я не рискнул нести водку через двор грека в свою художественную мастерскую. Передал водку своему другу, шеф-повару Леве Амбаряну, который завез водку вместе с продуктами из гарнизонного склада продовольствий. В этот же вечер после общего армейского построения мы отметили начало моей работы и улеглись спать.

- Ты зачем, так сделал?! - закричал на меня, Беджамен, на следующий день, когда узнал о нашей пьянке за его счет. - Я тебе дал деньги для того, чтобы ты хорошо питался и хорошо работал, а не устраивал пьянку в советской армии.

- Ты не ори на меня! - закричал я, на Беджамена. - На меня никто и никогда не повышал голос. Я не могу быть подлым в отношении своих друзей и земляков. Когда я прибыл в военную часть без копейки денег, то мои земляки и друзья не оставили меня без внимания. Встретили, как подобает настоящим друзьям и землякам. Поэтому я не мог кушать за твои деньги в ресторане. В то время как мои друзья мечтают о выпивке. Кроме того, меня никто в этот ресторан не пустит, так как там часто бывают офицеры с нашей воинской части. Если ты беспокоишься за свои пятьдесят рублей, то я завтра верну тебе эти деньги. Солдаты соберут свои деньги тебе, чтобы рассчитаться с тобой за водку.

- Мне деньги не нужно возвращать. - спокойным голосом, сказал Беджамен. - Если бы ты честно сказал мне, что твои друзья и земляки хотят выпить, то я дал бы тебе денег столько, сколько нужно было на выпивку. Поэтому меня взбесило, что я дал тебе деньги на питание от всей души, а ты устроил пьянку среди солдат. Вот тебе сто рублей твоим друзьям на выпивку. Пускай напьются, сколько хотят. Ты в пьянке больше не участвуй. Свой талан не нужно топить в водке. Насчет твоего питания я договорюсь в ресторане дома офицеров. Они тебя будут кормить прямо у нас дома.

- От продуктов я не откажусь, а сто рублей спрячь обратно в карман. - сказал я, Беджамену. - Я больше не буду устраивать пьянки среди солдат и сам не буду пить. Давай вообще прекратим этот разговор. Мне нужно работать. У тебя тоже есть свои дела. Мы с тобой поговорим о стоимости работы после того, как я закончу свою работу в твоем доме.

Беджамен ушел по своим делам и больше ни стал меня беспокоить со своими вопросами по случаю моей работы. Тем временем работа у меня шла хорошо. Каждое утро я приходил с рассветом в дом Беджамена и до того, как все проснуться в этом доме, я приступал к подготовительным работам. Делал небольшие карандашные зарисовки на плафоне при электрическом освещении от установленных лам бокового освещения. Когда яркое солнце освещало весь потолок, я приступал расписывать на потолке плафон с розеткой художественными масляными красками. Так постепенно, день за днем, моя работа по росписи плафона розетки на потолке под люстру двигалась к завершению. Отчетливо выделялись контуры объема плафона, а сама розетка играла приятными цветами. Я старался как можно лучше цветом выделить рельеф плафона, чтобы он казался объемным и воздушным. Так, чтобы плафон с розеткой выглядели как неизвестный людям летательный аппарат инопланетян, который манит к себе и завораживает все человечество к неизвестной нам пока цивилизации с других планет. Мне всегда хотелось оставить что-то на память людям о своем творчестве в изобразительном искусстве. Совершенно не из-за денег, которые я получал в награду за свое творчество. Причиной тому вдохновение к искусству. Мне просто хотелось сделать людям приятное ощущение прекрасного зрелища, чтобы спустя годы восхищались моим творчеством и хорошим словом вспоминали меня, как настоящего художника в изобразительном искусстве письмом на полотне или фреской на белой стене.

- Ты можешь взять себе столько денег, сколько стоит твоя работа. - сказал мне, Беджамен, положив из кармана на стол несколько пачек денег. - Я просто не в силах оценить твое творческое вдохновение в работе.

- Вот поэтому я не возьму от тебя ни копейки за свой труд. - отказался я, от денег на столе. - Вдохновение невозможно продать. Так как вдохновение всегда находится в душе художника, а душа художника не продажна. Кроме того, за время моей работы ты ни одного дня не оставил меня без своего внимания, так что мы с тобой в расчете. Мне деньги в военной части не нужны. Они все равно уйдут на пьянку. Мы с тобой говорили на эту тему, что я больше не буду устраивать пьянки в военной части среди своих друзей и земляков. Будь здоров! Пускай у тебя всегда будет удача...

- Ну, тогда хотя бы останься в моем доме в качестве почетного гостя. - предложил мне, Беджамен. - Сейчас ко мне придут друзья, которым я обещал показать твою работу. Я сейчас здесь под люстрой приготовлю стол в твою честь.

Мне было неудобно отказываться от приглашения в качестве почетного гостя. Тем более что мне нужен был престиж среди местных художников, от которых я хотел научиться тому в изобразительном искусстве, что мне пока не было известно. Я стремился впитать в себя страсть к разным видам изобразительного искусства, которым меня могли научить лишь истинные художники разных видов изобразительного искусства. Ведь в каждом народе есть свое направление в изобразительном искусстве. Здесь в городе Батуми жили аджарцы, греки, грузины, турки, курды и другие народы Закавказья, которые каждый по-своему работал в изобразительном искусстве. Сама служба в советской армии в качестве художника была для меня огромной школой в изобразительном искусстве, которая питала меня своим творчеством от местных художников разных народностей, с которыми я работал за время службы в армии.

Не прошло и часа времени после того, как хозяева повесили свою хрустальную люстру обратно под расписанной мной розетки плафона, отчего розетка плафона стала выглядеть прекраснее от света хрустальной люстры. Плафон с расписной розеткой стал выглядеть больше объемным и воздушным. Словно плафон и расписная розетка на потолке находятся в каком-то пространстве между потолком и хрустальной люстрой. Создается такое ощущение, будто весь плафон с расписной розеткой и хрустальная люстра, плывут в пространстве между потолком и полом совершенно независимо друг от друга. Вдруг вокруг создалась какая-то загадочная иллюзия в пространстве огромного зала над богато сервированным столом, который украсил своим вдохновением хороший шеф-повар из соседнего ресторана.

Вскоре большой зал дома Беджамена заполнился гостями. Пришли только мужчины. Все гости были разных национальностей. Все они прекрасно говорили на грузинском языке. Однако когда хозяин пригласил нас всех за стол, гости сразу перешли к разговору на русском языке. Вероятно из-за уважения ко мне, так как только я один не мог говорить на грузинском языке. Отчего мне был известен весь разговор дальнейший гостей за этим богатым столом. Когда гости хорошо выпили домашнего грузинского вина, то у большинства гостей развязался язык. Каждый стал рассказывать разные истории о своей жизни, о своей работе. Были в основном рассказы, которые я плохо понимал даже на русском языке. Разговор гостей имел лексикон не переводимых фраз и понятия из обихода хозяев цитрусовых плантаций. Поэтому я не очень вслушивался в рассказы. Но когда рассказы пошли о личном богатстве гостей, то я из этих рассказов услышал нечто удивительное, что было больше похоже на обычный анекдот, чем на правду.

- У меня сейчас столько много автомобилей и домов по всей Грузии, - стал хвалиться один из гостей, - что когда я приезжаю куда-то по своим делам, так у меня всегда есть место на ночлег и дорогой автомобиль под моим домом.

- У меня тоже есть много домов и автомобилей по всей Грузии. - стал хвалиться другой гость. - Но это все просто ерунда по сравнению с тем, что у меня имеется в сундуках. У меня столько много в сундуках драгоценностей, что я свободно мог купить себе целый город, если бы жил в Европе. Жаль, что я живу в социалистическом государстве.

Гости долго хвалились о своих богатствах, которые имеют в различных своих недвижимостях. Я наслышался в этот вечер столько разных историй о богатствах хозяев плантаций, что порой даже хотелось думать, это какой-то пьяный бред плантаторов. Если бы я своими глазами не видел, как во время сбора цитрусовых плодов хозяева плантаций, под видом колхозов, отправляют в Россию целые эшелоны сбора цитрусовых плодов, которые стоят миллионы рублей. Я не говорю об американских долларах, которые тогда в Советском Союзе стоили дешевле рубля. Так что даже в советские годы в Грузии были миллиардеры. Думаю, что в других Советских республиках было примерно так же. Просто миллиардеры находились в глубоком подполье. Иногда органы власти и права Советского Союза вскрывали эти глубокие подполья советских миллиардеров. Тогда мы слышали из источников информации дело о подпольных цехах пошивки импортной одежды в городе Баку или о частной оранжерее цветов в городе Ереван. Я не говорю о городе Одессе, где на улице Деребасовской можно было купить все, что изготовляется и продается за границей или подделывается под импорт в самом городе Одесса. Таких мест черного бизнеса было много в Советском Союзе.

- Беджамен! Ну, а что ты не расскажешь о своем богатстве. - стали приставать гости к хозяину дома. - Построил себе один двухэтажный дом. Купил себе одну машину. Нарисовал себе одну розетку на потолке и считаешь себя богатым. - Неприлично хозяину рассказывать гостям о своем богатстве. - немного помолчав, стал говорить Беджамен. - Но раз гости настаивают, то я вынужден вам рассказать о своем богатстве. Я не буду вам рассказывать о своих домах, автомобилях и сундуках с драгоценностями, которые у меня тоже имеются. Я расскажу вам лишь о купюрах сотенных рублей. Если построить стеклянную крышу над всеми вашими домами, автомобилями, сундуками с драгоценностями и вашими плантациями, то я мог бы обложить эту стеклянную крышу купюрами сотенных рублей так плотно, что вы все вместе со своим богатством погибли бы без солнца. Ну, а если бы советская власть разрешила бы мне свободно владеть этими сотенными купюрами, то я на эти деньги смог бы купить Грузию со всеми вашими богатствами, а вас, мои уважаемые гости, превратил бы в собственных рабов. Тогда вам не пришлось бы у меня в гостях хвалиться о своих несметных богатствах. Мы богатые в меру своей испорченности перед деньгами. Каждому из нас дано свое. Насколько это правда, мне трудно судить. Но если учесть, что Беджамен ежедневно завтракает, обедает и ужинает в разных городах Советского Союза, то можно поверить хотя бы частично в то, что в Советском Союзе был подпольный бизнес, который имел собственных советских миллиардеров. Откуда бы тогда могли взяться несметные богатства в бывшем Советском Союзе с первых дней перестройки, которую устроил Михаил Горбачев. Ведь сразу по всему бывшему Советскому Союзу стали открываться частные банки, заводы, фабрики и другие предприятия, в которые вкладывались миллиарды рублей и американских долларов. Так что я еще раз могу подтвердить тебе то, что за долго до начала перестройки в Советском Союзе были очень богатые люди, которые занимались нелегально бизнесом.