# Курган-Тюбинские дела.

Александр Сергеевич Черевков

На сторону нет причины ходить без дела. Ну! Если есть причина, то иди на дело смело.

Курган-Тюбинские дела.

Осень, это уже не лето. Ранним прохладным утром мы выехали с Гиззатулиным Нигматом из нашего города. Солнце не успело обрадовать нас своими лучами, а мы были в пути. Гиззатулин Нигмат включил музыку, чтобы не уснуть за рулем автомобиля до рассвета. Я же наоборот, замкнул дверцу машины и стал дремать, укутавшись в теплую куртку. Мне надо было немного поспать в дороге, чтобы лучше думать. Проснулся я тогда, когда автомобиль выезжал из города Душанбе в районе поселка Ляур, рядом с военным учебным полигоном. Где я бывал на военных сборах в разные времена. От поворота на трассу дорога пошла в сторону небольшого перевала, где прямо через гору прорыли дорогу. То был не туннель, а именно огромный вырез поперек всей горы. Гиззатулин Нигмат выключил надоевший нам приемник. Мы помчались в полной тишине между двух искусственно вырезанных стен в горе. От своего дома до этого горного перевала мы проехали больше половины пути, но за перевалом нас ждет еще тридцать с лишним километров. С погодой нам сегодня просто повезло. Слегка грело солнце. Трасса была настолько чистая, словно ее специально вылизали перед нами. Даже привычного мусора вдоль трассы нигде не было, все смыл дождик.

Всю дорогу от города Душанбе до этого выреза в горе нам не попалось ни одной машины. На этой трассе всегда полно автомобилей в любое время года. Тем более, сейчас, в такую прекрасную погоду. Возможно, что впереди была крупная авария. Милиция ГАИ перекрыла дорогу, чтобы разобраться с этой аварией. Почти на выезде из перевала мы увидели горящую легковую машину. Дальше был перевернут легковой автомобиль. За ним появился следующий автомобиль. Насчитали до десятка различных легковых машин.

- Тут что-то ни так. - сказал я, Гиззатулину Нигмату. - На аварию не похоже. Ты с этого места жми во всю. Иначе, мы с тобой будем валяться среди автомобилей и людских трупов. Дави сильнее на скорость!

Едва мы выскочили из лабиринта изуродованных автомобилей на перевале, как чуть не врезались в микроавтобус, который стоял у обочины на нашей стороне. Возле микроавтобуса стояли гражданские люди, которых обыскивали и били по головам прикладами парни в черных масках. Нас тоже попытались остановить.

- Не останавливайся! - заорал я, на Гиззатулина Нигмата, который выруливал на встречную полосу и хотел затормозить. - Жми сильнее на скорость, сразу поверни за первую встречную машину на середине дороги.

Возможно, что в первый и в последний раз, Гиззатулин Нигмат проявил свою прыть за рулем собственного автомобиля. Он выжал все, что было можно со своей машины. Мы проскочили рядом с микроавтобусом и зацепили машиной двоих парней в масках. Вероятно, это спасло нас. Парней откинуло на микроавтобус. Получилась свалка людей. Пока уцелевшие парни в масках смогли опомниться, мы в этот момент проскочили за стоящую на середине дороги машину. В нашу сторону стали стрелять из автоматов. Пули в нескольких местах прошили наш автомобиль. Остальные пули из автоматных очередей угодили в две машины стоящие между нами и стреляющими парнями. Машины взорвались так сильно, что нас с заду едва не перевернуло взрывной волной. В тоже мгновение стрельба прекратилась. Может быть, машины были заполнены боеприпасами и после взрыва двух автомобилей все погибли, так как парни были очень близко от взорвавшихся машин. Как было в действительности, нам неизвестно, но только никто больше в нас не стрелял. Погони за нами не было. Мы на той же большой скорости мчались вниз с перевала. Мы оба были так сильно напуганы, что не разговаривали между собой оставшуюся дорогу до города Курган-Тюбе.

- Останови машину. - сказал я, Гиззатулину Нигмату, когда мы увидели окраины города Курган-Тюбе. - Посмотрим, что с машиной. Иначе мы не дотянем до ресторана "Зухра". Пускай двигатель остынет немного.

Гиззатулин Нигмат остановил свой искалеченный, автомобиль, который начинал кипеть от скорости. Мы обошли машину со всех сторон. У машины был такой вид, словно ее драли когтями по железу. Ну, это просто какое-то чудо, что осколки от взрывной волны и пули от автоматной очереди, не угодили в колеса и в бензобак. Иначе бы нас разнесло от взрыва машины или парни в масках нас просто бы растерзали на куски. Ведь им ничего не стоили пешком нас догнать, если они, конечно, остались живы. Но нам теперь, на такой машине, будет опасно ездить. Первый милиционер поинтересуется таким видом нашей машины.

- Вдруг, это была обычная проверка спецназа? - расстроено, спросил Гиззатулин Нигмат. - Тогда нам хана.

- Обычная проверка спецназа, обычных людей по голове прикладами не бьет. - ответил я. - Ты же видел, что парни были в масках и с бородами. Боевики оппозиции, а точнее, просто банда грабителей. Не могли все водители на легковых автомобилях быть бандитами. Там же находились мужчины, женщины и дети. У многих убитых женщин не было одежды. Их всех насиловали, прежде чем убить. Ты лучше моли своего Аллаха, чтобы живые бандиты не запомнили номера твоего автомобиля. Иначе всей вашей семье будет хана и моей тоже достанется. Нам придется поменять номера и кузов твоего автомобиля. Я там договорюсь.

- Ладно! Мы ничего не вернем. - сказал Гиззатулин Нигмат. - Поехали дальше, скоро все известно будет.

Бригада Гиззатулина Рашида и Шевелев Валера, работали в ресторане "Зухра", который находился в стороне через дорогу от междугородного автовокзала. Мы решили заехать в начале туда, а потом, дальше решить, как быть с машиной, где искать директора товарной базы города Курган-Тюбе. Время есть у нас. Основной зал ресторана находился на втором этаже. Парни делали лепку и альфрейные работы на потолке. Шевелев Валера расписывал фреску стены на национальную тему за сценой эстрады. Они нас не заметили и продолжали работу. Мы оба разглядывали то, что сделали парни бригады Гиззатулина Рашида.

- Хорошо, что ты приехал. - сказал Шевелев Валера, когда увидел меня. - У нас есть проблема с деньгами.

- Я приехал по этому вопросу. - ответил я. - Есть другая проблема, нас обстреляли бандиты на перевале.

- Как обстреляли? - вытаращив глаза, заорал Гиззатулин Рашид. - Это ты виноват! Загубил нашу машину!

Гиззатулин Рашид бросился на меня с кулаками. Я весь кипел от случившегося, а тут он прыгает на меня. Можно сказать, что Гиззатулин Рашид сам нарвался на мой кулак. У нас с ним были совершенно разные весовые категории и возрастом он был моложе меня. Мне было за подлость марать свои руки об такое дерьмо. Останавливать Гиззатулина Рашида словами было бесполезно. Я ему врезал кулаком в челюсть.

- Ты, дерьмо собачье! - заорал я, на него. - Нигмат пытался остановить машину. Если бы я ему не приказал жать на скорость, то ты о нас в газете только некролог прочел. Спроси сам, у своего брата! Спроси! Спроси!

- Это правда! - подтвердил Гиззатулин Нигмат. - Там, на перевале, больше десятка разбитых машин и трупы. Мы едва спаслись от банды моджахедов, которые убили много людей и пытались нас расстрелять.

Гиззатулин Нигмат стал рассказывать дрожащим от волнения голосом, о том, что произошло на перевале. Постепенно, голос Гиззатулина Нигмата перешел в слезы. У него началась истерика от ужаса, который он только что пережил вместе со мной на перевале. Нам пришлось усадить Гиззатулина Нигмата на край сцены и отпивать горячим молоком, которое было в термосе у альфрейщика. Плакать Гиззатулин Нигмат перестал, но я сразу понял, что нам с ним больше не работать. Гиззатулин Нигмат сошел с ума. Никто не говорил вслух об этом. Но сам факт был на лицо. Когда слезы перестали течь у Гиззатулина Нигмата из глаз, он, вдруг, стал нам улыбаться и вспоминать происшедшее в своей жизни, сопровождая свои воспоминания хихиканьем, словно это там, в своей прошедшей жизни и на перевале, он увидел что-то смешное, что проникло ему в голову. Однако, из его рассказов ничего нельзя было понять, так как это был какой-то бред.

- Отвезите его в больницу. - тихо, сказал я, Шевелеву Валере, когда отвел в сторону. - Гиззатулин Нигмат сошел с ума. Пока болезнь у Нигмата сильно не обострилась, то его надо срочно показать специалистам.

- Мы сейчас сделаем. - согласился Шевелев Валера. - Больница рядом. Мы с Гиззатулиным Рашидом его туда отведем. Ты пока не уезжай. Подожди меня. У нас накопилось много вопросов по работе в ресторане.

Шевелев Валера, Гиззатулины Рашид и Нигмат ушли в больницу. Я сказал парням, чтобы они продолжили свою работу. Мне пришлось спуститься вниз к директору ресторана "Зухра", чтобы поговорить о работе и у него спросить, где находится товарная база города Курган-Тюбе. С директором ресторана я был знаком.

- Салам алейкум, Рузи! - приветствовал я, директора ресторана "Зухра", когда заглянув в его кабинет.

- А! Александр! Алекум ассалам, уважаемый! - приветствовал меня, директор ресторана. - Заходи! Гостем будешь! Как дела твои? Как семья? Сейчас мы кушать будем! Коньяк пить будем! Говорить с тобой будем!

- Спасибо, уважаемый! - ответил я. - Но все твои "будем" оставим на потом. У меня есть много работы в городе Курган-Тюбе. Вот потом мы с тобой обязательно вместе будем пить. Ты лучше скажи, как мне найти директора товарной базы города Курган-Тюбе. Он сейчас меня ждет у себя, а я плохо знаю ваш город.

- Слушай, дорогой! Ты совсем забыл в какое время мы живем. - сказал Балтаджанов Рузи, поднимая телефонную трубку. - Сейчас один звонок делаем, друг друга найдем. Зачем нам туда-сюда ходить. Не надо зря время тратить. Лучше мы свое драгоценное время потратим на наш маленький отдых за этим столом.

Балтаджанов Рузи набрал известный номер телефона и на таджикском языке сказал, что у него в ресторане человек из центра сидит, который давно с нетерпением ждет за столом встречи с Ариповым Умедом.

- Все, а ты волновался. - широко улыбаясь, сказал Балтаджанов Рузи. - Сейчас Арипов Умед, как штык у нас будет. Он любит принимать у себя гостей из Центра также хорошо, как жирный шашлык на шампурах.

- Как-то не хорошо у нас получается. - растерянно, сказал я. - Ведь это тут я к нему приехал, а не он ко мне.

- Э-э-э! Дорогой! - удивленно, произнес Балтаджанов Рузи. - Не хорошо, когда шурпо остывает, а мы сидим. Пойдем за стол. Там все готово к нашей встречи. Только нас с тобой там не хватает за этим столом.

Балтаджанов Рузи встал из-за стола и пригласил меня в бар, который находился в соседнем здании напротив ресторана "Зухра". Всего в десяти метрах от входа в ресторан. В тени пустого зала суетились парни, накрывая на круглый стол угощения и выпивку на три человека. Мы прошли туда в зал, в сопровождении двух швейцаров, которые крутились вокруг нас, объясняли Балтаджанову Рузи что-то про угощение.

- Арипов Умед найдет нас? - беспокоясь, спросил я, Балтаджанова Рузи. - Ведь он не знает, куда мы пошли.

- Найдет, куда денется. - ответил Балтаджанов Рузи, усаживаясь за стол. - Посмотри! Умед к нам приехал.

Балтаджанов Рузи показал мне в сторону двери, откуда к нам направлялся солидным мужчина в очках.

- Салам алейкум, уважаемый! - сказал Арипов Умед, протягивая мне руку. - Так это тебя зовут, Александр?

- Алейкум ассалам, Умед! - ответил я, пожимая жилистую руку. - Ты не ошибся, это я, Александр, из Центра.

Обменявшись дополнительными комплиментами, принятыми на Востоке, мы стали кушать шурпо, которое действительно стало остывать. Говяжий жир катался у нас во рту. Пришлось постоянно запивать горячим чаем, чтобы говяжий жир не мешал шевелить языком с пищей. Я не могу сказать, что было у нас, завтрак или обед? Завтрак давно прошел и до обеда еще времени достаточно. Назовем его сытным полдником. Так вот, после этого сытного полдника у нас стал развязываться язык растревоженный коньяком. Бутылка на троих, это ни так много, как было вчера на двоих. Я мог свободно воспринимать окружающий мир и вести деловую беседу. К тому же, прежде чем выпить коньяк, я хорошо покушал жирной пищи, которая смазала жиром мои кишки и желудок. Как всем известно, жир слабо пропускает алкоголь в кровь человека, который медленно пьянеет. Таким образом, я был почти трезвый. Мог свободно принимать какие-то здравые решения, связанные с моей работой на объектах в городе Курган-Тюбе и поговорить о политике в республике. Закончив дела с продуктами и выпивкой, мы перебрались в кабинет Балтаджанова Рузи. Там была деловая обстановка и вокруг нас не крутились посторонние люди. Мы сразу перешли к разговору о работе товарной базы в Курган-Тюбе. Разговор у нас был такой же, как с Фазыловым на товарной базе города Гиссар.

- Насыров Сухроб, проинструктировал меня о твоих условиях. - начал говорить Арипов Умед. - Откровенно, меня тоже устраивает такое решение. Но у меня будут частные и религиозные объекты, которые не подвластны мне и столице. Это мечети и дома наших бизнесменов. Я могу обеспечивать такие объекты нужными материалами. Но расчет они с вами заключат без меня. Возможно, что там будет наличный расчет или перечисление денег на твой личный счет. Мы можем тут рассмотреть несколько вариантов работы.

- Так это просто прекрасно! - воскликнул я. - вы снимите с себя лишнюю заботу и у моих парней появятся наличные деньги. Ведь мы все в любом случае связаны с наличными деньгами. Бывает, что они нам нужны даже тогда, когда дом полная чаша, а пустячок ребенку купить надо. Здесь бартер никак не пройдет...

У нас разгорелась дискуссия по очередности объектов. Я уговорил партнеров, что религиозные и частные объекты надо перенести на конец зимы. Так как там нужно проводить земляные работы, которые должны естественным путем иметь замочку и усадку почвы, чтобы у нас на финише не рухнули готовые объекты и все здания под крышу должны быть с сухими стенами. Наша работа должна иметь товарную марку. Мы готовы были перейти к подписанию основных документов, которые захватил с собой Арипов Умед из автомобиля, по пути из бара в кабинет Балтаджанова Рузи, но в этот момент в кабинет зашел Шевелев Валера, мы вынуждены были перевести свой разговор на другую тему, чтобы беседа осталась между нами.

- Извините, за беспокойство. Но мне, срочно, надо переговорить с Александром. - сказал Шевелев Валера.

Я тоже извинился перед партнерами и вышел следом за Шевелевым Валерой. На улице меня ждала бригада Гиззатулина Рашида. По лицам парней можно было подумать, что сейчас у нас будет драка. Драк я никогда не боялся. Но мне по должности как-то неприлично драться здесь со своими подчиненными.

"Неужели в таком положении придется мне драться?" - подумал я. - "Нет никакого смысла с их стороны. У меня есть письмо бригады, по которому могу их уволить. Наверно вся бригада Гиззатулина Рашида тупая?".

- Я собираюсь подавать на тебя в суд. - объявил Гиззатулин Рашид, при всех. - Ты нанес моей семье материальный и моральный ущерб. Вдобавок, моего брата сделал инвалидом. Нам только что врачи сказали, что у Нигмата осколком поврежден нерв шейного позвоночника. Нигмат может быть парализован на всю жизнь или стать сумасшедшим. Возможно, что, то и другое, произойдет сразу. Тебе платить ему пенсию...

- Я очень сожалею о случившемся, но на его месте мог быть и я. - ответил я, Гиззатулину Рашиду. - Ты имеешь полное право подавать в суд на кого угодно. Однако, в данный момент, твое решение ошибочно и бесперспективно. По вине твоего брата, так как он был за рулем, стреляли нам вдогонку, а попали в машины со взрывчаткой. Взрыв был такой, что никого там, живых не осталось. Если будет суд и все тогда всплывет наружу, то родственники погибших сотрут в порошок твою фамилию. Им даже суд на это не потребуется. Так что тебе, Рашид, лучше подумать о родных. Остальное уладим между собой и поможем Нигмату.

Видимо и у халерика имеется в голове серое вещество, под названием мозги, которыми стал шевелить Гиззатулин Рашид. Трудно было понять, что он думает, но лишь не об угрозе в мой адрес народным судом.

- Единственное, что я могу тебя обещать, - решил я, разрядить обстановку, - так это помочь твоему брату найти хороших врачей. Но только все должны знать, что это была авария. Иначе, могут быть такие послед-ствия, что в них пострадают твои и мои родственники. Ты хорошо подумай, Рашид, в этом я тебе не враг.

Гиззатулин Рашид повернулся и пошел наверх, вытирая свои слезы. Шевелев Валера и бригада последовали за ним. Я постоял еще пару минут внизу и затем вернулся к разговору в кабинет директора ресторана, где меня ждали партнеры по этому бизнесу. Документы лежали на столе, подписанные директором ресторана "Зухра" и директором товарной базы города Курган-Тюбе. Текст контракта был копией вчерашнего документа, который вчера мы подписали с директором гиссарской товарной базы. Видимо, что его отправили рано утром по телексу в товарную базу города Курган-Тюбе. Единственным изменением в документе то, что там вставили новые места других объектов и фамилии других заказчиков по городу Курган-Тюбе. Я внимательно прочитал текст и затем подписал контракт. По два листа документов из шести я взял себе. Затем мы обговорили детали поставки материалов на сегодняшний объект ресторана "Зухра". Кроме того, обговорили проблемы проживания и питания рабочих данного объекта. Балтаджанов Рузи сказал, что рабочие могут спать прямо на своих рабочих местах. Арипов Умед обещал, что даст рабочим раскладушки и постельные принадлежности. Питание, естественно, Балтаджанов Рузи взял на себя. Таким образом, стабильность была налажена и на объектах в городе Курган-Тюбе. Можно было возвращаться к себе домой.

- У меня есть подарок тебе, а также Насырову Сухробу. - сказал Арипов Умед. - Находится в моей машине.

- Я тоже не отпущу тебя без своего подарка. - заявил Балтаджанов Рузи. - Пока иди, подгоняй свою машину.

- Спасибо за ваше внимание. - расстроено, сказал я. - Но у меня нет машины. Она попала в аварию. Я даже не знаю, как мне сейчас добираться в город Душанбе и к себе домой в город Кофарнихон, это проблема.

- Да, это серьезная проблема! - сказал Арипов Умед. - С такими подарками от нас в автобусе опасно ехать.

- Сейчас по радио я слышал, что произошло бандитское нападение на перевале. - соврал я. - Много жертв.

- Есть два выхода. - сказал Балтаджанов Рузи. - Моему брату надо ехать в город Душанбе. Он берет Александра. Они едут в круговую через города Пяндж, Пархар, Дангара, Нурек на Кофарнихон. Очень далеко, но безопасно. Либо мы сейчас узнаем, когда идет караван с хлопком и внедряемся в караван до Душанбе.

- Думаю, что вариант с караваном больше подходит. - подсказал я. - Его никто грабить не будет. Кроме того, вполне вероятно, что караван будет охраняться. Конечно, это хорошее прикрытие будет нам в автомобиле.

- Мы сейчас этот вариант проверим. - согласился Балтаджанов Рузи. - Я только позвоню брату и все узнаю.

Балтаджанов Рузи стал набирать номер телефона, но там никто не брал телефонную трубку. Рузи пришлось повторил набор номера телефона. В это время в кабинет вошел мужчина лет сорока. Балтаджанов Рузи положил трубку и встал на встречу этому мужчине. Они оба обнялись по мусульманскому обычаю.

- Камил, дорогой! - воскликнул Балтаджанов Рузи. - Сам Аллах тебя к нам послал. Я к тебе пытался дозвониться, а ты тут, как тут. Вот, уважаемого господина из Центра, забери с собой на машине в город Душанбе.

- Я как раз зашел к тебе, - сказал Балтаджанов Камил, - чтобы узнать, может быть, у тебя там есть дела.

- Все мои дела в этом человеке. - ответил Балтаджанов Рузи, показывая на меня. - Надо довести целым.

- Хорошо! - согласился Балтаджанов Камил. - Сейчас на трассе возле автовокзала караван формируется. Там моя машина в середине каравана. Нас будут охранять солдаты и милиция. Так что будет порядок.

Мы обменялись рукопожатиями. Я назвал свое имя. Мы вышли из кабинета директора. В фойе стояла бригада Гиззатулина Рашида и Шевелев Валера. Им что-то нужно было от меня. Но у меня не было времени. Надо было спешить обратно в город Душанбе, чтобы засветло попасть домой в свой город Кофарнихон.

- Мне сейчас некогда. - перехватил я, инициативу. - Все ваши вопросы я обсуждал с Рузи и Умедом. Я обязательно переговорю с Насыровым Сухробом, чтобы Нигмата перевели в лучшую клинику республики.

Я вышел из ресторана "Зухра" и пошел следом за Камилом в сторону автовокзала города Курган-Тюбе. Между грузовых автомобилей красовалась белая машина "Волга". Внутри машины пахло свежей краской и свежей кожей. Умед и Рузи положили свои свертки и пакеты на заднее сидение автомобиля. Арипов Умед показал мне на сверток, который я должен передать Насырову Сухробу. Автомобиль медленно двинулся за бортовой машиной с прицепом, доверху груженым большими тюками свежего тонковолокнистого хлопка-сырца, который приятно пахнул полями, свежей травой и разными полевыми цветами местных лугов.

- Ты слышал по радио. - обратился ко мне Балтаджанов Камил. - Утром на перевале был сильный бой с маджахедами. Разбито двадцать легковых машин. Там погибли больше ста человек, в том числе все боевики.

- Да, я слышал в кабинете Рузи. - соврал я. - Мы успели чуть раньше проехать, но у меня машина попала в аварию перед самым городом Курган-Тюбе. Со мной все в полном порядке. Вот только водитель мой пострадал. Повредил нерв позвоночника и сейчас лежит в вашей больнице. Наверно, его парализовало?

- Жалко парня. - тяжело вздыхая, сказал Балтаджанов Камил. - Такое ранение опасно. Может инвалидом на всю жизнь стать. У моего одного знакомого так из-за раны нервов родной брат стал калекой на всю жизнь.

За городом Курган-Тюбе переехали через реку Вахш. Дорога пошла к верху на горный перевал в сторону города Душанбе. Грузовые автомобили с хлопком так сильно коптили выхлопными трубами, что нам прошлось закрыть окна в машине, чтобы не закоптить себя и новенький автомобиль изнутри. Вскоре появился перевал. Колонну остановили солдаты и милиция. Стали проверять документы и багаж. Сейчас вспомнил про свои свертки на заднем сидении, о содержании которых ничего не знал.

- Вот мы сейчас влипнем! - забеспокоился я. - Спросят за мои свертки, а я даже не знаю, что там имеется.

- Да, уже и смотреть поздно. - согласился Балтаджанов Камил. - Скажи, что это подарки на свадьбу и зарплата рабочим. Думаю, что тебе поверят и сумки проверять не будут. Ведь у тебя такой интеллигентный вид.

- Предъявите ваши документы. - сказал капитан милиции, подойдя к нашему автомобилю. - Что в свертках?

- Зарплата рабочим предприятия и подарки на свадьбу. - сказал я, капитану милиции, предъявляя паспорт.

Капитан милиции ощупал мягкие свертки. Заглянул в свертки с какими-то там жесткими предметами в них.

- Вот такие, как вы, создают повод для террора. - строго, сказал капитан милиции, возвращая нам документы. - С такими деньгами надо ездить с большой вооруженной охраной, а не просто в автомобиле. Понятно?

- Понятно! - ответил я. - Следующий раз так поступим. Мы оба не подумали об опасной дороге с деньгами.

Караван машин медленно двинулся на перевал. По обе стороны дороги валялись разбитые машины. Два автомобиля, в которые попали автоматные очереди, были разорваны в клочья. На перевернутом микроавтобусе, возле которого стояли боевики и гражданские люди, видны многочисленные потоки крови и разо-рванный металл, от сильного взрыва. Выходит, что их всех тогда поразило взрывной волной и осколками. Никто из боевиков и гражданских тут не остались живыми. Никаких свидетелей трагедии здесь не осталось. Как ни прискорбно, то, что случилось здесь, но этот взрыв и гибель людей, спасли меня и Гиззатулина Нигмата. Тут нет ни одного свидетеля, кто бы мог сказать о нашем присутствии здесь. Жалко только Гиззатулина Нигмата, что он может остаться инвалидом на всю жизнь, а он еще совсем молодой. Даже семью себе он не успел создать. Совсем недавно закончил службу в армии. Только он жить начинал и такая трагедия.

После опасного перевала дорога пошла вниз в сторону города Душанбе. Встречных машин не было. Балтаджанов Камил потихоньку стал обгонять на своей "Волге" все бортовые автомобили. Пользуясь интервалом и промежутками между машинами. Перед поселком Ляур мы окончательно обошли караван и вырвались вперед каравана в сторону города Душанбе, огни которого мелькали в сумерках вечера впереди нас.

- Подвези во Фрунзенский райком партии. - сказал я, Балтаджанову Камилу. - Оттуда я уеду на автобусе.

Наша "Волга" повернула на улицу Нигмата Карабаева и устремилась в сторону цирка. Я сразу понял, что Камил Балтаджанов хорошо знает город Душанбе, так как он не поехал по круговой дороге, как обычно делают большинство приезжих или те, кто плохо знает город. Через цирк вокруг армянских домов, на Профсоюзную улицу, где находится райком партии, намного короче путь. Всего нам минут десять надо ехать.

- Спасибо, Камил! - сказал я, забирая свои свертки из машины. - Скажи Рузи, что ты уже довез меня целым.

- Обязательно скажу. - ответил Балтаджанов Камил, отъезжая от райкома партии. - Сейчас буду звонить.

С тремя свертками в руках я поднялся в кабинет Насырова Сухроба. Секретарши уже не было на месте. Но я знал, что Насыров Сухроб в своем кабинете, его черная "Волга" стояла на площадке возле здания.

- Я уже за тебя переживал! - взволнованно, сказал Насыров Сухроб, когда я вошел в кабинет. - Мне Рузи звонил час назад. Сказал, что вы уехали сразу после обеда в сторону перевала, а там был какой-то террор.

- Террор был ранним утром. - пояснил я. - Из-за него мы там с Гиззатулиным Нигматом попали в аварию. Машина и я легко отделались, а вот Гиззатулин Нигмат находится в больнице. У него нерв нарушен. Врачи нам сказали, что он может быть инвалидом. Надо Нигмата перевести в Республиканскую больницу в город Душанбе, чтобы там оказали квалифицированную помощь. Ты, пожалуйста, ему посодействуй с доктором.

- Я сегодня же позвоню главному врачу больницы. - согласился Насыров Сухроб. - Скажу ему, чтобы Нигмата забрали в Республиканскую больницу из больницы города Курган-Тюбе. Но, как теперь ты без машины будешь? Может быть, у тебя еще есть машина на примете с хорошим водителем? Поговори с ним ездить.

- Пока буду на сессии, мне не нужна машина. - ответил я. - Могу и общественным транспортом пользоваться, как до университета, так до душанбинских объектов, а дальше нужна машина. Только на тебя надежда.

- Ладно! Пока так, а после мы оба это обмозгуем. - согласился Насыров Сухроб. - Плохо, что у тебя нет водительских прав. Так бы я тебе выписал с Гиссарской товарной базы новую машину, ты бы на ней ездил.

- Хорошо! На этом мы сегодня закончим. - поторопил я, Насырова Сухроба. - Я не знаю, какой из этих свертков твой? Ты выбирай. Я поехал. Мне далеко добираться. Двумя транспортами с пересадкой ехать.

- Со свертками мы сейчас разберемся. - ответил Насыров Сухроб, сразу привычно взял сверток с деньгами. - Насчет транспорта ты не беспокойся. Мой водитель тебя отвезет домой. Эти деньги твои, за нашу работу.

Насыров Сухроб отдал мне из разорванного свертка пачку сторублевых купюр, а остальные положил в свой сейф у стены. Мы оба тут же вышли из кабинета. Я ни стал ожидать Насырова Сухроба в приемной. Сразу отправился вниз в фойе здания. Там никого не было видно. Даже охрана куда-то делась. Я вышел на стоянку автомобилей, где осталось всего несколько машин от райкома партии и автомобиль охранников.

- Извини, Сухроб, я совсем забыл. - вдруг, вспомнил я, когда мы сели в машину. - У меня есть старая частная проблема. Весной этого года в мою квартиру пытался забраться вор. Я его спугнул. Вор в страхе поломал мне всю крышу. Сейчас дожди начались. Мой дом протекает до первого этажа. В домоуправлении нет шифера. Может быть, ты подскажешь мне, где можно купить шифер? Я заплачу сразу за весь шифер.

- Наверно, листов сто тебе хватит. - размышляя, ответил Насыров Сухроб. - Я завтра позвоню Фазылову Хасану. Он как раз посылает завтра на объекты города Душанбе машину шифера. Заодно сто листов и тебе подбросит. Ты завтра из дома никуда не уезжай. Шифер рано утром привезет. Выгрузят прямо возле твоего дома. Денег никаких платит за шифер не надо. Фазылов Хасан и так перед тобой в неоплатном долгу.

- У меня завтра полно дома всякой работы. - сказал я. - Надо свой зачет к университетской сессии готовить.

- Вот и хорошо! - выходя из автомобиля, сказал Насыров Сухроб. - Я приехал. Водитель тебя отвезет прямо домой. Во время сессии, я тебя работой беспокоить не буду. Желаю тебе удачи! Старайся! Учись хорошо!

- Спасибо! Буду стараться! До скорого свидания! - ответил я, на прощанье, когда закрыл дверцу машины.

Я внимательно посмотрел на дом, где живет Насыров Сухроб, это частные дома в районе "Зеленого базара". Сам дом весь утопал в зелени. По огромной крыше покрытой итальянской красной черепицей, можно определить, что там не меньше шести комнат. Более ста квадратных метров. Плюс хозяйственный дом и земли около десяти соток. У Баратовой Матлюбы дом намного лучше и двухэтажный. Но у Насырова Сухроба дом, по крайней мере, в этом районе, пожалуй, самый лучший. Возможно, что у Насырова Сухроба нет скотины, так как он живет в центре города Душанбе. Скот держать в центре столицы строго запрещается.

С этим молчаливым водителем черной машины "Волга" мне доводилось ездить и раньше. Я уже к этому привык, что водитель всю дорогу молчит. Может быть, это лучше для него. Ведь если бы он был разговорчив, то ему уже давно не жить. Настолько много водитель знает, от разговора своего шефа с другими людьми, что его могли бы давно убить, если б он был разговорчивый с другими людьми. Мне даже имя его неизвестно. Потому, думаю, что Насыров Сухроб, запретил ему беседовать, чтобы мог сохранить свой язык вместе с головой. Вот он молчит, лишь баранку крутит. Однако, машину он водит прекрасно и трассу знает.

- Спасибо тебе, что подвез меня домой. - поблагодарил я, водителя, выходя из автомобиля. - До свидания!

Водитель только кивнул головой и быстро помчался от моего дома в сторону трассы до города Душанбе.

- Я сейчас вернусь. - сказал я, отдавая свертки Людмилы, открывшей мне дверь квартиры. - Мне только нужно сходить к Черкасову Александру и Сабирову Таймуразу. Договориться за ремонт нашей крыши завтра.

Прямо от своего дома дворами я пошел к дому Черкасова Александра, который жил ближе от дома Сабирова Таймураза. Они оба уже должны были быть дома. Самый раз с ними договориться о ремонте крыши. Уже когда я был вблизи дома своей мамы, то увидел, как разворачивается машина бригады Сабирова Таймураза. Парни увидели меня при свете фонарей на повороте. Остановились на перекрестке улицы Кирова.

- Здравствуйте, мужики! - приветствовал я, парней. - Вот, как раз я направлялся сейчас к вам на разговор.

- Здравствуйте, муалим! - радостно, приветствовали меня, парни. - Мы думали, что у вас сегодня сессия.

- Сессия у меня через день. - ответил я. - У меня к вам другой разговор. Если вы не можете делать, то откажитесь сразу. Я не буду на вас в обиде. Поговорю с бригадой Черкасова Александра. Если вы сами можете справиться, то у вас будет дополнительный заработок наличными в ваше свободное время. Завтра мне привезут шифер к ремонту крыши нашего дома. Я заключу контракт с управдомом на ремонт нашей крыши. В субботу или в воскресенье вы крышу отремонтируете. Я с вами сам рассчитаюсь сразу наличными согласно контракта. Затем я позже получу деньги в домоуправлении. Верну свои деньги обратно в доход нашей компании. Можете говорить откровенно. Вас никто не принуждает к этой работе. Скажите честно.

- Мы, согласны! - сразу, ответил за всех Сабиров Таймураз. - Заодно, мы и бригаду Черкасова подключим.

- Вот и прекрасно! - одобрительно, отозвался я. - Только вы все технику безопасности соблюдайте. Не забывайте, что это четвертый этаж. У вас должны быть страховочные ремни и осторожность в работе.

- Учитель, мы сделаем все, как ты скажешь. - уверил меня, Сабиров Таймураз. - Работу выполним на высшем уровне. Мы столько объектов сделали, что они нам всюду, словно памятники стоят по республике.

- Старайтесь работать так, - сказал я, парням на прощанье, - чтобы эти памятники вам всюду были при вашей жизни. Будьте осторожны во всем. Желаю вам, парни, удачи во всех ваших делах. Завтра встретимся.

Возможно, всем покажется весьма убедительной такая беседа с работниками, но я думаю, что далеко, ни так. Ведь говорить с ними одно дело, а выполняют они работу зачастую совершенно по-другому. У них сейчас такой возраст, что они зачастую выполняют работу не разумом, а страстным увлечением, порыв которого сравним с ураганом, пронесшимся в их сознании. Поэтому неизбежно могут быть травмы и увечья в таком порыве к работе в опасных местах. Именно этого я боюсь, чтобы не случилось с парнями беды в таком возрасте. Примером тому служит старшина милиции Эркен, который на этой самой крыше получил увечье в своей спешке. Следовательно, надо контролировать технику безопасности и работу такого возраста, иначе, будут беда. Значит, это мне надо поставить опытного специалиста для контроля этой всей работы.

Несмотря на то, что последний день перед университетской сессией у меня был свободный, утром пришлось мне отправляться в домоуправление подписывать контракт на ремонт нашей крыши с управляющим.

- Понимаешь, уважаемый, у нас плохо с деньгами. - сразу начал хныкать, Турдыев Заманкул, управдом нашего города. - Исполком нам мало денег дает на ремонт жилых зданий города. Пойми мое положение.

- Мне сейчас некогда выяснять ваши внутренние отношения с исполкомом. - в резкой форме, сказал я, Турдыеву Заманкулу. - Я тебе и так, поставлю шифер и людей. Сейчас подписывай мой контракт. Сегодня к обеду, чтобы выделил трех человек на подъем шифера на чердак нашего дома. Так как шифер могут разворовать. Вечером, я скажу тебе, в какой день будет выполняться работа. Во время работы мне нужен с твоей стороны человек, который будет контролировать работу, страховать моих рабочих. К концу выполнения работы, в этот день, чтобы ты был с наличными на рабочем месте. Я обещал парням, что ты им отдашь деньги наличными в конце работы. Не дай Бог, если ты не будешь с деньгами в конце работы, то я за своих парней не отвечаю. Они найдут тебя всюду. Затем раздерут на части без суда и следствия. У тебя три дня на раздумье. За последствия я не отвечаю. Ты сам своими действиями подпишешь себе приговор.

Турдыев Заманкул лихорадочно подписал контракт и тут же помчался в городской Исполком добывать деньги на оплату работы по ремонту крыши нашего дома. Я отправился домой ждать привоза шифера из гиссарской товарной базы. Время летит очень быстро. Возможно, что машина с шифером уже в пути к нашему дому. Надо поспешить, чтобы меня не искали с груженой машиной, у которой есть много работы. Ни трое, а четверо мужиков из домоуправления уже ждали меня на лавочке. Мужики принесли страховочные предметы и инструмент для работы моих парней на крыше дома с шифером. Все было готово к работе.

- Шифер сейчас подвезут. - сказал я, рабочим. - Поднимете его не по пожарной лестнице на стене нашего дома, откуда шифер будет легче украсть. Внесете шифер через чердачный люк над моей квартирой. Откуда легко будет сбросить воров, которые вздумают похитить мой шифер с чердака. Это говорю я вам для того, чтобы вы знали, что одного вора я сделал инвалидом. Следующего вора я отправлю на тот свет.

- Зачем ты, это нам говоришь? - возмутился, один рабочий. - Мы ведь не воры, а всего лишь рабочие люди.

- Я говорю вам для того, - ответил я, - чтобы ваши дети не были сиротами. Мне точно известно, что среди вас имеется человек, который за бутылку водки готов свою мать продать, а не то, чтобы своих собственных детей пожалеть. Также как и вы, я совсем недавно был рабочим, поэтому хорошо понимаю вас. Если вы не разобьете ни одного листа шифера, я проверю это, тогда я вам еще ставлю бутылку "Столичной" водки.

Мужики согласились. Вскоре к нашему дому прибыл грузовой автомобиль "КАМАЗ", на котором были сто листов шифера, гвозди шиферные и несколько длинных брусков на лаги кровли под шифер на крышу дома.

- Сколько я должен заплатить за все? - спросил я, водителя автомобиля "КАМАЗ", подписывая накладные.

- Фазылов Хасан, сказал, что все уже оплачено за сто листов. - ответил водитель, садясь в кабину машины.

- Тогда, спасибо! - поблагодарил я, водителя, захлопывая дверцу кабины. - Передавай привет Фазылову!

Когда машина уехала, то я увидел мужиков, которые уже подняли шифер. Мужики смотрели на меня маслеными глазами в ожидании бутылки "Столичной" водки. Мне не хотелось лезть на чердак проверять целостность шифера. Без того понятно, что за бутылку водки русский мужик любой товар на любую вершину поднимет целым. Так и сейчас. Наверно, мужики с большой осторожность поднимали весь этот шифер. Мне не хотелось идти в магазин за "Столичной" водкой. Поэтому я достал из своего кармана один червонец и отдал мужикам. В то время за червонец можно было купить две бутылки русской водки и закуску.

- Начальник! За этот червонец, тебе, большое спасибо! - сказали мужики, со слезами на глазах от счастья. Мы всегда будем рады тебе служить. Ты позови. За шифер не беспокойся. Теперь его там не украдут.

- Спасибо вам, мужики! - поблагодарил я, пожимая руку каждому мужику. - Люблю хорошую работу видеть.

Вот так-то. Это и ежу будет понятно, что он колючий. После двух бутылок водки, которые сейчас разопьют мужики на мой червонец, они не только не полезут воровать мой шифер. Охранять будут шифер до тех пор. Пока мои мужики закрепят шифер на крышу нашего дома. Скорее бы мои работники поставили шифер. Вернувшись, домой, я сел за учебники. Надо было хотя бы бегло повторить необходимый материал по предметам исторического материализма и политической экономии. Эти предметы будут на сессии первыми. Когда войду в колею занятий на сессии, то дальше все пойдет хорошо. Только бы настроиться на учебу. В последний день перед сессией я решил все свои стабильные дела. Вечером этого же дня отдал Черкасову Александру и Сабирову Таймуразу деньги за ремонт крыши, на тот случай, если Турдыев Заманкул не принесет вовремя деньги за выполненную работу. В случае если все обойдется хорошо, то мои деньги они вернут Людмиле, вдруг, в эту субботу я буду на своей сессии и не смогу увидеть управляющего домами.