# "Микве Исраель".

Александр Сергеевич Черевков

"учеба и труд - все перетрут" - если тебя туда примут

"Микве Исраель".

Едва разобравшись с надувательством со стороны многочисленных мошенников и шарлатанов, которые первыми приняли нашу семью в Государстве Израиль, после еврейских пасхальных праздников мы всерьез занялись устраиваться жить в Государстве Израиль. В первую очередь взрослые устроились учиться в "ульпан" на курсы изучения языка иврит. Младшие пошли учиться в школу. Виктория стала учиться в средней школе начальных классов прямо рядом с домом, в котором мы сняли временное жилье "схардира" на один год. Эдуарда решили устроить в специализированную школу "Микве Исраель" с получением необходимой квалификации механика или водителя машины.Когда мы со всеми необходимыми документами явились в специальную школу "Микве Исраель", то были весьма удивлены размерами специализированной школы "Микве Исраель", которая по своим размерам занимала третью часть территории города Холон. Фактически это был самостоятельный город в городе. Как Ватикан в Риме. Тут на территории специализированной школы "Микве Исраель", наряду с несколькими учебными корпусами, были жилые здания, как иногородних учеников, также учителей, которые в нескольких поколениях проживали на территории специализированной школы "Микве Исраель". На территории специализированной школы были новые жилые корпуса новых учителей и новых учеников, которые приехали из бывшего Советского Союза и не имели постоянного жилья. Вокруг жилых и учебных корпусов специализированной школы "Микве Исраель" расположен шикарный парк дендрарий с разными видами растительного мира местной флоры и фауны. С красивым прудом, заполненным дикими водоплавающими экзотическими птицами. В ветвях диковинных деревьев большие стаи диких зеленых попугаев, которые как воробьи в городах и парках России, перелетают от дерева к дереву по всему огромному школьному парку. Рядом с диковинной красотой на территории специализированной школы "Микве Исраель" раскинулись сельскохозяйственные поля, засеянные арахисом, хлопком и многими другими видами сельскохозяйственных культур, которые могут произрастать на территории Государства Израиль и на полях специализированной школы "Микве Исраель". Все сельскохозяйственные угодья обрабатываются учениками и учителями специализированной школы "Микве Исраель". Вокруг в специализированной школе "Микве Исраель" полная идиллия и благодать в Государстве Израиль.

- У меня высшее педагогическое образование. - говорю я, Александру, русскоговорящему директору специализированной школы. - Я могу поступить работать к вам преподавателем истории, рисования, государства и права, истории изобразительного искусства, а также ряда других гуманитарных дисциплин преподавания, которые мне известны по дипломам.

- Нам нужны только преподаватели, говорящие на языке иврит. - ответил мне, Александр, директор школы. - Твоего сына я беру учиться в нашу школу. Тебя могу тоже взять на работу в нашу специализированную школу, но лишь на различные ремонтные работы. С перспективой на будущее. Как только ты будешь в совершенстве владеть языком иврит, то я тебе предоставлю не только место работы преподавателем, но также постоянное место жительства для твоей семьи. Тебе стоит подумать. Наша специализированная школа одна из лучших школ в Государстве Израиль.

- Я согласен у вас работать. - не раздумывая, согласился я. - Расскажите мне, что я должен делать в вашей школе.

- Твои обязанности по работе в нашей школе расскажет господин Дов, мой заместитель по хозяйственной части. - ответил мне, Александр, директор специализированной школы, принимая от меня мои документы для устройства меня на работу в специализированную школу "Микве Исраель". - Можешь завтра приступать к своей работе в семь часов утра. Твой сын Эдуард зачислен в "ульпан" по изучению иврита в девятый класс, с последующим переводом после окончания "ульпана" в десятый класс средней школы с уклоном обучения управления техникой и механикой.

В этот же день я познакомился со стариком по имени Дов, который был заместителем директора специализированной школы по хозяйственной части. Дов выдал мне рабочую форму специализированной школы "Микве Исраель" со всеми логотипами школы на рабочей форме. Меня включили в список школьной столовой "шведский стол", где я мог бесплатно завтракать, обедать и ужинать в зависимости от времени по-часовой работе в школе. В мою обязанность входили ремонтные работы учебных, жилых и хозяйственных помещений на территории данной школы.

- Людмила Эммануиловна! Наконец-то мы будем с деньгами. - радостно, сказал я, своей жене, как только мы с сыном Эдуардом вошли к себе в съемную квартиру. - Я буду работать в специализированной школе "Микве Исраель" на полном довольствие. У меня будет трехразовое бесплатное питание "шведский стол". Хорошая зарплата и бесплатная спецодежда. Мне завтра выдадут инструмент. Я начну заниматься ремонтом учебных, жилых и хозяйственных помещений. Как только я выучу язык иврит, так мне там сразу дадут работу преподавателя по одной из учебных дисциплин, которые мне хорошо известны по моим двум дипломам. Затем нам в школе предоставят свое жилье...

- Что-то я не очень верю в эту перспективу. - грустно, сказала Людмила. - Мне соседи сказали, что мы можем рассчитывать в Государстве Израиль лишь за гроши на физическую черновую работу и на уборку чего угодно местным господам. Ничего другого у нас не будет. Прошлую, шикарную жизнь в Республике Таджикистан можем считать фантастическим сном, которого у нас не было и больше никогда не будет в новом измерении жизни в Государстве Израиль.

- Людмила! Мы еще встанем на ноги в полный рост. - с сомнением в голосе, сказал я, своей жене. - У нас в семье подрастают взрослые дети. Мы тоже вполне здоровы люди. Так что любая новая жизнь нашей семье не в тягость.

- Поживем, увидим. - с тревогой в голосе, сказала Людмила. - Вот только если мы через месяц не получим хорошую зарплату или "корзину денег" от Государства Израиль, то нам нечем будет платить за съемную квартиру. Хозяин квартиры просто выкинет нашу семью на улицу. Ты посмотри вокруг, как много в городах Государства Израиль на улицах бомжей выходцев из Советского Союза. Мне совсем не хочется жить среди бомжей. Лучше покончу с жизнью самоубийством, чем буду жить на улице. Жалко только своих детей, которые у нас совсем ни в чем не виноваты.

- Истеричка! Можешь прямо сейчас идти на море и утопиться! - разозлился я. - Ты, лучше хорошо подумай не о себе, а о своей семье. Тогда мы сообща наладим нашу семейную жизнь. Будем жить намного лучше местных израильтян.

Людмила больше ничего не сказала. С мокрыми глазами от слез пошла на кухню, готовить обед семье. К обеду вернулся старший сын Артур, который тоже ходил устраиваться на новое место работы. Мы ничего не стали спрашивать у Артура насчет работы. По его лицу было видно, что работу себе он не нашел. Вполне возможно, что ему предлагали работу грязную и слишком тяжелую. Артур не любит такую работу. Поэтому отказался от такой работы. Не буду нажимать на старшего сына, а то он обратно сбежит с дома вместе с младшим братом Эдиком. Нам с Людмилой только этого не хватало, чтобы дети наши бегали из дома жить среди бомжей на помойках Государства Израиль. Пускай старший сын Артур сам найдет себе работу по желанию. Думаю, что совесть свою он не потерял в стороне от своей семьи, когда бегал из дома в городах Республики Таджикистан. Артур все-таки взрослый человек. На следующее утро, мы с Эдуардом за полчаса до назначенного времени были в специализированной школе "Микве Исраель". Сын отправился в учительскую, за распределением в классе новых репатриантов. Я пошел в кабинет Дова, за определением своего рабочего места на сегодняшний день. Надо было у завхоза специализированной школы получить также инструмент, согласно предложенной мне работы в специализированной школе "Микве Исраель".

- Ты начнешь свою работу с ремонта коридоров в учебных корпусах. - сказал мне, Дов на языке иврит, через русскоговорящего переводчика Владимира, который работал столяром в специализированной школе. - Как только в школе начнутся каникулы, то ты будешь там проводить ремонт в жилых корпусах школы. Твою работу будет проверять Дов.

Владимир и Дов выдали мне малярные краски, кисточки, щетки, валики, шпателя, затирочные ручки, ведра под краску и под приготовление раствора штукатурки стен. Мне пришлось нагрузить весь этот инвентарь в тележку и повести к назначенному месту моей работы, в коридор главного учебного корпуса. Где я должен был сегодня покрасить стены под цвет давно угасшего колера, который был когда-то в коридоре учебного корпуса. Весь ремонт в главном учебном корпусе, а также в других многочисленных зданиях я должен закончить до начала учебного года в школе. Назвать это место главным учебным корпусом было невозможно. Даже мой язык не поворачивался назвать это место главным учебным корпусом в специализированной школе "Микве Исраиль". Так как стены коридора главного учебного корпуса были обляпаны разными красками. Залапаны грязными руками и расписаны цветными фломастерами на разных языках мира. Создавалось такое впечатление, что здесь проходило международное соревнование по предмету пачкать стены в главном учебном корпусе. Можно было также подумать, что в этой специализированной школе "Микве Исраель" никогда не занимались покраской стен в коридоре главного учебного корпуса. До такой степени стены были замызганы, что мне трудно было определить настоящий первоначальный цвет колера на стенах главного учебного корпуса. Я даже боялся себе представить, что меня ждет в других учебных корпусах этой школы.

Мне понадобилось около часа, на подготовку приблизительного колера под покраску стен в коридоре главного учебного корпуса. Я оставил себе к работе лестницу-стремянку, ведро с водяной краской нужного цвета, малярную кисточку, шпаклевочный инструмент с раствором шпаклевки. Остальной инструмент к ремонтным работам спрятал под замок в пустующем классе. Так как опасался, что во время перемен ученики вдребезги разнесут весь мой инструмент по коридору главного учебного корпуса. У меня был первый опыт на случай при неудачной работе на жилых стройках Государства Израиль. Когда у меня арабы воровали инструмент, а местные жители пачкали мою работу, которую приходилось несколько раз переделывать. Поэтому прежде чем приступить к работе, я позаботился о безопасности места работы в коридоре главного учебного корпуса. Отгородил себя раскладной перегородкой из щитов.

Мои опасения не были напрасны. Едва я приготовился к работе в коридоре главного учебного корпуса, как в школе прозвенел первый звонок на перемену. В одно мгновение открылись все учебные классы в главном учебном корпусе специализированной школы "Микве Исраель". Ученики всех классов, словно стадо диких бизонов, пронеслись мимо меня. Если бы я не прикрыл своим мощным телом рабочий инструмент, то пришли бы собирать обломки инструмента по всему коридору главного учебного корпуса специализированной школы вместе с перегородкой на рабочем месте. Таким образом, у меня весь рабочий день в коридоре главного учебного корпуса был привязан к занятиям в учебных классах. Когда в школе шли уроки, то я занимался ремонтом и покраской стен коридора. Как только начиналась очередная перемена в школе, то мне приходилось охранять от погромов свой инструмент. Так как ученики совершенно не обращали никакого внимания на мое присутствие и носились по коридору, словно бизоны угорелые от пожара. Потихоньку я приспособился к условиям работы в коридоре главного учебного корпуса. Моя работа стала набирать темп. На следующий день была выполнена четвертая часть моей работы. Столяр Володя сказал мне, что Дов вполне доволен моей работой. В таком темпе и так старательно в специализированной школе никто не занимался ремонтом. У меня тут есть хорошая перспектива работы надолго задержаться в специализированной школе "Микве Исраель".

Освоившись с работой мастера по ремонту помещений в специализированной школе "Микве Исраель", я стал прислушиваться и приглядываться к будущей работе в этой школе в качестве преподавателя. Мне было интересно о взаимных отношениях между учителями и учениками специализированной школы "Микве Исраель". Ведь мое будущее в этой специализированной школе зависело от моего правильного понимания ведения работы преподавателей. Сквозь слегка приоткрытую дверь десятого класса я смотрел и слушал, как молоденькая учительница математики увлеченно ведет свой предмет на языке иврит, который постоянно путает с русским языком. Смешанный разноязыкий класс учеников, совершенно не обращают никакого внимания на учительницу математики. Каждый ученик занимается своим делом. Двое учеников на испанском языке обсуждают футбольный матч, который слушают по радио через наушники. Русскоговорящие парни рассказывают друг другу анекдоты про чукчу и смеются во весь голос. Группа девчонок испытывает на себе новую косметику. Разглядывают себе в зеркальца разных размеров. Ученики десятого класса курят так сильно, что из-за табачного дыма в классе не всех можно разглядеть. Никому из учеников нет никакого дела до учительницы математики и до самого проведения урока. Школьный класс был похож на зал ожидания. Увлеченный странным взаимопониманием между учителем и учениками, я сразу не замечаю, как из другого соседнего класса выходит ученик. Начинает фломастером что-то мазать на только что покрашенных мной стенах коридора. Когда я замечаю, как уродуют мой труд, то это настолько меня возмущает, что я едва сдерживаю себя, чтобы не врезать по шее этому парню, который совершенно не обращает ни какого внимания на меня и продолжает уродовать мой труд. Я хватаю парня за пояс и силой тащу его в кабинет к Александру, директору специализированной школы.

- Я занимаюсь ремонтом стен в коридоре главного учебного корпуса. - говорю я, Александру, директору школы. - Этот ученик фломастером пачкает мой труд. Я требую от вас, чтобы вы пресекли это безобразие и сберегли мой труд.

- Отпусти ученика. Пускай он идет в класс на занятия. - спокойно, сказал мне, Александр, директор школы.

- Я не понял? - отпуская ученика, удивленно, спросил я. - Почему ему можно безнаказанно гадить в школе?

- Родители ученика платят за школу деньги. - ответил директор школы. - Ты получаешь деньги за ремонт в нашей школе. Остальное тебя не должно интересовать. В школе каждый должен знать свое рабочее место.

Я ни стал обсуждать выводы директора школы. Мне стало понятно, что если я буду спорить с директором школы, то могу лишиться хорошего места работы, на которой меня бесплатно кормят, одевают и еще платят хорошие деньги за работу. Если я буду выяснять отношения между директором школы, учителями и учениками, то меня просто выкинут из школы. Так что мне лучше помалкивать и получать удовольствие от работы в специализированной школе "Микве Исраель". Может быть, скоро, я открою свой бизнес в Государстве Израиль и тогда отсюда уйду навсегда.

Время за работой настолько стремительно тает, что я не замечаю, как проходит два месяца моей работы в специализированной школе "Микве Исраель". Я закончил ремонтные работы в учебных корпусах и после завершения ремонтных работ в хозяйственных корпусах, скоро перейду работать в жилые корпуса специализированной школы. С завтрашнего дня ученики старших классов разъезжаются по своим домам на летние каникулы. Я могу начать работу в жилых комнатах старших классов. Постепенно в течение каникул я должен завершит ремонтные работы в школе.

К семи утра я пришел на свое рабочее место к жилым помещения учеников старших классов специализированной школы "Микве Исраель". Пока я подготавливал инструмент и краски к ремонтным работам, из комнаты в комнату, а также из душа в душ, прикрывая свою наготу одним полотенцем, по жилому корпусу расхаживали парами молодые развратники. Совершенно не стесняясь моего присутствия. Обнаженные несовершеннолетние девицы при открытых дверях в жилых комнатах обличались в свои одежды, чтобы уехать к себе домой на время летних школьных каникул. Всякое я мог ожидать от несовершеннолетних учеников специализированной школы "Микве Исраель", но чтобы такую школу ученики превратили в малолетний притон, этого я ни как не ожидал. Когда я стал осматривать опустевшие от учеников жилые комнаты к подготовке места своих будущих работ, то мне показалось, что я пришел ни в жилые комнаты учеников, а в публичный дом разврата, городской притон или как это звучит на языке иврит "махон". В жилых комнатах учеников обоих полов на стенах были развешаны плакаты порнографии с приемами занятия сексом. На туалетных столиках и под кроватями разбросаны презервативы, а также различные другие предметы, которые малолетние развратники использовали во время совместного секса. По всем жилым комнатам разбросаны использованные женские прокладки, а также нижнее, грязное белье. В комнатах отвратительная вонь от спермы и от менструации. Жилой корпус учеников старших классов был похож на свалку предметов секса из дома терпимости.

- Вы можете меня уволить, но пока в помещениях не будет проведена уборка, я там работать не буду. - сказал я, завхозу, показывая ему на предметы секса, разбросанные в жилых комнатах. - Я интеллигентный образованный человек, а не малолетний развратник, как ваши старшеклассники. Мне противно находится здесь в сексуальной грязи.

Завхоз ничего не сказал мне. Видимо ему самому было неприятно смотреть на эту сцену былого разврата несовершенно летних детей. Завхоз тут же позвонил по мобильному телефону на проходную школы и сказал охранникам, чтобы всех учеников сняли с автобусов. Вернули в жилой корпус, навести порядок в своих комнатах. Не прошло и пяти минут, как жилой корпус специализированной школы заполнился недовольными старшеклассниками, которые так очистили свои жилые комнаты, что после ухода жильцов из своих комнат, у меня значительно прибавилось работы. Так как пустующие жилые комнаты были ободраны до такой степени, что обычный ремонт жилых комнат сразу превратился в капитальный ремонт жилых корпусов специализированной школы "Микве Исраель". Зато теперь я мог спокойно заниматься своей работой по ремонту и не созерцать признаки малолетнего разврата в данной школе.

- На каком языке ты постоянно говоришь с Довом? - спросил я, столяра Владимира, когда научился различать язык иврит с другими многочисленными языками, на которых разговаривали новые репатрианты со всего земного шара.

- Я с Довом говорю на языке идиш. - объяснил мне, столяр Владимир. - В самой Европе так говорят евреи.

- Язык идиш сильно похож на немецкий язык. - заметил я. - Я подумал, что вы говорите на немец?ком языке.

- Ты, что, хорошо знаешь немецкий язык? - поинтересовался Дов, через столяра Владимира. - Учил что ли этот язык?

- Немецкий язык я знаю плохо. - откровенно, объяснил я, завхозу. - Но больше двадцати лет я переписывался Дитмаром Винклером из города Берлин. Дитмар Винклер директор цирка и директор издательства циркового искусства.

- Ты зря это сказал насчет переписки с немцем. - сказал мне, столяр Владимир, когда от нас отошел чем-то разгневанный завхоз. - Во время войны с немцами у Дова была уничтожена вся семья. Дов сам сидел в концлагере "Бухенвальд". Русские солдаты случайно нашли его чуть живым среди трупов евреев в концлагере "Бухенвальд".

- Ну, что из того, что я сказал Дову про немцев? - удивленно, спросил я, Владимира. - Фашистов я так же ненавижу, как все мирные люди на земном шаре. Но это не значит, что теперь я должен ненавидеть немцев и итальянцев, от языка которых произошло слово фашизм. Мы цивилизованные люди. Мы должны одинаково относиться друг к другу.

- Ты в этом прав. - согласился с моими выводами столяр Владимир. - Однако, Дов думает совсем иначе.

В том, что столяр Владимир был прав насчет Дова, я убедился вскоре. С этого дня приветливый Дов стал мрачным человеком в отношении меня. Перестал здороваться со мной за руку и спрашивать меня поутру о моем здоровье. Мы словно две грозовые тучи, одна старая в лице Дова, а друга молодая в моем лице, остерегались встретиться друг с другом, чтобы между нами не началась гроза с громом и молнией. Теперь в действительности в моем понятии и в моей работе специализированная школа "Микве Исраель" из райского уголка начинала превращаться местом настоящего ада. Я понял, что специализированная школа "Микве Исраель" ко мне, как Государство Израиль к нашей семье из рая может превратиться в кромешный ад, если не принять какие-то срочные меры в защиту своей семьи. Не смотря на то, что мы все семьей пристроились с жильем хотя бы на один год. Нам нужно было думать о постоянном собственном месте жительства, на которое у нас в семье совсем не было денег. Людмила занималась временной работой на уборке полов в ресторане и за присмотром какой-то престарелой старухи, заброшенной собственными детьми. У старшего сына Артура с работой было на много хуже. Он постоянно менял место работы по разным причинам, то Артур не подходил хозяину производства, то сам хозяин другого производства не нравился Артуру.

- Мы так долго не протянем. - сказал я, в семье, когда меня достали постоянные проблемы Артура с работой. - Я переговорил с Агисом из города Никозия на острове Кипр. Агис готов принять Артура на работу в свой офис или на плантации по уборке цитрусовых. У нас в городе Душанбе был договор, что Артур будет закреплять наш семейный бизнес в Республике Кипр, а я тем временем закреплю семейный бизнес в Государстве Израиль. Слово за Артуром.

- Ни на какой остров Кипр я не полечу и не поплыву. - на отрез, отказался Артур. - Я прибыл в Государство Израиль, как еврей. Вот завтра с Эдиком мы пойдем к местному раввину в синагогу и договоримся насчет обрезания. Затем я поеду в военкомат "Телешумер" запишусь призывником на службу в армию Государства Израиль. Я израильтяне!

- Тебе виднее. Ты взрослый человек. Вот только после такого ответа за помощью ко мне не обращайся. - сказал я, Артуру. - Я хотел тебя отправить на Кипр только на благо тебе, чтобы ты оттуда мог пробиться с бизнесом в Европу.

- Мне вообще твой бизнес не нужен. - продолжил Артур отказываться от моей помощи. - Я хочу самостоятельно решать все свои проблемы без твоей помощи. Мне когда-то нужно было научиться быть самостоятельным человеком.

Артур и Эдуард ни стали тянуть с обрезанием. На следующий день к вечеру они явились из синагоги кислыми и притихли в своих постелях. Мы поняли, что наши пацаны совершили еврейский обряд "Брит мила" по обрезанию. Целую неделю Артур не ходил на работу, а Эдуард не появлялся в своей специализированной школе "Микве Исраель". Мы не задавали им никакие вопросы, пока наши пацаны сами оба рассказали о своем еврейском ритуале.

- Вот теперь для того, чтобы вам лететь в Россию надо предоставлять паспорт и метрики на причастность к русской нации. - в шутку, сказал я, своим сыновьям. - Когда захотите вернуться в Государство Израиль, то вам достаточно расстегнуть ширинку и показать, что вы обрезанные. Наверно в этом есть какое-то преимущество в еврейской нации.

- Папа! Почему ты не пошел обрезаться? - поинтересовалась Виктория. - Ты тоже мужчина, как твои сыны.

- Вот только меня там не хватало! - удивленно, воскликнул я. - Тогда в синагогу надо нам заодно тебя и маму забрать. Бабушку из России сюда привезти в синагогу. Представляю, какой был бы там балаган от нашего семейного сборища.

- Между прочим, в синагогу на обрезания к раввину приходят целыми семьями. - сказал Артур. - У евреев, это считается как праздник посвящения в мужчины. В синагоге пьют вино. Прославляют Всевышнего с появлением мужчины.

- Вы же прекрасно знаете, что я с рождения крещенный. Между прочим, вы тоже крещенные. - напомнил я, своим детям. - К тому же я пока до настоящего времени партийный атеист. Меня никто из партии не исключал. Коммунистическая партия сама от меня исключилась. Это я, как русский офицер, остался верен клятве, которую дал однажды. Но не будем о прошлом. Я представляю себе еврейскую синагогу только как историю и культуру народа, к которому относится ваша мама, а моя любимая женщина, которой я посвятил всю свою сознательную жизнь. В бога я не верю.

- Папа! Давай с тобой сочиним стихотворение про обрезание и отправим в газету. - предложила Виктория.

- Тебя, конечно, обратно интересует гонорар. - грустно, вспомнил я, первую попытку. - Думаю, что до гонораров нам далеко. Но стихотворение мы с тобой напишем. Пускай наше стихотворение, будет называться "Древний обряд". Ведь так в действительности давно называется древний обряд "Брит мила", еврейский обряд обрезания мальчиков.


Древний обряд.


На обрезание, к раввину,

Пришел папа вместе с сыном.

Явилась с ними, вся семья -

Мама, бабушка и я.

Сына младшая сестренка.

Я дрожу, стою в сторонке.

Знаю - больно стать мужчиной,

Папе взрослому и сыну.

Но, люди всюду говорят:

- "Надо древний совершать обряд".


Вот, дождались мы раввина.

С виду ласковый мужчина.

Рот с улыбкой до ушей,

Хоть завязочки пришей.

Чтобы меньше улыбался

И серьезным оставался.

Когда к нему явились дамы -

Сестренка, бабушка и мама.

Тут рядом тети говорят:

- "Надо древний соблюдать обряд".


Но, вот, сказал раввин: - Я буду рад,

С вами древний совершить обряд.

За стол с вином, пусть сядут дамы -

Сестренка, бабушка и мама.

За мной, прошу, пройти мужчин.

Первым папа, позже сын.

Лягут под наркозом спать,

На больничную кровать.

Людям всем когда-то надо,

Древние вершить обряды.


Знают все на белом свете,

От любви родятся дети.

Мне, конечно, маму жалко,

У взрослого папы не вырастет "палка".

У брата, все наоборот -

До свадьбы "палка" больше отрастет.


Терпят, морщатся мужчины -

Взрослый папа, вместе с сыном.

Почти до слез их довела,

Еврейская "Брит мила".

В народе верно говорят:

- "Трудно древний выполнять обряд".


Вот, наконец, раввин в бокалы красное налил вино.

Поднял бокал он с нами заодно.

Бокал хрустальный, поклонившись, осушил.

И нам за Бога, выпить предложил.

Решили выпить мы немножко,

Всей семьею на дорожку.

Чтобы братику и папе,

Спать спокойно и не плакать.

Чуть в голову ударило вино,

Как потянуло нас домой оно.

И вот, с хмельною головой,

Нас на такси везут домой.

С улыбкой, нам, в дорогу говорят:

- "Приятно древний совершать обряд".


Я с тетрадкой у окошка.

Мне мурлычет что-то кошка.

- Вечер! - говорю я вслух.

- За морем закат потух.

Мама не ложится рано.

Папа дремлет у телеэкрана.

Братик, мирно, в спальне спит,

Только носиком сопит.

А бабуля, в уголочке,

Вяжет для меня носочки.

Запишу в своей тетрадке:

- "Мишпаха у нас в порядке.

Наша дружная семья -

Папа, мама, братик, бабушка и я.

Нам не страшен вирус СПИД,

Он семье не навредит".

Правду люди говорят:

- "Полезно древний соблюдать обряд".

Хватит! Все! Ложусь я спать. Рано в школу мне вставать.