# Отпуск у моря.

Александр Сергеевич Черевков

Против течения плыть легче - меньше соперников.

ОТПУСК У МОРЯ.

1.Шепси.

Летние отпуска и школьные каникулы близились к своему финалу. Вот и мои блудные дети вернулись из пионерских лагерей, где они отбывали в горах срок своего летнего заключения. Головы моих сынов были полны различных впечатлений о своих похождениях и побегах из пионерских лагерей. За что я, иногда, вынужден был прибегать к использованию своего ремня, который сбивал страсть моих сынов к необдуманным приключениям, так как другие меры воспитания на них никак не действовали. Но ремень тоже не приносил мне нужных результатов. Надо было заняться поиском нового метода воспитания своих блудных сынов.

- Папа! Папа! Ты целое лето нам ничего не рассказывал. - вспомнила Виктория, в первую пятницу, как только приехали наши пацаны. - Расскажи нам про свой самый интересный отдых. Когда ты был холостяком.

- У меня все летние отпуска и школьные каникулы были интересные. - начал я, свой рассказ. - Иначе бы я их не вспоминал. Я вам рассказывал много раз про свои школьные каникулы. Сегодня расскажу про свой летний отпуск. Который был у Черного моря, после службы в армии. Тогда мы отдыхали целыми семьями.

Как вы знаете из моих прошлых рассказов, после службы в армии я ни стал использовать положенный мне отпуск после службы в армии, а сразу пошел учиться в техническое училище и работать наладчиком электронного оборудования на военный завод "ФЭУ". Но после выпускных экзаменов в техническом училище, нам всем предложили пойти на месяц в летний отпуск. Так как за этот период должны были подготовить рабочие места на военном заводе и отправить в отпуска "старых" рабочих военного завода "ФЭУ". У меня не было никаких планов насчет моего отпуска. Я хотел просто отдыхать дома и ездить на рыбалку.

- Давайте махнем дикарями к дяде Коле, в поселок Шепси у Черного моря. - предложила тетя Надя. - Мы давно не отдыхали семьями у знакомых и родственников. Вот у Коли будут радости! Когда он увидит нас.

Мы, конечно, представляли, какие будут радости у дяди Коли, когда мы оравой явимся к нему. У многих, возможно, остались воспоминания о наших каникулах и отпусках у дяди Саши Морозова на станции Червленно-Узловой, которая находится на реке Терек в Чечне. Тогда многим родственникам пришлось платить штрафы за опустошенные сады, огороды и пруды, которые пострадали от наших многочисленных набегов. Тогда, три года назад, впервые и в последний раз, собрались у дяди Саши Морозова на каникулы дети наших многочисленных родственников. Точного числа, которых никто не знает, так как нас было больше чем местных детей поселка Червленная-Узловая. Мы жили в домах, сараях, на сеновале и просто в шалашах во дворах наших родственников этого поселка. Руководил тут всей оравой родственников дядя Саша Морозов.

Ну, ладно, это в прошлом. Чтобы не испугать до смерти нашим приездом дядю Колю, было решено, что туда поедут только две семьи. Это семья тети Нади Щепихиной, пять человек и наша семья, четыре человека. Во время сбора к нам привязался мой старый друг Толик Фомин. Таким образом, вместе к Черному морю ехать собрались десять человек. Трое взрослых родителей и семь человек парней в возрасте от десяти до двадцати двух лет. Мне, как самому старшему из братьев, возложили всю ответственность за отдых на море, тем более, что я был знаком по службе в армии с Черным морем. Отказываться мне было бесполезно, так как меня могли оставить дома одного. Жить дома одному всегда скучно. Поэтому я согласился.

Нам понадобилось два дня на полную подготовку к поездке на Черное море. Чтобы богатого дядю Колю не превратить за пару недель в нищего, мы решили взять с собой все непортящиеся продукты. Весь запас домашних консервов и сухих продуктов, был уложен в картонные ящики и в рюкзаки. Некоторые продукты мы купили в магазинах, за дефицит которых нам навязывали в нагрузку лотерейные билеты ДОСАФ. Мы хотели выбросить билеты, но решили оставить. Вдруг, нам тоже когда-то повезет, как говорят по радио.

Когда все было готово, дядя Миша Щепихин, муж тети Нади, нанял на щебеночно-шпальном заводе автобус "ПАЗ". Мы все загрузились в автобус и двинулись в дальний путь за пятьсот километров к Черному морю. Наш путь пролегал через Северную Осетию, Кабардино-Балкарию, Карачаево-Черкесию, Ставропольский край, Адыгею и Краснодарский край. Путь был для нас очень длинным и нелегким. Почти через весь Северный Кавказ.

Несмотря на то, что мы выехали из города Беслан в час ночи, лишь через сутки увидели берег Черного моря. В дороге по трассе, мы заготавливали овощи и фрукты, которые стояли в ведрах у дороги на протяжении всего нашего пути от города Беслан до города Туапсе. Каждое ведро стоило всего один рубль. Причем продавцы уважали больше всего металлический рубль. На бумажный рубль давали фрукты и овощи просто полное ведро, а на металлический рубль ведро с горкой. Всю дорогу питались фруктами и овощами.

Чтобы не отправить дядю Колю в психушку или на тот свет, своим прибытие среди ночи, мы заночевали в автобусе между городом Туапсе и поселком Шепси. Когда первые лучи летнего солнца разбудили нашу ораву, мы тут же бросились купаться в Черное море, которое не видели ночью с дороги. Родители с трудом загнали нас в автобус, чтобы окончательно не растерять нас на этом берегу моря, до приезда к дяде Коли.

Через десять минут мы были в поселке Шепси, который расположился в расщелине между двух зеленых вершин и морским пляжем. Поселок был настолько зеленый, что нам казалось деревьев здесь больше чем домов и людей вместе взятых. Кроны южных деревьев огромными шляпами-самбреро скрывали дома от знойного южного солнца. Даже склоны вершин у поселка Шепси казались нам папахами с зеленых барашков, которые сытые лежат на небольших вершинах соседних гор. Редкое пространство между деревьями занято постройками жилых домов, которые также заплетены вьющимися растениями цветов и кустарников. Среди которых выделяются контуры зданий, самое высокое из них, всего в два этажа ростом и то, так сильно спрятано в зарослях зелени, что трудно отличить от зеленых растений. Разве по зеленому контуру кирпичных стен, которые были полностью облеплены вьющимися зелеными веточками с листьями. В сотне метров от пляжа небольшой домик, в котором жили дядя Коля и его жена, тетя Валя. Они еще спали. Мы подъехали метров на десять к их дому. Тетя Надя сразу взяла заботы огромной оравы на себя.

- Вы сидите в автобусе, а я схожу на разведку. - распорядилась тетя Надя. - Возможно, что дядя Коля дома.

Тетя Надя сказала это так, словно дядя Коля мог убежать куда-то при виде нас. Однако, мы остались в автобусе и не терпеливо выглядывали в ожидании результата, с которым вернется к нам наша тетя Надя. Мы уже давно привыкли к сюрпризам тети Нади и знали, что все у нас обойдется хорошо. Пусть даже нам придется помучиться в ожидании этих новых сюрпризов, которые постоянно преподносит нам тетя Надя.

- Ой, Надя?! - услышали мы, удивленный голос дяди Коли, когда на стук открылась дверь в огромном доме.

- Здравствуй, Коля! - робко, ответила тетя Надя. - Мы, вот, тут, все решили на лето в гости к тебе приехать.

- Как, все? - испуганно, спросил дядя Коля. - У меня всего домик у моря, а не усадьба графа Лебедева.

- Да, ты не бойся, Коля! - подбодрила тетя Надя. - Мы будем жить дикарями и нас всего десять человек.

- А! Ну, тогда другое дело. - облегченно, вздохнул дядя Коля. - Места у нас на пляже всем гостям хватит.

- Ура! Ура! - радостно, закричали мы в один голос, выскакивая с вещами, из уставшего от дороги автобуса.

От нашего крика всполошился весь живой мир природы. Начали сонно лаять собаки. С ветвей деревьев в небо поднялись огромные стаи птиц. Возле берега моря из палаток и шатров повыскакивали все "дикари".

- Так только наши приезжают. - выходя из своего дома, сказала сонная тетя Валя. - Вы посмотрите на свои часы. Нет еще и пяти часов утра, а вы устроили тут такой балаган. Всех сразу разбудили. Можно и потише.

Как только наша встреча состоялась, мы тут же разбили свои палатки, словно уже знали где это нам разрешат делать хозяева дома. Тетя Валя хотела было возразить насчет нашего самовольства, но только открыла рот и растерянно махнула рукой. Все весенние заботы об зелени окружающей среды к лету, были затоптаны нашими ногами и на месте зеленых клумб появились палатки ярких цветов, которые сильно выделялись среди растительного мира поселка Шепси. Так что это лето у тети Вали не будет забот с цветами.

Мы закончили установку своего места жительства и побежали осваивать ближайший пляж. Черное море ласково встретило нас своей теплой водой и мягким песком на пляже. Не успели мы разобраться со своим местом на пляже, как людей вокруг стало больше самого места на песке. Нам тут это сразу не понравилось. Привыкшие к свободе, мы были ущемлены местом отдыха у моря. Мы решили поискать свободное место.

- Нам надо найти свое постоянное место. - взял я на себя инициативу. - После обеда мы пойдем искать себе место отдыха и рыбалки. Только нам надо узнать, на что здесь местные рыбаки рыбу ловят в море и все.

- Отдыхающие из города Беслан, просим пройти на обед. - оглушил нас в репродуктор, голос тети Нади.


2.Тайны нашей рыбалки.

Как истинные "дикари", мы ринулись через пляж, к зову желудка. Спотыкаясь через обнаженные тела туристов, загорающих на песку. Через несколько минут, мы подобно голодным хищникам, смели продукты, которые были выставлены на ковровой дорожке между деревьями. Затем прихватили с собой запас продуктов и свои рыболовные снасти. Направились обследовать морское побережье вблизи поселка Шепси. От пляжа, в сторону города Сочи, берег резко изменился и принял местами форму обрывистых скал, уходящих длинными грядами в морскую глубину. Здесь не было места для загара на песке, но, зато рыба плескалась всюду. Мы приготовили удочки и затаились у моря в каменных расщелинах между серых скал. Час терпеливого ожидания не принес нам желаемых результатов. Рыба совсем не хотела у нас клевать на крючок. Были испытаны все известные нами хитрости рыбной ловли, но морская рыба никак не хотела ловиться на наши хитрости.

- Давайте мы будем искать ракушки рапаны. - предложил я, братьям. - Среди камней их должно быть много.

Братья, как по команде, надели на себя ласты и маски с трубками. Вода у берега возле камней забурлила от наших ныряний. Мы облазили все прибрежные камни. Но кроме морских камней ничего не увидели. Рапаны словно вымерли в окрестных местах. Всюду только рыба плавает и водоросли в море разные растут.

- Саша! Саша! Плыви сюда! - закричал мне, двоюродный брат Женя. - Я тут что-то нашел в воде на камнях.

Я поплыл к Женьке и на небольшой глубине увидел между камней два совершенно новые кислородные баллоны аквалангистов с маской. Прямо в воде я открыл вентиля баллонов, которые были полны кислорода. Я подхватил оба баллона с маской и стал поднимать их наверх. Мне не терпелось их сразу испытать.

- Вот класс! - закричал я, во всю глотку. - Тут кто-то маску и баллоны для аквалангистов потерял. Мы теперь с этим аппаратом весь берег обследуем. У нас навалом будет рыбы разной. Рапанов себе тоже наберем.

Усиленно бултыхая ластами, я поплыл на спине к берегу, чтобы там акваланги одеть на себя. Когда подплыл к берегу с аквалангами и баллонами с кислородом, то увидел, что меня на берегу ждут пограничника.

- Ты эти, баллоны и маску, клал туда? - спросил меня, капитан пограничников, когда я выбрался на берег.

- Нет! - рассеянно, ответил я. - Мы просто ловили рыбу и искали рапаны, это случайно увидели в воде.

- Предъяви документы. - потребовал капитан пограничников. - Расскажи мне кто ты и откуда приехал.

К моему счастью, паспорт был при мне. Я забыл его вытащить из своей спортивной сумки и принес на море вместе с рыболовными снастями. Я предъявил капитану пограничников свой паспорт и рассказал о себе, как в армии, что требовалось от меня в таких случаях при задержке пограничниками на берегу этого моря.

- Армию отслужил возле границы, а ведешь себя, как мальчишка. - отругал меня, капитан пограничников. - Собирай свои вещи и братьев. Чтобы вас больше не видели в этой стороне. Иначе, всех посажу в тюрьму!

Мы собрали свои вещи и быстро помчались в сторону поселка Шепси. Вероятно, что здесь отрабатывали учения по задержанию нарушителей водной границы. Вполне возможно, что ждали настоящего нарушителя границы, а тут мы приперлись со своей рыбной ловлей и поиском рапанов. В любом случае испортили всю работу пограничников. По службе в армии мне известно, что до нейтральной границы от берега нашей страны в Черном море всего одиннадцать километров. Хорошему аквалангисту ночью ничего не стоит добраться до нейтральных вод. Там забраться в зарубежный корабль и удрать за границу. Так что, видимо, мы серьезно помешали пограничникам. Нам всем повезло, что капитан пограничников оказался таким добрым.

- Никому в поселке не болтайте о случившемся. - предупредил я, братьев. - Иначе нас посадят в тюрьму.

Братья согласились с моим предупреждением и в поселке Шепси больше не вспоминали о происшедшем.

- Не важные вы рыбаки. - сказал дядя Коля, когда узнал, что мы пришли без рыбы. - Рыбка плавает по дну, не поймаешь не одну. Только так у вас получается. Горе рыбаки. Завтра в ночь, а точнее, сегодня, я плыву за катранами, это черноморские акулы. Самого старшего из вас, я могу взять с собой на рыбалку в ночь.

- Я согласен! - быстро, выпалил я, чтобы меня не опередили младшие братья. - По службе знаю это море.

- Давай мне свой паспорт. - согласился дядя Коля. - Сейчас пойду, выпишу тебе на рыбалку пропуск в море.

Дядя Коля ушел с моим паспортом выписывать мне пропуск на ночную рыбалку в море. Я не пошел купаться на море, остался ждать результата под завистливым взглядом своих братьев и друга. Они оставили дома рыболовные снасти. Пошли к вечеру купаться на море. Вечером пляж сильно опустел от туристов.

- Пропуск готов. - сказал мне, дядя Коля, когда пришел домой. - Покажи мне, где будешь в эту ночь спать. Чтобы в темноте я не спутал тебя с другими парнями. Прямо сейчас до ночи ложись спать на свое место.

Я показал дяде Коле свое место в палатке и тут же завалился спать. Мне и без его рыбалки хотелось отдыхать. Так намотался за целый день, что едва дождался время, чтобы как можно быстрее лечь спать.

- Саша! Пора вставать. - услышал я, тихий голос дяди Коли. - Скоро два часа ночи. Нам пора идти в море.

Я вылез из палатки. На улице было прохладно от моря. В одних плавках и в майке. Пошел следом за дядей Колей, который с собой ничего не взял. Я ни стал ни о чем спрашивать и тихо поплелся следом за ним.

- Тебе так не холодно? - спросил дядя Коля, когда мы отошли от дома. - В море будет ветерок и прохладно.

- Служил в городе Батуми ближе от воды, чем ваш дом от моря. - ответил я. - Всю службу спал в плавках.

- Тогда порядок. - согласился дядя Коля. - Мне с тобой будет легче ходить на рыбалку в море за катранами.

Возле поселка Шепси у моря была небольшая пристань. Там собрались ночные рыбаки. Лодка дяди Коли привязана к металлическому штырю забитому в морской песок. При свете фонаря у пристани я увидел в лодке барабулек. Такая рыба величиной чуть больше ладони, песочного цвета. Точнее сказать, морской пескарь с горбатым носом. Барабульки плескались в морской воде, которая слегка прикрывала дно нашей лодки. Барабулек было много, которых вполне хватило бы на хорошую уху для всей нашей компании.

- Зачем барабульки в море нужны? - спросил я, дядю Колю. - Их бы на пиво засушить или уху с них сварить.

- На пиво и на уху ты успеешь наловить. - ответил дядя Коля. - Барабульки нам нужны на ловлю катранов.

Мы сели в лодку. Я на весла, а дядя Коля на корму к мотору. Я стал осторожно выгребать подальше от пристани. Когда лодка отплыла от пристани метров на десять, дядя Коля опустил винт мотора в воду и дернул шнур стартера. Двигатель завелся с третьей попытки и глухо урча помчал нас в открытое море. Лодка у дяди Коли была старая, самодельная из половых досок, прошпаклевана паклей и пропитана смолой. Такие лодки рыбаки давно перестали делать. Но когда мы жили на Каспийском море в городе Избербаш, то я ви²дел, как делают эти лодки. Такие лодки очень тяжелые и легко могут утонуть. Вид этих лодок бывает с круглым дном и с плоским дном. В народе такие лодки называют "круглодонка" и "плоскодонка". У дяди Коли была "круглодонка". Такой вид самодельной лодки идет на моторе быстрее чем "плоскодонка".

- Надень спасательный жилет. - сказал дядя Коля, когда я осушил весла и положил во внутрь лодки вдоль на скамейки. - Катран очень опасная акула. Может тебя хвостом сбросить в море. Без сознания ты утонешь.

Конечно, я знал до дяди Коли, что катран черноморская акула небольшого размера, но что катран может быть опасен, я это слышал впервые. Как только я облачился в спасательный жилет, то этому я был рад. От жилета мне стало теплее. Ведь в море действительно было холодно. Зря я не оделся так, как дядя Коля, в шерстяной свитер и в шаровары. Сейчас уже все позади, думать об этом, надо привыкнуть холоду в море.

Лодка быстро ушла от берега. Как только береговые огни стали очень далеко, дядя Коля заглушил двигатель лодки и достал из ящика две катушки толстой лески с грузом и крючком. В консервной банке были навозные черви и креветки. Дядя Коля разделил насадку и леску между нами. Дал мне пару рабочих перчаток. Я ни стал спрашивать зачем мне перчатки. Раз так надо, значить надо. Мне из опыта рыбной ловли в армии было известно, что в Черном море есть много рыбы с ядовитыми колючками. Одна рыба дракон чего стоит, от укола такой рыбы человек распухает и может долго болеть. Я это испытал на себе при первой же рыбалке на Черном море. Поэтому решил соблюдать осторожность. Насадил на крючок червя, одел перчатки и едва стал спускать леску в воду, как у меня тут же сильно клюнула рыба, я чуть не упустил всю катушку. Закрепив катушку за металлический крюк на лодке, я вытащил рыбу в лодку. Это был морской окунь. Темно-коричневого цвета и с иголками во все стороны. Следом поймались несколько колючих окуней. После окуней пошли ерши, тоже колючие. Затем ставридка. Через час у меня под ногами плескалось десятка три колючих бестий, которые норовили меня уколоть и поцарапать. Я пожалел, что необдуманно легко оделся. Теперь мне грозила опасность болеть весь свой отпуск. Дядя Коля ухмылялся, когда смотрел, как я шарахаюсь от колючих рыб. Хорошо, что луна в эту ночь была яркая. Рыбу было хорошо видно, иначе бы, я весь был бы изранен иголками рыбы. Постоянно из-за рыб приходилось поднимать свои ноги на си-дение.

- Все! Хватит! - сказал дядя Коля, когда колючей рыбы стало столько, что барабулек не видно. - Сейчас катран пойдет. Ты приготовься. Убери от себя леску. Возьми под сидением колотушку. Как только я вытащу катрана из воды, ты сильно бей его по голове этой колотушкой. Катрана со мной не путай, я тебе не рыба.

Дядя Коля тоже убрал свою леску. Вытащил из ящика под кармой толстую капроновую леску с огромным крючком и огромной блесной. Завел мотор лодки. Разогнал лодку по морскому течению. Затем заглушил двигатель. Лодка продолжала скользить по водной глади моря. Дядя Коля быстро насадил на крючок живую барабульку и стал спускать барабульку с блесной в воду. Когда барабулька с блесной были метров на десять от лодки, то я увидел, как за ними, словно торпеда, мчится катран. Прошло всего не больше минуты, когда катран дернул с такой силой, что дядя Коля едва удержался в лодке. Не поднимаясь в лодке, дядя Коля стал быстро вытаскивать катрана из воды. Катран мотался во все стороны и никак не хотел в лодку.

- Давай! Бей его по голове! - закричал дядя Коля, вцепившись в катрана руками возле жабр. - Сильнее бей!

Катран дергался во все стороны, готовый опрокинуть лодку вместе с нами. Я размахнулся и сильно врезал дяде Коле по рукам. Дядя Коля матерился, но катрана не бросил. Вторым ударом я утихомирил катрана. Дядя Коля пару раз сам врезал катрану, на всякий случай, по его голове своим кулаком, опухшим от моего удара. Катран окончательно перестал дрыгаться в лодке. Дядя Коля опять завел двигатель. Вновь сильно разогнал лодка по морскому течению. Опять заглушил двигатель и запустил в морскую воду снасти.

- Все! Пора домой. - сказал дядя Коля, когда в лодке лежали три огромных катрана. - Иначе я не выживу.

Дядя Коля избитыми колотушкой руками завел в последний раз двигатель своей лодки и направил в сторону берега. К этому времени диск солнца начинал выползать из-за гор, вдали сверкающих вершин белизной снега. На берегу нас ждали отдыхающие, которые знали, что дядя Коля сегодня будет продавать рыбу.

- Ну, как, хозяин, там удачная была рыбалка? - спросили дядю Колю, "дикари", стоящие на досках причала.

- Конечно, была удачная рыбалка! - жалобно, ответил дядя Коля. - Если считать мои руки отбитые палкой.

Отдыхающие выстроились в очередь, дядя Коля стал продавать нашу рыбу. Мелочь брали до десятка на каждую семью. Катранов покупали семьями в складчину. Каждый катран был больше метра и весил несколько десятков килограмм. Дядя Коля продал почти всю рыбу. Оставил себе одного катрана и каждого вида рыбешки по две штуки, включая пескарей-барабулек. Мелкую рыбу на уху. Катрана на поджарку.

- У меня сейчас дома гостей больше чем вас. - сказал дядя Коля, оставшимся без рыбы. - Мои гости тоже любят рыбу. Так что, извините, два дня вам придется покупать рыбу у моих друзей. До скорой встречи тут!

Дядя Коля сложил мелкую рыбу в капроновый садок. Катрана повесил мне через плечо. На зависть всем собравшимся людям, я гордо пошел на берег в сторону нашего места жительства с огромным катраном.

- Сонные тетери! Подъем! - скомандовал я, своим братьям. - Смотрите сюда. Принимайте мой ночной улов. Это самый настоящий катран.

- Вот, это, да! - почти на распев, удивленно, сказали братья. - Вот это рыба! Неужели это ты сам поймал?

- Конечно он. - ответил за меня, дядя Коля. - Я ему только руки подставлял. Если бы он не бил мне по рукам, то мы столько рыбы не могли поймать. Вот тебе полтинник за твою рыбалку. Остальные деньги пойдут мне на лекарство, чтобы за два дня вылечить искалеченные руки. Больше я тебя с собой в море не возьму.

Дядя Коля положил мне в ладонь пятьдесят рублей, а сам пошел в кладовку убирать рыбацкие снасти.

- Сегодня я вас всех угощаю! - громко, объявил я, братьям. - Старшим будет пиво, а младшим мороженное!

После завтрака мы всей оравой отправились в соседнюю палатку, в которой продавали пиво и рядом в лотке было мороженное. Женька, Толик и я, заняли очередь за пивом. Сергей, Юрка, Павлик и Миша выстроились у лотка с мороженым. С утра народу в очередь выстроилось столько, что на песку у пляжа места было больше чем у палатки. Чтобы не занимать очередь дважды, мы взяли пиво по две кружки и мороженное по два стакана каждому. В цене за штуку, мороженное и пиво, стоили в то время там, почти, одинаково.

Когда наши глотки уже шипели от холодного пива и мороженного, мы на оставшиеся деньги купили по две бутылки холодного лимонада, который нас окончательно лишил всякого голоса. На зов тети Нади в репродуктор, к обеду мы плелись нехотя. Даже ароматный запах ухи и жареного катрана с кухни не заставили нас прибавить шаг к нашему жилищу. Мы смотреть не могли на пищу. У нас горело горло от пива и мороженого. Двое суток мы пролежали в своих палатках с воспаленными гландами от мороженного и холодных напитков, с обгоревшими до волдырей спинами от знойного летнего солнца. Моя мама и обе тети, ахали и охали над нами, смазывали нас сверху и изнутри различными мазями. Чаще сливочным маслом и кефиром.

В следующую ночную рыбалку дядя Коля отправился один. Даже желающие рыбачить с ним не могли ему сказать о своем желании, так как голоса не было ни у кого из нас. Мы лежали с большой температурой и сильным жаром, как сверху, так изнутри. Кушать нам пришлось, только манную кашку, от которой у нас были жуткие воспоминания прошедшего детства, когда манная каша и рыбий жир, от всех болезней спасали мир. Обратно пришлось вернуться к детской народной медицины, которая выхаживала нас от дурости.

На третьи сутки мы к вечеру появились на пляже. Отдыхающие смотрели на нас, как на облезлых животных, у которых после лишая всюду лезет лохмотьями кожа с шерстью. Тело покрывается розово-белыми яркими пятнами на фоне местами загоревшего цвета кожи тела. Мы стыдливо расположились на пляже.


3.Лотерейный билет.

Пережив муки первых дней знакомства с морем и рыбной ловлей, я предложил своему другу, Толику Фомину, тайком от всех поехать в обычный день в город Сочи, который я знал хорошо, по службе в армии. В город Сочи я приезжал по служебным делам и бывал проездом во время своих многочисленных отпусков домой за хорошую службу. Толик Фомин не был в городе Сочи, поэтому сразу согласился на поездку, так как знал, что город Сочи считается столицей курортов на Черном море в Советском Союзе. Мы решили прогуляться по городу Сочи и полюбоваться достопримечательностями курортного города у самого моря. Город Сочи, шириной около трех километров, так называемый "большой Сочи", протянулся от города Туапсе до границы Абхазии, на расстоянии более сто шестьдесят километров. В эту самую площадь "большого Сочи" входил и поселок Шепси. Между городами Туапсе и Сочи, часто ходят электрички и автобусы.

Через полтора часа мы уже гуляли по паркам и бульварам города Сочи. Сразу поехали на городском автобусе посмотреть на санаторный комплекс "Заря". Наши знакомые из Северной Осетии часто приезжали сюда по профсоюзным оздоровительным путевкам и рассказывали нам о прекрасных местах этого санаторного комплекса. Теперь вот мы вдвоем с другом гуляли по этим прекрасным местам. Конечно, нас в внутрь санатория не пустили. Ведь мы были дикарями, причем, вполне здоровыми. Поэтому нам разрешили наблюдать красоту со стороны. Так что мы любовались прекрасной природой и архитектурными сооружениями санаторного комплекса "Заря". Мы гуляли по его паркам, аллеям. Пока нам обоим все надоело гулять.

Затем мы вернулись в центр города Сочи. Поднялись в живописный парк "Дендрарий". Здесь я как профессиональный гид стал рассказывать своему другу об истории парка "Дендрарий", о его редкой растительности. Все это я узнал из своих предыдущих посещений города Сочи, когда изучал туристические буклеты и проспекты по городу Сочи. В этот раз я хотел перед другом себя показать как специалиста по курортным местам и достопримечательностям города Сочи. Хотя все можно было видеть и читать, по рекламам и табличкам, которые были развешаны всюду по парку "Дендрарий", под каждым деревом и кустом.

После парка "Дендрарий" мы спустились вниз к морскому порту и там сели на прогулочный катер. Здесь экскурсовод рассказывал нам о береговой линии исторических и культурных достопримечательностях города Сочи, столицы всех курортов черноморского побережья. Я впервые с моря увидел небольшой морской порт города Сочи, новое здание цирка, санаторий "Кавказская Ривьера" и много других архитектурных сооружений, которые были построены в общем-то за короткую жизнь города Сочи. В основном за последние несколько лет. За время моей службы в армии и за то время, когда я не был здесь после службы в армии.

Когда наши желудки уже решительно стали требовать пищи, мы купили пролетарские продукты, пирожки с картошкой и пиво. Выбрали хорошую тень под деревом в парке. Мы начали утолять свой голод купленной пищей. Народу здесь было совсем мало. В это время большая часть отдыхающих валяется на песке у пляжа.

- Посмотри! Таблица лотерейных билетов! - оживленно, воскликнул Фомин Толик. - У нас такие билеты.

Мы тут же стали проверять пачку своих лотерейных билетов. Один за другим стали сразу выбрасывать. Выигрышей не было и близко. Мы уже больше половины проверили и все впустую. Хотя бы трояк выиграть.

- Вот, угадали! - опять, закричал Толик Фомин. - Мы с тобой выиграли мотоцикл ИЖ-Юпитер-3 с коляской.

Я внимательно посмотрел на лотерею и таблицу ДОСААФ в газете. Номер и серия совпадали на выигрыш мотоцикла ИЖ-Юпитер-3 с коляской, по цене восемьсот тридцать пять рублей. Мы выиграли! Мы так развеселились от радости выигрыша, что привлекли на себя внимание дежурного милиционера.

- Вы, что это кричите на всю улицу? - спросил нас, подошедший милиционер. - Народ пугаете вокруг себя.

- Мы мотоцикл выиграли! - радостно, ответил я, милиционеру. - Вот, посмотрите, ИЖ-Юпитер-3 с коляской.

- Молодцы! - удивленно, сказал милиционер, посмотрев лотерею. - Идите в сберкассу за выигрышем.

Мы поблагодарили милиционера за совет и тут же оба направились в ближайшую сберкассу города Сочи.

- Саша! Давай мы сразу договоримся. - начал заранее, волноваться Фомин Толик. - Тебе мотоцикл. Мне половину денег отдаешь. У меня все равно нет гаража и прав на вождения мотоциклом. Живу на втором...

- Мне тоже мотоцикл не нужен. - возразил я. - У меня тоже нет водительских прав на мотоцикл. Зачем он?

Возле сберкассы мы долго спорили, как быть с нашим выигрышем. Затем решили все-таки в сберкассу зайти и узнать правило получения выигрыша или денег на наш лотерейный билет. Девушка в сберкассе внимательно посмотрела на просвет наш лотерейный билет. Проверила наши паспорта. Вызвала к себе заведующую сберкассой, та тоже проверила наши паспорта. Затем долго и тщательно проверила билет.

- У вас, действительно, совпал выигрыш. - сказала заведующая сберкассой. - Поздравляем! Но вам придется сдать билет на две недели. Нужна дополнительная проверка. Деньги взамен выигрыша не выдаются.

- Мы живем далеко. - возразил я. - Через две недели нас здесь не будет. Как нам быть с этим выигрышем?

- Не волнуйтесь! - успокоила нас заведующая. - Вы можете сдать свой лотерейный билет дома в сберкассу.

Расстроенные таким оборотом нашего выигрыша, мы вышли на улицу. Пошли на электричку к вокзалу.

- Парни! Вы действительно выиграли мотоцикл? - спросил нас, вышедший из сберкассы следом мужчина.

- Ты, что, слепой и глухой, что ли? - удивленно, огрызнулся я. - Рядом с нами стоял и все прекрасно видел.

Мы пошли с Фоминым Толиком дальше, совершенно не обращая внимания на преследование мужчины, который плелся следом за нами и что-то непонятное всю дорогу бормотал нам вдогонку. Меня это злило.

- Слушай, дорогой, что тебе надо? - зло, спросил я, мужчину. - Ты не мешай нам отдыхать в городе Сочи.

- Продайте мне лотерейный билет. - понятным голосом, попросил нас, мужчина. - Вот, здесь тысяча рублей.

Мужчина достал из кармана пачку денег и протянул ее мне. Откровенно говоря, я не знал, как поступать с ним. Дать ему по роже или взять деньги и отдать ему этот наш лотерейный билет. Фомин Толик взял в руки пачку сторублевых банкнот. Полистал их и начал быстро пересчитывать все деньги, как кассир в сберкассе.

- Здесь, правда, тысяча рублей! - удивленно, сказал Толик Фомин. - Пускай он забирает лотерейный билет.

- Большое, вам спасибо! - со слезами радости на глазах, сказал мужчина, с дрожью забирая себе выигрыш.

Мужчина быстро пошел в сторону стоянки такси. Через пару минут мужчину не было видно рядом с нами.

- Пойдем в центральный универмаг. - предложил Толик Фомин. - Купим в нем себе самую модную одежду.

- Пойдем! - согласился я, разделив деньги на две половины. - Мы сегодня с тобой тут будем гулять вовсю.

В те времена на Юге считались самыми модными лавсановые костюмы, соломенная шляпа-сомбреро, зеркальные противосолнечные американские очки, японские плавки и галстук-шнурок. Все имелось в универмаге города Сочи, но по тем временам, это были очень дорогие вещи и ни каждый мог купить их себе.

- Молодые люди! У вас хоть деньги имеются? - удивленно, спросила продавщица, разглядывая наш товар.

- Конечно, есть! - радостно, ответил я, показывая пачку денег. - Совсем свежие. Только что нарисовал.

Продавщица нажала ногой на кнопку и тут же к нам быстро подошли сразу три дежурных милиционера.

- Пройдемте с нами в кабинет участкового милиции. - сурово, сказал нам, лейтенант милиции. - Побыстрее!

Мы пожали плечами и пошли в окружении трех милиционеров в кабинет участкового милиции. Кабинет милиции находился с улицы в другом конце здания универмага. Мы шли мимо покупателе универмага, сопровождаемые упреками и советами милиционерам дать нам большой срок заключения. Мы оба молчали.

- Предъявите оба свои паспорта и все свои деньги. - строго, сказал лейтенант милиции в своем кабинете.

Я вытащил свой паспорт и положил с деньгами на стол. Толик Фомин повторил все следом за мной. Лейтенант милиции внимательно проверил оба наши паспорта и каждую сторублевку на просвет через лупу.

- У вас все в полном порядке! - удивленно, сказал лейтенант милиции, возвращая нам деньги и паспорта. - Объясните мне. В чем причина тревоги? Почему тогда продавщица подняла такой шум на весь универмаг?

- Она у меня спросила, что есть у нас деньги или нет. - ответил я. - Я показал ей свои деньги и сказал, что они совершенно свежие. Я их только что нарисовал. Она, что, совсем шуток не понимает? Дикость какая-то.

- Ладно! Идите! - улыбаясь, сказал лейтенант милиции. - Только больше так не смейте шутить в магазинах.

- Хорошо! - согласился я. - С этого момента мы оба будем кислыми буками во всех магазинах города Сочи.

Мы опять вернулись к своим сверткам с товарами. Сурово нахмурили брови и демонстративно перешли к другой продавщице, которая приняла от нас за покупку все деньги, не проверяя, с полным доверием к нам.

- У вас где-то можно переодеться? - спросили мы, продавщицу. - Нам нужно иметь совершенно другой вид.

Девушка показала нам на ширму в стороне от прилавков. Мы пошли туда в указанное нам место и поменяли свою одежду. Когда на нас была шикарная фирменная одежда, то я обратил внимание, что к нашим старым босоножкам этот шик не подходит. Я об этом сказал Фомину Толику, мы тут же купили новые туфли. Хорошо завернули в бумагу старую одежду. Мы пошли в отдел универмага, где продавали разные значки.

- Нам, пожалуйста, все значки по две штуки. - сказал я, продавцу отдела. - Все сразу разделите отдельно.

Мы купили около тысячи значков. Пошли в соседний парк. Там стали цеплять друг на друга эти значки. Когда значки были развешаны по всей нашей одежде, то у нас был такой вид, что на нас люди стали показывать руками и говорить, что иносранцы совсем поехали. Собственно этого мы и хотели добиться, чтобы на нас всюду люди обращали внимание, как на иностранцев, которые приехали тут отдыхать в город Сочи.

Перед тем, как уехать обратно в поселок Шепси, мы зашли в гастроном, купили там разные дорогие продукты и подарки. С огромными свертками мы пошли на электричку до поселка Шепси. В электричке и дальше по дороге к дому, мы говорили на тарабарайском языке, которого в природе нет вообще. То есть, мы болтали всякий набор придуманных нами звуков своей собственной речи. Все тары бары просто бары.

- Господа, вам, здесь кого нужно? - спросил дядя Коля, когда мы подошли к его дому, он даже не узнал нас.

Мы стали объяснять ему жестами и на тарабарайском языке, что мы хотим здесь жить. Дядя Коля никак не мог понять нас. Он пригласил тетю Валю, которая, естественно, тоже ничего не поняла от нашей речи.

- Тут, какие-то иностранцы пришли? - сказала тетя Валя, вышедшим на шум родственникам. - Им что-то от нас надо, но мы не можем понять. Может быть, это вы сможете разобраться с ними? Вы все-таки городские.

Сквозь огромные зеркальные очки и в сумерках падающие на нас тени сомбреро, лиц наших им совершенно не было видно. Чтобы нас не узнали по голосу, мы положили в рот купленные в городе Сочи жвачки-американки. К тому же еще всячески картавили речь с сильным акцентом. Родственники использовали весь набор иностранных слов, которые им были известны еще со времен школьной скамьи. Но разговора у нас никак не получалось. Тогда они стали показывать нам, чтобы мы убирались от их дома. Мы делали вид, что никак не можем понять их речи. Короче говоря, нас по-русски обеих послали куда подальше матюками.

- Да, пошли, они, эти иносранцы! - с досады, выругался на нас, дядя Миша и тут же пошел в дом на ужин.

Все последовали за ним, извиняясь перед нами. Мы с Толиком едва не смеялись над этим нашим приколом.

- Это мы! - громко, сказал я, вдогонку уходящим родственникам, на чистом русском языке. - Вы не узнали!

Толпа всех родственников резко повернулась в нашу сторону, словно мы бросили в них что-то тяжелое, вместо только что сказанных слов на русском языке. Удивленно смотрели на нас и никак не могли прийти в себя, поверить своим глазам увиденное. Пока я не догадался снять с себя американские зеркальные очки.

- Откуда у вас такой шикарный вид? - удивленно, спросила тетя Надя, трогая меня руками. - Украли что-то?

- Мы выиграли в лотерею ДОСААФ мотоцикл ИЖ-Юпитар-3 с коляской. - ответил я. - Лотерею продали мужичку за одну тысячу рублей. На деньги купили себе одежду. Всем подарки. Осталось у нас много денег...

Дядя Миша, с размаху, врезал мне хорошую пощечину, так ни дал мне договорить свой рассказ до конца.

- Я уже несколько лет стою в очереди на машину и на мотоцикл. - заорал на меня, дядя Миша. - А ты!..

Он плюнул в мою сторону и ушел в дом. Родичи посмотрели на нас, как на полных дураков и тоже ушли.

- Мы же не пропили деньги и не проиграли в карты. - стал, оправдываться я. - Вот, вещи и подарки купили.

- Лучше бы вы ничего не выигрывали. - сказала мама. - Только неприятности теперь у нас будут в семье.

Все разбрелись по своим делам. Никто ни стал притрагиваться к нашим ценным подаркам. Братья убрали мою палатку в сторону от своих палаток. Все вещи мои и Фомина Толика перетащили туда. Я понимал, что мы с Фоминым Толиком поступили неприлично даже в отношении моих братьев. Постоянно были вместе, а тут отделились от них у уехали в город Сочи, словно боялись поделить с ними наш общий выигрыш. Ведь никто и слушать нас не захочет в том, что мы об выигрыше узнали уже будучи в городе Сочи, а ни до отъезда туда. Откровенно говоря, мы даже забыли про наши лотерейные билеты, которые просто лежали в наших портмоне. Если бы мы не поехали в город Сочи, то наши лотерейные билеты так бы и лежали у нас в куче с документами. Откуда нам было известно, что дядя Миша очень страстно желал купить мотоцикл.

Мы с Фоминым Толиком ничего ни стали говорить. Я положил своей мама в карман халата остаток денег от выигрыша. Фомин Толик постоял пару минут и тоже отдал моей маме остаток своих денег от выигрыша. На этом наш праздник с выигрышем закончился. Мы сняли с себя всю купленную одежду и положили в сумки. Два дня с нами никто не разговаривал и в поселке Шепси мы больше шикарную одежду не одели. После того, как такую одежду стали носить всюду в Союзе, мы стали одевать в Беслане. С того времени мы с Фоминым Толиком стали заядлыми коллекционерами значков. За тридцать лет я собрал более ста тысяч значков, медалей, орденов и знаков отличия, которые до сих пор хранятся в нашем доме в чемоданах.


4.Праздник "Нептуна".

Однако, тогда на море, лишь не третий день мы стали обычными дикарями. С утра ярко светило солнце. Тому был отличный повод. Местные массовики затеяли праздник "Нептуна" и целой толпой пришли к нам.

- Говорят, что ты служил в армии на этом море? - спросила меня, сочная дама, с загаром цвета шоколада.

- Ну, допустим, что служил. Что из этого? - удивленно, поинтересовался я, у этой дамочки. - Люди живут тут.

- Идемте с нами! - уверенно, объявила дама. - Вы будите главным загребным на празднике "Нептуна".

Я не решился отказывать такой приятной даме и последовал вместе с ней на праздник "Нептуна". Все мои родственники и друзья, тоже явились на праздник "Нептуна". Праздник начинался у поселка и должен был завершиться у костра возле пансионата "Шепси", который находился на вершине, а подниматься к пансионату надо было от берега на двести восемьдесят семь ступеней. Тогда бутылка "Русской водки" стоила столько же, двести восемьдесят семь копеек. В народе говорили о том, что легче всего одному выпить бутылку "Русской водки" за два восемьдесят семь, чем подняться на двести восемьдесят семь ступеней до пансионата "Шепси". Вот туда мы направляли свой путь для того, чтобы отметить финальную часть праздника. Однако пока наш путь к финалу праздника "Нептуна" был только на бумаге и на языке туристов.

Основная масса людей направилась, поберегу моря на пляж к пансионату "Шепси". Сам Нептун, вместе со своей гвардией, должен был отплывать от поселка Шепси от пляжа. Мы долго капались со своими сборами к отплытию. То Нептуна несколько раз наряжали. То Русалка капризничала. Ей все не нравилась раскраска цветов. Русалкой выбрали ту самую сочную даму, которую звали Луизой. Действительно, Луизу было сложно раскрасить, на ее шоколадно-коричневом от загара теле плохо смотрелись темные краски, а ярких красок под рукой не было. Когда, наконец-то нашли яркие краски, то по своей глупости, тут мои братья сболтнули, что я художник. Так мне пришлось выполнять свою роль, не только старшего загребного в лодке Нептуна, но и главного художника Нептуна, который вошел в свою роль и постоянно всеми командовал.

Когда наконец-то сборы были закончены, к этому времени полностью испортилась погода. Начало в море штормить, но откладывать праздник нельзя. Все побережье у поселка Шепси было готово к празднику. За сорванный праздник могли сильно побить. Так как многие из гостей были на взводе под градусами русской водки. Решили мы выплывать в любую погоду. Пускай даже в Черном море сегодня забушует девятый вал.

- Когда будет четная волна, - кричали болельщики с берега, - тогда вы сразу запускайте свою лодку в море!

Я не мог понять, каким образом можно определить четную или не четную волну в этой морской пучине? Собственно, мое дело телячье. Я должен был загребать веслами в море, когда нас поставят на волну. Дальше все пойдет само собой по плану. В бухте у пансионата "Шепси" нас примут тридцать три богатыря.

Гвардейцы Нептуна, человек десять рослых парней, держали на весу нашу лодку. На носу лодки сидел тощий Нептун с деревянными вилами. Русалка выглядела мощным противовесом на корме. Я на веслах в середине лодки. Между нами ряженые "дети-рыбки" разных видов из морского училища. Мы ждали четную волну. Наконец-то, ослабевшие гвардейцы дождались, свою четную волну и поставили лодку на воду.

- Я плавать не могу! - истерически, заорал Нептун, когда лодку накрыла огромная морская волна. - Спасите!

Нас так сильно перевернула в воздухе и захлестнула волной, что я вспомнил своих маму и папу. Гвардейцам пришлось спасать Нептуна со свитой и весь морской праздник. Стоило гвардейцам вытащить Нептуна из морской пучины, как он тут же сбежал с места катастрофы. Остальные участники заплыва отделались испугом, но когда выбрались на берег, то согласились на новую попытку заплыва. Вот только Нептуна пришлось выбирать из местных и тем самым порядком, точнее, беспорядком, нарушить морскую традицию праздника "Нептун". Отплытие свиты морской с Нептуном провели от пристани, где меньше штормило и благодаря длинному волнорезу, прикрывающему от шторма пристань волна была слабой.

В самом море шторм усиливался с каждой минутой. Я загребал веслами с такой силой, что едва не сломал весло. Если сбежавший Нептун был самый легкий из нас и нос лодки торчал к верху, то новый Нептун оказался намного тяжелее бывшего, лодка постоянно загребала носом большую волну. Рискуя перевернуться. Дети-рыбки едва успевали вычерпывать воду из лодки. Когда мы выплыли в открытое море, то больших волн с гребнем ни стало. Зато наступила такая болтанка, что нам всем стало ни по себе. Нас раскачивало во все стороны. Могли в любой момент нырнуть с лодкой под большую волну. Тогда все пропало.

Наконец-то мы заплыли так далеко в море, что могли повернуть лодку и плыть в направлении пансионата "Шепси", как было задумано массовиками. Нептун должен был приплыть на праздник со стороны моря, как властелин моря, чтобы все выглядело естественно, как в древней морской легенде о празднике "Нептуна". Теперь опять возникла проблема. Тяжелый нос лодки стал постоянно нырял в морские ямы между огромными волнами. Каждая большая волна норовила задрать корму и перевернуть лодку через нос. У меня уже не было никаких сил управлять лодкой и контролировать наш баланс между волнами. Я просто махал, как попало веслами, полностью отдавая всех нас во власть морской стихии, которая словно понимала мое положение и старалась не перевернуть нашу лодку. Мне казалось, что наше плавание никогда не кончится. Я греб и греб, а берега все еще не было. Так как я был спиной к берегу, то никак не мог определить расстояние до берега. Мне ничего другого не пришлось делать, лишь загребать веслами, с опухшими руками.

- Ура! - неожиданно, услышал я, вопли за спиной, как нас тут же сразу подняли из воды и понесли на берег.

Я все по инерции размахивал веслами, покуда нас не опустили на мягкий песок пляжа. Тут началась торжественная часть праздника "Нептуна" и меня все забыли. Я уловил момент, стащил с мангала один шампур с шашлыком и две бутылки "Жигулевского" пива. Мне требовалось срочно восстановить свои калории, которые я потерял во время заплыва от поселка Шепси. Иначе, я мог потерять сознание от потери калорий. Все так были увлечены праздником "Нептуна", что совершенно не заметили, как с гор опустился вечер и поглотил нас густыми сумерками. Массовики объявили, что наш праздник подошел к своему следующему этапу. Зажгли огромный костер прямо на самой середине морского пляжа возле пансионата "Шепси". Огонь костра то и дело норовил слизнуть кого-нибудь своим горящим языком пламени. Но мы соблюдали безопасную дистанцию и скакали вокруг костра, как наши предки в очень давние времена своей далекой от нас жизни. Вокруг нас стреляли ракетницы и бутылки шампанского вина, чего не было в давние времена, жизни наших далеких предков, когда зародился праздник "Нептуна", на котором веселились потомки.

- Сейчас поднимемся на вершину моего замка! - объявил Нептун. - Где наш праздник должен завершиться.

- У меня нет больше сил, - взмолилась Русалка, - чтобы одолеть святую вершину прямо со дна морского.

- Неужто среди вас не найдется рыцаря!? - обратился Нептун, ко всем. - Чтобы отнести Русалку в замок.

Гвардейцы стали искать подходящую кандидатуру. Тут вспомнили про меня, что загребной должен быть тем рыцарем, который вознесет Русалку не вершину нашего праздника "Нептуна". Но коллектив, неожиданно, разделился на две части. Одни говорили, что я не способен с Русалкой пройти двести восемьдесят семь ступеней. Другие заверяли, что я это могу сделать шутя, только это будет стоить много шампанского.

- Какой у тебя общий вес тела? - тихо, спросил я, Русалку, чтобы другие никто этого не могли услышать.

- С одеждой я имею семьдесят килограмм. - прошептала мне на ухо, Русалка. - Соглашайся. Выиграешь.

У меня тоже был, примерно, такой же вес. Но во время разминки мышц, я брал лежа штангу на грудь больше ста килограмм. Таким образом, получалось, что я должен на руках пронести свой вес. Фактически, мне даму можно было поднять наверх до пансионата "Шепси". Если она будет держаться за мою шею. Но просто так мне не хотелось этого делать. Мне нужен был какой-то интерес. Стимул в движении к верху.

- Объявляю ставку на подъем! - объявил Нептун, словно прочитал мои мысли. - Бутылка шампанского за и бутылка шампанского против. Деньги на шампанское вино класть в отдельную корзину с каждой стороны.

- Я согласен! - объявил я. - Но только на каждой площадке, между маршами ступеней, я буду минуту отдыхать с Русалкой на руках и затем двигаться дальше. Пять процентов выигрыша шампанского будут моими.

- Ура! Ура! - торжественно, оглушили мое согласие, обе спорные стороны праздника "Нептуна". - Поехали!

- Ты только покрепче держись за мою шею. - шепнул я, Русалке, поднимая ее на руки. - Иначе, я упаду.

Праздничная процессия медленно двинулась следом за нами. Мои сторонники постоянно подбадривали меня. Противники наоборот, свистели и улюлюкали вокруг меня. Противники держали у моей задницы шляпы-сомбреро или какую-то посуду, чтобы рассмешить меня и сорвать затею подъема. Я думал о серьезном подъеме, не поддавался насмешкам. На каждой площадке я выставлял ногу на ступень и придерживал Русалку руками на своей ноге. Таким образом, я не нарушал договоренности между сторонами и давал себе минутный перерыв. Если бы не короткие передышки, то я не смог бы донести Русалку.

До финишной площадки оставалось всего два перехода, но у меня не было сил. Русалка всячески старалась помочь мне. Она со всей силы прижималась своими пышными грудями к моему лицу. Мои губы и нос были в проеме между ее огромных грудей. Мы оба так сильно вспотели от напряжения и страсти, что Русалка буквально плавала в моих руках, каждую секунду рискуя выскользнуть из моего объятья. От такого сильного нашего напряжения, ее левая грудь не выдержала и выскочила из купальника прямо мне в рот. У меня не было другого выбора, как только вцепиться губами в сосок ее груди, чтобы сохранить равновесие на последнем десятке метров. В этот момент спорящие стороны оглушили своим торжественным ревом округу. Увлеченный соском Русалки, я потерял ориентацию и со всего маху рухнул на ее возбужденное тело.

- Ни так быстро. - шепнула Русалка, мне на ухо, когда я подмял ее под себя. - Ведь рядом люди. Потерпи.

- Извини, пожалуйста. - шепнул я, Русалке на ухо, пытаясь подняться с ее скользкого тела. - Это случайно.

Все вокруг радостно завизжали от восторга и стали аплодировать завершению затеи подъема. Но тут опять возник спор. Одни говорили, что я полностью справился со своим заданием. Другие говорили, что я не выполнил, как раз на свои пять процентов выигрыша шампанского. Я молчал. Ждал любого результата.

- Хорошо! - объявила Русалка. - Эти спорные пять процентов я беру на себя. Во время нашего подъема моя грудь выскользнула из купальника и закрыла рыцарю лицо. В этом есть моя вина. Так что шампанское мое.

Обе стороны спора согласились с таким решением Русалки, праздник продолжился дальше. Проигравшая сторона тут же купила шампанское вино и шашлыки. Праздник набрал новую силу. Залпы пробок шампанского вина и ракетниц оглушили окрестные места пансионата "Шепси". Веселились мы до потери пульса. Я так набрался, что совершенно не помню, как все закончилось. Пришел в себя от того, что вспотело мое лицо, неудобно было лежать. Я открыл глаза и увидел, что мое лицо лежит на сочных грудях Луизы. Мне не хотелось ее будить. Я осторожно стал подниматься с ее обнаженного тела, но Луиза проснулась и принялась меня целовать. Раздражая все мое мужское существо своим прикосновением. Мне невозможно было удержаться от такого соблазна. Мы с ней, опьяненные страстью, занимались сексом половину нового дня. До самого обеда мы удовлетворяли свои половые страсти. Покуда окончательно не выбились из сил. Мы оба лежали рядом в кровати, истекая потом от взаимного наслаждения, больше не возбуждая друг друга.

- Ты мне вчера обещал показать такие места, где еще не ступала нога человека. - напомнила мне, Луиза.

- Я обещал, тебе? - удивленно, переспросил я, Луизу, поднимаясь с постели. - Совсем не помню такого.

- Ты говорил, что там такие заросли, можно свободно заниматься любовью и нас не заметят. - напомнила мне, Луиза, пытаясь опять привлечь меня к себе в постель. - Можно и тут остаться. Нас и здесь не заметят.

- Я вспомнил! - соврал я, пытаясь освободиться от ее соблазна. - Это совсем рядом, в заросшем ущелье.

- Вот и прекрасно! - согласилась Луиза. - Мы сейчас хорошо подкрепимся и пойдем оба в заросшее ущелье.

Луиза накинула на свое обнаженное тело шелковый халат и пошла к телефону, который стоял на тумбочке у зеркала. По телефону Луиза заказала обед на двоих в свой номер. Пошла в ванную приводить себя в порядок. Я тоже оделся в то, что было на мне вчера, посмотрел в окно. По окружающей местности я определил, что нахожусь в правительственных номерах люкс пансионата "Шепси". За время отдыха в поселке Шепси, я много кратно раз слышал от людей, что в таких номерах пансионата "Шепси" живут члены правительства Советского Союза и их детки. Меня прямо раздирало любопытство. Кто же Луиза, которая живет в шикарных номерах пансионата "Шепси"? Чья-то дочь из члена правительства или сама член правительства? Как бы мне все это узнать? Сомневаюсь, что членом правительства может быть женщина. Все-таки член, это чисто мужское достоинство. Не думаю, чтобы она мне все рассказала о себе. Я ей нужен как сожитель на время отдыха, а позже она меня вообще забудет. Ну, ладно об этом. Преступления в том нет, что я переспал с такой прекрасной дамой. Ведь я пока холостой и она, возможно, холостая. Тут нет измены.

- Какие здесь прекрасные места! - сказала Луиза, целуя меня в шею. - Так бы и жила всегда в этой красе.

- Где я живу, на Кавказе, там места лучше. - сказал я. - Вот только море от нас далеко. Горы там рядом.

Я рассказал Луизе о кавказских горах. Луиза мне рассказала о городе Москва. Но, ни единого слова она не сказала о своей семье и о работе. Только дала мне номер телефона и сказала, что будет меня ждать в Москве всегда, когда я туда приеду. У нее есть под Москвой домик, где мы всегда можем заниматься любовью в стороне от прогресса и наедине друг с другом. Для этого надо всего лишь мое согласие. Остальные заботы Луиза берет на себя. Включая мое полное содержание за ее счет. От меня ей нужно секс и любовь.

Конечно, это предложение заманчиво, но я сам с собой еще не мог полностью разобраться. Ведь я только начинал самостоятельную жизнь взрослого человека, после службы в армии и мне не было известно, что такое хорошо, а что такое плохо в сексе и в любви. Вся моя жизнь была как в розовом тумане, который мог в любое время растаять и оставить мне лишь одни воспоминания о хорошем или плохом сексе.

- Это твои пять процентов выигрыша. - показала Луиза, на два ящика шампанского вина, которые привезли в номер вместе с обедом. - Куда ты прикажешь отвести, туда их тебе и отвезут. Ты заслужил это в борьбе.

- Да, нет! Ты, что! Я просто пошутил. - стал отказываться я, от такого подарка. - Я не возьму. Это слишком!

- Спор - дороже денег! - возразила Луиза. - За шампанское уже заплачены деньги и оно все твое. Забирай!

- Хорошо! - согласился я, чувствуя, что от Луизы не отвязаться. - Пускай шампанское будет всюду с нами.

Луиза перестала спорить со мной и сказала посыльному, чтобы шампанское возили за нами. Мы едва с Луизой осилили обед, который нам привезли в номер. Затем я сказал, что нам будет очень скучно вдвоем в тех местах, где не ступала нога человека и желательно нам пригласить с собой кого-то из друзей. Луиза согласилась с моим предложением. Тут же позвонила куда-то и сказала мне, что с ее стороны будет одна влюбленная пара. Я сказал Луизе, что со своей стороны, могу пригласить только одного своего друга, но у него нет пары. Мы оба приехали с Северного Кавказа. Наши подруги остались в городе Орджоникидзе.

- Пара у него будет. - сказала Луиза. - Ты скажи мне, где найти твоего друга. Мои люди его привезут к нам.

- Я что, арестован что ли? - возмущенно, спросил я, Луизу. - Я сам его могу привести сюда к вам на гуляние.

- Пожалуйста, иди! - ответила Луиза. - Но я боюсь, что ты больше не вернешься сюда, а мне так было хорошо с тобой вчерашний день и эту ночь. Ты мне ничем не обязан, но побудь со мной сегодня до вечера. Я завтра рано утром улетаю в Москву. Возможно, что больше не встретимся. Оставь мне на память любовь.

- Я вернусь к тебе! - решительно, согласился я. - Мне только надо показаться родным и прихватить своего друга. Меня уже целые сутки никто не видел. Моя мама сильно волнуется за меня и братья не знают где я.

Луиза распорядилась, чтобы меня отвезли на ее машине домой и обратно, когда мне будет удобно. Я сел в черную "Волгу" и машина в круговую поехала в сторону нашего дома в поселок Шепси, где мы все жили.

- Ты где это целые сутки пропадаешь? - встретила меня, расстроенная мама. - Я ведь переживаю за тебя.

- Мама, я давно взрослый человек. - ответил я, маме. - Вчера весь день и всю ночь был на празднике "Нептуна". Ты это прекрасно знаешь. Чтобы вас не беспокоить среди ночи я ночевал там. Сейчас нас с Толиком пригласили на банкет люди из города Москва. Прислали со мной "Волгу", чтобы я забрал с собой Толика.

- Ладно, иди, отдыхай. - согласилась мама, когда посмотрела на черную "Волгу" у дома. - Толик с твоими братьями на пляже. Покажись братьям, они тоже переживали за твое отсутствие дома. Так долго не гуляй...

Минут десять мне пришлось ходить по всему пляжу, но моих братьев и друга нигде не было. Я хотел было уехать без друга к Луизе. Но тут я вспомнил про мигофон тети Нади, с которого она звала нас кушать.

- Затерявшийся друг из города Беслан! - объявил я, в мигофон. - Вас ждут у черного автомобиля "Волга".

Отдыхающие на пляже с любопытством посмотрели в сторону сверкающей на солнце черной машины "Волга". Тем временем я отправился в наш дом, чтобы положить на место свой мигофон. Когда я вернулся обратно, то был весьма удивлен. Возле машины толпились несколько десятков человек, включая всех моих родственников. Они с любопытством разглядывали машину и постоянно допытывались у водителя о том, что кто их сейчас вызывал к черной машине "Волга". Водитель старался объяснить, что он всего лишь водитель черной машины "Волга". Ничего больше не знает о том, кто пригласил их к черной машине "Волга".

- Спокойно, товарищи, земляки! - объявил я всем, подойдя к машине. - Кто меня знает, отойдите на правую сторону машины. С кем я встречаюсь впервые, ваше место с левой стороны машины. Когда все разобрались, познакомьтесь между собой. Фомин Толик! Пожалуйста сядьте в черную машину "Волга". Поехали!

Машина медленно двинулась между рядами удивленных родственников и земляков. Фомин Толик и я дружно помахали собравшимся руками. Когда машина проехала оба ряда, все, словно по моей команде, пошли навстречу друг к другу и стали знакомиться между собой, кто не был еще знаком в городе Беслан. Всем нам, конечно, было интересно встретить земляков за пятьсот километров от дома и от города Беслан.

- Это что за сюрприз такой? - удивленно, спросил меня, Толик Фомин. - Откуда это у тебя такая машина?

- Ты бросил меня вчера на произвол судьбы. - ответил я. - Вот, меня на этой машине "Волге" подобрали.

- Тебя вчера невозможно было оторвать от Русалки. - стал подкалывать Фомин Толик. - В начале ты ее таскал на руках. Затем, она сама тебя куда-то утащила, когда ты не в состоянии был двигать руками и ногами.

- Ладно! - остановил я, друга. - Во все подробности вдаваться не будем. Сегодня ты мой гость. Гуляем оба.

Друг замолчал. Стал рассматривать окружающие места, по которым ехала машина к пансионату "Шепси". Лента дороги петляла по расщелине между гор, осторожно продвигаясь наверх. Если из поселка идти пешком в пансионат "Шепси", то надо всего, лишь обогнуть мыс в два километра или с обратной стороны подняться по спирали многочисленных ступеней. В машине требовалось сделать огромный крюк по шоссе, похожий на петлю. Эту дорогу в народе так и называли "петля", которая была общей протяженностью около десяти километров вокруг горы. Прямо на вершине горы находился сам пансионат "Шепси" с номерами.

- Вот и они прибыли! - радостно, воскликнула Луиза, когда "Волга" развернулись возле номера. - Мы к походу сырых шашлыков два десятка шампуров подготовили. Нам пора отправляться. Пока не вечер в горах.

Луиза сдержала слово насчет пары и девушки для Фомина Толика. В номере были - Света, Нина и Рафик. Белокурая Света стала девушкой Толика Фомина. Нина и Рафик, оба были шатены. Конечно, все дело тут не в цветах волос. Это я так, для какого-то различия людей, чтобы их интересно было как-то определять в дальнейшем. Главное, для нас всех, это был хороший отдых на природе в заросшем деревьями ущелье.

- Отдых не должен связывать наши руки. - сказал я, когда увидел, что вещей очень много. - Мы возьмем с собой по бутылке шампанского на каждого человека и шашлыки. Посторонних людей и посторонние вещи мы оставим здесь, чтобы нам не тащить их обратно с собой в пансионат "Шепси". Думаю, что вы согласны.

Все согласились с моим предложением и мы налегке отправились к ближайшим зарослям на соседней возвышенности. Для этого потребовалось всего лишь спуститься по ступеням пансионата "Шепси" к пляжу и на другой стороне пляжа подняться вверх к зарослям кустарников, которые облепили собой все ущелье.

- Ой! Как тут прекрасно! - радостно, воскликнула Луиза, когда мы вскоре достигли безымянной вершины. - Здесь действительно не ступала нога человека. Вон, даже травка тут никем не затоптана и не мята совсем.

- Мы сейчас эту травку помнем и потопчем. - поддержал Луизу, Толик Фомин, вытаптывая круг в середине полянки. - Но шашлыки нам надо поджарить сейчас. Иначе мясо у нас быстро испортится при такой жаре.

Упакованные в пенопласт шампура шашлыков и бутылки шампанского вина мы поставили в середину утоптанного круга полянки, накрыли все от жары ветками и разбрелись парами в разные стороны по кустам, в поисках сухих веток костра. Мы лишь достигли краев полянки и все по парам завалились в траву. Стали все пары синхронно заниматься любовной акробатикой, а не сбором веточек к костру под наш шашлык.

- Наверно, наши шашлыки сами давно поджарились? - услышал я, голос Толика Фомина, с центра полянки.

Обе другие пары тут же направились с разных сторон к центру. В это время, Толик и Света, пытались раздуть костер из сухих веток. У нас не было с собой бумаги, а трава сгорала словно порох и не успевала поджечь ветки. Пришлось собирать много пучков сухой травы и веточки ломать на маленькие щепки, чтобы наконец-то раздуть пламя огня к шашлыкам. После нескольких попыток костер под шашлык загорелся.

- Смотрите, какое веселое пламя. - радостно, сказала Светлана. - Такое же яркое пламя, как этот наш день.

- Нет! - поправил я, Светлану. - Пламя костра, как наша жизнь, ярко горит, пока мы живы, быстро сгорает.

- Сейчас нам эта философия не нужна. - вступил в разговор Рафик. - Наш шашлык подгорает. Пора кушать.

Мы тут же накинулись на шашлыки, которые действительно стали подгорать. Аромат поджаренного мяса с зеленью заполнили окрестные места природы. В небо полетели пробки с бутылок шампанского вина. Так как у нас не было стаканов, то мы открыли сразу все бутылки шампанского и каждый пил вино с горлышка своей бутылки. Три шампура шашлыка на человека! Этого было даже слишком много. Все было настолько вкусно, что мы ели шашлык и пили шампанское вино с перерывом во время нашего загара на лужайке на опушке леса. Вскоре подкрался вечер, который напомнил, что нам пора закончить свой пикник на природе.

- Давайте парами, напоследок, помнем травку в кустах. - предложила Луиза. - Затем по домам разойдемся.

Предложение Луизы было одобрено молчанием всех пар. Мы разбрелись по своим излюбленным местам, которые хранили любовные вздохи и страстные поцелуи во время азартного секса при жарком солнце. На этот раз мы сократили время нашей половой связи, так как сумерки спешили опередить нашу страсть. Мы уже рисковали оказаться в полной темноте окружающей нас дикой природы, с которой сложно выходить. Вскоре пары вновь вернулись к центру круга. Не обсуждая тему наших кустов, мы стали собираться домой. Первым долгом хорошо затушили угольки потухшего костра. Остатки своей пищи спрятали в кустах для лесных зверюшек, которые шорохом всюду напоминали нам о своем присутствии в этих глухих местах, где уже ступала нога современного человека. Не успели мы удалиться от кустов с остатками нашей пищи, как в зарослях уже началась звериная возня. Под каждым кустом с остатками продуктов кто-то дрался.

- В такой темноте мы можем свернуть себе шею. - сказал я, друзьям. - Да и двести восемьдесят семь ступеней мне опять не хочется покорять. Давайте мы выйдем на шоссе и по нему прейдем в пансионат "Шепси". Оттуда мы с Толиком спустимся в поселок Шепси и разойдемся по своим местам ночлега. Согласны?

- Конечно, согласны! - ответила за всех Луиза. - Ведь эти дикие места природы ты лучше нас всех знаешь.

Я ни стал друзьям объяснять, что дикие места я узнал также как и они, тоже впервые. Отдохнули и ладно, а сейчас надо возвращаться по своим домам. Мы и так очень много гуляли. В общем, почти двое суток.

- Ой! Посмотрите, что это там впереди! - восторженно, воскликнула Светлана. - Огоньки какие-то горят!

Мы обратили внимание на то место, куда рукой указывала Светлана. В зарослях дикого каштана стояло огромное здание с крышей в виде чайки, которое освещалось снизу многочисленными лампочками и казалось, будто здание, словно громадная чайка, парит над волнами темно-зеленых каштанов. Все это было так таинственно и совершенно неожиданно для нашей группы, что мы осторожно направились к этим огням.

- Это мираж будущего, в этих диких местах. - объявил я. - Сейчас мы окунемся в наше не далекое будущее.

Мы приблизились к этому таинственному зданию и вошли в него. это был совершенно новый огромный ресторан. В нем пахло свежей краской. Крышу здания подпирала огромная колонна, которая была покрыта зеркалами. Стены между окон и потолок тоже зеркальные. Даже витрина у прилавка и та зеркальная. В нескольких местах, лишь вот где, не понятно, в зеркалах отверстия, в которые вставлены горлышками вперед бутылки различных спиртных напитков. Создавалась иллюзия отражения, что бутылки есть всюду. Мы пы-тались их взять, но все было бесполезно. Бутылки были всюду и нигде. Может быть, тому виной было выпитое нами шампанское или это просто умелый трюк художника-дизайнера, который придумал интерьер.

- Это просто ресторан, как зеркальная чайка! - пораженный такой красотой, торжественно, огласил я вслух.

- Так и назовем ресторан "Зеркальная чайка". - выхода из-за стены, сказал грузин, которого мы не видели до этого, так как зал был совершенно пустой. - Вы первые мои посетители. Вам первое шампанское за мой счет. Как говорят на Западе "вы попали сейчас на мою презентацию". Шампанское вам за счет ресторана!

Откровенно говоря, мы уже видеть не могли шампанское вино. Столько много выпитого было за эти два дня. Но отказываться было неприлично. Тем более, что шампанское было открыто и директор ресторана разливал его по хрустальным бокала. На закуску шампанского принесли нам большие плитки шоколада.

- Нам до глубины души было приятно быть первыми посетителями в прекрасном ресторане. - как старший по возрасту, я первым сказал свой тост. - Пускай с таким хорошим ощущением всегда будут гости и директор ресторана. "Зеркальная чайка" надолго останется в нашей памяти, как этот прекрасный вечер у моря.

- Молодец! Хорошо сказал! - одобрил мой тост, директор ресторана. - Так выпьем же мы за память, которая никогда не покинет нас и будет приятно кружить нашу голову, как шампанское вино в хрустальных бокалах.

После короткой торжественной презентации, мы поблагодарили директора ресторана за радушный прием. Пожелали всяческих успехов в работе. Хорошо хмельные от сегодняшнего дня и шампанского вина, мы сняли с ног свои шлепанцы и по теплому асфальту пошли к пансионату "Шепси", который находился, примерно, в километре от нового ресторана "Зеркальная чайка". Нам ни стоило никакого труда за короткое время преодолеть это расстояние. Через десять минут мы были на месте. Каждый пошел провожать свою пару. Встретиться договорились, примерно через час, на площадке спуска по лестнице к поселку Шепси.

- Пойдем на пару минут в номер. - предложила мне, Луиза. - Это у нас с тобой будет в последний раз.

Я ни стал спрашивать, что у нас в последний раз и так все было ясно. Прямо с порога мы направились в спальню. Не дожидаясь обоюдного приглашения, мы стали быстро раздеваться по пути. Луиза принялась страстно целовать меня, словно это у нее была последняя половая встреча с мужчиной. Мы так с азартом увлеклись любовью, что кровать окончательно рассыпалась под нами. Спинки попадали в разные стороны, а мы с Луизой на сетке шлепнулись на пол, да так сильно, что грохот прокатился по всему пансионату. К нашему номеру скоро прибежала дежурная, тяжелое дыхание которой было слышно за дверью номера.

- Что у вас там случилось? - после стука в дверь номера, спросила дежурная. - Вам нужна наша помощь?

- Нет, у нас все в порядке! - ответила Луиза, едва сдерживая свой смех. - Мы сами разберемся во всем.

Дежурная ушла. Мы закончили свое дело. Оделись и включили свет. Стали собирать кровать, у которой отломались все крючки. Несколько наших попыток собрать кровать ни к чему не привели. Кровать падала.

- Ладно! - махнула рукой Луиза. - До утра я так посплю. Если будут придираться, то я заплачу за ремонт кровати. Ты иди. Друг заждался. Не забывай про меня. Как будешь у нас в Москве, так мне сразу звони.

Мы поцеловались напоследок и я пошел по тротуару освещенному слабым светом фонарей. Между домиками пансионата было безлюдно и тихо. Лишь было слышно любовные вздохи, стоны и скрипы кроватей сквозь приоткрытые окна в номерах домиков. Очевидно, было время любви во всем пансионате "Шепси". Издалека я увидел на площадке у спуска к морю несколько парней, которые окружили Толика Фомина при свете фонаря. По всему было видно, что у нас будет драка. Парни наступали на Толика Фомина с кулаками и он уже стоял у бордюра, за которым был склон с горы к поселку Шепси. Ступени оказались в стороне. Прыгать на склон, было равносильно самоубийству. Нам надо драться за место под луной в дороге к дому.

Я ни стал ждать приглашения к драке. Прямо с разбега врезался в самого большого парня. Парень не выдержал моего веса. Полетел вниз по ступеням вместе со своим другом. Не ожидая нападения на себя, я сильно ударил кулаком в челюсть другого парня. Стоящий рядом с Фоминым Толиком парень отвлекся на мой удар. Сразу получил удар в челюсть от Толика Фомина. Началась драка. Пятеро парней на двоих.

Возможно, что шампанское помешало нам одержать победу или силы были не равные. Но не успел я ударить следующего парня, как мне сбоку так врезали в левый глаз, что у меня весь белый свет перевернулся перед глазами. Я едва не свалился по склону к поселку Шепси. Удержался на месте, но не в силах был ответить ударом. Тогда применил свой испытанный метод драки. Взял своего соперника на таран. Буквально вцепился в него руками и его телом поломал деревянный барьер на другой стороне площадки. Во время моего тарана, кто-то ухитрился мне влепить в другой глаз. Совершенно не соображая, что происходит, я полетел вниз вместе со своим соперником. Несколько раз мы перевернулись по склону и застряли между деревьями. Я зацепился плавками за кору дерева. Меня, вдруг, одолела такая злость за то, что я порвал свои шикарные японские плавки. Что было у меня сил, я врезал своей головой в лицо сопернику, рискуя свалиться с ним по склону до пляжа. Соперник потерял сознание. То есть, получил полный нокаут. Я встал осторожно на склон горы. Уперся ногами на ствол дерева и начал поднимать пострадавшего. Я боялся, что он упадет вниз и разобьется на смерть. Мне потом за него отвечать придется. Парень начал дрыгаться, но сопротивление мне больше не оказывал. Видимо совсем не мог очухаться после моего удара.

- Ты, что, моего друга убил что ли? - спросил меня, долговязый парень, которого я сбил в начале драки.

- Живой! Шевелится! - ответил я. - Помоги мне его вытащить, а то он свалится вниз до самого пляжа.

Фомин Толик и долговязый парень стали вытаскивать меня и пострадавшего парня на верхнюю площадку. Как только я встал на площадку на ноги, то в тот же момент получил сильный удар в челюсть. Мои ноги подкосились. Я рухнул на площадку, едва не свалившись обратно по склону горы. Толик Фомин увидел, как меня ударили и врезал кулаком по морде долговязому. Я поднялся на ноги и не давая опомниться долговязому парню, врезал ему со всех сил в живот. Долговязый захрипел как подрезанный и свалился на того парня, которого мы только что вытаскивали. Драка опять продолжилась. Мы стали бить друг друга, куда попало, лишь бы устоять. Кто пытался подняться, чтобы драться с нами опять, мы били его ногами в живот, чтобы у них не было больше дыхания на драку, те обратно падали и больше не поднимались. Но и мы тоже начинали сдавать. У меня не было сил на драку. Я едва держался на ногах. Фомина Толика, опять, двое парней прижали к столбу с фонарем. Фомин Толик едва отмахивался от соперников, не в силах драться.

- Шухер! Милиция! - услышал я, чей-то голос со стороны пансионата "Шепси". - Братва, быстрее бегите!

Этот голос был спасательным кругом для всех дерущихся. Я схватил Фомина Толика за руку и мы побежали вместе с ним следом за парнями вниз по ступеням. В обратном направлении нас могли забрать милиционеры, которых мы боялись больше чем своих соперников. Никто не хотел сидеть в тюрьме или платить штраф за эту драку. Все за драку несли одинаковую ответственность. Поэтому мы побежали с места драки. Была милиция или нет, нам совершенно неизвестно. Может быть, нас просто пугнули, чтобы мы прекратили драку. Как бы там не было. Все рванули вниз по длинным ступеням к пляжу. Не думая о соперниках.

- Мы вам еще ни так надаем. - переводя дыхание, пригрозили нам соперники, внизу у пляжа. - Ишь, повадились к девчонкам в пансионат ходить. Тут мы хозяева всех этих мест. Это вам понятно? Чтоб не приходили.

- Нет, не понятно! - ответил я. - Вы эти места не покупали. Посмотрите на себя. Вас пятеро, а нас двое. Так что неизвестно еще, кто кого побил. Мы это дело не оставим. Вы будите нами биты. Причем, много кратно.

- Если вы такие смелые. - сказал долговязый парень. - То приходите в "Осиную рощу", там мы посмотрим, кто из нас кого побьет. Сегодня лишь начало. Мы вас всех будем бить каждый день, за пансионат "Шепси".

- Мы придем. - пообещал я. - Но только ты, долговязый, будешь бит так, что сам еще пожалеешь об этом.

Мы использовали весь запас гадких слов друг против друга, но драться больше, ни стали. Возле поселка Шепси наши соперники повернули в рощу, за которой стояли двухэтажные постройки. Теперь мы точно знали, где живут наши соперники. Мы могли подловить их в любой удобный для нас момент, возле этой рощи. Нам неприятно было идти с разбитыми лицами домой. Особенно мне. Я гордился, что отношусь по материнской линии к древнему роду терских казаков, которые всегда давали отпор своим обидчикам, а тут, ка-кие-то совершенно неизвестные нам парни побили меня и моего друга. Пускай он даже не казачьего рода, но он мой друг и нас побили. У меня от злости и от побоев горело лицо. Мне хотелось врезать долговязому.

После драки прошло с полчаса, мои силы восстановились, я горел желанием рассчитаться с обидчиками. Но где их сейчас найдешь? Наверно хвастаются за свои разбитые морды, что дрались пятеро с десятком человек. Я все равно это так не оставлю. Надо подключить своих братьев и подловить этих парней. Ведь они живут здесь, значить выходят из дома купаться или на рыбалку. Вот там их нам надо выследить. Тем более, эти парни помечены нашими кулаками. С разбитыми мордами они долго не могут прятаться дома. Раз предложили нам встречу в "Осиной роще", то, наверное, считают себя героями. Надо нам узнать, где эта роща со странным названием. Скорее всего, дядя Коля знает про "Осиную рощу", он тут много лет живет в поселке Шепси, ему каждое место известно. Если дядя Коля все морские течения знает, то и рощу хорошо знает. Может быть, он сам там бывал многократно. Вот только, что мы будем говорить сейчас моим братьям? Ведь они нас поднимут на смех. Ни за что не поверят, что нападающих было гораздо больше, чем нас. Все родственники станут смеяться над нами за разбитые морды. Нам надо соперников побить.

- О-го-го! - воскликнула тетя Надя. - Кто это вас так разукрасил? Опять подрались. Ведь вы слово давали, что на море драться не будите. Ты, Саша, говорил, что после армии драться не будешь. Как вам не стыдно!

- Мы никого не трогали. - стал оправдываться я. - Они пятеро на нас налетели. Вы сами нас с детства учили, что в Старом хуторе никогда казаки ни давали себя обидеть. Я по материнскому роду терский казак.


5.Молокане.

Тетя Надя ничего ни стала говорить мне в наше оправдание. Просто пошла на кухню готовить примочки для наших синяков и йод на разбитое лицо. Мама сидела у окна и молчала. Она знала, что если начнет меня ругать за драку, то я тут же пойду искать обидчиков, чтобы побить их. Так у нас бывало часто после драк.

- Дядя Коля! - обратился я к нему, как только он вошел в дом. - Где у вас здесь находится "Осиная роща"?

- Да! Разрисовали они вас хорошо. - тяжело вздыхая, ответил дядя Коля. - Вот только в "Осиную рощу" я вам ходить не советую. Там в роще вы пострадаете больше. Вы парней лучше подловите в другом месте.

- Ты чему учишь гостей! - закричала на дядю Колю, тетя Валя. - Тебе самому мало доставалось от молоканов. Так ты и гостей своих туда направляешь драться. Я прямо сейчас за драку на вас в милицию заявлю.

- Наших гостей уже и так побили. - возразил дядя Коля. - Вот проучить молоканов давно надо. Если этого потребует обстановка, то я сам с нашими гостями пойду против этих молоканов. Сколько их можно терпеть?

- Вот только тебя, старого хрыча, там не хватало. - возмутилась тетя Надя. - Наши парни и без тебя сами разберутся. Они ни таких били, как эти молокане. Так что ты лучше сейчас не суйся в дела наших парней.

- Ладно! Я лесть не буду. - согласился дядя Коля. - Вот только лучшее лекарство, это шампанское, которое привезли на черной "Волге". Это, наверно, награда им за такую хорошую драку. Надо им делать примочки шампанским вином, а не водой. Тогда все ссадины и синяки быстро пройдут. Винный нектар все рассосет.

- Откуда у вас шампанское вино? - поинтересовалась моя мама. - Вы, что, это в карты, что ли тут играете?

- Ни в какие карты мы не играем! - возмутился я. - Вчера вечером, после праздника "Нептуна", я Русалку нес на руках, от пляжа наверх в пансионат "Шепси". Все отдыхающие на меня делали ставки. Между собой они договорились, что если я ее донесу, то пять процентов шампанского будут моими. Вот, я выиграл свои пять процентов. Шесть бутылок шампанского вина мы сегодня уже выпили. Остальные мне привезли домой на "Волге". Я вам не вру, можете у всех людей спросить, кто вчера присутствовал на празднике "Нептуна".

- Это правда! - стали защищать меня братья и друг Толик. - Мы были на празднике "Нептуна". Все видели.

- Неужели ты "телку" на гору тащил? - не доверчиво, спросил дядя Миша. - Такую тяжесть нес по ступеням!

Мои братья и друг Толик, в приукрашенной форме, стали рассказывать все увиденное ими. Уже через минуту все забыли о нашей драке. Смеялись от всей души за рассказ о празднике "Нептуна". О моих подвигах, которые были сильно преувеличены моими братьями и другом. Но все родичи слушали внимательно.

- Он, что, как свалился на нее на ступенях, с сиськой во рту, так и лежал до сих пор? - смеялся до слез дядя Миша. - Пока молокане кулаками не сбили с нее. Русалка, наверно, довольная осталась от такой страсти?

- Хватит тут тебе богохульничать! - возмутилась тетя Надя. - Ведь здесь твои дети рядом стоят! Как можно!

- Словно они это вчера не видели. - отмахнулся дядя Миша, от своей жены. - Ну, прямо, пошутить нельзя.

После хорошей оказанной медицинской помощи и веселого смеха, нам с другом стало легче после драки.

- Кто такие эти молокане? - спросил я, дядю Колю. - Почему этих молокан в поселке все жители боятся?

- Их никто не боится! - возмущенно, ответил дядя Коля. - Это такая верующая секта, которая называется "молокане". Они отвергают священников и церковь. Молятся в специальных домах. Молокане здесь давно поселились. Считают, что это их земля и всех гонят от себя. С ними много раз милиция разбиралась. Хотели их даже выселить в Сибирь. Но молокане добились своего, что их больше никто беспокоить не будет и они не будут предъявлять к людям претензии. Взрослые молокане успокоились, а их дети задираются. Всех приезжих парней бьют, которые бегают к девчатам в пансионат "Шепси". Вот и вам досталось. Но вам проучить их следует. Вот в "Осиную рощу" ходить не стоит. Это их территория. Они вас там могут побить.

Мы ни стали возражать против указания дяди Коли, но уже на следующий день ранним утром караулили молокан вблизи "Осиной рощи" всей оравой в семь человек. Вчера вечером мы с Толиком поняли, что где молокане повернули через рощу, там будут ходить всегда. По рассказам самого дяди Коли, молокане избегают общения с местными жителями. Всегда ходят только через "Осиную рощу". Вот на это место, еще до рассвета, мы пришли всей оравой, чтобы там подкараулить и побить молокан. Все равно они тут пойдут.

Чтобы взрослое население молокан не подозревало о наших намерениях, мы расположились на морском пляже вблизи "Осиной рощи". Время было не для загаров, но мы сделали вид, что забиваем места своим семьям. Нам долго ждать не пришлось. Здоровенный верзила, с ним "шестерка", который из-под тешка врезал мне в правый глаз, медленно шли с удочками на рыбалку в сторону пляжа за пансионатом "Шепси". Там, за пляжем, было хорошее место к нашей будущей рыбалки, о которой мы раньше не знали, но с появлением этих двух типов, это определили сразу. Нам теперь предстояло с молоканами драться за место нашей будущей рыбалки, которую мы, наверняка, определили своим местом пребывания на весь отпуск.

Чтобы не спугнуть наших соперников, мы делали вид, что друг друга не знаем. Уверенные в своей власти над этими землями, молокане не обратили внимание на наше присутствие в общественном месте и сильно удалились от "Осиной рощи" на опасное им расстояние. Как только им бежать уже было некуда. Мы перекрыли обратную дорогу. Догнали их почти у пляжа пансионата "Шепси", откуда им некуда было деться.

- Вот, долговязый, мы встретились. - сказал я, дылде. - Если ты шевельнешь рукой, то лежать тебе здесь трупом. С тобой, "шестерка" вонючая, я сам разберусь отдельно, в первую очередь, за свой правый глаз.

Я подошел к "шестерке" и врезал ему в правый глаз. "Шестерка" упал на песок и стал выть, как сопливый шакал, хотя по возрасту он был, примерно, мой ровесник. Меня охватила дикая злость за то, что вчера, когда они пятеро на нас двоих прыгали, то не выл, а тут сопли распустил. Словно вчера не был смелым.

- Юрка! Можешь ему врезать по морде. - сказал я, своему брату. - Вчера он был самый смелый из молокан.

Я поднял "шестерку" с песка за длинные волосы и Юрка сильно врезал ему в левый глаз. В этот момент долговязый кинулся на помощь своему другу. Толик вовремя подставил ему свою ногу и долговязый со всего маху растянулся на пляже, ударившись о песок лицом. Я тут же ударил его ногой в живот, чтобы он больше не пытался подняться. Тем временем, мои младшие братья, сами разбирались с "шестеркой", который пытался от них сбежать. Братья догоняли "шестерку" на пляже. Всей оравой били его куда попало. "Шестерка" дико орал. Но удары моих младших братьев не были смертельными, я это знал давно, тем более, дома сказал им, чтобы все были живы и не покалечены. Так что братья били "шестерку" с расчетом на синяки и царапины, не больше того. В это самое время мы с Толиком били долговязого, который мог с нами расправиться свободно, но был труслив. Мы использовали момент его трусости. Теперь у него не было никаких шансов на победу. Рассчитавшись возмездием за вчерашнюю драку, я с трудом утихомирил братьев.

- Мы здесь будем отдыхать целое лето. - к острастки, соврал я, соперникам. - Здесь побережье Черного моря и окрестные места в нашем распоряжении. Если хоть один из вас выползет со своей молоканки, то никакое молоко в вашей молоканке, не поможет вашим трупам на берегу Черного моря. Вам все понятно?

Под всеобщее улюлюканье нашей оравы, долговязый и его "шестерка", с синяками и разбитыми в кровь мордами, возвращались в свою "Осиную рощу", куда пытались заманить меня с другом. Мы все прекрасно понимали, что теперь они нас могут подкараулить и нам будет нужна подмога. Но привлекать в драку своих родственников нам не хотелось, так как это уже ни те времена, когда казаки ходили драться целыми хуторами. Сейчас за такую драку могут привлечь к уголовной ответственности. Я тоже, как взрослый, рисковал угодить за решетку. Но у меня была уважительная причина. Это ни я полез к ним драться, а они в большинстве полезли на нас с другом Толиком. Как принято всюду на Кавказе, так мы дали молоканам сдачи за то, что нас побили вчера. Теперь нам нужно было хорошо закрепить свою позицию в поселке Шепси. Короче говоря, нам нужно было завербовать на свою сторону местных парней, которые не были с молоканами в контакте, но, наверно, хотели у них отбить место на рыбалку на серых камнях у пансионата "Шепси".

- Пойдемте за пляж. - предложил я, своим братьям. - Там местные парни ловят рыбу. Мы должны уговорить местных парней, чтобы ловить рыбу за пансионатом "Шепси" и побить молокан, если те не уступят место.

Когда мы пришли на камни за пляжем, то рыбалка была в самом разгаре. Фактически, там был весь поселок Шепси. Лишь молокане отсутствовали. Наша орава разбрелась по всем камням. Мы стали искать контакты с местными парнями, с которыми мы еще не познакомились. Хотя видели их каждый день на пляже.

- Чего это вы тут все сидите? - поинтересовался, мой двоюродный брат Мишка. - Вон там, за пансионатом "Шепси", такие же камни. Рыба там ловится на много лучше чем в этих местах. Целые стаи рыб плавают.

- Агитатор! Сам ты там хоть раз ловил рыбу? - спросил Мишку, парень с деревянной удочкой и спиннингом.

- Конечно ловил. - соврал Мишка. - Мы там вчера целую сотню ставридок и барабулек с братьями поймали.

- Вы откуда сами приехали? - спросил Мишку, парень с бамбуковой удочкой. - Море там есть какое-нибудь?

- Мы приехали из Северной Осетии. - ответил Мишка. - Там моря нет, но вот мой старший брат, служил на этом Черном море и долго жил возле Каспийского моря. Так он плавает в этом Черном море словно рыба.

- Брось нам врать. - вступил в разговор еще один рыбак. - А то мы тебе сейчас шею намылим. Пошел вон!

- Кто это собрался моему брату шею намылить? - спросил я, поднимаясь со своего места. - Кто тут смелый?

Вся наша орава окружила троих парней, которые руками в свою очередь пригласили других парней. Назревала новая драка. Лишь этого нам не хватало, чтобы нас били местные и молокане. Этого мы не хотели.

- Мы к вам сюда пришли с миром. - решил я, разрядить обстановку. - Так вы тут своих гостей встречаете?

- Пускай не врет. - сказал мальчик в сомбреро. - Что у него брат с двух морей, тут как рыба плавает в море.

- Он не врет. - заявил я. - Это я его брат с двух морей. Плавать как рыба не буду. Но могу с вами поспорить, что любому из вас слабо плыть до горизонта и ходить ловить рыбу на серые камни, за пляжем пансионата "Шепси", все потому, что там вас бьют молокане, а мы их сегодня побили. Теперь те камни стали наши.

Местные парни на камнях перестали ловить рыбу и с подозрением стали рассматривать нашу ораву. Возможно, что наши синяки на лице внушали доверие этим парням насчет драки, но вот мое плавание до горизонта никак не могло склонить парней в мою сторону. Я действительно пару раз плавал на дальность в Черном море, но, конечно не до горизонта, а до того места пока меня не было видно спорящим. Сейчас я, возможно, переборщил, но нам деваться было некуда. Нужно закрепить свое достоинство в этом поселке.

- Бьемся об заклад. - предложил мне, парень, примерно, моего возраста. - Если ты плывешь, до горизонта. То мы вас каждый день угощаем пивом, мороженым, квасом, лимонадом и всем тем, что продают здесь на пляже в лотках. Если проспоришь, то вы наши рабы на весь отпуск. Будете выполнять все наши пожелания.

- По рукам! - согласился я. - Но у меня есть еще предложение. Если от горизонта я плыву без вашей помощи, то вы с нами ходите на рыбалку на серые камни за пансионатом "Шепси" и отдаете нам всю рыбу, пойманную на тех серых камнях. Если проспорю, то мы вам ловим рыбу на этих камнях до конца отпуска.

Мы ударили по рукам и стали оговаривать правила моего заплыва. Договорились так, что все стороны спора садятся на краю пляжа у воды. С моей стороны следят за моим заплывом в бинокль. В том случае, если со мной что-то случится, то плывут за мной на моторной лодке, которая будет рядом на старте у берега. Другая сторона с мигофоном следит за моим заплывом невооруженным глазом. Когда я исчезну из вида спорящего, в мигофон он объявляет о моем возвращении. Плыву я не на скорость, а на дальность. Меня никто не торопит. Пускай даже целый день буду плыть до горизонта. Главное, доплыть до горизонта.

Через час, почти все пацаны побережья, облепили место моего заплыва. На старте стояли две моторные лодки. У нескольких парней были бинокли и подзорные трубы. Все уже были готовы. Лишь у Семы, который со мной поспорил, был в руках мигофон. Ему одному на ухо я сказал наш пароль, чтобы никто другой с берега не мог обратно позвать меня. Наконец-то, я осторожно вошел в воду и медленно поплыл до горизонта.

В этот день море было очень тихое, как всегда бывает после шторма. На море был полный штиль. Чтобы сохранить в себе силы на заплыв в обе стороны, я со старта стал медленно плыть, только чтобы сохранять движение вперед. Все понимали серьезность моего спора и не торопили меня своим улюлюканьем, как было на подъеме с Русалкой на руках по ступеням к пансионату "Шепси". Мне тоже нужна была выдержка, чтобы сохранить способность долго владеть движением своих рук, ног и всего тела. Надо думать о чем-то отвлеченном, что не мешает в такой момент заплыва двигаться. Но, как назло, в голову никакие мысли не лезли, кроме тех, что надо побить молокан, которые, словно чужеземцы завладели тут территорией берега.

Кто они, вообще, такие молокане? Откуда они взялись в этих краях? Почему они тут живут? Ну, прямо целая история вопросов. Хорошо было бы с ними не ссориться, а больше узнать о них. Ведь молокане такие же люди, как и мы, только живут отдельно своей общиной. Странно это, что люди живут отдельно от других людей. Всего один шаг в "Осиную рощу" и мы в другом мире жизни людей. Вот интересно бы узнать, как они живут в своем замкнутом мире со своими обычаями? Как женятся? Как воспитывают своих детей? Что едят? Ни одно же только молоко, по которому их назвали "молокане". Может быть, молокане инопланетяне? На НЛО прилетели и поэтому скрывают образ своей жизни от обычных людей. Бред какой-то несу!..

Я прервал свои мысли, повернулся лицом в сторону берега и обалдел. Кроме вершины снежных гор в облаках, больше ничего мне не было видно. Пока я размышлял об этих молоканах, меня совсем потеряли из виду. Возможно, что мне кричали в мигофон, а я не слышал. Но тогда бы приплыли за мной на моторной лодке. Вдруг, у лодки двигатель не заводится? Так там есть еще одна запасная лодка. Только спокойствие. Я еще способен долго плавать. Скорее всего, с моей линии горизонта не видно берега, а с их линии горизонта мне можно продолжать заплыв. Ведь у них горизонт выше моего на длину тела. Если они встанут, то горизонт будет дальше и мне придется плыть больше. Но я с ними договаривался, чтобы у них горизонт был с сидячего положения. Значить тут все в порядке. У меня есть большой запас сил. Я могу продолжать свой заплыв к своему не известному мне горизонту жизни. Вот интересно, что там меня ждет, за линией горизонта моей жизни? Успех или поражение? Конец моей жизни или мое воплощение в мир иной жизни, которой я совсем не знаю? Хорошо мне узнать все это раньше времени. Тогда бы я мог планировать свою жизнь. Искать лучшие варианты подхода к этой проблеме построения кем-то в моей дальнейшей жизни, которая определена кем-то моей судьбой. Как бы ни потерять линию горизонта своей жизни раньше времени.

- Череп! Тебе пора! Возвращайся к берегу. - отчетливо услышал я пароль, который произнес на ухо Семену.

Выходит, что я победил первый этап своего спора. Мне хотелось орать на всю морскую гладь, но я понимал, что так истрачу запас своих сил и не смогу вернуться к берегу. Поэтому я пока воздержался от преждевременного ликования по случаю свое победы на первом этапе заплыва. Мне требовалось пока проплыть обратно столько же, с потраченной нормой своих сил. Теперь надо постоянно контролировать силы.

Когда мне стало видно полоску берега, а точнее, торчащие над водой головы людей, то я понял, что близок к победе. В это время, вблизи меня, проплыл большой катер на подводных крыльях, который своими волнами едва не утопил меня. Мне пришлось маячить и выныривать из-под больших волн, которые накрывали меня. Когда катер удалился, то я увидел на поверхности воды плавающую одежду. Возможно, одежду выбросили с катера. Одежда была новой. Плавать с одеждой мне не под силу, а вот летнюю фуражку нацепить на голову я мог. Я подплыл к фуражке и стал ее одевать, но она была настолько мала, что даже не могла зацепиться на моей голове. Пришлось оставить фуражку в море. Я бросил ыуражку в воду. Сам поплыл обратно к берегу, где меня издали, приветствовали с победой. Мне оставалось преодолеть расстояние до красных буев, а там всего метро двести остается до берега и тогда победа будет полностью наша.

Я плыл, раздумывая о наших дальнейших действиях после нашей победы в заплыве. Когда почти рядом был красный буй, я, вдруг, вспомнил, что какие-то бумажки вылетели из фуражки, когда я ее бросал обратно в воду. Может быть, они мне мешали надеть фуражку себе на голову? Что за бумажки и почему я не проверил карманы в одежде? Там могли быть деньги и документы. Надо плыть обратно и посмотреть, пока еще полный штиль и нет близко прогулочных катеров с отдыхающими. Плыть ни так уж далеко отсюда. Больше не думая ни о чем, я повернулся и поплыл обратно к одежде, которая маячила на воде не далеко. Парни на берегу, возможно, решили, что у меня мозги поехали от заплыва, я поплыл не в ту сторону. Все стали кричать и улюлюкать, подкалывая меня своими криками. Но я знал, зачем туда плыву и совершенно не обращал внимания на их крики. У меня были мысли о том, чтобы успеть, пока вся одежда не утонула. Я спешил добраться до того, что еще маячило на воде. Большая часть одежды давно скрылась под воду.

Когда я был вблизи намокшей одежды, то увидел, как тонут брюки с отяжелевшими карманами. Рядом с ними плавает, словно бесплодная женщина, совершенно пустая сорочка. Чуть в стороне плывет сильно намокшая фуражка, кверху внутренностями, из которых расплываются красные червонцы и медленно тонут в темно-синей глубине. Любое мое резкое движение могло утопить сразу все достояние фуражки. Я очень медленно подплыл к фуражке и стал собирать червонцы, которые еще не ухитрились нырнуть в глубину моря. Тем временем, освободившаяся от тяжести капитала намокшая фуражка медленно пошла ко дну. Я проследил за ней и за теми червонцами, которые уже были мне совсем недоступны и, вдруг, обнаружил под собой такую страшную глубину, от которой при всей чистоты воды не было видно морского дна. Меня сразу охватил панический страх. Я быстро запхал в карман своих плавок мокрые червонцы и словно моторная лодка стал усиленно болтать своими руками и ногами, чтобы выбраться с места пугающей меня глубины.

Добравшись до красных буев, я немного успокоился, но меня стали покидать силы, которые я потратил впустую на свое паническое плавание с места большой морской глубины. У меня не было не сил, не мыслей, просто произвольное движение отяжелевшими руками и ногами, которые едва удерживали мое тело на плову. Мне было все равно. Доплыву я до берега моря или нет. Я готов был смириться и сразу утонуть. Берег так близко, что мне казалось, можно дотянуться до берега рукой. Рядом стояла девушка, я решил, что у меня под ногами дно. Перестал двигать руками и ногами, тут же пошел на дно. Возможно, это девушка маячила руками и ногами, а мне показалось, что она стоит. Я обманулся. Подняться на поверхность воды уже не мог. Просто утонул до самого дна. Девушка в панике бросилась от меня, чем вызвала беспокойство сидящих на берегу парней в ожидании моего финиша. Вероятно, парни поняли, что я пошел ко дну.

Парни побежали в мою сторону, пытаясь спасти меня, в то время, когда в меня стала проникать соленная морская вода. Еще пару минут опоздания и я бы окончательно утонул у самого берега. Меня тогда никто не смог бы спасти. На этом мог закончиться горизонт моей жизни, к которому я еще не собирался добраться. Меня вытащили на песок. Стали трясти и засовывать свои грязные пальцы мне в рот. Я очень брезгливый, а тут грязные пальцы суют мне в рот. Стало так ужасно противно, что я рыгнул ни только морской водой, но и всем содержимым своего желудка. Отчего мои спасатели брезгливо разбежались в разные стороны от меня. Я тоже брезгливо вскочил от присутствия собственной рвоты, сделал несколько шагов в сторону и со всего маху рухнул на морской песок. У меня не было сил на движение. Мои братья и новые друзья подняли меня с опаленного солнцем пляжа. Понесли в ближайшую тень, которую освободили мне отдыхающие под пляжным грибком. Со всех сторон к грибку стали бежать люди. Своими телами любопытные создали вокруг меня плотную дополнительную тень. Люди все что-то говорили. Показывали на меня пальцами. Я ничего не мог услышать через уши заполненные морской водой. Оба глаза мои разом прикрыты какой-то пеленой. Пришли люди в белых халатах. Я понял, что они будут меня колоть. Во мне проснулся какой-то собачий инстинкт против опасности, как у собак против собачников-живодеров. Я ни стал ждать, когда в меня воткнут иглу. У меня, вдруг, откуда-то появились силы. Я вскочил, как ошпаренный. Побежал в сторону поселка под общий смех и улюлюканье народа. Врачи сели на свою машину и поехали по пляжу. Немного придя в себя, я пошел к ближайшему дереву и сел в тени у лотка рядом с бочкой пива. Мои друзья и братья шумной толпой потянулись под дерево. Через пару минут парни стояли вокруг меня, что-то кричали в мою сторону и хлопали по плечу. Я встал на ноги, прикрыл ухо ладонью. Стал подпрыгивать, как обычно делают на пляже, чтобы освободить уши от воды. Вскоре я стал отчетливо слышать рядом крики.

- Кто-то обещал меня каждый день поить пивом? - спросил я, когда совсем пришел в себя. - Где пиво?

- Смотрите! Заговорил! - удивленно, сказал Семен. - Тогда полный порядок. Победителю пиво! Две кружки!

Толпа друзей ринулась в сторону бочки с пивом, сметая дружные ряды отдыхающих любителей пива.

- Ты что обратно поплыл? - стали спрашивать меня, друзья и братья. - Мы думали, что поехал от заплыва.

Парни стали дружно крутить у своего виска пальцами, как обычно показываю всем дуракам. Мне стало так смешно от кривляющихся поз пацанов, что я не выдержал. Стал смеяться над ними от всей души. Парни в недоумении посмотрели на меня, подумали, что я действительно сошел с ума после заплыва. Я показывал на них пальцем и катался от смеха по песку. Парням тоже стало смешно. Через минуту смеялись все, около бочки с пивом, а о чем наш смех, никто не знал. Просто у отдыхающих хорошее настроение на отдыхе. Насмеявшись до слез, я стал рассказывать своим друзьям и братьям о своем заплыве в море про деньги на воде. Чтобы мне поверили окончательно, я достал из кармана плавок совершенно мокрые червонцы. Пацаны разложили деньги рядом со мной на солнце. Денег оказалось сто десять рублей. По тем временам, хорошая зарплата. Когда парни увидели большие деньги, то смех сразу прекратился. Все стали выдвигать различные мрачные истории, связанные с самыми страшными событиями в жизни человека. Рассказывали об убийствах и насильниках среди отдыхающих. Вспоминали страшные случаи, которые происходили когда-то в этих местах. Мы с братьями рассказывали местным парням разные случаи из нашей жизни.

Я допил вторую кружку своего пива. Братья собрали высохшие деньги. Мы осторожно ушли в сторону от бочки с пивом, оставили любителей пива с тревожными событиями в их жизни. У нас были свои проблемы местного значения. Надо было договориться о рыбалке на серых камнях за пляжем пансионата "Шепси".

- Сегодня поздно идти на рыбалку. - сказал Семен. - Давайте мы сейчас хорошо подготовимся к рыбалке. Завтра перед рассветом пойдем на серые камни за пансионат. С рассветом рыба хорошо всюду ловится.

Мы одобрили предложения Семена и разбрелись по своим домам в подготовке к завтрашней рыбалке. Чтобы не ударить лицом в грязь перед новыми друзьями, мы решили основательно подготовиться к рыбалке. Узнали у дяди Коли все хитрости местной рыбалки. На приманку и наживку заготовили макуху, теста с яичками, опарышей, креветок, разных червей и кузнечиков. Полностью обновили рыболовные снасти. Для этого пришлось съездить на электричке в город Туапсе, который находится совсем близко от поселка Шепси. В туапсинском спортивном магазине купили четырехметровые складные бамбуковые удочки. Купили с запасом разных крючков, поплавков, грузил и три катушки лески. Из моих морских денег осталось всего тридцать рублей, на которые закупили столько много продуктов, что можно было подумать, это мы собираемся плыть в кругосветное путешествие или жить все лето где-то далеко в море на необитаемом острове.

- Так дело не пойдет. - сказал дядя Коля, когда увидел наше снаряжение на рыбалку. - Сытый рыбак рыбу не ловит. Также как сытая охотничья собака след никогда не берет. С подготовкой на рыбалку сделаем так.

Дядя Коля оставил нам, каждому, по готовой удочке, насадку, приманку, бутерброд и бутылку холодного лимонада. Все остальное сложил в хозяйственную кладовку, из которой достал еще садки и куканы к пойманной рыбе. Таким образом, с помощью дяди Коли, мы были хорошо подготовлены к рыбной ловли. Нам еще оставалось только дождаться четырех часов утра. На это время мы собирались встретиться на пляже.

Чтобы не проспать, мы залезли пораньше в свои палатки и плюс завели будильники. Мы даже перестраховались на тот случай, если, вдруг, не услышим звон будильников. Между палатками посадили на цепь пса Палкана, который истерически ненавидел звон будильника, при звоне будильника начинал выть и лаять. Были другие варианты подъема, но нас вовремя пресекли, чтобы мы с подъемом не устроили балаган.

- Вы так весь поселок поднимите на ноги, а сами будете спать. - сказала тетя Надя. - Вам достаточно того, что вы на придумывали. Если кто-то из вас на этот шум проснется, то поднимет других. Так будет лучше.

Мы улеглись спать. Но оттого, что рано залезли в свои палатки или от мыслей о рыбалке, всю ночь кто-нибудь выползал из палатки на свет уличного фонаря, чтобы посмотреть на свои часы. Так провозились мы до трех часов ночи и в начале четвертого часа, как сонные мухи, поплелись на пляж к месту нашей встречи с друзьями поселка. Там расселись под грибками и стали ждать друзей, которые еще не пришли на пляж. Всюду была такая тишина, что было слышно, как рядом плещется рыба на мели у самого пляжа. Вдруг, эту тишину разбудил яростный трезвон наших будильников, которые мы забыли отключить. Палкан начал выть и лаять. Стали просыпаться отдыхающие "дикари" и жители поселка Шепси. Поднялся переполох.

- Эти чертовы дети! - услышали мы, голос тети Нади. - Куда это они подевали свои проклятые будильники?

Вскоре тетя Надя отыскала наши будильники и лишила их голоса. Все опять стихло, только было слышно ворчание людей, которые не могли уснуть из-за этого переполоха наших будильников и Палкана. Мы опять, как мокрые квочки, нахохлились под грибками в своем ожидании. Наши друзья все еще не пришли на пляж. В это раннее утро была обильная роса и крыши грибков не могли нас спасти от росы. Мы были настолько мокрые, словно на нас вылили воду из ведра. Надежда была на раннее жаркое солнце, которое высушит нас или хотя бы согреет, чтобы не дрожать меж серых камней на рыбалке за пляжем пансионата "Шепси".

- Салют! - стали шепотом приветствовать нас, подошедшие друзья с поселка Шепси. - Давно тут сидите?

- С вечера! - пошутил я. - Вон, мы за ночь под дождем намокли. Боялись проспать нашу с вами рыбалку.

- Брось врать! - сказал пацан, который никогда не понимал шуток. - Ночью дождя у нас не было. Луж нет.

- Ладно, хватит тебе! - сказал Семен, шлепнув ему подзатыльника. - Витек! Шуток совсем не понимаешь?

Наш отряд, численностью человек пятьдесят, растянулся от пляжа поселка до пляжа пансионата "Шипси". Через полчаса мы были на серых камнях и заняли самые удобные места рыбной ловли. К этому времени солнце осторожно стало подниматься из-за вершин Кавказских гор. Мы тихо подготовились к рыбалки, опасаясь спугнуть свою рыбу, которая огромными косяками ходила вдоль серых камней у наших удочек. С первых же наших попыток начался хороший клев рыбы. Да так, что мы едва поспевали снимать рыбу с крючков, сажать ее на наши куканы и в садки. До полного восхода солнца у нас было столько много рыбы, что в пору было возвращаться домой. Мы все были увлечены рыбалкой и не обращали внимание на время.

- Вы посмотрите, кто там к нам идет? - ехидно, закричал Витек, показывая в сторону пляжа у пансионата.

Из-за мыса, со стороны "Осиной рощи" выползал маленький отряд молокан, два десятка человек. Молоканам не было видно весь наш отряд и они уверенно двигались в нашу сторону. С каждым приближением уверенность начинала пропадать. Чем ближе подходили молокане к нам, больше видели наш отряд. Когда молокане подтянулись к месту рыбалки, то им стало ясно, что у них нет никаких шансов на место под солнцем у серых камней. Нас было намного больше их. Так у верзилы и его "шестерки" еще битые морды.

- Ну, что мужики, бить вас всех или заключим мир на все времена? - спросил я, выйдя вперед своих друзей.

Молокане сбились в кучу, молчали, с опаской разглядывая вышедших на пляж парней. Медленно парни с поселка и мои братья окружили отряд молокан, которым некуда было бежать. Нас было в два раза больше и нам ничего не стоило их побить. Но это уже разбой! Драка может закончиться плохо. Своих братьев я мог контролировать, но не такой большой отряд в пятьдесят человек, с которыми познакомился вчера.

- Посмотрите! Они языки проглотили. - стал заводить своих парней Семен. - Уже через свои штаны весь песок на пляже намочили. Скоро не только саками, но чем-то другим от них завоняет. Какие они бледные все.

- Постой, Семен! - остановил я, заваруху. - Так проблему мы не решим. Молокане к нам с миром пришли. У них даже оружия нет с собой. Наш отряд на слабаков не нападает. Бить их не будем. Мирно обсудим дела.

- Мы, что так и будем стоять? - спросил Женик. - Пускай они слово скажут. С чем они сюда к нам пришли.

- Хотим знать ваши условия совместного мира? - пробубнил долговязый, выдвинувшись из своего отряда.

- Условий никаких! - объявил я, громко, чтобы все слышали. - Территория и рыба тут общая на все времена.

- Рыбу делим поровну! - уточнил Семен. - Опоздавшие рыбу не получают. Сбор каждый день в четыре утра.

- Они не знали о наших условиях. - поправил я, Семена. - Сегодня прощаем ошибку. Следующий раз нет.

Обе стороны согласились с таким решением и мы стали знакомиться между собой. Постепенно мы расположились на всю длину каменного побережья и стали ловить рыбу. К обеду наш общий отряд, наловили столько много рыбы, что договорились на рыбалку ходить только через день, чтобы мы в этих местах не выловили всю рыбу. Так как молокане в воскресный день не могли ходить на рыбалку, то договорились, что воскресный день будет общим отдыхом у всех и у рыбы тоже. Выходило, что на рыбалку ходим три дня в неделю. Таким образом, отдыхаем мы и природа от нашей рыбалки. Условия эти должны соблюдать все.

После дележа рыбы, оказалось, что каждому досталось по пятнадцать штук. Все были довольны. Особенно наша семья. Ведь нам на семью досталось сто пять штук рыбы. На весь объединенный отряд тысяча пятьдесят штук рыбы. Такого улова никто из местных парней не мог вспомнить. Говорили, что, бывало тут, ловили на человека и по сто штук на день. Но чтобы столько на всех! Никто не мог припомнить. Вероятно, здесь какой-то шальной косяк рыбы заблудился. Вот мы сегодня весь этот косяк полностью выловили.


6.Воришки с прицепом.

Наша семейная орава вовремя пришла домой. Как раз тетя Надя собиралась стол накрывать. Мы отдали тете Нади весь наш улов, но с одним условием, что ставридка идет на уху с другой рыбой, а барабульки засолить нам на сушку для пива. Барабулек оказалось всего тридцать штук. Так что нам вполне достаточно.

Уже на следующее утро наша рыба хорошо просолилась и мы ее с раннего утра развесили за домом дяди Коли, чтобы к вечеру нам снять первую пробу сушеной рыбы с удачного улова. Целый день мы наслаждались своим отдыхом у моря. Новые друзья, согласно спору во время моего заплыва, целый день поили нас пивом, квасом и лимонадом. Угощали мороженым, булочками и пирожками. Еще с утра мы сказали тете Нади, чтобы она нас всех не звала к обеду. Это было на руку всей родне, так как больше готовили к нашей ораве, чем всем остальным. В этот день наша мама и тетя Надя не толкались на кухне, отдыхали от нас.

В этот вечер, едва солнце коснулось своим диском горизонта между морем и небом, как мы тут же помчались снимать пробу с нашей сушеной рыбы, которая, вероятно, подвялилась на солнце. Мы забежали за дом и обомлели. На наших веревках висели скелеты рыбы. Нет, я не оговорился. Именно скелеты от наших барабулек. Ровно тридцать голых скелетов без единого кусочка мяса. Словно на рыбе и вовсе не было никакого мяса. У нас же не было слов, какие мы могли выразить в пылу своего гнева. Мы даже не могли подумать, это против кого нам гневаться. Ни собака и ни кот не могли добраться до наших барабулек, которые висели на веревках выше нашего роста. Даже если допустить, что это работа кота и собаки, то от наших барабулек и костей не осталось бы. Тут же чистые скелеты. Даже мелкие косточки, как ниточки, остались целыми. Будто мясо само покинуло вместе с душой эти грешные косточки нашей рыбы. Мы посмотрели на землю, но там не было никаких следов и признаком похитителей мяса с наших барабулек. Наступил полный прокол в нашем положении перед родственниками и друзьями. Любая стороны могла поднять нашу ораву на смех, а мы не имели даже никакого представления, как нам поступить в данном случае. Короче говоря, мы договорились, что замнем этот конфуз с нашей сушеной рыбой. Если даже кто-то спросит нас про рыбу, то можно валить на пса Палкана и на кота Пирата, мол, это все их работа. В наглую стащили сообща всю нашу рыбу с веревок и поделили между собой. Этого как раз от них можно было ожидать. Дядя Коля и тетя Валя, рассказывали нам о неразлучной дружбе Палкана и Пирата. Которых выкормили одной соской. Также об их совместных проделках. Как они часто ухитрялись стащить что-то из дома и тут же разделить между собой. Мы и сами видели как-то, как Пират украл из-под самого носа у тети Вали кусок жареного катрана и затем вместе с Палканом уничтожил кусок этой рыбы за домом. Так что небольшой поклеп на этих воришек не помешает в их жизни. В данном случае нам нужно сохранить честь рыбака и вновь наловить рыбы.

На следующее утро, ровно в четыре часа, огромным отрядом, мы были на рыбалке на серых камнях за пляжем пансионата "Шепси". Вновь ловили рыбу до обеда. Но при дележе рыбы оказалось, что улов в этот раз был совершенно небольшим для каждого из нас в отдельности. Возможно, это оттого, что нас было слишком много. Поэтому рыба не успела подрасти за одни сутки. В общем, каждому из нас досталось всего по семь штук на человека. Нашу семейную ораву устраивал и такой улов. Главное, это для нас было установить свой пошатнувшийся авторитет, как заядлых рыбаков. Про наш прокол никто в отряде не знал, но для нас самих это было делом чести рыбака. Поэтому мы решили сохранить в тайне историю с рыбой.

Мы сами, тайком от всех, засолили всю свою рыбу и под прессом поставили в наш сарай. Утром освободили рыбу от соли. Повесели на веревку выше от земли между металлическими столбами. На тот случай, вдруг, Пирату и Палкану, захочется попользоваться нашей собственностью. Определив безопасность нашей рыбы, мы пошли собираться в гости к знакомым в город Туапсе. Куда на прошлой недели договаривались поехать. В этот общий выходной день для всех, в воскресенье, все же решились поехать всей родней. Имущество дома и всю нашу рыбу, мы оставили под зоркой охраной Палкана и Пирата. Все на их совести. Будет с кого нам спрашивать. На прощанье мы обошли весь двор вместе с Палканом и Пиратом. Кругом все было в порядке. Нет ни каких признаков того, что кто-то затаился с целью похищения нашей рыбы. Однако, уезжали мы из дома с тревогой. У нас всех было какое-то не хорошее ощущение того, что словно кто-то уже ждет нашего отъезда. Даже кот с собакой тоскливо провожали нас взглядом до самой калитки.

- Что это вы все такие кислые? - спросила тетя Надя. - Ведь вы сами давно хотели поехать в город Туапсе.

- Мы сильно устали от вчерашней рыбалки. - ответил я, за всех. - Вот поэтому мы сегодня такие кислые.

- Нет, тут что-то ни так? - заметил дядя Миша. - Наверно, тут они опять влипли в какую-то новую историю?

- Нет! Нет! - хором, стали мы заверять родственников в своем благополучии. - Все в порядке! Драк не было.

- Ну, тогда мы поехали. - сказал дядя Коля. - Раз у вас все в порядке, то нечего нам за вас беспокоиться.

Этот день для нашей оравы был не в радость. Мы слонялись по городу Туапсе, как пришибленные, плохо ели и пили. Безразлично разглядывали достопримечательности города Туапсе. Даже в городе Туапсе на пляж отказались идти. Наши родственники и знакомые были заняты долгожданной встречей и совершенно не обращали никакого внимание на наше безразличие к окружающему нас миру природы в городе Туапсе. Наконец-то мы дождались нашего возвращения в поселок Шепси. Мы даже в внутрь вагона электрички ни стали идти. Остались ждать выхода в тамбуре и с нетерпением смотрели за приближением поезда к нашей станции Шепси, которая, казалось нам, передвинулась дальше за время нашего отсутствия в Шепси.

Как только электричка остановилась на платформе и открылась дверь, то мы в тот же миг сорвались со ступеней вагона и помчались стремглав к своему дому. Нам уже не терпелось увидеть целой свою сушеную рыбу. Но еще издалека мы почувствовали что-то там неладное. Нас дружно не встретили Палкан и Пират. Когда мы забежали за дом, то от зрелища едва не потеряли свой рассудок. На веревках обратно болтались скелеты наших рыб. Теперь ни только барабульки, но и ставридки, рядом с другими пескарями, красовались своими обглоданными до бела ребрами. Все сорок девять скелетов дружно болтались в один ряд, обдуваемые легким ветерком с моря. Ну, это было уже слишком! За две рыбалки потерять почти сто рыб! Такое нельзя было простить никому. Мы тщательно обследовали всю окружающую местность, чтобы найти хотя бы какую-то зацепку на следы похитителей нашей сушеной рыбы. Расследования нас ни к чему не привели. Вокруг дома все было чисто. Словно какое-то неведомое существо издевалось над нами. Умно обкрадывает наши рыбные запасы. Второй день подряд оставляет нашу ораву с пивом без сушеной рыбы.

Прекратив поиски похитителей за домом. Мы решили найти Палкана и Пирата, которых тоже нигде не было видно рядом с домом. Нашли мы их быстро. Они мирно лежали за сараем на куске бараньей шкуры, которую притащили откуда-то. Рядом со шкурой находились запасы обглоданных костей и куски мяса неизвестного нам животного. По всему было видно, что Палкан и Пират, целый день были заняты своим благополучием. Им было не до охраны нашей сушеной рыбы. Главное было, для пса Палкана и кота Пирата, это обеспечение себя запасами, на случай нашего невозвращения. Это вполне вероятно, что Палкан и Пират, грабителей рыбы проморгали. Теперь нам и спросить не с кого за пропажу нашей сушеной рыбы с веревки.

Мы дали слово друг другу, что с этой минуты у нас только одна задача, поймать этих воришек. Во вторник ранним утром, когда мы повесили очередную связку рыбы свежего улова, то решили установить дневное дежурство в кустах. Чтобы со стороны наблюдать за нашей связкой рыбы и на месте преступления поймать неизвестных нам воров. По старшинству, мне доверили дежурство первому. Целый час я просидел в колючих кустах, но никто из воров у связки нашей рыбы не появлялся. Свое дежурство я передал Толику. Сам отправился на пляж наверстывать упущенное время для загара. Хорошо, что парни из поселка, не допытывались у нас о нашем состоянии духа. Все резвились на пляже, наслаждаясь летним отдыхом. Мы продолжали дежурить в кустах, вблизи веревки с нашей рыбой, сменяя друг друга на посту через каждый час. Наше дежурство до обеда никаких результатов не дало. После обеда на дежурство заступил Миша, самый младший из братьев. Проинструктировали Мишку на все случаи жизни, как в армии, связанные с караулом у сушеной рыбы, а сами обратно отправились загорать на пляж, в надежде, что рыба будет целая.

- Я воров нашел! - вскоре прибежал за нами Миша. - Быстрее идите, пока наша рыба еще цела! Быстрее!

Мы всей оравой сорвались с драгоценного места на пляже, которое тут же было занято мокрыми пришельцами из моря, расположившимися на наших местах к принятию своего загара. Но нам было не до места под солнцем на пляже. Главное, что преступники будут задержаны прямо на месте преступления у рыбы.

- Где воры? - спросили мы, Мишку, отвешивая подзатыльники, когда никого не застали у веревок с рыбой.

- Вы посмотрите внимательно на рыбу. - стал защищать свое слово Миша. - Все воры находятся на рыбе.

Внимательно вглядевшись в золотистую на солнце рыбу, мы в ужасе увидели ос, которые буквально сливались по цвету с нашей рыбой и были совершенно не заметны с первого взгляда. Осы начинали раздевать нашу рыбу. Рабочие осы, которые были поменьше и совершенно нам не заметны, аккуратно срезали чешую и кожу с нашей рыбы. Другие осы, которые намного крупнее рабочих ос, с каким-то желтым добавком сзади, как бы с прицепом, подхватывали чешую и кожу, срезанную рабочими осами, тут же тащили ее куда-то в сторону кустов "Осиной рощи". Отсюда видимо было и название "Осиная роща", так как там жили осы.

Мы как завороженные смотрели за этим удивительным зрелищем и ничего не делали в защиту своей, точнее, осиной сушеной рыбы. После того, как сушеная рыба была хорошо почищена осами, то рабочие осы стали подрезать дольки рыбьего мяса, а осы с прицепом тащили мясо в кусты. Прошло всего несколько минут осиной работы. Между бывшей рыбой и зарослями кустарника образовались две золотистые нити из ос. По верхней нити летели осы к рыбе, а по нижней нити возвращались осы груженые мясом рыбы. Ну, прямо живой конвейер в воздухе. Осы так аккуратно работали, что на землю не упали ни малейшего кусочка от ободранной ими рыбы. Осы очищали до бела всю рыбу, но косточки они почему-то совершенно не трогали. Не сговариваясь между собой, мы, как загипнотизированные медленно двигались вдоль живого конвейера из ос в глубину "Осиной рощи", куда эти золотистые воришки тащили всю свою добычу. Нам было интересно посмотреть, куда они прячут запасы кожи, мяса и чешуи. Почему добычу не едят на месте?

Пройдя метров пятьсот в глубину "Осиной рощи", вдоль этого золотистого конвейера из живых ос, там мы увидели огромное причудливое дерево, которое буквально облеплено золотисто-желтыми осиными гнездами. Это был целый гигантский город из осиных домов. Некоторые строения были настолько огромные, что золотистыми мешками свисали со ствола огромного дерева. Весь ствол огромного дерева с осами. Здесь было целое осиное племя. Рабочие осы трудились всюду. Они тщательно укладывали рыбью чешую на крышу своего жилища. Очевидно, осы смачивали чешую своей слюной, так как чешуя ни падала вниз. Возможно, что осы делали такую крышу от дождя и солнца, чтобы не пострадало жилище и молодое потомство в нем. В это же время осы с прицепом подтаскивали к домикам мясо, которое втаскивали в домик третий вид ос, слегка отличающиеся по цвету и размерам от двух других видов ос. Третий вид ос был больше рабочих, но без прицепа и на спинках у этих ос были коричневые поперечные полосы, в то время как у других двух видов этих ос, такие полосы были едва заметны. Вероятно, что третий вид ос был нянькой для деток. Рядом возле этого огромного желтого дома осиных гнезд, на деревьях было много одиночных серо-зеленых домиков рабочих ос. Можно подумать, что возле элиты осиного мегаполиса находится не большой осиный поселок рабочих ос, которые обслуживают осиную элиту и выкармливают их потомство. Мы находились на близком расстоянии от гигантского осиного города, но осы нас совсем не трогали. Осы так были увлечены свое работой, так что им не до нашего присутствия рядом с их гигантским городом.

"Однако." - подумал я. - "Если тронуть гигантский город, осы просто разорвут в клочья своих противников."

- Надо нам отомстить осам за всю ворованную у нас рыбу. - неожиданно для меня, сказал Фомин Толик.

- Да, ты, что? - возмутился я, осторожно отходя от гигантского осиного города. - Они нас в клочья разорвут, как нашу рыбу. Ты посмотри, какие у них острые резцы. Осы рыбью чешую срезают запросто, как бритвой.

Когда мы вышли из "Осиной рощи", вот почему ее так называли, Фомин Толик стал мне доказывать, что на дальнем расстоянии, в безопасном месте, можно устроить хорошую дымовую завесу и таким образом уничтожить весь гигантский осиный город. Я старался всю ораву отговорить от такого опасного мероприятия. Но братья были одержимы местью за потерю сушеной рыбы. Стали основательно готовиться к войне. Два дня мстители тайком от родственников собирали различные дымящиеся вещества и материалы. Братья откуда-то даже раздобыли дымовую шашку, которую использовали на празднике "Нептуна" и во время участия местных жителей в гражданской обороне поселка. Я участия в этом не принимал и с собой забрал брата Сергея, который легко мог погибнуть от этих ос. Да и приступ эпилепсии мог произойти у него в роще.

В тот страшный день для ос и для моих братьев, мы с Сергеем лежали на пляже. Сергей, как всегда, надел себе на голову панаму. Так как мозговая оболочка головы Сергея не защищена черепной костью и через кожу Сергей мог пострадать даже от солнечных лучей. Именно поэтому я не отпустил Сергея от себя. Мы загорали на песке, как, вдруг, со стороны "Осиной рощи" раздался дикий рев. Словно, это стадо подстреленных бизонов, выскочили с криками из-за деревьев мои братья и мой друг Фомин Толик. Они пронеслись, на огромной скорости, мимо обнаженных тел перепуганных до смерти людей. Я едва успел заметить, как тела братьев и друга изодраны в кровь колючими кустарниками. Выходит, что другая опасность гораздо страшней, чем колючки кустарников. За нашей оравой неслась золотистая туча ос. Бегущие разом нырнули в воду. Осы спикировали над водой и помчались кругами вдоль водяной глади, высматривая своих противников нарушивших их покой. У ос была одна цель, это искусать злодеев нарушивших покой их дома. В это время на пляже поднялась паника. Люди заметались вдоль берега моря спасаясь от ос своим бегством. Однако, осы мало обращали внимание на паникеров. Осы носились тучей над водяной гладью и кусали тех людей, которые выныривал из воды, в том числе и нашу оравы. Видимо осы чуяли их по запаху.

- Сережа! Не шевелись. - приказал я, своему брату. - Осы лежачих не кусают. Только спокойно. Потерпи.

Мы в страхе лежали на своем месте, в ужасе наблюдая, как рядом с нами озверевшие осы терзают своих обидчиков и ныряющих в море паникеров. Любое наше неловкое движение могло привести к нашей гибели. Сергей рядом плакал от страха и жалости за братьев. Слезы ручьями стекали по его лицу. Я переживал больше за Сергея. Он мог умереть от укуса даже одной осы, если бы оса укусила Сергея, в место открытого черепа на его голове. Так как прикрытый кожей мозг Сергея был самым уязвимым местом в его организме. Осиная бойня продолжалась несколько минут. Насладившись победой и местью, осы тучей скрылись в своей одноименной роще. На поверхности морской воды стали появляться головы с огромными волдырями на лицах. Среди искусанных осами голов мне было невозможно узнать своих братьев. Собственно, родство тут уже было ни к чему. В помощи нуждались все искусанные осами люди. Я еще не успел сообразить, что мне в данном случае делать, как тут увидел бегущих к морю жителей поселка Шепси и санитаров. Я показал Сергею кулак под нос, чтобы он лежал на своем месте, а сам побежал в воду. Надо было оттуда вытаскивать людей, которые могли в любой момент утонуть, теряя сознание от осиных укусов. Там были и мои братья, которые плавали над поверхностью моря с опухшими лицами, как мыльные пузыри в ванной. Когда всех людей повытаскивали из воды, то оказалось, что всех вместе пострадавших от ос более ста человек. На пляж прилетели военные вертолеты. В поселке и пансионате "Шепси" на неделю объявили карантин с военным положением. Всех пострадавших от ос не могли разместить в маленькой местной больнице. Тогда большую часть пострадавших положили в госпиталь воинской части, которая находилась рядом с поселком Шепси. Сильно пострадавших отправили в центральную больницу города Туапсе. Среди сильно пострадавших мои братья и друг Фомин Толик. У них лица сильно искусаны до неузнаваемости. В этот день военные выжгли дотла всю "Осиную рощу". Кроме того, провели профилактику на побережье в радиусе трех километров. Уничтожили признаки всех видов ос. Конечно, от этого пострадали и другие виды животных природы, которые в панике удирали от поселка Шепси. Но по-другому нельзя вывести ос. Дядя Миша сразу позвонил в город Беслан, к себе на шпальный завод, где он был главным инженером, вызвал за нами автобус, который прибыл через два дня. Три дня нам пришлось ожидать разрешения, на выписку нашей оравы из больницы, у которых медленно проходили волдыри, шишки, ссадины, царапины, укусы и много еще чего, от их войны с осиным войском. Осы наказали наших парней за свои обиды. Просто по чистой случайности в этой войне были жертвы только со стороны осиного войска, которое полностью уничтожили солдаты огнем и химией. Что касается людей, то, большинство, отделались испугом и остались с воспоминаниями. Лишь у моих братьев, на всю жизнь, остались с воспоминанием шрамы на лице и теле от этой войны с осами. Нашей ораве повезло, что море было рядом и медики примчались быстро. Забирали мы домой своих воинов прямо из центральной больницы города Туапсе. На них было страшно смотреть. Так закончился последний совместный отпуск на Черном море. Больше мы вместе не отдыхали.